Перейти к содержимому

 

Поиск

Рассылка
Рассылки Subscribe
Новости сайта "История Ру"
Подписаться письмом

Телеграм-канал
В избранное!

Реклама





Библиотека

Клавиатура


Похожие материалы

Реклама

Последнее

Реклама

Фотография
- - - - -

Тетрадь расстрелянного генерала…


  • Авторизуйтесь для ответа в теме
Сообщений в теме: 7

#1 Alisa

Alisa

    Историк

  • Старожилы
  • PipPipPipPipPipPipPipPipPipPipPipPip
  • 5202 сообщений
890
Патрон

Отправлено 20.09.2011 - 15:44 PM

В Центральном архиве Министерства обороны РФ сохранился доклад командующего ВВС Киевского особого военного округа генерал-лейтенанта авиации Е. С. Птухина: «Действия ВВС в наступательной операции фронта и борьбе за господство в воздухе» (ф. 131, оп. 12507, д. 37). Это довольно пространный (31 стр. машинописи) документ, гриф секретности – «Сов. секретно», рассекречен 31 июля 2009 года.

Изображение


Дата подписания доклада не указана, «забит» только год – 1940-й. Однако судя по тому, что налет германской авиации на английский город Ковентри (состоялся в ночь с 14 на 15 ноября 1940 года) назван «фактом ближайших дней», можно предположить, что документ был составлен в ноябре-декабре. Возможно, что в рамках подготовки к совещанию высшего командного состава РККА (23–31 декабря 1940 года), на котором начальник Главного управления ВВС Красной армии генерал-лейтенант авиации П. В. Рычагов выступал с докладом, имевшим в точности такое же название (только без слова «фронта»).
Боевой генерал

Осенью 1940 года командующий ВВС Киевского ОВО мог считаться одним из наиболее опытных командиров советской авиации. В 1936-м в Испанию он прибыл, уже будучи в звании комбрига и имея за спиной опыт командования авиационной бригадой. После Испании, где комбриг Птухин не только лично сбил несколько самолетов мятежников, но и выполнял обязанности военного советника при командовании авиации республиканцев, он становится командующим ВВС одного из важнейших военных округов – Ленинградского. Во время Советско-финляндской войны комкор Птухин командует ВВС Северо-Западного фронта, то есть основной группировкой советских войск, прорывавшей линию Маннергейма. Формально рассуждая (принимая во внимание только число произведенных самолетовылетов), действия ВВС СЗФ были крупнейшей операцией боевой авиации первого года Второй мировой войны. 21 марта 1940-го Птухин становится Героем Советского Союза, в июне того же года ему присвоено воинское звание «Генерал-лейтенант авиации».

Вот некоторые выдержки из его доклада:

«л. 7. …Для полной гарантии уничтожения авиации противника следует посылать группы не менее 100 самолетов на аэродром, где противник базируется. По запасным аэродромам нужно посылать группы 25–30 самолетов с задачей вывести из строя аэродром крупнокалиберными бомбами…

л. 8. Эта операция самая трудная, потребует максимальных усилий ВВС и будет наиболее тяжелой в отношении потерь – как матчасти, так и личного состава…

л. 9. Налет на [нефте] промыслы должен быть исключительно массовым, тысячи самолетов должны участвовать в этой операции, чтобы одним ударом нанести непоправимый урон и сломить любое сопротивление, которое окажет ПВО района…

л. 10. Для уничтожения промышленных предприятий нужно посылать крупные соединения авиации, которые первым или в крайнем случае вторым ударом должны вывести из строя все намеченные к уничтожению объекты. Состав группы не менее 500 бомбардировщиков, т. к. только такое массовое применение авиации дает гарантию успеха…

л. 11. По данным иностранной прессы выпуск самолетов [в Германии] достигает 1000 в месяц… Боевые воздушные силы Германии на сегодня приближаются к 18–20 тыс. самолетов… Италия обладает воздушным флотом в составе не менее 5 тыс. боевых самолетов… Надо полагать, что не менее 10 тыс. самолетов будет сосредоточено против нашего Юго-Западного фронта…

л. 13. Для того чтобы сосредоточить до 10 тыс. самолетов, [противнику] необходимо иметь не менее 425 полноценных аэродромов, причем три четверти из них – до 300 аэродромов – должны быть расположены в зоне развертывания главных операций, т. е. на фронте в 350–400 км. Точных данных о том, располагает ли Германия на сегодня таким количеством аэродромов на территории, граничащей с КОВО, нет…

л. 18. Перед началом артиллерийской и авиационной подготовки ВВС должны дезорганизовать систему управления противника путем воздействия на штабы и командные пункты, порвать (специально приспособленными на самолетах «кошками») всю связь, начиная от фронта и кончая оперативной глубиной, уничтожить все раскрытые разведкой и засеченные радиостанции. В дальнейшем ВВС должны подобные операции повторять и препятствовать восстановлению связи…

л. 23. Учитывая техническую мощь ВВС Германии и высокую подготовку их летного состава, можно прийти к выводу: чтобы создать на нашем фронте относительную свободу действий, надо иметь хотя бы полуторное превосходство в воздухе, т. е. до 15 тыс. самолетов или 45 авиадивизий…

л. 26. Потребность в аэродромной сети:

а) «первая линия», 30–100 км от линии фронта, 125 аэродромов для 3000 самолетов (истребителей и штурмовиков);

б) «вторая линия», 50–150 км, 275 аэродромов для 6750 самолетов (пикирующих бомбардировщиков, легких бомбардировщиков и 2-моторных истребителей);

в) «третья линия»», 100–150 и более км, 220 аэродромов для 5250 самолетов (дальних и тяжелых бомбардировщиков)...

