Rambler's Top100
 
 


История России
Всемирная история

День преподобного Стефана Махрищского,Православие
   

Возникновение города на Неве

История России, Всемирная история

ПОИСК



РЕКЛАМА

Список рефератов по истории

Возникновение города на Неве Скачать Возникновение города на Неве




                 И думал он:
                 Отсель грозить мы будем шведу,
                 Здесь будет город заложен
                 Назло надменному соседу,
                 Природой здесь нам суждено
                 В Европу прорубить окно,
                 Ногою твердой стать при море.
                 Сюда по новым им волнам
                 Все флаги в гости будут к нам,
                 И запируем на просторе.

                                            А.С.Пушкин.



                                  ВВЕДЕНИЕ

      В истории человечества встречаются такие  личности,  которые,  некогда
появившись, проходили затем через века, через доступную  нашему  умственному
взору смену эпох и  поколений.  Такие  люди  -  поистине  "вечные  спутники"
человечества. Речь может идти о политических и государственных  деятелях,  о
представителях  науки,  культуры  и  искусства,  о  том   ощутимом   вкладе,
внесенном  ими  в  развитие  человеческого  общества,  его  материального  и
духовного бытия.
      К числу таких  "вечных  спутников"  человечества  принадлежит  и  Петр
Великий, личность которого была необычайно сложна и противоречива.  И  в  то
же время он был яркой индивидуальностью во всем, и именно это позволило  ему
ломать устоявшиеся традиции, обычаи, привычки, обогащать старый опыт  новыми
идеями  и  деяниями,  и  однозначные   оценки   невозможны,   ибо   не   все
исследователи учитывают  образ  мыслей,  способности,  характер  тех  людей,
которые, будучи у  власти,  влияли  на  исторический  процесс.  Конечно,  их
личные   качества   определяются   в   немалой   степени   воспитанием,   и,
следовательно, средой и эпохой. Но ведь  одна  и  та  же  эпоха  воспитывает
разных людей, и далеко  не  безразлично,  кто  именно  стоит  у  власти  или
командует армией.
      Каждая эпоха выносит  представление  об  исторической  личности  нечто
свое, характерное именно для данной эпохи, раскрывая  те  грани  и  аспекты,
тот  смысл  и  значение,  то  особенное,  что  было   просмотренно   эпохами
предыдущими и в этом заключается развитие исторической мысли.
      Поэтому каждая эпоха знает своего Петра.
      Время позволяет теперь взглянуть на Петра I с  более  чем  200-летнего
расстояния,  увидеть  его  преобразования,  личный  вклад  в   строительство
государства Российского, укрепление его позиций, его славы, что актуально  в
наши дни для молодых независимых государств.
      В связи с этим целью дипломной работы является:
- Рассмотреть предпоссылки основания Санкт-Петербурга;
- Изучить роль личности Петра I в деле строительства новой столицы;
-   Расскрыть   значение   культуры    как    идеологического    обоснования
установленного  режима,  обеспечивающего  укрепление  императорской   власти
ПетраI;
- Показать, как была создана архитектура города, в  котором  были  посторены
здания и сооружения не только целесообразные для жизни и деятельности, но  и
одновременно красивые и эмоционально воздействующие на человека;
- Выяснить внешние и внутренние экономические связи Санкт-Петербурга.
      Глубина познания любой исторической  проблемы  зависит  от  количества
источников и степени их изученности;
      По данной тематике основными источниками являются труды  современников
Петра I.  В  начале  XVIII  в.  появляются  повествовательные  произведения,
непосредственно  отражающие  эпоху   преобразований   Великого   Российского
Реформатора.  Автороми   этих   исторических   трактатов   являлись   Феофан
Прокопович[1] и  П.П.Шафиров[2].  Работы  их  носят  яркий  публицистический
характер.  Ф.Прокопович  рассматривает  различные   формы   государственного
правления и приходит к выводу,  что  наиболее  совершенной  формой  является
абсолютная монархия, которая и должна всемерно укрепляться в России.
      П.П.Шафиров подробно рассматривает ход Северной войны. Автор разбирает
позиции некоторых европейских держав в период войны, их стремление  помешать
ликвидации отсталости России. Произведения Шафирова, несмотря  на  всю  свою
тенденциозность, являются интересным историческим материалом.
      Более глубоко к оценке событий времен Петра I подошел М.В.Ломоносов[3]
(1711-1765), который был выдающимся ученным, деятелем науки  и  просвещения.
Особое внимание  Ломоносова  привлекала  к  себе  эпоха  Петра  I.  Рядом  с
крупными  военными  победами,  одержанными  Петром,   и   успехами   внешней
политики, Ломоносов ставил обширные экономические преобразования  и  реформы
в области просвещения.
      Кроме публицистических произведений для освещения данной темы  имеются
многочисленные   документальные   источники.   Это   законодательные   акты,
распоряжения, указы, финансово-статистические материалы и письма, в  которых
нашла  отражение  деятельность  первого  императора  России[4].  Обилие   их
требует особого подхода к анализу каждого  из  них,  а  также  сопоставления
данных, полученных при  анализе  их  различных  типов.  Особую  историческую
ценность,  содержащую  в  себе  огромный  объем  информации,  которую  можно
проанализировать со  многих  точек  зрения  и  дать  сведения  по  различным
вопросам истории петровского времени.
      Много различных видов источников  можно  выделить  среди  вещественных
памятников,  являющихся  особым   видом   источников,   которые   дают   нам
представление о городе с  момента  его  основания  и  начала  строительства,
дальнейшего  развития  на  протяжении   нескольких   столетий.   Среди   них
выделяются  архитектурные   комплексы,   скульптура,   терракота,   живопись
монументальная и прикладная, памятники градостроительства[5].
      Особую  ценность  в  исследовании   архитектурного   ансамбля   Санкт-
Петербурга времен  Петра  I  представляет  работа  архитектора  Аплаксина  и
многих  других  авторов[6].  Изучение   города   Санкт-Петербурга   выявляет
своеобразные  черты  местной  культуры,  которая  складывалась  из  симбиоза
исконно русской  архитектуры  с  западноевропейской.  Это  дает  возможность
составить представление о культурных отношениях России с Европой в XVIII  в.
и свидетельствует о том, что  город  уже  во  времена  Петра  I  был  важным
политическим и культурным,  торговым  и  экономическим  центром  Балтийского
побережья.
      Общий подъем общественной жизни и рост исторического знания определили
широкое развитие русской исторической науки начиная с первой четверти  XVIII
в.
      В  русской  историографии  личность  Петра  I   и   его   деятельность
рассматривается неоднозначно: от полной идеализации его личности  и  дел  до
критики всех его свершений.
      В.Н.Татищев (1686-1750)  -  политический  деятель,  активный  участник
петровских преобразований, человек широкого научного  кругозора.  Он  шел  к
пониманию и оценке исторических явлений от практических  задач  политической
жизни. Основное направление произведений Татищева[7] - прославление Петра  I
и его эпохи.
      В   том   же   направлении   развертывалась   научно-исследовательская