л. 27. Наш Воздушный флот необходимо в 41–42 гг. довести в европейской части Союза до 50 тыс. самолетов. В последующие годы увеличивать ВВС не менее чем на 12–15 тыс. самолетов в год…

л. 28. Необходимо строить наш Воздушный флот для наступательных действий. Исходя из этого, предлагаю иметь в составе ВВС 35% тяжелых и дальних бомбардировщиков, 35% средних бомбардировщиков (из них половина пикирующих), 10% истребителей 2-моторных, 15% истребителей одномоторных и 5% штурмовиков. Помимо боевой авиации необходимо создать мощную транспортную авиацию…»

«Затмевая небо крыльями своих самолетов…»

Теперь, восстановив дыхание после запроса на 50 тысяч самолетов (и это только «в европейской части Союза», без учета группировок на Дальнем Востоке и в Закавказье!), постараемся оценить и по возможности понять прочитанное.

В реальной истории группировка советской авиации на театре начавшейся 22 июня 1941 года войны (ВВС пяти округов, двух флотов и пять корпусов ДБА) насчитывала порядка 8,3 тысячи боевых самолетов. Это если считать жестко, то есть без учета большого числа устаревших боевых самолетов (истребители И-15, бомбардировщики ТБ-3), без учета матчасти формирующихся авиаполков, без учета транспортных, санитарных, учебных, разведывательных самолетов. Если учесть и их, да еще добавить истребители ПВО Москвы, да вспомнить про ВВС внутренних (Архангельский, Орловский, Харьковский, Приволжский) округов, то можно насчитать «в европейской части Союза» 10–12 тысяч самолетов.

Эту армаду по-хорошему надо было бы сокращать, а не увеличивать. Для нормальной боевой работы уже имеющихся самолетов не хватало аэродромов, аэродромного оборудования, подготовленного летного и наземно-технического состава, запчастей и самое главное – бензина.

Бензиновый кризис стремительно (по мере насыщения ВВС самолетами с новым поколением авиамоторов) переходил в стадию «бензиновой катастрофы».

В соответствии с Мобилизационной заявкой командования ВВС РККА на «1941-й военный год» только для боевых самолетов в строевых частях требовалось 884,5 тысячи тонн бензина Б-78 и 913,3 тысячи тонн бензина Б-74. В наличии же имелось 57 тысяч тонн бензина Б-78 в неприкосновенном запасе Наркомата обороны, а мобилизационный план производства предполагал поставку 174,5 тысячи тонн. Таким образом, Мобилизационная заявка по авиабензину Б-78 даже теоретически (практически план производства не был выполнен в полном объеме) была обеспечена лишь на 26 процентов. И это без учета вспомогательной авиации и расхода авиабензина в летных школах и училищах. Немногим лучше была ситуация по другому сорту высокооктанового авиабензина (Б-74, на котором летали устаревающие бомбардировщики СБ, истребители И-16 и И-153, бомбардировщики ДБ-3 первых серий с мотором М-87): по нему процент обеспечения Мобзаявки составлял 28,6.

Тут еще стоит «подкрутить резкость» и посмотреть на то, из каких предпосылок была рассчитана Мобзаявка. Общая численность боевых самолетов возрастала с 15,5 тысячи в первом квартале «военного года» до 21 тысячи в четвертом квартале – то есть в два-три раза меньше, чем желаемые генералом Птухиным 50 тысяч. Что же касается планируемой интенсивности их использования, то только для истребителей она предположительно превосходила отметку в один вылет в день (в заявке стоит цифра 112,5 летного часа в квартал). Для дальних бомбардировщиков (ДБ-3, Ер-2) планировалось 150 летных часов в квартал, что при использовании этих самолетов по прямому назначению (для полетов на дальность в 2–3 тыс. км) позволяло выполнить не более 6–7 вылетов в месяц.

И вот такое, отнюдь не рекордное по интенсивности боевое применение авиации было обеспечено бензином на одну четверть! Реализация предложения о доведении числа боевых самолетов до 50 тысяч привела бы к тому, что один вылет бомбардировщика в месяц стал бы считаться выдающимся событием...

Обман или самообман?

Командующий ВВС самого крупного Киевского особого военного округа не знал этих цифр? Даже если это так (хотя и верится с трудом), генерал-лейтенант Птухин не мог не знать про то, что во вверенном ему округе из-за нехватки бензина для «жалких» двух тысяч самолетов систематически срывается боевая подготовка летных экипажей, что на имеющихся аэродромах нет бульдозеров для очистки взлетных полос от снега (именно к зиме 1940–1941 годов в КОВО относится цифра 5–6 часов налета на экипаж, каковая порхает по газетным публикациям уже лет двадцать…) Где же и как планировал Птухин развернуть в составе авиации будущего Юго-Западного фронта «15 тыс. самолетов или 45 авиадивизий»? Где и когда в западной части территории КОВО могли появиться «220 аэродромов для дальних и тяжелых бомбардировщиков», то есть как минимум две сотни бетонных ВПП длиной не менее 1,2 километра?

В качестве объяснения для такой запредельной гигантомании в докладе Птухина выступает намерение добиться довольно скромного, полуторного численного превосходства над противником. При этом состав самолетного парка германских ВВС оценен в 18–20 тысяч единиц. Не говоря уже о «странной арифметике», в рамках которой число 50 в полтора раза больше числа 20, зададимся другим, гораздо более важным вопросом: откуда в докладе командующего ВВС КОВО появилась такая фантастическая оценка численности авиации противника?

Слова «по данным иностранной прессы» уместны в студенческом реферате. Или в передовице правительственной газеты, где именно такая фраза является общепринятым эвфемизмом, заменяющим неприличное упоминание про шпионаж (разведку) в стане врагов-партнеров. Совершенно секретный доклад, однако же, писался не для публикации в «Правде» и должен был быть основан на серьезных источниках информации. Архивные фонды разведывательных отделов штабов приграничных округов по большей части засекречены. Документы разведки НКВД и ГРУ засекречены полностью. Тем не менее имеются некоторые обрывки информации, которые позволяют предположить, что «те, кому положено», знали довольно много.

Во втором томе «Новой хронологии катастрофы», который должен в ближайшие недели выйти из печати, будет даже приведена ксерокопия документа, в котором разведка штаба ВВС Западного фронта отобразила в виде графика предполагаемую численность авиации противника, действующей в полосе фронта: почти полное совпадение с реальной численностью 2-го воздушного флота люфтваффе. В моей книге «25 июня. Глупость или агрессия?» (стр. 487–489) были приведены фрагменты разведывательных сводок штаба ВВС Северного флота и базировавшейся в районе Мурманска 1-й авиадивизии ВВС Ленинградского округа: численность немецкой авиации в приграничной с СССР полосе установлена почти точно, в центральной и южной Норвегии – с ошибкой в полтора раза (причем в сторону занижения). В любом случае тысячу самолетов от десяти тысяч наши разведчики отличали четко.

Очевидные факты и странные выводы

Что же касается сообщений «иностранной прессы», то, как это ни парадоксально, именно в ноябре 1940 года в них можно было найти весьма точные оценки численности люфтваффе. Дело в том, что именно к этому моменту завершились основные события грандиозной воздушной битвы в небе над Британией (хотя ночные налеты продолжались вплоть до весны 1941-го). Воздушные сражения развернулись в безоблачном небе августа – начала сентября, за их ходом наблюдали сотни журналистов и «журналистов», представлявших разведслужбы всех стран мира. Обе стороны (командование люфтваффе и Королевских ВВС) регулярно передавали газетчикам официальные сводки о потерях – своих и противника. Все это было доступно для изучения, впрочем, самое главное – численность немецких воздушных армад была видна, что называется, «невооруженным глазом».

12 августа в ходе первого массированного удара по аэродромам в южной Англии немцы произвели порядка 300 вылетов бомбардировщиков под прикрытием втрое большего числа истребителей. 13 августа – 484 немецких бомбардировщика под прикрытием тысячи истребителей. 15 августа стало днем рекордного напряжения сил люфтваффе: 520 вылетов бомбардировщиков и 1270 истребителей. 7 сентября в первый массированный налет на Лондон немцы отправили 300 бомбардировщиков в сопровождении 648 истребителей.

Уже на основании одних только этих цифр можно было сделать некоторые обоснованные выводы. С одной стороны, полторы тысячи так называемых самолето-пролетов (а именно их и фиксируют наземные посты ВНОС) неравнозначны полутора тысячам самолетов – один немецкий истребитель с аэродрома в северной Франции вполне мог выполнить и два, и три вылета в день. С другой стороны, командование люфтваффе, конечно же, держало часть сил в резерве, какое-то количество самолетов находилось в ремонте, какие-то силы истребительной авиации прикрывали территорию рейха… В любом случае реально наблюдаемые факты позволяли оценить число боевых самолетов люфтваффе в две, три, четыре тысячи (фактически в составе трех немецких воздушных флотов, участвовавших в «битве за Британию», к началу операции в боеготовом состоянии было порядка 1300 бомбардировщиков, 800 одномоторных и 200 двухмоторных истребителей), но уж никак не в 18–20 тысяч!

Стоит отметить, что выступая с докладом на декабрьском (1940) совещании высшего комсостава, начальник Главного управления ВВС Красной армии генерал-лейтенант Рычагов оценивает численность германской авиации в 9600 самолетов. Нетрудно заметить, что цифра Рычагова ровно в два раза меньше цифры Птухина. Как такое может быть? Как информация (в отличие от дезинформации), которой располагали два генерал-лейтенанта, всего на одну ступеньку в должностной лестнице отстоящие друг от друга, могла различаться вдвое?

Похоже на то, что и Рычагов видел явное несоответствие между своими словами и реально произошедшими в небе над Британией событиями. Он говорит: «Возможно, что Германия и Англия не пускают сейчас в действие всех своих воздушных сил, производят накапливания для того, чтобы использовать их в решающих сражениях, т. е. держат какой-то скрытый резерв». Резерв – дело нужное, кто бы спорил… Но где это видана такая военная наука, по правилам которой в разгар стратегической – по задачам и масштабу привлеченных сил и средств – операции в резерве держат три четверти наличных сил?