деятельность И.И.Голикова (1735-1801) - рыльского купца,  посвятившего  свою
деятельность  собранию  исторических  материалов  о  Петре   I[8].   В   его
публикациях  особенное  внимание  уделено  внутренней  политике  Петра  I  -
строительству Русского государства.
      Если два предыдущих историографа относятся к периоду восхваления эпохи
Петра  I,  то  в  трудах  князя  М.М.Щербатова[9]  (1733-1790),   наряду   с
восхвалениями  деятельности   Петра,   направленной   на   хозяйственное   и
культурное развитие России, а также его военных успехов,  все  резче  звучит
критическая  оценка  этой  деятельности  в  социально-политическом  разрезе.
Щербатов обвиняет Петра в унижении былого  значения  родовитого  дворянства,
ущемлении его законных прав и  привелегий,  нарушении  нравственной  чистоты
патриархальных отношений деревенской жизни.
      Представитель следующего этапа  русской  историографии  -  реакционно-
дворянской - Н.М.Карамзин (1766-1826). Видный историк, писатель и  публицист
конца XVIII в. и первой четверти XIX в., Карамзин является автором  большого
исторического произведения и  многих  статей  и  публикаций[10].  В  них  он
обвинил Петра I в том, что  он  поставил  целью  "не  только  новое  величие
России, но и современное присвоение обычаев  европейских",  что  "старсть  к
новым для нас обычаям  преступило  в  нем  границы  благоразумия".  Карамзин
осудил   перестройку   системы   государственного   управления,   ликвидацию
патриаршества, подчинение церкви государству, Табель о  рангах,  перенесение
столицы в Петербург, ломку старых обычаев. Но вместе с  тем  он  должен  был
признать большое значение внутренней политики  Петра  I  и  тех  сторон  его
преобразований,  которые  были  направлены   на   развитие   промышленности,
торговли и просвещения. Этими мероприятиями Петр  I,  по  мнению  Карамзина,
поставил Россию на знаменитую ступень в политической системе Европы.  Высоко
оценил он и личные качества Петра I, назвав его  "великим мужем".
      Утверждение  нового  буржуазного  направления  в  исторической   науке
характеризовало научную жизнь в России середины XIX в.  С.М.Соловьев  (1820-
1879) -  яркий  представитель  русской  историографии  данного  периода[11].
Соловьев искал в народной жизни реальную основу исторической роли  отдельной
личности.   "Связное    и    стройное    представление    народной    жизни"
противопоставляется   в   его   творчестве   "отрывочном   ряду    биографий
занимательных для воображений людей" как характерной особенности  дворянской
историографии. Эти положения ярко отражены в  трактовке  деятельности  Петра
I. Но в  силу  той  же  внутренней  противоречивости  буржуазной  идеологии,
историческая личность,  в  частности  Петр  I,  практически  превращается  у
Соловьева в подлинного представителя народа, и последний,  благодаря  этому,
терял право на самостоятельную историческую деятельность.
      Выдающийся буржуазный историк порефоременного периода - В.О.Ключевский
(1841-1911) - в оценке преобразований Петра I  проявлял  двойственность[12].
С одной стороны, он не мог  отрицать  выдающейся  роли  первого  российского
императора и прогрессвиного значения осуществленных им  преобразований.  Но,
с другой стороны, он  одним  из  первых  в  буржуазной  историографии  начал
подчеркивать  элементы  случайности  и  бесплановости  в   реформах   первой
четверти XVIII века. Ключевский  считал  петровские  реформы  обусловленными
Северной  войной,   в   которой   и   усматривал   главную   движущую   силу
преобразований. Вместе с тем  он  попытался  развенчать  личность  Петра  I,
отмечая в его деятельности сочетание великого и мелкого.
      Переходя к современности, следует отметить  необозримость  литературы,
посвященной первому российскому императору, затрагивающей  в  той  или  иной
степени личность и деятельность Петра I.
      Немало существует работ, имеющих к  Петру  более  прямое,  специальное
отношение. Говорить о какой-то единой и ведущей  тенденции  применительно  к
историографии XX века как  русского,  так  и  советского  периодов  едва  ли
возможно.
      Различные  аспекты  деятельности  Петра  I  раскрыты  в  обобщающих  и
авторских монографиях и  произведениях[13].
      Анализ данной литературы  показал  привлечение  большого  фактического
материала. Авторы этих произведений и трудов проявляли   интерес  к  русской
истории, но ряд работ не  избежал  тенденции  лакировки  действительности  и
тенденциозности.
      Определенный интерес имеют работы,  дающие  представление  о  личности
Петра и его деятельности[14].
      Помимо фундаментальных работ, носящих комплексный обобщающий характер,
в историографии получили разработку  вопросы  внешней  политики  России[15],
где рассматриваются вопросы дипломатических отношений со странами  Европы  и
Азии,  внутреннего  обустройства  государства[16],  т.е.   административное,
градостроительное, юридическое и промышленное.
      Вопросам  военного  искусства  петровского  времени  также   посвящены
многочисленные исследования[17] .
      Монографии, подготовленные специалистами различных  областей  науки  и
искусствоведения, раскрывают одну из самых значительных страниц  истории  по
русской культуре. Авторы освещают духовную  жизнь  русского  общества  XVIII
века в  период  петровских  преобразований:  научные   знания,  просвещение,
литературу, быт, зодчество, живопись и музыку[18].
      Наиболее интересен труд архитектора Бунина, который  вошел  в  золотой
фонд  исследований  мирового  градостроительства.  В  нем   дается   широкая
характеристика русского градостроительства и зодчества городов России  и,  в
частности, Санкт-Петербурга[19].
      Большую  группу   работ   по   исследуемому   периоду   составляет   и
художественная литература. И хотя  эти  работы  не  посвящены  скрупулезному
анализу изучаемой в дипломной работе проблеме, они  во  многом  способствуют
прояснению общей картины петровской эпохи. В литературе  этого  рода  широко
освещены в прозаической и поэтической  форме  деяния,  черты  характера  как
самого Петра Великого, так и его  окружения,  человеческая  личность,  образ
жизни и быт различных слоев населения[20].
      Проведенный краткий исторический обзор  показывает,  что  историки,  в
основном, уделяли значительное внимание социально-экономической истории,  не
уделяя должного внимания вопросам культуры и личности в истории.  Между  тем
проблема  личности  должна   занимать   особое   самостоятельное   место   в
рассмотрении вопросов политики, экономики, военного искусства.
      Настоящая  дипломная  работа  состоит  из  введения,  четырех  глав  и
заключения.
      В первой главе рассматривается политическое и экономическое  положение
России на рубеже XVII-XVIII в., борьба за выход России к Балтийскому морю.
      Вторая глава посвящена  основанию  и  строительству  Санкт-Петербурга.
Рассмотрены планировка и архитектурные особенности города.
      В третьей главе проанализированы внутренние  и  внешние  экономические
связи молодой столицы с городами государства Российского и странами Европы.
      В четвертой главе дана культурная жизнь  общества  Санкт-Петербурга  в
петровское время.