«Оттянуть начало войны»

Именно это намерение традиционная советская историография хрущевско-брежневских времен неизменно приписывала товарищу Сталину. Именно это выражение стало объектом бесчисленных насмешек в последние 20 лет. А может быть, все гораздо серьезнее? Случайно ли это «оттянуть» наполняет мемуары немногих переживших войну советских генералов и маршалов? Не встречаемся ли мы здесь с известным и общепризнанным в психологии явлением «проекции», когда собственные желания и намерения переносятся, приписываются, «проецируются» на кого-то другого?

Сталин не мог не понимать, что время работает на его берлинского конкурента. СССР начал форсированно вооружаться на несколько лет раньше, чем связанная условиями Версальского договора Германия. Эта временная «фора» давала Сталину известное преимущество, но оно не могло быть вечным. Более того и хуже того – после блестящих побед вермахта, одержанных в 1939–1940 годах, к экономическому потенциалу Германии прибавилась столь любимая советскими пропагандистами «вся Европа». Да, конечно, требовалось некоторое время для того, чтобы перевести на военные рельсы заводы и заводики, производящие голландский сыр, бельгийские кружева, французскую парфюмерию и краковскую колбасу, но и это время не могло быть слишком долгим. Поэтому тянуть и «оттягивать» было нечего и незачем.

А у сталинских генералов на эту проблему был другой взгляд. В большей или меньшей степени каждый из них понимал (особенно ясное понимание пришло после позорища Советско-финляндской войны), что в случае военного столкновения с германской армией вверенные им войска ждет сокрушительный разгром, а их лично – шершавая стена расстрельного подвала. Избежать этого не было никакой возможности, но можно было попытаться «оттянуть» неизбежное. Они были очень молоды, эти 30-летние «сталинские соколы», за несколько лет превратившиеся из лейтенантов в генерал-лейтенантов. И им очень хотелось жить. Еще год, еще месяц… А потом как знать – «или мулла умрет, или ишак сдохнет…»

Вот поэтому они и докладывали товарищу Сталину, что летчики рвутся в бой, политморсос личного состава зашкаливает за высшие отметки и как только им дадут 50 тысяч самолетов, так можно и начинать. А меньше 50 тысяч никак нельзя. Надо же послать по 100 самолетов против каждого из 425 аэродромов противника, и это только в полосе одного Юго-Западного фронта. Так что и 50 тысяч будет маловато, посему нужно «в последующие годы увеличивать ВВС не менее чем на 12–15 тыс. самолетов в год». Да и каких самолетов! «Предлагаю иметь в составе ВВС 35% тяжелых и дальних бомбардировщиков». 17 тысяч «летающих крепостей». Нужны ли тут комментарии?

Черчилль, готовясь к стратегическому воздушному наступлению на Германию, задался целью иметь в строю одну тысячу тяжелых бомбардировщиков, и лишь в самом конце войны, в марте-апреле 1945 года авиация союзников смогла одновременно направить в небо над Германией более тысячи четырехмоторных бомбовозов. То, чего требовал генерал Птухин, не могла обеспечить ни одна экономика мира, даже богатейшая и защищенная от бедствий войны двумя океанами Америка. В реальности авиапромышленность СССР выпустила за семь лет менее 7 тысяч условно «дальних» (фактически средних фронтовых) бомбардировщиков ДБ-3 (Ил-4) и менее 70 тяжелых четырехмоторных ТБ-7 (Пе-8).

Место гибели неизвестно

Фантазии и надежды рухнули утром 22 июня 1941 года. Все оказалось несравненно мельче и проще. Вместо 10 тысяч самолетов противник сосредоточил против Юго-Западного фронта 247 бомбардировщиков и 109 истребителей (правда, через день командование люфтваффе усилило воюющую в небе над Украиной группировку, перебросив из Румынии в Польшу еще одну истребительную группу, в составе которой было целых 20 исправных мессеров). Такими силами немцы раскатали в пух и прах ВВС Киевского ОВО, на вооружении которых было порядка 2 тысяч самолетов (и это не учитывая 350 бомбардировщиков 4-го корпуса ДБА в Запорожье).

Фактически вся группировка люфтваффе в южной Польше сгрудилась на восьми крупных аэродромах, расположенных не далее 50–100 километров от границы и представлявших собой идеальную цель для удара с воздуха. Однако ни тысяча, ни сто, ни десять советских бомбардировщиков или истребителей ни одного налета на немецкие аэродромы не произвели. В сводках 5-го авиакорпуса люфтваффе за июнь 41-го в графе «Уничтожено на аэродромах авиацией противника» стоит короткий, но красноречивый прочерк. Всего же в первый, самый длинный (18 часов светлого времени) день войны бомбардировщики ВВС Юго-Западного фронта выполнили 34 (тридцать четыре) боевых вылета.

И лишь в одном пункте ожидания генерала Птухина сбылись полностью. 24 июня 1941 года он был арестован, 13 февраля 1942-го постановлением Особого совещания приговорен к высшей мере наказания. Расстрелян 23 февраля 1942 года – в очередной День Красной армии. Место захоронения неизвестно. Реабилитирован за отсутствием состава преступления в 1954 году.

Автор: Марк Солонин


  • 0

#2 smallbear

smallbear

    Знаток истории

  • Пользователи
  • PipPipPipPipPipPipPipPipPipPipPipPip
  • 4691 сообщений
235
Голос разума

Отправлено 20.09.2011 - 16:55 PM

Ах Марк Марк... "Золотой кирпич"...

Толко он мог спокойно вычислить дату написания доклада как 40й год и назвать его "доклад командующего ВВС Киевского особого военного округа генерал-лейтенанта авиации Е. С. Птухина"
При этом Солонин повидимум не догадывается что Е. С. Птухин назначен на пост командующего ВВС КОВО в марте 41го...

Соотвественно доклад написан скорее по мотивам доклада Рычагова а не наоборот.

Кстати аппетиты генарала весьма скромные: "Учитывая техническую мощь ВВС Германии и высокую подготовку их летного состава, можно прийти к выводу: чтобы создать на нашем фронте относительную свободу действий, надо иметь хотя бы полуторное превосходство в воздухе, т. е. до 15 тыс. самолетов или 45 авиадивизий…"

А исходя из оценки противника в "л. 11. По данным иностранной прессы выпуск самолетов [в Германии] достигает 1000 в месяц… Боевые воздушные силы Германии на сегодня приближаются к 18–20 тыс. самолетов… Италия обладает воздушным флотом в составе не менее 5 тыс. боевых самолетов… Надо полагать, что не менее 10 тыс. самолетов будет сосредоточено против нашего Юго-Западного фронта"

Иначе говоря в 25т самолетов и с учетом того что Германия производит до 1000 самолетов в месяц (как раз те самые 12к в год) то пожелание иметь 2х кратное превосходство вполне понятноо, в особенности если учитывать "высокую подготовку их летного состав"

Ну дальнейшие выводы его просто замечательные...
  • 0

#3 Балтиец

Балтиец

    Студент

  • Пользователи
  • PipPipPip
  • 57 сообщений
1
Обычный

Отправлено 27.09.2011 - 12:41 PM

И арестован он был не 24 июня, а значительно позже.
  • 0

#4 ДЕД

ДЕД

    Профессор

  • Пользователи
  • PipPipPipPipPipPipPipPip
  • 849 сообщений
-8
Обычный

Отправлено 27.09.2011 - 14:07 PM

27 июня 1941 года, в самом начале войны арестован.

http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9F%D1%82%D1%83%D1%85%D0%B8%D0%BD,_%D0%95%D0%B2%D0%B3%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D0%B9_%D0%A1%D0%B0%D0%B2%D0%B2%D0%B8%D1%87



Арестован 3 июля 1941г

http://www.warheroes.ru/hero/hero.asp?Hero_id=1318



24.06.41 г. Птухин был отстранен от командования и арестован.

http://www.peoples.ru/military/hero/evgenij_ptuhin/




  • 0

#5 veta_los

veta_los

    Историк

  • Старожилы
  • PipPipPipPipPipPipPipPipPipPipPipPip
  • 3694 сообщений

Отправлено 28.09.2011 - 11:47 AM

И арестован он был не 24 июня, а значительно позже.


Кажется арестован он всё таки был 24.06.

Я когда то исследовал этот вопрос. Тоже думал, что Птухин был арестован 27.06. Скорее всего разница в юридическом толковании слов "арестован" и "задержан".

Доподлинно известно, что "задержан" он был именно 24.06. В этот день он сдал должность полковнику Слюсареву, который неделю руководил ВВС ЮЗФ.

http://militera.lib....nov_db3/01.html

командующий ВВС полковник Сидор Васильевич Слюсарев (он до войны занимал должность зам. командующего ВВС КОВО по боевой подготовке и сменил генерала Е. С. Птухина 24 июня) потребовал от подчиненных «поддержать наступление сосредоточенным ударом и действиями мелких групп в 3–6 самолетов и одиночно по скоплениям войск противника в районе Крыстынополь, Радзехув, Шуровице, Владзимеж (Владимир-Волынский. — Прим. авт.), Городло, Сокаль и по выдвигающейся моторизованной группе противника из Бреста в направлении Ковель. Первый сосредоточенный удар — в 6 ч 50 мин, удары мелкими группами и отдельными самолетами с 7 ч до 8 ч. Повторный налет — с 12 ч до 18 ч»


http://www.retrospic...a1941_998_1.htm

Собственно, судьба Птухина была предрешена еще накануне - с раскруткой очередного «дела генералов», на этот раз авиационных. В апреле 1941 г. был смещен с поста и вскоре арестован Начальник Главного управления ВВС - Герой Советского Союза генерал-лейтенант авиации Рычагов П.В., заместитель Начальника Генерального Штаба Красной Армии по ВВС - Дважды Герой Советского Союза генерал-лейтенант авиации Смушкевич Я.В., Начальник Главного управления ДБА - Герой Советского Союза генерал-лейтенант авиации Проскуров И.И., командующий ВВС МВО - Герой Советского Союза генерал-лейтенант авиациии Пумпур П.И. и ряд других высших командиров. Очередь Птухина подошла 20 июня. Он был снят с поста командующего ВВС КОВО с формулировкой «за высокую аварийность». Снят, но еще не арестован. Птухин должен был сдать дела командующему ВВС ЛенВО генерал-майору авиации Новикову А. А. - его бывшему начальнику штаба. Но 22 июня началась война и Новиков, уже будучи на вокзале, сошел с поезда, хотя имел приказ ехать в Киев. Возможно, это уберегло будущего Главкома от неизбежной доли «стрелочника». Вторично Птухин был снят с должности 24 июня, на этот раз «с более грозной формулировкой»... К командованию ВВС Юго-Западного фронта был возвращен генерал-лейтенант авиации Астахов Ф.А.