                                ГЛАВА ПЕРВАЯ

                   ИСТОРИЧЕСКИЕ ПРЕДПОСЫЛКИ СТРОИТЕЛЬСТВА
                              САНКТ-ПЕТЕРБУРГА

   $ I. ПОЛИТИЧЕСКОЕ И ЭКОНОМИЧЕСКОЕ ПОЛОЖЕНИЕ РОССИИ НА РУБЕЖЕ XVII-XVIII
                     в.в. И ПРЕДПОСЫЛКИ РЕФОРМ ПЕТРА I.

      XVII столетие было отмечено хотя и медленным, но неуклонным  развитием
производительных сил России. К концу этого столетия  были  полностью  изжиты
отрицательные последствия польско-шведской интервенции и установился  единый
всероссийский рынок. Историки расценивают этот факт как  чрезвычайно  важное
событие  в  истории  России,  так  как   общерусский   рынок   способствовал
завершению двух важных процессов, развивавшихся  в  течение  ряда  веков,  а
именно: процесса формирования русской нации и процесса образования  империи.
С возникновением всероссийского рынка усилились и  культурные  связи  внутри
страны и  сильно  вырос  экономический  потенциал  центральной  власти,  без
которого было немыслимо государственное строительство городов.
      Территориальный рост Российского  государства  продолжался  в  течение
всего XVII в. Воссоединение Украины и России и  освоение  Сибири  превратило
Россию в величайшее  государство  мира.  Однако  Россия  еще  и   во  многом
отставала от передовых европейских стран. Экономической основой  Российского
государства продолжало оставаться натуральное хозяйство феодализма.
      Экономическая отсталость России сочеталась с политической отсталостью,
и прогрессивным представителям социальных  верхов  было  ясно,  что  русский
государственный аппарат с его устаревшими  "приказами"  и  "боярской  думой"
требовал значительной перестройки. В серьезных реформах нуждалось и  русское
войско. Вплоть до петровского времени в России не было военного  флота.  При
общей численности сухопутного войска в 160 тысяч  человек  Россия  не  имела
армии, способной разрешить внешнеполитические задачи.  А  между  тем  они  и
являлись жизненно необходимыми и неотложными в данный период.
      Об этом периоде в истории  России  Маркс  писал  следующее:  "Ни  одна
великая нация не  находилась  в  таком  удалении  от  всех  морей,  в  каком
пребывала в начале империя Петра Великого. Никто  не  мог  себе  представить
великой нации, оторванной от морского побережья. Россия не могла оставить  в
руках шведов устье Невы, которое являлось  естественным  выходом  для  сбыта
продукции".[21]
      Действительно, за исключением Архангельского порта,  Россия  не  имела
выходов к европейским морям. Черное и Азовское  моря  находились  во  власти
турок,  Балтийское  побережье   принадлежало   Швеции,   и,   следовательно,
разрешение проблемы морских границ могло произойти только  через  посредство
войны с хорошо вооруженными и сильными соседями России. Борьба с  Турцией  и
особенно со Швецией требовала энергичной подготовки  и,  в  первую  очередь,
организации  регулярной  армии,  морского  военного  флота  и   интенсивного
развития промышленности.
       Попытки реорганизации  армии  по  европейскому  образцу  неоднократно
делались еще в допетровское время, но основная тяжесть  всех  хозяйственных,
административных и военных реформ легла на плечи Петра I.  Богато  одаренный
от  природы  и  широко  образованный  для  своего  времени  Петр  I  являлся
продолжателем военной  политики  Ивана  Грозного.  Он  хорошо  понимал,  что
проблема морских границ, поставленная Иваном Грозным, но не решенная им,  во
что бы то ни  стало  требовала  разрешения.  Цитируя  слова  Петра  Великого
"России  нужна  вода",  Карл  Маркс  тем  самым  характеризовал  направление
внешней политики России на рубеже XVII и XVIII в.в.[22] Во имя этой  "борьбы
за воду", то есть за выход к европейским морям, в  петровское  время  широко
производилась  разведка  рудных   богатств,   строились   чугунолитейные   и
оружейные заводы на Урале и в Центральной России,  прокладывались  каналы  и
новые стратегические дороги, сооружались корабельные верфи, а вместе с  ними
возникали и новые города. Азовские походы 1695 и 1696  годов,  закончившиеся
взятием города Азова при помощи  речной  военной  флотилии,  построенной  за
зиму в Воронеже, благотворно повлияло на развитие Воронежа и Тулы и  вызвали
к жизни города Азов, Тавров, Новопавловск и ряд  других  городов.  Война  со
шведами оставила после себя  Петрозаводск  и  Кронштадт.  В  Москве,  Киеве,
Новгороде и других городах возникли новые оборонительные укрепления, и  даже
самое основание северной столицы России  -  Санкт-Петербурга,  было  обязано
той же борьбе со Швецией за морские границы. В период Северной войны  театры
военных действий  перемещались,  застовляя  производить  фортификационные  и
градостроительные работы в различных районнах  страны  -  от  Прибалтики  до
Украины  включительно.  По  Ништадтскому   миру   Россия   возвратила   себе
отторгнутые от нее приладожские  новгородские земли и сверх  того  приобрела
Выборг в Финляндии и всю Прибалтику с Ревелем и Ригой.
      По  окончании  Северной  войны  в  1721  году  Петр  I  принял   титул
императора,  чем  был  формально  завершен  длительный  процесс  образования
Российской империи. Таким образом, военная политика Петра I  являлась  одной
из важнейших предпосылок строительства городов в России.

           $ 2. ИСТОРИЯ МЕСТНОСТИ, ГДЕ БЫЛ ОСНОВАН САНКТ-ПЕТЕРБУРГ

      Северное побережье Невской губы и Финского залива было заселено еще  в
глубокой древности.
      Ближайшие  окрестности  Санкт-Петербурга   богаты   следами   культуры
каменного века. Все они, кроме неолитической стоянки  в  Разливе,  относятся
ко времени 1800-2000 лет до н.э. Стоянка в Разливе является самой древней  и
может быть датирована на основании геологических данных IV  тысячилетием  до
н.э. Не менее обитаем  был  этот  край  и  в  более  позднее  время,  о  чем
красноречиво говорят ее сестрорецкие  курганы,  датируемые  X-XIII  в.в.,  и
большой  клад  арабских   монет   IX-X   в.в.,   найденный   на   территории
Васильевского острова. Большое оживление на водных  путях  Восточной  Европы
наблюдалось уже в VIII-XI в.в., когда народы  и  племена,  жившие  в  районе
Балтийского  моря,  поддерживали  оживленные  сношения  со  Средней   Азией,
Ираном, Ближним Востоком, Византией,  пользуясь  при  этом  рекой  Волгой  и
"великим путем из Варяг в Греки". Часть этого пути шла по  северо-восточному
берегу Финского залива, а затем по  реке  Неве  и  Ладожскому  озеру.  Таким
образом, Нева являлась началом великих водных путей - Волжского и из  "Варяг
в Греки".
      Племена, жившие в районе Финского залива, в том числе  водь  и  ижоры,
издавна находились в тесных сношениях с ильменскими  славянами  и  вместе  с
ними вошли в IX в. в состав Новгородского государства.
      Перечисляя состав владений Великого Новгорода,  летописец  в  1270  г.
писал: "Вся волость Новгородская  -  Плесковичи,  Ладожане,  Карела,  Ижора,
Вожане".[23] Тот же перечень можно встретить в летописи и  под  1316  г.[24]
Ижорская земля входила в состав Вотской пятины.
      Территория будущего Санкт-Петербурга в новгородские времена находилась
на землях Никольско-Ижорского и Спасско-Городненского  погостов  Ореховского
уезда, входившего в состав Вотской пятины.
      Почти все население Ижорского и Спасского погостов жило в  деревнях  и
занималось  сельским  хозяйством.  Уже  в  начале  XIII  в.  густонаселенная
Ижорская земля была цветущим  земледельческим  краем,  привлекавшим  к  себе
жадных до грабежа рыцарей, которые, например, в   1221  г.  захватили  здесь
большую добычу и произвели страшное опустошение.[25]
      Писцовая книга  1500  г.,  давая  подробное  представление  о  жителях
Ижорской земли, свидетельствует, что в состав  "старого  дохода,  шедшего  с
крестьян восьми погостов Ореховского уезда, входили  рожь,  овес,  ячмень  и
лен. Развито было и скотоводство, в  некоторых  погостах  существенную  роль
играла охота. Рыбная ловля была развита в  местностях,  лежащих  по  берегам
реки Невы".
      С Невой же был связан и другой вид занятий - судовой промысел. В число
судовщиков включались не только лица, делавшие суда и  владельцы  их,  но  и
лоцманы,  хорошо  знавшие  "речной  ход"  как  по  Неве,  Ладожскому  озеру,
Волхову, так и по Финскому заливу. Из промыслов в Ижорской земле были  особо
развиты железодобывающий и железоделательный.
      На территории будущего Санкт-Петербурга и прилегающего к нему района в
1500 г. находилось 410 деревень и 1082 двора с населением  в  1516  человек.
Самым населенным пунктом в Спасском погосте было  село  на  острове  Фомине.
Оно состояло из 37 дворов с населением в 36 человек (один двор  пустовал   и
содержался на случай приезда тиуна.)
      Кроме  сельского  населения,  в  Ижорской  земле  было   и   городское
население, сосредоточенное  в  городах  и  поселениях  городского  типа.   В
Вожской пятине было 6 городов-крепостей:  Ивангород,  Ладога,   Корела,  Ям,
Копорье и Орешек; 4 из них - Ивангород, Ям. Копорье и Орешек - находились  в
Ижорской земле. Орешек, построенный в 1323 г.  у истоков  Невы  на  Ореховом
острове, являлся центром Ижорской земли. По количеству  дворов  и  населения
Орешек занимал третье место среди городов Вотской пятины. В 1545  г.  в  нем
было уже 165 дворов, 2 монастыря и 4 церкви.
      Значительному и быстрому  развитию  городов  и  торгово-  промышленных
поселений в Ижорской земле и, особенно на реке Неве, способствовало то,  что
они были не только торговыми и ремесленными центрами своего уезда, но  имели
большое значение и во внешней торговле всего Русского государства. В  XVI  и
XVII в.в.  несколько  важных  путей,  по  которым  шла  русская  торговля  с
Западом, пролегало через  Ижорскую  землю.  Один  из  них  шел  по  Волхову,
Ладожскому озеру, через Орешек  вниз  по  Неве  в  Финский  залив.  Особенно
важным отрезком этого пути была Нева, так как здесь  происходила  перегрузка
товаров с морских на речные суда.