Не стоит обращать внимание на разночтение в цитатах о том, кто вступил в должность командующего ВВС ЮЗФ. Как я уже говорил, п-к Слюсарев был ИО на протяжении недели. С 1.07 в должность командующего ВВС фронтом вступил генерал-лейтенант Ф. А. Астахов.

http://militera.lib....skripko/10.html

Генерал Астахов немногим более месяца командовал ВВС Юго-Западного фронта. Предшественник генерал-лейтенант авиации Е. С. Птухин через два дня после начала войны был отозван, и после него временно командовал заместитель по боевой подготовке полковник С. В. Слюсарев.


Генерал Е. С. Птухин энергично стремился перестроить работу по-фронтовому, привести авиачасти и соединения в боевую готовность. Однако не знал Евгений Саввич того, что в эти дни решался вопрос о нем как о командующем и что 20 июня 1941 года приказом Главного Военного совета он будет снят с должности за аварийность. Так и не получив этого приказа, генерал Е. С.Птухин встретил на посту командующего ВВС Киевского особого военного округа испытания первых дней войны и 24 июня 1941 года был вторично освобожден от служебных обязанностей с еще более грозной формулировкой.


Из всего выше цитированного следует, что Птухин был снят, задержан, и препровождён в место задержания (скорее всего в Бутырку) именно 24.06.

Далее возникает вопрос, задержан он был или арестован?
На википедии выложена сканкопия заглавной страницы «расстрельного» списка с именем Е. С. Птухина и наложенной личной резолюцией И. В. Сталина: «Расстрелять всех поименованных в записке. И. Ст.». (Источник АРХИВ ПРЕЗИДЕНТА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ФОНД №3. Опись №24. Дело №378. Лл.196-211)

Выкладываю тут:
Red_Army_purge_1941.jpg

В записке, в нижнем левом краю можно различить: "Арестован 24/УI-1941".

Остаётся только съездить в архив, и убедится что этот документ не фальшивка.

Сообщение отредактировал veta_los: 28.09.2011 - 11:50 AM

  • 0

#6 Балтиец

Балтиец

    Студент

  • Пользователи
  • PipPipPip
  • 57 сообщений
1
Обычный

Отправлено 28.09.2011 - 13:17 PM

Для документа такого рода (список) ошибка в дате ареста совершенно некритична. Даже если дата сознательно искажена. Вот протокол ареста это документ.
  • 0

#7 veta_los

veta_los

    Историк

  • Старожилы
  • PipPipPipPipPipPipPipPipPipPipPipPip
  • 3694 сообщений

Отправлено 28.09.2011 - 14:16 PM

Это конечно верное. Сомнительно только, что в инете можно найти протокол ареста.

Хотя это в общем не критичным момент: дата ареста. Всё равно у Солонина всё притянуто за уши. И то, что он не ошибся в дате ареста никоим образом его остальной писанине помочь не может.
  • 0

#8 rakovsky

rakovsky

    Профессор

  • Пользователи
  • PipPipPipPipPipPipPipPip
  • 686 сообщений
49
Обычный

Отправлено 31.10.2023 - 04:22 AM

У Алисы, в первом сообщении, мне кажется, возникла мысль, что проблема в том, что Птухин предлагал РККА заказать больше самолетов, чем она в состоянии обслуживать и использовать.

Например, она пишет:

Spoiler
Я бы стеснился предлагать, что РККА должна была сократить объем своего аэрофлота. Однако я думаю, что качество западных самолетов, в том числе немецких, в В.О.В. в целом считается несколько выше, чем советских. Я говорю это не для того, чтобы оскорбить советские самолеты, а скорее для того, чтобы указать на область, в которой их можно было бы улучшить.
 
Если Птухин заказывал больше самолетов, чем могли принять советские ВВС, то два возможных объяснения могли заключаться в том, что (Ι) он ожидал, что те поставки, о которых упомянула Алиса, также будут предоставлены, или же он не исключал этого, или (ΙΙ) он не достаточно аккуратно излагал подготовку, как намекает Алиса. Согласно первому объяснению, в одном сценарии, если бы он предложил заказ еще на 20000 самолетов, он не имел бы в виду, что топливо для самолетов должно остаться прежним. В этом отчете он заказал некоторое количество самолетов, и тогда он смог ожидать, что вместе с количеством самолетов должно быть увеличено количество снабжения и аэропортов.
 
Чтобы привести аналогию, представьте, что у вас есть большая семья из 20 человек, с бабушками и дедушками, тетями и т. д. Если у вас дома есть место для одной машины, и у вас уже есть одна машина для вашей большой семьи, тогда предложить план купить вторую машину не обязательно плохая идея. Вы можете просто иметь разумное ожидание, что в какой-то момент вы также найдете где-нибудь второе место для машины. Не то чтобы Птухин отдал приказ не готовить летчиков. Кроме того, идея приобретения большего количества самолетов возможно имеет некий смысль, если принять во внимание качество немецких самолетов. То есть, если считать Люфтваффе более сильным по качеству, то можно попытаться компенсировать недостаток, добавив больше самолетов. С другой стороны, если советские ВВС на тот момент немного устарели, возможно, было бы разумно построить больше самолетов с более обновленными моделями.
 
То есть в идеале нужно было привозить больше припасов, обучения, оборудования, обслуживания и улучшить модели самолетов, но частью этого может быть и увеличение количества самолетов.
 
Алиса пишет:
Spoiler
Именно это намерение традиционная советская историография хрущевско-брежневских времен неизменно приписывала товарищу Сталину. Именно это выражение стало объектом бесчисленных насмешек в последние 20 лет. 
...
Сталин не мог не понимать, что время работает на его берлинского конкурента. СССР начал форсированно вооружаться на несколько лет раньше, чем связанная условиями Версальского договора Германия. Эта временная «фора» давала Сталину известное преимущество, но оно не могло быть вечным. ... Поэтому тянуть и «оттягивать» было нечего и незачем.
Здесь можно сделать несколько замечания. Во первых, само желание оттянуть начало войны - целесообразное - лучше войну избегать. Во вторых, само желание оттянуть войну наверно в мемуарах не насмешивается, а скорее, некоторые сомнительные действия советского руководства, предприняты по цели оттянуть начало войны. Итак, например Молотов в Беседах с Чуевым сказал, что были совершены ошибки в начале войны. А кроме того, были некоторые меры по подготовке к войне, которые не были предприняты, например послать войск по укреплениям до утра 22 июня, из-за того, что хотелось бы оттянуть войну, не првоцировать Германию. У Молотова было вообще такое объяснение неоднократно в Беседах с Чуевом. Да у самого Сталинв в известном речи начала июля 1943 г. был намек на такой вид подхода, высказав:
 
 
"Что касается того, что часть нашей территории оказалась все же захваченной немецко-фашистскими войсками, то это объясняется главным образом тем, что война фашистской Германии против СССР началась при выгодных условиях для немецких войск и невыгодных – для советских войск. Дело в том, что войска Германии как страны, ведущей войну, были уже целиком отмобилизованы и 170 дивизий, брошенных Германией против СССР и придвинутых к границам СССР, находились в состоянии полной готовности, ожидая лишь сигнала для выступления, тогда как советским войскам нужно было еще отмобилизоваться и придвинуться к границам. Немалое значение имело здесь и то обстоятельство, что фашистская Германия неожиданно и вероломно нарушила пакт о ненападении, заключенный в 1939 году между ней и СССР, не считаясь с тем, что она будет признана всем миром стороной нападающей. Понятно, что наша миролюбивая страна, не желая брать на себя инициативу нарушения пакта, не могла стать на путь вероломства."
 
 

 

Строго говоря, Сталин не открыто высказал, что он не отмобилизовал войска так как это бы считалось нарушением - нет. Но он практически говорит, что в неком смысле, мобилизалиция "нужна" была сделать. Разумеется, это нужно было сделать, если советской стороне было бы в состоянии отбить атаку сильно. Вообще контекст абзаца состоит в попытке Сталина попытаться объяснить почему фашисты успели захватить много территории, а следовательно вопрос об отсутствии мобилизации имеет отношение к этому вопросу.

 
Потом, касательно тезиса, "Сталин не мог не понимать, что время работает на его берлинского конкурента", то здесь важно отметить, что Молотов сам считал и высказал обратное в послевоенных беседах с Чуевым. Да и задумчивые военные специалисты на лекциях тоже такое говорили. 
 
Так, говоря о положении 1939-1941 гг., Молотов высказал Чуеву:
Нам нужно было оттянуть нападение Германии, поэтому мы старались иметь с ними дела хозяйственные: экспорт-импорт.
Никто не верил, а Сталин был такой доверчивый!.. Велико было желание оттянуть войну хотя бы на полгода еще и еще. Такое желание, конечно, было у каждого и не могло не быть ни у кого, кто был близок к вопросам того времени. Не могло не быть просчетов ни у кого, кто бы ни стоял в таком положении, как Сталин. Но дело в том, что нашелся человек, который сумел выбраться из такого положения и не просто выбраться – победить!
Ошибка была допущена, но, я бы сказал, второстепенного характера, потому что боялись сами навязать себе войну, дать повод. Вот как началось, мы отвечаем за это.
Это, по-моему, не ошибки, а наши слабости. Слабости, потому что я думаю, что нам психологически почти невозможно было быть к этому вполне готовыми. Мы чувствовали, что мы не во всем готовы, поэтому, конечно, переборщить с нашей стороны было очень естественно. Но оправдать это нельзя тоже. А тут каких-либо ошибок я, собственно, не вижу. В смысле предотвращения войны все делалось для того, чтобы не дать повод немцам начать войну.
– Но Гитлер-то уже решил, уже на него было трудно повлиять…
– Мы все-таки в его голове не сидели. Он уже в 1939 году был настроен развязать войну. А когда он ее развяжет? Оттяжка была настолько для нас желательна, еще на год или на несколько месяцев. Конечно, мы знали, что к этой войне надо быть готовым в любой момент, а как это обеспечить на практике? Очень трудно.