                 $ 3.  БОРЬБА РУССКОГО ГОСУДАРСТВА ЗА ВЫХОД
                К МОРЮ И ВОЗВРАЩЕНИЕ ИСКОННО РУССКИХ ЗЕМЕЛЬ.

      Ижорская земля, по которой пролегали пути, связывавшие Русь с Западной
Европой, и  которая  прикрывала  Русь  от  нападений  немцев  и  шведов,  на
протяжении  многих  веков  была   ареной   многочисленных   воин.   Объектом
ожесточенных схваток было  устье  Невы,  имевшее  совершенно  исключительное
стратегическое и торговое значение сначала  для  Новгорода,  а  позднее  для
всего Русского государства.
      С конца XI века начинается продолжительная и упорная борьба  Новгорода
со швецией за выход из Невы в Финский  залив.  Первые  отраженные  летописью
походы "свеев" (шведов) относятся к 60-м годам XII  в.  В  1240  г.  крупные
силы шведов появились на Неве у устья реки Ижоры, но 15 июля  1240  г.  были
разбиты Александром Невским. Но на этом  борьба  не  закончилась.  Только  в
период с 1283 по 1323 г. Новгородская летопись отмечает 15  крупных  военных
столкновений русских со шведами. В 1300 г. шведам  даже  удалось  укрепиться
на Неве, построив в устье реки Охты  крепость  Ландскрона,  которая  в  1301
году была разрушена новгородцами.
      Чтобы предотвратить опасность захвата Невы шведами, русские  строят  в
1310 г.  город Корелу, а в 1323 г. - г. Орешек.
      Построенный для укрепления  северо-запада  новгородской  земли  Орешек
закрыл выход из Невы в Ладожское озеро и, таким  образом,  затруднил  шведам
доступ во внутренние русские  области.  В  том  же  1323  г.  в  Орешке  был
заключен между Новогородом и Швецией "вечный мир", в  котором  впервые  была
определена  и  зафиксирована  более   или   менее   точная   граница   между
новгородскими и шведскими владениями. Граница эта оставалась  неизменной  до
конца XVI в.
      Ореховский договор явился базой для  всех  позднейших  дипломатических
переговоров между Россией и Швецией вплоть до XVII в., но "вечного" мира  он
не дал. Время от времени борьба за Неву вспыхивала с новой силой.
      Возникновение в середине XV в. централизованного Русского государства,
к которому в 1478 г. был присоединен Новгород с принадлежащими ему  землями,
а в 1510 г. Псков, резко  изменило  обстановку  в  Прибалтике.  Новгородские
порубежные городки были укреплены и снабжены гарнизонами, а в 1492  г.  Иван
III построил в Прибалтике крепость  Ивангород,  которая  преграждала  проход
между Чудским озером и морским берегом.
      В XVI в. начинается новый этап борьбы  за  Балтийское  море.  К  этому
времени Россия была отрезана Литвой и Ливонией от Балтийского  моря.  Швеция
предпринимала постоянные попытки отобрать у России и  выход  на  Балтику  по
Неве. Упреждая это, Иван IV начал в 1558 г. Ливонскую войну. Война  эта  для
России была неудачной, и по Плюсскому перемирию  в   1583  г.  от  нее  были
отторгнуты города Ям, Копорье, Ивангород  и  Корела  вместе  с  уездами.  По
итогам следующего этапа войны, закончившегося Тевзинским миром  в  1595  г.,
Россия вернула все утраченные территории, кроме Нарвы с уездом.
      В  годы  польско-шведской  интервенции  в   начале   XVII   в.   шведы
воспользовались временной слабостью Русского государства  и  захватили  весь
Невско-Ладожский  бассейн.  По  итогам  договора  между  Русью  и   Швецией,
заключенного в деревне  Столбово  в  1617  г.,  Россия  оказалась  полностью
отрезанной от Балтийского моря.
      Таким образом, Швеция достигла наконец цели, к  которой  стремилась  в
течение более трех веков. Почти на целое столетие  старая  русская  область,
какой  был  Невский  край,  была  захвачена  шведами  и  получила   название
Ингерманландии.
      Шведский король Густав Адольф  хорошо  понимал  значение  Столбовского
договора и в своей речи на  сейме  1617  г.  так  оценивал  результаты  его:
"Благодаря  уступке  шведам   Ивангорода,   Яма,   Копорье,   Нотербурга   и
Кексгольма,  шведы  теперь  могут  руководить   по   своей   воле   нарвскою
торговлею... А области, теперь уступленные шведам,  отличаются  плодородием,
в них много рек, богатых рыбою,  много  лесов  с  изобилием  дичи  и  пушных
зверей, меха и шкуры которых высоко ценятся"[26].
      Учитывая важное  стратегическое  значение  Невы,  шведы  сразу  же  по
овладении  ею  составили  план  сооружения  здесь  целого  ряда  укреплений,
согласно которого в устье реки Охты было построено укрепление Ниеншанц.
      Тотчас же,  по  заключению  Столбовского  мира,  началась  колонизация
Невского края в  соответствии  с  политическими  интересами  Швеции.  Особым
манифестом  шведское  правительство  приглашало  сюда  шведских   подданных,
главным образом дворян, а также иностранцев - немцев и финнов.
      Следующая попытка  освободить  Прибалтику  от  Риги  до  Выборга  была
предпринята  русскими  в   1656   году.   Война   закончилась   для   России
безрезультатно Кардисским миром 1661 г.
      Русское государство оставалось отрезанным от моря, а русское население
Ингерманландии продолжало страдать от насилия иноземных поработителей.
      После войны 1656 - 1658 гг. было сделано еще две попытки (в 1676 г.  и
в 1684 г.) путем дипломатических переговоров вернуть Ижорскую землю  России,
но они окончились неудачно. Единственным  средством  воссоединения  Ижорской
земли с Русским государством, а  следовательно,   и  возвращение  выхода  на
морские пути, становилась новая война со Швецией.  Эти  задачи  должна  была
разрешить начавшаяся в августе 1700 г. Северная война.
                     $ 4. БИТВА ЗА НЕВУ И ФИНСКИЙ ЗАЛИВ.

      Утрата земель, расположенных в районе Ладожского озера и Невы, нанесла
серьезный ущерб политическому и  экономическому  развитию  России.  К  концу
XVII  столетия  необходимость  овладения  берегами  Балтийского  моря  стала
настолько острой, что нельзя  было  медлить  с  разрешением  этой  важнейшей
политической  задачи.  Начатая  Петром  I   Северная   война   имела   целью
возвращение России тех ее  земель,  обладание  которыми  являлось  абсолютно
необходимым для ее дальнейшего развития. Маркс так говорит об  этом:  "Никто
не мог себе представить великую нацию, оторванную  от  морских  побережий  и
устьев ее рек. Россия уже не могла  оставить  в  руках  шведов  устье  Невы,
которое  являлось  естественным  выходом  для   сбыта   продукции   Северной
России...  Петр  завладел  всем  тем,  что  было  абсолютно  необходимо  для
естественного развития его страны"[27].
      Возвращение России приневских и приладожских  земель  было  необходимо
для преодоления ее  экономической,  политической  и  культурной  отсталости.
Необходимость ликвидировать отсталость ясно осознавалась  передовыми  людьми
эпохи, в числе которых был и царь.
      Петр I, начиная подготовку к войне, прежде  всего  стремился  добиться
союза  с  теми  европейскими   государствами,   которые,   подобно   России,
испытывали на себе тяжесть политического и экономического господства  Швеции
в северной Европе. 11 ноября  1699  г.  был  заключен  "наступательный  союз
против Швеции" между Россией, Польшей и Данией. Вопрос о  войне  со  Швецией
был решен.
      В августе 1700 г. из Москвы,  направляясь  к  Нарве,  выступил  первый
русский отряд под командованием И.И.Бутурлина, вслед  за  которым  двинулись
остальные войска.
      До 1702 г. русские войска преследовали неудачи, основная  из которых -
разгром под Нарвой.
      После постройки флотилии, на Ладоге были одержаны несколько побед  над
шведским флотом, за которыми  началось  сухопутное  наступление  на  невском
направлении. Начало его увенчалось блестящим успехом: в октябре 1702 г.  пал
Нотебург (бывший Орешек, затем Шлиссельбург).  В  мае  1703  г.  была  взята
крепость Ниеншанц. На рассвете 7 мая русский отряд из 30 лодок взял  в  плен
2 шведских корабля.  Руководили  операцией  непосредственно  сам  Петр  I  и
А.Меншиков. Это была первая морская победа в Северной войне.  Успех  русских
заставил  шведов  быть  осторожными  и  не  предпринимать   новых   активных
действий. Однако шведская эскадра не  ушла  со  взморья,  и  ее  присутствие
создавало угрозу для русских войск. Кроме  того,  у  реки  Сестры  находился
шведский отряд, который в любую минуту мог появиться на Неве. Это  заставило
Петра принять меры к тому, чтобы Нева  оказалась  укрепленной  сильнее,  чем
она была укреплена шведами. На берегах  Невы  было  решено  построить  новую
крепость.
      В  единственном  официальном  и  авторитетном  источнике  по   истории
Северной войны "Журнале  или  Поденной  записке...  Петра  Великого..."  так
говорится о закладке новой крепости на Неве: "По  взятии  Канец  (Ниеншанца)
отправлен воинский совет, тот ли шанец крепить,  или  место  удобнее  искать
(похоже оный мал, далеко от моря и место не гораздо  крепко  от  натуры),  в
котором положено искать нового места, и по несколькох днях  найдено  к  тому
удобное место остров, который назывался  Люст-Ланд  (т.е.  Веселый  остров),
где в 16 день мая (в неделю пятидесятницы)  крепость  заложена  и  именована
Санктпетербург..."[28]
      В "Истории императора Петра Великого", автором  которой  в  первом  ее
издании 1773 г. обозначен Феофан Прокопович,  соображения  в  пользу  выбора
места для постройки новой крепости приводятся те же, что и  в  "Журнале...".
Отмечается так же,  что  размеры  острова  наилучшим  образом  удовлетворяли
требованиям постройки крепости, территория его целиком могла  быть  отведена
под крепость, так что "лишней земли" на нем не оставалось  бы,  и  в  то  же
время эта территория не была настолько мала, чтобы крепость  не  могла  быть
построена. Кроме того, остров,  как  пишет  автор,  "  вокруг  себя  глубину
имеет"[29].



                                ГЛАВА ВТОРАЯ

                        СТРОИТЕЛЬСТВО ГОРОДА НА НЕВЕ

                    $ 1. ГЕОГРАФИЧЕСКОЕ ПОЛОЖЕНИЕ ГОРОДА.

         Местоположение   Санкт-Петербурга   определяется    географическими
координатами 59 57  северной широты и 30 19  восточной долготы от  Гринвича.
Таким образом, город находится на одной широте с северной частью Камчатки  и
южной  частью  Аляски.  Но,  благодаря  влиянию  теплых  ветров,  дующих   с
Атлантического океана, средняя годовая температура на этом месте  составляет
+4,3 С.
      Климат  города  -  типично  морской,  умеренный  ,   со   значительной
влажностью, частыми туманами и осадками в виде дождя и снега.
      Ясных и безоблачных дней в среднем в году здесь бывает  31,  пасмурных
дней - 172, дней с туманами - 57 и  полуясных  с  переменной  облачностью  -
105. Весь период с положительной температурой воздуха длится в  среднем  222
дня, а с отрицательной - 143 дня. Дождливых дней бывает в среднем 126,  а  в
холодный период года с твердыми осадками (снег, град, иней) - 61 день.
      Для города на  Неве,  расположенного  в  высоких  широтах,  характерна
большая изменчивость продолжительности дня в течение года:  от  5  часов  52
минут в день зимнего солнцестояния, до 18 часов  53  минут  в  день  летнего
солнцестояния.
      Широко известны Санкт-Петербургские белые  ночи.  Началом  их  принято
считать 25-26 мая, а концом - 16-17  июля.  В  это  необычное  время  солнце
восходит вблизи северной точки горизонта. Высоко поднявшись в  полдень,  оно
заходит недалеко от места, где взошло,  погружаясь  за  линию  горизонта  на
небольшую глубину. Поэтому вечерние сумерки сливаются с утренней  зарей.  По
словам А.С.Пушкина "одна заря сменить другую спешит, дав ночи полчаса".[30]
      Нева (длина 74 км.), соединяя Финский залив с  Ладожским,  Онежским  и
другими  озерами,  прорезает  город  на  протяжении  13  км.,  образуя   ряд
разветвлений, из которых главными являются Большая и  Малая  Нева,  Большая,
Средняя и Малая Невки. Кроме пяти названных  разветвлений  Нева  образует  в
своей дельте еще ряд более мелких  протоков  -  Фантанку,  Мойку,  Карповку,
Смоленку, Пряжку и Екатерингофку.
      Ширина Невы в пределах города колеблется от  300 до  600  м.,  средняя
глубина 10-18 м., высота берегов от 5 до  12  м.  Скорость  течения  Невы  в
отдельных частях ее различна: от 3,5 до 6 км. в час.
      При впадении Невы в Финский залив происходит резкое снижение  скорости
движения воды, вследствие  чего  илистые  частички,  которые  несут  Невские
воды, осаждаются на дно и образуют  на  взморье  обширные  отмели,  делающие
невозможным проход в устье Невы. Из-за скорости течения  Нева  не  замерзает
до  тех  пор,  пока  ее  не  затрет   озерным   ладожским   льдом.   Средняя
продолжительность периода, когда Нева  свободна  ото  льда  и  пригодна  для
судоходства, равняется 218 дням в году.
      С самого основания Санкт-Петербурга большим бедствием для него  всегда
были наводнения. Собственный сток Невы при западном ветре  способен  поднять
уровень воды от 2,5 до 3,5 метров над ординаром не менее чем за  6-8  часов.
Во время же прохождения над  Балтийским  морем  циклона  такой  подъем  воды
происходит за 1,5-2 часа. Чаще всего  значительные  подъемы  воды  бывают  в
сентябре-декабре, большинство же их приходится на  ноябрь.  Зимой  и  весной
наводнения бывают редко.  Особенно  опасны  зимние  наводнения,  так  как  к
разрушительным силам воды и ветра присоединяется еще и лед.
      Свое название Нева получила от древнего названия  Ладожского  озера  -
Нево-озеро, а вся восточная часть  Финского  залива  вплоть  до  XVIII  века
носила название Котлина озера.
      К началу строительства  Санкт-Петербурга  в  дельте  Невы  имелось  28
островов.  Следует  также  иметть  ввиду,  что  ряд  островов   впоследствии
образовался вследствие искусственного прорытия каналов, а некоторые  из  них
исчезли в результате засыпания  проток  при  строительстве  города.  Размеры
отдельных островов также менялись - одни из них росли, а  другие,  наоборот,
размывались.

                  $ 2. ПЛАНИРОВАНИЕ И НАЧАЛО СТРОИТЕЛЬСТВА
                               БУДУЩЕЙ СТОЛИЦЫ

      Для целей обороны Невы место постройки  крепости  было  очень  удобно.
Остров находился у самого разветвления реки на два рукава, и крепость  могла
держать под обстрелом шведов, откуда бы они  не  появились.  Остров  с  трех
сторон был окружен широкими просторами Невы,  с  четвертой  его  отделял  от
соседнего Березового острова  пролив,  хотя  и  узкий,  но  могущий  служить
оборонительным рубежом. Стратегические  выгоды  острова  были,  по-видимому,
оценены Петром  сразу  же,  и  он  немеделенно  приказал  начать  работы  по
возведению на нем крепости.
      Крепость  была  заложена  16  мая  1703  года,   как   свидетельствуют
документы, относящиеся к этому событию. 16 мая 1703 года  и  является  датой
основания Петербурга. Крепость первоначальное свое название  Санкт-Питербурх
получила 29 июня того же года в церковный праздник  святых  Петра  и  Павла.
Позднее, когда в крепости был построен собор в  честь  Петра  и  Павла,  она
стала называться Петропавловской, название  же  Санкт-Петербург  закрепилось
за городом, возникшим вокруг крепости. В начавшей выходить при Петре  первой
русской печатной газете "Ведомости", в номере от 4 октября 1703  года,  было
напечатано: "Его царское величество по взятии Шлотбурга (Ниеншанца) в  одной
миле оттуды, ближе  к  восточному  морю,  на  острове  новую  и  зелоугодную
крепость построить велел, в ней же есть 6 бастионов, где работали  20  тысяч
человек  подкопщиков,  и  тое  крепость  на  свое  государское   именование,
прозванием Питербурхом, обновити указал".[31]
      Работа по постройке  крепости  велась  с  быстротой,  подсказывавшейся
напряженной военной обстановкой на Неве. К работам  были  привлечены  прежде
всего  солдаты,  находившиеся  в  лагере  под  Шлотбургом.  Кроме  того,   в
постройке  крепости  приняли  участие  работные  люди,  занятые  укреплением
Шлиссельбурга. Но этого было недостаточно. Были немедленно  разосланы  указы
о посылке на Неву рабочих из разных мест России, и  скоро  около  строящейся
крепости  раскинулся  целый  городок  работных  людей.   Это   было   первое
гражданское население будущей столицы империи.
      Между тем к Неве приблизился, став у реки Сестры, шведский отряд, имея
явное намерение начать активные действия против  русских.  Петр  I  не  стал
дожидаться  этого  и  сам  перешел  в  наступление.  7  июля  он  во   главе
восьмитысячного отряда пехоты и конницы разбил шведов и заставил их  уйти  к
Выборгу.
      Губернатором Петерпбурга в это время был  назначен  А.Д.Меншиков.  Ему
было поручено наблюдать за  постройкой  города  и  крепости.  Он  действовал
быстро и энергично, понимая, какую важность имеет  закрепление  достигнутого
успеха. К осени 1703 года постройка крепости была почти закончена.
      Параллельно со строительством города и крепости  велось  строительство
15 новых военных кораблей на Лодейнопольской верфи.
      После ухода шведской эскадры от устья Невы, русские вышли на  взморье,
чтобы  найти  место  для  морской  крепости,  которая  могла  бы  преградить
неприятелю вход в Неву. Остров Котлин наилучшим образом отвечал  этой  цели.
Но в короткий срок не представлялось возможным построить  крепость  на  нем.
Петр ограничился тем, что отдал распоряжение соорудить батарею на  одной  из
мелей  недалеко  от  южного  берега  Котлина.  Эта  батарея,   имевшая   вид
трехъярусной деревянной башни, вместе с батареей,  возведенной  на  острове,
закрывала единственный фарватер, по которому шведы могли подойти к  Неве  со
стороны Финского залива. Сооружение батарей продолжалось  всю  зиму.  Весной
1704 г. произошло ее торжественное освящение. Она была  названа  Кроншлотом.
Значение Кроншлота для защиты входа в Неву было очень велико.  Недаром  Петр
в инструкции коменданту Кроншлота от 3 мая 1704  г.  писал:  "Содержать  сию
ситадель с божиею помощию, аще случится, хотя до последнего человека"[32].
      К маю 1704 г., т.е. через год после закладки крепости на  Неве,  самые
срочные и важные  мероприятия  по  защите  Невы  и  очищению  от  неприятеля
окрестностей были закончены. За этот  год  на  берегах  Невы  успел  вырасти
город.
      В 1706  г.  началось  сооружение  каменных  бастионов  Петропавловской
крепости (закончено оно было лишь в 1740 г.), а в следующем году  приступили
к постройке кронверка по другую сторону  протока,  отделяющего  крепость  от
Березового острова. Одновременно шли работы по укреплению  Котлина.  На  нем
были возведены постоянные сооружения,  заменившие  собой  существовавшие  до
того временные.
      Знаменитый  историограф  Карамзин   говорил,   что   Петр   I   сделал
"бессмертную ошибку"[33], основав Петербург именно на этом месте,  а  не  на
другом. Его взгляд разделили многие. Но здесь не было ошибки  Петра:  Россия
шла естественным ходом исторической жизни к своему упрочению  на  Балтийском
море. Петр  I  стал  исполнителем  этого  исторического  процесса,  сознавая
пользу, которую принесет Петербург, построенный в устье Невы.
      Разветвленная дельта Невы давала  возможности  как  для  строительства
портовых сооружений и корабельный верфей, так и для  превращения  Петербурга
в сильную приморскую крепость. Вот почему  выбор  Петра  I  пал  на  невскую
дельту, несмотря на  трудный  для  освоения  болотистый  грунт  и  суровость
природы.
      Слабые уклоны приморской равнины и обилие вод сделали почву Петербурга
болотистой. И нужно было затратить немало усилий на то, чтобы осушить  почву
и сделать ее пригодной для строительства города. Каналы, прорытые при  Петре
и в более позднее время, снизили уровень грунтовых вод  и  улучшили  климат,
но опасность морских наводнений все же не была изжита.
      Почти  во  всех  специальных  трудах,  посвященных  изучению   старого
Петербурга,  первое  десятилетие  с  момента  основания   города   считалось
временем строительного беспорядка[34]. А между тем в  истории  строительства
Петербурга эти годы сыграли весьма существенную, если не решающую роль.
      С первых же лет после  основания  Петропавловской  крепости  Петербург
стал  развиваться  необыкновенными  темпами.  Уже   в   том   же   1703   г.
строительство перебросилось  на  Петербургскую  сторону  и  на  Васильевский
остров. В 1704 г. на левом берегу возникает Главное  Адмиралтейство.  Вокруг
него  разбивается  эспланада  (Адмиралтейский  луг),  за  которым  вырастает
Адмиралтейская слобода. На Березовом острове (Фомин остров), где  еще  вчера
шумел дремучий лес, на  прорубленных  просеках  возникли  первые  улицы.  Их
заселение шло  по  сословным  и  профессиональным  признакам,  что  получило
отражение  в  названиях  многих  улиц.  Вблизи  Троицкой  площади  появились
Большая Дворянская и Малая Дворянская  улицы,  где  поселились  дворяне.  По
соседству образовались Поссадские улицы. Далее в глубь острова  -  Ружейная,
Монетная, Пушкарская, Гребецкая и другие улицы.
      Вдоль самого берега реки были возведены дома  "именных  людей".  Кроме
царской резиденции  здесь  стояли  добротные  дома  виднейших  сановников  -
А.Д.Меншикова,  Г.И.Головкина,  П.П.Шафирова,  И.М.Зотова,  М.П.Гагарина   и
других. От того далекого времени сохранился  лишь  Домик  Петра  I.  Он  был
срублен из обтесанных сосновых бревен солдатами-плотниками за три  дня  -  с
24 по 26 мая 1703  г.  А  28  мая  под  пушечную  пальбу  основатель  города
поселился в своем новопостроенном дворце.
      Наплыв населения в Петербург был настолько велик, что в течение десяти
с небольшим лет была застроена терртория между  Адмиралтейством  и  Марсовым
полем, а также и весьма протяженное побережье Невы от Финского залива  и  до
Выборгской стороны. В 1710 г. напротив впадения в  Неву  р.  Охты,  т.е.  на
расстоянии 5 км. от "исходного пункта" Петербурга-Петропавловской  крепости,
появились первые деревянные здания Александро-Невской  Лавры,  а  через  два
года между Адмиралтейством и Лаврой началась  прокладка  главной  магистрали
столицы - Невского проспекта. Таким  образром,  несмотря  на  разбросанность
застройки и  наличие  в  черте  города  обширных  "пустопорожних"[35]  мест,
Петербург петровского времени охватил громадную территорию, не уступавшую  в
размерах    крупнейшим    европейским    столицам.    Это    терреториальное
распространение  города,  вызвавшее  строительство   больших   прямолинейных
проспектов,  завершенных   громадными   шпилеобразными   башнями,   навсегда
определила тот широкий размах, который свойственен Петербургу.
      В  самом  деле,  представим  себе  обстановку,  в  какой   происходило
строительство Петербурга в первые годы после его  основания.  Десятки  тысяч
людей  разной  социальной  принадлежности   навсегда   и   весьма   поспешно
переселились в Петербург. Но в Петербурге они не имели готовых жилищ и  даже
самых  необходимых  строительных  материалов.  Указ   Петра   о   запрещении
каменного строительства во всей России,  за  исключением  Петербурга,  вышел
только в 1714 году[36],  поэтому  в  первые  годы  строительство  велось  из
всяких материалов, находившихся под рукой. Дерево в бревнах и досках,  глина
для мазки деревянных стен и для изготовления сырцового  кирпича,  хворост  и
дерн для покрытия домов - все шло  в  дело.  При  отсутствии  предварительно
составленного  генерального  плана  Петербурга  такое  строительство   могло
привести к непоправимому хаосу. Однако этого не  произошло,  и  даже  больше
того - иностранцы, приезжавшие в Петербург в двадцатых  годах  XVIII  в.,  с
восторгом отзывались о новой петровской столице.
      Что же было сделано для того, чтобы предотвратить  стихийное  развитие
города  и  сделать  его   удобным,   благоустроенным   и   красивым?   Среди
строительных мероприятий  петровского  времени  выделяются  три  главных,  а
именно: 1) государство приняло на  себя  руководство  работами  по  осушению
почвы и по прокладке  улиц  и  набережных;  2)  государство  заняло  опорные
пункты городского плана, из которых главным был центр Петербурга;  3)  чтобы
обуздать стихию  застройки  улиц  и  кварталов,  частным  застройщикам  были
предложены образцовые дома с обязательством строить дом не  внутри  участка,
а  по  "красной  линии"  улицы,  что  также  имело  важное   противопожарное
значение.
      Примерно в это же время выходили указы Петра о переходе  к  регулярной
застройке,  о  широком   применении  посадки  новых  зеленых  насаждений   и
сохранении старых, о строительстве набережных  ("Набережной  улице   быть  7
сажен шириною и так погнутой, как сваями назначено"[37]) и их укреплении,  а
в последующем  и об их облицовке гранитом; о проведении осушительных  работ,
замощении и освещении улиц в ночные часы. Все  это  составило  целый  кодекс
строительных правил, характерных уже для нового города, регулярного в  своем
существе.  Отсюда  становится  очевидным,  что  петровская   эпоха   явилась
переломным периодом в истории русского градостроительства.

               $ 3. АРХИТЕКТУРНЫЕ ОСОБЕННОСТИ САНКТ-ПЕТЕРБУРГА

      Петровская  эпоха  явилась  переломным  периодом  в  истории  русского
градостроительства. Одновременно с решительным переломом  во  всех  областях
городского   строительства   произошли   крупнейшие   сдвиги   и   в   самих
художественных воззрениях русских  зодчих.  Для  осуществления  строительной
программы,  особенно  широко  развернутой  в  Санкт-Петербурге,  требовались
многочисленные архитектурные кадры. В начале  XVIII  в.  Москва,  обладавшая
крупными зодчими, все же являлась хранительницей старины, и,  следовательно,
в  новой  обстановке,  когда  сам  Петр  стремился  к  европеизации  русской
культуры, было необходимо приглашение  иностранцев. Снова, как и при   Иване
III,  в  Россию  приезжают  иностранные  архитекторы.  Большинство  из   них
сосредоточилось в Петербурге, где под руководством самого Петра  и  Комиссии
строений,  возглавляемой  Ульяном  Сенявиным[38],   осуществляются   широкие
строительные работы.  Начиная  с  1713  г.  в  Петербурге  работают  Шлотер,
Шедель, Леблон, Матарнови и ряд других мастеров.
      Самый факт приглашения иностранных мастеров  архитектурного  дела  был
вызван исторической необходимостью и в свете задач, стоявших  перед  Россией
петровского  времени,  был  прогрессивным  явлением.  Отдельные  иностранные
архитекторы, особенно Трезини, Шедель и Леблон, сделали положительный  вклад
в русское зодчество. Однако нельзя преувеличивать творческого значения  этих
мастеров  и   тем   более   считать   их   проводниками   западноевропейской
художественной культуры, якобы  воспринимавшейся  в  России  без  каких-либо
существенных изменений.
      Следует также отметить, что далеко не все архитекторы, поступившие при
Петре I на  русскую  службу,  оправдали  себя  в  проектной  и  строительной
работе. Черезмерное доверие к иностранцам со стороны Петра открывало  широко
двери всем желавшим ехать  в  Россию,  и,  естественно,  поэтому  наряду  со
способными людьми в  Петербург  попадали  посредственные  или  вовсе  никуда
негодные  архитекторы-самозванцы.  Общеизвестна   неудача   Расстрелли-отца,
котрому пришлось отказаться от архитектурной  карьеры  и  целиком   заняться
скульптурой[39].
      По  поводу  восприятия  Россией  европейской  культуры   В.Г.Белинский
говорил: "Петр великий, приобщив Россию к европейской жизни, дал  через  это
русской  жизни   новую   обширную   форму,   но   отнюдь   не   изменил   ее
субстанционального  основания  точно   также,   как   представители   нового
европейского мира, усвоив  себе  роскошные  плоды,  завещенные  ему  древним
миром, отнюдь не сделались  ни  греками,  ни  римлянами,  но  развивались  в
собственных самобытных формах"[40].
      Действительно,  если  подвергнуть  анализу  творчество   архитекторов,
прибывавших в Россию, то между их первыми и позднейшими работами  нельзя  не
заметить значительной  разницы.  Так,  например,  Доминико  Трезини,  долгое
время работавший при королевском дворе  в  Копенгагене,  принес  с  собой  в
Петербург  суровые  формы  скандинавского  зодчества.  Эта  суровость  нашла
волплощение в колокольне Петропавловского собора,  которая  поднимается  над
равниной Невы подобно  шпилеобразным  башням  Стокгольма,  Таллина  и  Риги.
Однако в дальнейшем под  влиянием  русского  зодчества  архитектурные  формы
Трезини заметно смягчились.
      Еще более наглядную эволюцию демонстрирует творчество Шеделя,  который
прожил  в  России  40  лет.  Сравнение  построек  Шеделя   показывает,   как
постепенно,  но  неуклонно  продолжалось   художественное   мышление   этого
мастера, и как укреплялась  связь  его  творчества  с  национальной  русской
архитектурой. Если первые работы Шеделя  в  Ораниенбауме  и  Петербурге  еще
примыкают к западным образцам, то его постройки  для  Киево-Печерской  Лавры
несут в себе чисто русскую  мягкость  и  получают  богатый  орнамент,  очень
близкий к мотивам народного творчества.
      К сожалению, эта сторона в биографиях иностранных зодчих, работавших в
России,  остается  еще  малоизученной,  но  можно  с   полной   уверенностью
утверждать, что  творчество  иностранцев,  попавших  на  русскую  почву,  не
осталось неизменным. И даже больше того, оторванные от Родины  и  работавшие
в течение  многих  лет  в  обстановке  русской  природы  вместе  с  русскими
плотниками, резчиками, литейщиками и каменных дел мастерами,  попав  наконец
в  страну,  имевшую  высокую  национальную  художественную   культуру,   эти
архитекторы становились мастерами русского искусства.
      Со смертью Петра приглашение иностранцев надолго прекратилось[41].
      Конечно, отношение к иноземным архитекторам в  эпоху  Ивана  III  было
иным, ибо тем мастерам предлагали забыть их родной художес твенный  язык,  а
у иностранцев эпохи Петра охотно учились, и тем не менее было  бы  ошибочным
полагать, что иностранцы обладали полной творческой независимостью,  ибо  на
них  воздействовали  запросы  и  требования  русского  национального   быта.
Апраксины, Головкины, Кикины,  Шереметевы  и  ряд  других  аристократических
фамилий, еще недавно покинувших Москву, формировали общественное мнение и  в
сильной степени влияли на иностранцев.
      Так,  на  русской  почве  в  совместной  работе  с  такими  передовыми
архитекторами, как Земцов или  Иван  Зарудный,  и  при  воздействии  русских
запросов и требований  переплавлялось  художественное  мышление  иностранных
мастеров, органически включившихся в национальное русское  зодчество  начала
XVIII века.
      Смерть  Петра,  хотя  и  лишила  Россию  выдающегося  государственного
деятеля, но не изменила ее внешней и внутренней  политики  и  не  отразилась
существенным  образом  на  архитектуре   и   градостроительстве   в   целом.
Петербургская архитектурная школа по-прежнему сохраняла ведущее  значение  в
стране.  Однако  состав  архитекторов  сильно  изменился  ввиду  возвращения
петровских   пенсионеров   -   первых   русских   архитекторов,   получивших
профессиональное образование за  границей.  Среди  них  особенно  выделялись
Коробов и Еропкин, а если вспомнить, что еще в 1720-х годах в  самой  России
сложились такие крупные зодчие, как Иван Бланк, Земцов и Мичурин, то  станет
понятным,  какими  сильными  национальными   кадрами   обладала   Россия   в
послепетровское время.
      Планирование и прокладка улиц и магистралей  Петербурга  -  явление  в
сущности уникальное. Основная масса  архитекторов  их  планировку  объясняет
влиянием западноевропейских планировочных композиций, восходящих  к  лучевым
магистралям  Версаля  и   Рима.   Однако   нетрудно   доказать   своеобразие
петербургской планировочной системы.
      Сравнение лучеобразных систем магистралей Рима, Версаля  и  Петербурга
дает возможность  сделать  следующие  заключения:  если  в  Риме  и  Версале
лучевые системы обладают симметрией, при которой  средняя  улица  становится
главной, то в Петербурге такой симметрии  нет.  Наоборот,  решающую  роль  в
петербургской лучевой композиции играет боковой, косо  направленный  Невский
проспект. И это направление главной магистрали вполне себя оправдывает,  ибо
комплексы, окружающие  Адмиралтейство,  как  и  весь  центр  Петербурга,  не
обладают симметрией.
      Широко расходящиеся петербургские проспекты не дают возможности видеть
их  в  целом.   В   Петербурге   лучевая   система   рассчитана   на   прямо
противоположный  оптический   эффект:   если   в   Риме   улицы   ведут   от
планировочного узла, то в Петербурге они  приводят  к  планировочному  узлу.
Великолепная Адмиралтейская башня,  увенчанная  сверкающей  иглой,  является
оптической  "целью"  для  трех   петербургских   проспектов   и   производит
несравненно более сильное впечатление, чем  римский  обелиск  или  пустынный
почетный двор Версальского дворца.
      Самое закрепление башней исходной точки трех лучевых проспектов - есть
русское  нововведение,  впервые  примененное  в  Петербурге.  Широкий   веер
петербургских   проспектов   находит   полное   оправдание   в    композиции
генерального плана Петербурга, так  как  эти  проспекты  прорезают  насквозь
левобережную территорию  города  и  прочно  держат  кольцевые  магистрали  в
наиболее существенных местах, а именно: в точках перегиба Фонтанки и  Мойки.
Лучевые  магистрали  Петербурга  черезвычайно  удобны   и   в   транспортном
отношении, на что указывает дальнейшее развитие этих проспектов.
      Таким образом, лучевая планировочная ситема Петербурга лишь при  самом
поверхностном  рассмотрении  может  показаться  вариантом  версальской   или
римской системы. На самом деле она является независимым  и  живым  решением,
целиком принадлежащим русскому градостроительному гению.

              $ 4. САНКТ-ПЕТЕРБУРГ - ГОРОД-ВЕРФЬ И ГОРОД-ПОРТ.

      С  самого  своего  возникновения  Петербург  стал  крупнейшим  центром
судостроения.  Последнее  было   затем   долгое   время   ведущей   отраслью
промышленности города. Самым  крупным  и  первым  по  времени  возникновения
предприятием в судостроительной промышленности  была  Адмиралтейская  верфь.
Спешное создание в устье Невы  крупной  судостроительной  верфи  диктовалось
неотложностью строительства Балтийского флота, без чего невозможно  было  ни
ведение успешной войны  со  Швецией  на  море,  ни  закрепление  за  Россией
возвращенной от шведских захватчиков территории.
      Место для верфи было намечено как можно ближе к морю, но в тоже  время
на таком растоянии от Петропавловской крепости, чтобы верфь могла  быть  под
защитой пушек последней. Строительство верфи было начато 5 ноября 1704 г.
      Уже весной 1706 г. на верфи было начато строительство  мелких  военных
судов. В том же году было спущено на воду 18-пушечное бомбардирское судно  и
яхта “Надежда”.
      После разгрома  шведов  под  Полтавой  начинается  перестройка  верфи:
замена деревянных  сооружений  каменными,  устройство  корабельных  эллингов
.Строительство линейного флота стало абсолютно необходимым. И к 1712  г.  на
верфи строилось уже 6 линейных 90-пушечных кораблей.
      Адмиралтейская верфь была самым  крупным  предприятием  промышленности
Петербурга. В 1709 г. на ней работало 900 человек.
       Кроме Адмиралтейской верфи в городе и его окрестностях были  заложены
и функционировали еще несколько государственных и частных верфей. В 1715  г.
количество работавших на них людей  достигало  10000  человек[42].  К  концу
первой четверти XVIII в. петербургская Адмиралтейская верфь стала  одним  из
самых  крупных  судостроительных  предприятий  в  Европе.  Всего  в   первой
четверти XVIII в. в России было построено около 900  военных  судов,  в  том
числе в Петербурге - 262. Из  48  линейных  кораблей,  имевшихся  в  русском
флоте в конце царстовавания Петра I,  23  были   построены  в  Петербургском
Адмиралтействе, а из 305 галер и полугалер, 203 построены на Галерном  дворе
в Петербурге[43]. Русский флот к концу царствования Петра I  стал,  несмотря
на незавершенность его  строительства  в  объеме,  необходимом  для  России,
одним из сильнейших в мире, а русские линейные корабли  были,  по  всеобщему
признанию, “превосходны по конструктности и по  добротности  материала”[44].
Недаром английский матерый шпион и диверсант Джефферис сообщал в 1719 г.  из
Петербурга английскому правительству, что “корабли строятся здесь  не  хуже,
чем где бы то ни было в Европе”. Но он  не  знал,  как  в  том  же  1719  г.
смотрел сам Петр на выстроенный к  этому  времени  в  Петербурге  Балтийский
флот. В указе князю Галицыну относительно десантных операций  на  территории
Швеции Петр писал, намекая на английский флот, курсирующий  неподалеку,  что
надо “показать шведам, что мы на английские  грозы  не  смотрим”[45],  таким
образом, оценивая достоинства русских кораблей и флота выше английских.
      Для дальнейшего развития морских торговых отношений  с  Европой  через
Петербург, Петром I был  предпринят  ряд  мер.  В  1710  г.  запрещено  было
вывозить через Архангельск хлеб. Указ 1713  г.  предписывал  русским  купцам
привозить  пеньку  и  юфть  не   в   Архангельск,   а   в   Петербург;   это
распространялось и на икру, клей, поташ,  смолу,  щетину  и  другие  товары,
составлявшие предмет государственной торговой монополии.