 

 
Алиса пишет:
Spoiler
Соответственно, теоретически смогли бы производить такое количество самолетов в течение 17 лет, т.е. 17 тысяч бомбардировщиков ДБ-3 смогли готовить к 1957 г.
Кстати, по показаниям и объективно говоря, если хотели сокрушить Германию по ворошиловскому лозунгу "малой кровью на чужой территории", действительно требовалось намного больше военной силы, чем у СССР было в 1940 г., как доказал ход войны в 1941-1945 гг. Даже в 1944-1945 г., там когда и где соотношение сил было на стороне союзников, бои не шли без значительных потерей союзников. Берите к себе даже США, у которого было огромные ресурсы, огромное производство, а Германия на западных территориях была слабее, чем на востоке, куда передвинули большую часть своих сил. У США с Британии все равно шли тяжелые бои в Италии, Франции, Арденн, Гуртгенский Лес. К примеру, Италия была слабым противником, война уже практически была на исходе а могучий США с могучей Британией и другими союзниками к сожалению там потеряли потеряли 358.295–376.637 человек, что не является буквально мало людей.
 
Алиса пишет:

 

Место гибели неизвестно

 
Фантазии и надежды рухнули утром 22 июня 1941 года. Все оказалось несравненно мельче и проще. Вместо 10 тысяч самолетов противник сосредоточил против Юго-Западного фронта 247 бомбардировщиков и 109 истребителей (правда, через день командование люфтваффе усилило воюющую в небе над Украиной группировку, перебросив из Румынии в Польшу еще одну истребительную группу, в составе которой было целых 20 исправных мессеров). Такими силами немцы раскатали в пух и прах ВВС Киевского ОВО, на вооружении которых было порядка 2 тысяч самолетов (и это не учитывая 350 бомбардировщиков 4-го корпуса ДБА в Запорожье).
 
Фактически вся группировка люфтваффе в южной Польше сгрудилась на восьми крупных аэродромах, расположенных не далее 50–100 километров от границы и представлявших собой идеальную цель для удара с воздуха. Однако ни тысяча, ни сто, ни десять советских бомбардировщиков или истребителей ни одного налета на немецкие аэродромы не произвели. В сводках 5-го авиакорпуса люфтваффе за июнь 41-го в графе «Уничтожено на аэродромах авиацией противника» стоит короткий, но красноречивый прочерк. Всего же в первый, самый длинный (18 часов светлого времени) день войны бомбардировщики ВВС Юго-Западного фронта выполнили 34 (тридцать четыре) боевых вылета.
 

 

Явно, главная проблема налицо не то, что у советской стороны не хватало самолетов, а то, что они в 22 июня не были в готовом состоянии отразить атаку. Здесь можно все таки сделать два важных замечаний. Во первых, даже если произошло сокрушение в 22 июня, количество самолетов у советской стороны все равно имеет смысль. Надо учесть, что много советских самолетов все равно успели сохраниться в течение начала войны, а тем больше было бы их начальное количество, то тем больше было бы количество оставшихся самолетов.
 
Во вторых, поскольку самолеты не были в готовом состоянии, то чья эта вина? Налицо, можно полагать, что это относится к ответственности верховного руководства (например Сталин со Ставкой) вместе с коммандирами округов, например Птухин. Со стратегической точки зрения, к 22-му июня, советские самолеты и ПВО должны были на готовом состоянии и положении, а в 22-м, как только немцы начали напасть, то РККА должна была отразить атаку.
 
Согласно порядку отдачи приказов, здесь Птухин подчинился Ставке, во главе со Сталиным. Если Сталин с Молотовом решили, что войска не должны были в готовом состоянии, например, чтобы они не провоцировали Германию, тогда Птухин не смог ни юридически ни реально противоречить приказов Сталина. Судя по речи Сталина в начале июля и целому ряду высказаний Молотова Чуеву, у Руководства тогда были подобные реальные отношение и подход к тому, какое должно было положение советских войск в случае данного возможного нападения. 
 
Молотов не сказал напрямую "Да, мы видели, что наверно Германия нападет, но мы решили не занять ПВО у приграничной зоне, так как мы надеялись, что Гитлер, вопреки признаков того, не нападет."
 
Но вообще элементы такого соображения можно найти. К примеру, в своем речи начала июля 1941 г., Сталин буквально сказал, что "нужно" было моблизовать войск, но очень подробно об этом, почему они не были мобилизованными - он не уточнил. Он сказал, что "понятно," что миролюбивая советская сторона не смогла брать инициатив на нарушение пакта, но он не буквально связал все эти соображения и тонкости, в таком виде, как например, "Мы не заняли ПВО и т.п. во время хотя мы считали нападение возможным, так как занятие ПВО и т.п. смогли казаться нашим клеветникам как нарушением или предлогом для войны." Но подобное восприятие его высказаний выглядит как один из возможных толкований.
 
А если вообще до начала войны у Сталина такой подход и политика были, тогда Птухин реально не смог противоречить его, не смог занять ПВО, мобилизовать хотя части воздушных сил. Иначе его смогли бы наоборот, не обвинить как некомпетентным коммандиром, который не вовремя готовил свои самолеты, а наоборот как паникер, который поддался провокациям. А такой род обвинений против советских офицев накануне войны тоже были.
 
Яков Верховский пишет об эпизоде с Птухином и Кирпоносом в своей книге Сталин Тайный «Сценарий» начала войны:
Spoiler

  • 0




Количество пользователей, читающих эту тему: 1

0 пользователей, 1 гостей, 0 анонимных

Copyright © 2024 Your Company Name
 


Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru