Арабский золотой динар 695 года - монета выпущена при халифе Абд-аль-Малике в 693 году, еще были живы те кто лично видел Магомета.Магомет или Магомед, Мухаммед (Абул Казем бен Абдаллах, Мохаммед). Основатель ислама.

Жизнь

Родился в начале 70-х годов VI века (предположительно в 571) в Мекке, в семье Абдаллаха и Амины. Мухаммед был из племени «Курайш», которое имело очень высокое положение в арабской среде. Он относился к клану Хашим (хашимиты).

Арабский золотой динар 695 года - монета выпущена при халифе Абд-аль-Малике, еще были живы те кто лично видел Магомета.

Отец Мухаммеда Абдулла ибн Абд аль-Мутталиб умер незадолго до его рождения (за два месяца) или же через несколько месяцев после рождения Мухаммеда. Его мать — Амина (Амина бинт Вахб ибн Абд Манаф ибн Зухра ибн Килаб) умерла, когда он был еще ребенком. Магомет был воспитан сначала своим дедом, а после его смерти своим дядей по отцу, Абу-Талибом. С ним обращались хорошо, но ему пришлось разделять тяжелую жизнь многочисленной и очень бедной семьи, пасти овец и собирать дикие ягоды в пустыне. Имя Мухаммед, что означает «Восхваляемый», дал ему его дед Абд аль-Мутталиб.

Рождение Магомета
Рождение Магомета.
Миниатюра из книги Джами аль-Таварих, написанная Рашид аль-Дином в Табризе, Персия, 1307г. н.э.

На 25-м году от роду Магомет, по рекомендации своего дяди, занялся делами богатой вдовы Хадиджи. Он предпринимал по ее поручению торговые путешествия, побывал в разных частях Палестины и Сирии и вероятно воспринял впечатления, которые обогатили его ум.

В 595 году он женился на вдове, которая была гораздо старше его. Магомет был человек остроумный, привлекательной наружности, имел черные волосы и белее обычного цвет лица.

Арабское язычество и ганифы

Вскоре после своей женитьбы Магомет заинтересовался религиозным движением, возникшим незадолго до того времени в Мекке, Медине и Таифе.

Общепринятой религией тогда было арабское язычество, выразителями которого служили большие религиозные празднества. Арабы признавали многих богов, которые имели значение большее или меньшее, смотря по кружкам, в которых они почитались. На богов смотрели, как на покровителей родов и племен, объединявших их членов.

Надо всеми божествами стоял Аллах, величайший и общий бог. Его имя призывалось при самых священных клятвах, при заключении договоров и условий; низшие божества, признаваемые одной стороной, не могли быть пригодными в тех случаях, когда требовалось освящение божества, стоящего выше всяких партий. Имя Аллаха напоминалось врагу с целью оградить себя от оскорбления; "враг Аллаха" было позорное название для негодяя.

Но так как Аллах управлял всеми и налагал обязанности на всех, то никто не считал себя в праве входить с ним в близкие сношения. В культе ему отводилось последнее место; предпочтение отдавалось тем божествам, которые олицетворяли интересы того или другого круга и исполняли частные желания своих поклонников. Впрочем, ни страх перед Аллахом, ни служение другим божествам не имели особенного влияния на арабов.

Главным практическим последствием общих празднеств было соблюдение перемирия во время священных месяцев; но вскоре это утратило религиозный смысл и сделалось простым обычаем.

Оседлые арабы, должно быть, придавали религии больше значения, чем кочевники, но едва ли разница между ними была велика в этом отношении. Мекканцы смотрели на религиозные празднества, как на прибыльное дело, от которого зависел успех их торговли, и дорожили перемирием во время священного месяца, так как оно было выгодно для ярмарки.

Впрочем, некоторые личности в Аравии чувствовали потребность заместить чем-нибудь утраченную религию. Таковы были так называемые "ганифы", название которых означало "кающиеся", т. е. люди, стремившиеся освободиться от греха. Ганифы не составляли особой секты и не имели определенных установившихся воззрений. Они сносились друг с другом, но не представляли из себя замкнутой общины; к тому же они больше радели о своих душах, чем о распространении своих взглядов.

В Медине ганифов было сравнительно больше, чем в других городах Аравии. Они отвергали многобожие, признавали единого бога - Аллаха и считали своим долгом покоряться его воле (ислам), так что у них единобожие было тесно связано с ответственностью за свои поступки и с ожиданием грядущего суда; таким образом, единобожие противополагалось мирским помышлениям идолопоклонников и служило основанием праведной жизни. Ганифы были аскеты; но не чувствуя влечения к созданным раньше их формам религии, они искали новую форму, и лишь очень немногие из них примкнули к общинам христиан или евреев.

Юный Магомед
Молодой Мохаммед, признаваемый монахом Бэхирой.
Миниатюра из книги Джами аль-Таварих, написанная Рашид аль-Дином в Табризе, Персия, 1307г. н.э.

Источники идей

Магомет не создал своих религиозных идей самостоятельно, а заимствовал их от ганифов. Но каков был первый источник этого религиозного движения?

Обыкновенно думают, что оно было вызвано евреями. Евреи были многочисленны в Геджасе и Йемене; они беспрепятственно сносились с арабами и познакомили их с библией; Магомет заимствовал из священных книг евреев, рассказы и большую часть законов, которые перешли в священную книгу мусульман - коран; богословский язык ислама полон еврейских выражений.

Но ни иудейство, ни христианство нельзя считать настоящим источником ислама. Арабам были знакомы греческие, сирийские и абиссинские церкви, которые, конечно, имели на ислам разнообразное вляние. Но и у иудеев, и в христианских церквях идеи и смысл божества были заслонены богословскими тонкостями.

Зато в сирийско-вавилонской пустыне вдали от центров христианства и церковной истории, сохранились первоначальные формы религии Христа. К таким христианам принадлежали так называемые сабиане и многочисленные отшельники.

Связь ислама с сабианами видна уже из того, что в Мекке и Таифе приверженцев ислама называли сабианами; еще более сильное влияние на ганифов, а через них и на Магомета, имели, по-видимому, отшельники, которые действовали не столько своим учением, сколько своей жизнью. Жизнь их была серьезным приготовлением к жизни будущей, к страшному суду, и представляла собой резкую противоположность жизни язычников. Аскетизм и созерцание были отличительными чертами ганифов, а потому едва ли ошибочно будет заключить, что безымянные последователи евангелия посеяли семя, из которого развился впоследствии ислам.

Мухаммад приводит другие пророки, включая Авраама, Моисея и Иисуса в молитве. Средневековый персидский манускрипт 14 века.
Мухаммад молится с другими пророками, включая Авраама, Моисея и Иисуса.
Средневековый персидский манускрипт 14 века.

Пророк

Магомет сошелся с ганифами, и учение их нашло благодарную почву в его сердце. Он проникся глубоким сознанием своей зависимости от вездесущего и всемогущего бога и своей ответственности перед ним.

По примеру одного ганифа, он стал часто и на долгое время удаляться на пустынную гору Гиру и предаваться там молитве и аскетическим упражнениям. Целые годы упражнялся он таким образом в благочестии, ничем не выделяясь из среды других ганифов.

Но понятия и взгляды ганифов на этот раз привились к человеку, отличавшемуся нервным темпераментом и имевшему болезненную склонность к экстазу и видениям, и вызывали в нем сильную духовную работу, которая должна была проявиться не совсем обыкновенным образом.

Сам Магомет видения объяснял откровениями свыше. После смерти Магомета эти откровения были собраны в коране. Откровение могло успокаивать Мухаммеда, вселять в него покой и стойкость. Некоторые откровения отменяли предыдущие. Принято считать, что в откровениях, пришедших Мухаммеду до переселения мусульман в Медину, содержится меньше правовых установлений.

Магомет почувствовал себя пророком и убедился в необходимости покинуть молчаливый круг аскетов и проповедовать истину. Это решение было принято им отчасти под влиянием примера библейских пророков, а может быть и под влиянием того обстоятельства, что между ганифами было распространено ожидание нового основателя религии, и Магомет нашел подтверждение этого ожидания в том, что он смутно слышал об ожидании евреями мессии.

Сохранились предания о том, каким образом Магомет постепенно дошел до открытого провозглашения того, что долгое время жило и развивалось в его душе, т. е. каким образом он сделался пророком.

Однажды ночью, в месяце Рамадан - как рассказывает древний биограф Магомета, - когда он предавался благочестивым упражнениям на горе Гире, явился к нему ангел Гавриил с шелковым свитком и заставил его, хотя он и не умел читать, прочесть все написанное на нем. Вот первое происхождение священной книги, источник откровения, из которого Магомет черпал и впоследствии. Слова, которые он прочел на свитке ангела Гавриила, остались запечатленными в его сердце:
"Читай!
Во имя твоего Господа, сотворившего все, сотворившего человека из одной капли.
Читай!
Ибо господь есть величайший, научивший человека тому, чего он не знал.
Воистину, человек заблуждается, думая, что ему довольно самого себя; все должны вернуться к Господу".

Первое откровение Магомета
Магомет получает первое откровение, миниатюра 1307г. н.э.

После ночного видения в месяце Рамадан, в 610 году Магомет выступит в Мекке публично как пророк. Обращение к нему ангела (сура XCVI) выражает собой идею ислама. Человек живет довольный самим собой, но наступает день, когда он должен будет вернуться к своему Господу и Творцу и отдать ему отчет в своих делах.

Когда ангел скрылся - так гласит предание далее - Магомет пришел к Хадидже и рассказал ей о случившемся с горестью, так как считал себя одержимым. Она стала утешать его и внушила ему, что он получил откровение и призван быть послом Господа.

Но сомнения снова вернулись к Магомету, когда не последовало продолжения откровения. Сомнения эти доводили его несколько раз до такого отчаяния, что он готов был броситься вниз с горы Гиры. Обыкновенно полагают, что это состояние длилось два или три года.

Затем ангел, по преданию, явился ему вторично. Магомет пришел к Хадидже в большом волнении и просил ее покрыть его, вероятно падая в обморок. Во время припадка он получил суру, начинающуюся словами "О ты покрытый!" и призывающую его встать, идти проповедывать и прославлять господа (сура XXIV). С этих пор сомнения были кончены; откровения следовали одно за другим, и пророк вполне уверился в своем призвании.

Это предание сложилось как объяснение того, что Магомет после первого видения очень долго не выступал всенародно в качестве пророка. Он искал последователей своего учения в числе близких ему лиц. Сначала он привлек к новому учению членов своего дома - жену свою Хадиджу, своего двоюродного брата Али, своего вольноотпущенника, своего лучшего друга Абу-бекра и нескольких других, игравших впоследствии более или менее видную роль в истории ислама. Таким образом, составилась небольшая община.

Магомет с последователями у Каабы, репринт 19 века с рисунка 1267 года, лицо стерто при репринтеОдин из его последователей, Аркам, предложил ему для собраний его общины свой дом, который находился рядом со святилищем; таким образом мусульмане - так стали называться приверженцы Магомета - приобрели удобное место для своих собраний в самом городе, тогда как раньше им приходилось собираться в оврагах и пустынных местах за городом.

Магомет с последователями у Каабы, репринт 19 века с рисунка 1267 года, лицо стерто при репринте

Проповедуя в городе, Магомет приобрел еще несколько последователей ислама. Но в Мекке он не имел выдающегося успеха. В проповедях его не заключалось ничего существенно нового для мекканцев; новым было для них только то воодушевление, с каким он провозглашал истину.

Однако и энтузиазм пророка не производил впечатления на его сограждан; они стали смотреть на него как на мечтателя, поэта или как на одержимого. В их глазах он не мог иметь большого значения потому, что последователями его были большей частью рабы, лица из низших слоев общества и молодежь; из старейшин и правителей города не примкнул к нему ни один. Это обстоятельство тревожило и самого пророка. В коране есть место, где бог порицает его за то, что он оттолкнул от себя слепого нищего, который помешал ему, когда он старался обратить влиятельное лицо, и наказывает Магомета тем, что он не достигает цели.

Неприятие ислама в Мекке

Равнодушие мекканцев огорчало пророка и заставило его придать своей проповеди полемический характер. В древнейших сурах единобожие высказывается как догмат. Нечего говорить о том, что исключается поклонение всем другим божествам, кроме Аллаха.

Надо, впрочем, заметить, что Магомет не сразу начал резко отрицать многобожие. Нападки его на идолов и их поклонников усилились благодаря холодной насмешливости, с какой он был встречен мекканцами. Он стал стращать неверующих судом божьим за их пренебрежение к его учению и к его пророку; он стал рассказывать о страшных наказаниях, постигших в других случаях тех, кто отказывался внимать голосу истины, черпая материал для своих рассказов из древних легенд. Магомет нападал на то, что мекканцы считали священным, и они были оскорблены за своих богов и за своих отцов. К тому же с меккским многобожием связано было процветание города, так как в то время Кааба была еще исключительно языческим святилищем.

Наконец, меккские старейшины обратились к дяде пророка, Абу-Талибу, прося его заставить племянника молчать, так что он вынужден был выбирать: или удерживать племянника от его оскорбительных нападок или открыто принять его сторону и идти против своих сограждан. Абу Талиб позвал Магомета, изложил ему положение вещей и просил его не губить их обоих; но Магомет не мог и не хотел отказаться от проповедывания своих убеждений. "Хотя бы они дали мне в правую руку солнце, а в левую луну, чтобы я отказался от моего намерения", - сказал он, - "но я не успокоюсь до тех пор, пока господь не дарует победы моему делу или пока я не умру за него". С этими словами он заплакал и повернулся, чтобы идти. Но Абу Талиб позвал его обратно и сказал: "Иди с миром, сын брата моего, и говори, что хочешь, ибо я ни в каком случае не покину тебя".

Покровительство дяди не избавило Магомета от всевозможных оскорблений, какие приходилось ему выносить изо дня в день от своих врагов; никто, впрочем, не причинял ему серьезного вреда, боясь вызвать столкновения между главами родов.

Менее счастливыми оказались в данном случае те из его последователей, которые занимали зависимое положение и не имели поддержки в своих семьях. Особенно рабы и крепостные обращенные Магометом и не пользовавшиеся уважением, часто терпели жестокое обращение. Мучеников нового учения не было, но положение многих мусульман сделалось до того нестерпимым, что они бежали в Абиссинию, так как на абиссинских христиан они смотрели как на родных по религии.

Магомет всячески старался избежать окончательного разрыва со своими согражданами. Он дошел даже до того, что смягчил свое учение о едином боге. Однажды, когда старейшины собрались у Каабы, Магомет стал говорить им следующее: "Что вы думаете о Лате, Оззе и Манате? Это великие богини, на заступничество которых перед богом мы можем рассчитывать. Слушатели были удивлены и обрадованы таким признанием богинь-покровительниц Мекки, и, когда Магомет заключил свою речь словами: "Итак, поклонитесь Аллаху и служите ему", то все единодушно согласились служить Аллаху, выразив свое удовольствие по случаю уступки Магомета.

Но Магомет скоро раскаялся в своем поступке. Он пришел домой недовольный собой; вечером явился к нему Гавриил, и Магомет повторил ему свою речь к старейшинам. Тогда ангел сказал: "Что ты сделал? Ты вложил в уши народа слова, которые я никогда не говорил тебе". Магомет впал в глубокое отчаяние, что бог отвернется от него. Но господь простил и восстановил его. "Дьявольская" сура была выскоблена и стала читаться так: "Что вы думаете о Лате, Оззе и Манате? Что вы производите мужское потомство, а они - женское - это неправильное распределение". Когда мекканцы узнали об этом изменении, то вражда их к пророку разгорелась с новой силой.

Мохаммед решает спор по поводу подъема черного камня на его место в стене Каабы.
Мохаммед решает спор по поводу подъема черного камня на его место в стене Каабы. По легенде, когда Мухаммед был еще молод, община ремонтировала Каабу и возник спор между различными кланами в Мекке за право вновь установить черный камень. Мохаммед решил спор путем поместив камень на ткань и предложив членам каждого клана поднять ткань вместе.
Миниатюра на пергаменте из книги Джами аль-таварих (буквально "Сборник летописей", но часто упоминается как всемирная история или история мира), Рашид ад-Дина, опубликованной в Тебризе, Персии, 1307.

На соглашение Магомета с мекканцами нельзя смотреть, как на минутное внушение сатаны; оно было, вероятно, результатом довольно долгих переговоров; разрыв также не мог совершиться так быстро, как это обыкновенно думают, и мир длился конечно более одного дня. Сам факт этот несомненен, ибо известие о примирении успело докатиться до мусульман, бежавших в Абиссинию. Часть их даже подумали, что вся Мекка обратилась в ислам, и успели вернуться на родину.

По возвращении они нашли дела уже вновь изменившимися, и скоро последовало новое переселение. Более сотни мусульман, большей частью еще молодых, небольшими группами снова переселились в Абиссинию, где снова были дружелюбно приняты христианами.

В этот тяжелый период для мусульман произошло два обращения, которые поддержали их дух. Дядя Магомета, Гамза, вступаясь за племянника, открыто принял ислам. Еще важнее было обращение Омара, которому тогда было 26 лет и который не был богат и знатен; но его импонирующая фигура и необыкновенная сила воли доставили ему такое влияние, что оно было весьма чувствительно для ислама. До тех пор религиозные собрания мусульман происходили в частном доме, Омар же стал молиться в Каабе публично, и примеру его последовали другие мусульмане. Их религиозные обряды впервые стали совершаться публично, на глазах у всех.

По-видимому, в это время несогласия Магомета с его согражданами достигли крайней точки. Магомет не мог простить себе своей временной уступки и еще сильнее стал нападать на религию, своих противников, причем личный элемент выступил мало по-малу на первый план.

Идолы, по словам Магомета, были даже менее неугодны Аллаху, чем поклонники их, и он добивался не столько поклонения Аллаху, сколько признания его пророком. Относительно мекканцев он принял тон угрозы и обличения, предрекал наступление суда и часа его.

Наконец, курайшиты потеряли терпение. Старейшины их вошли в торжественное соглашение прекратить всякие "ношения с хашимитами, если они не откажутся от Магомета. Хашимиты тем не менее продолжали держать сторону Магомета и, так как всякие торговые сделки с отверженными были запрещены, то они оказались в весьма печальном положении. Эта крутая мера заставила многих приверженцев пророка отпасть от него, и все старания распространить ислам не имели успеха.

Бегство в Медину

В 620 году умерла его жена Хадиджа, а скоро вслед за нею скончался и покровитель его Абу Талиб. Магомет решил, наконец, бросить полемику против мекканцев. Он понял, что нет пророка в своем отчестве, и что ему необходимо удалиться.

Вначале Магомет решил попытать счастья в соседнем городе Таифе и один отправился туда. Но и там старейшины отказались покровительствовать его проповеди, а чернь, выгнала его из города и преследовала до тех пор, пока ему не удалось укрыться в винограднике.

Магомет убегает из Мекки
Магомет убегает из Мекки. Раскрашенная алжирская почтовая карточка, 1920е годы

В глубоком унынии пошел он по направлению к родному городу. Но после открытого разрыва с мекканцами, он решился вступить в Мекку, лишь заручившись покровительством одного из старейшин. Через два месяца после смерти Хадиджи он женился на Сауде, дочери одного переселенца в Абиссинии.

Не имея успеха среди своих сограждан, Магомет искал случая проповедывать приезжим в Мекку арабам. Таким образом, он сошелся с небольшим кружком граждан города Медины, которые не только не подняли его на смех, а выразили готовность принять его учение.

К этому они были подготовлены постоянными сношениями с евреями, жившими в Медине и ее окрестностях, и связями с северными арабами-христианами. Среди мединцев было очень много ганифов, которые стремились обрести новую религию и даже ожидали появления арабского Мессии, ее основателя. Поэтому Медина был самой подходящей почвой для деятельности Магомета.

Замечательно, что он сделал это открытие случайно. Вступив в сношения с паломниками, прибывшим из Медины в Мекку, он просил их разведать, как его примут в их городе. Они обещали дать ему ответ через год на меккском празднестве.

В следующем году на меккское торжество прибыло 12 мединцев, которые обещали Магомету, что они не будут иметь никаких богов, кроме Аллаха, что не будут, касаться ничего чужого, будут избегать блуда и клеветы, не будут убивать новорожденных младенцев и будут слушаться посланника божьего.

Это была так называемая первая присяга верности у Акабы, получившая название по ущелью, где проходило собрание. Мединцы вернулись на родину проповедниками ислама, обещав уведомить учителя о своих успехах на следующий год. С ними отправился, один из меккских мусульман, чтобы научить мединцев обрядам ислама.

Ислам быстро привился на новой почве. Пророк в своей радости строил великие планы. Вероятно, к этому, времени относится его ночное путешествие в Иерусалим, совершенное под влиянием экзальтированного настроения.

Магомет во время "Ночного вояжа", фреска 9в.

В марте 622 г. на меккское празднество среди паломников Медины явилось 25 человек обратившихся в ислам. Они снова сошлись с пророком у Акабы. На этом собрании присутствовал дядя Магомета, Аль-Аббас, который после смерти Абу Талиба сделался главой Гашимидов. Произошла так называемая вторая присяга у Акабы, причем было решено, что Магомет переселится в Медину. Аль-Аббас торжественно поручил своего племянника покровительству мединцев, и они поклялись оберегать его от всего, от чего они хранили своих жен и детей.

До мекканцев дошли слухи об этом деле, хотя оно и происходило тайно. Однако предводитель мединского каравана паломников, допрошенный на следующее утро, ничего не знал о соглашении Магометане мединцами, так как оставался язычником. Мекканцы достоверно узнали о случившемся только после отъезда мединцев; они погнались за ними, но ничего этим не достигли.

Затем они всячески старались препятствовать выселению меккских мусульман. В Мекке возобновились преследования приверженцев пророка; иные отреклись от нового учения, другие были заключены в тюрьму. Но все эти меры только ускорили кризис. Через несколько дней после клятвы у Акабы, Магомет отдал своим последователям формальное приказание переселиться, и скоро до 150 мусульман переехали из Мекки в Медину.

Сам Магомет с Абубекром и Али дольше других оставались в Мекке. Причина этого также мало известна, как и причина его внезапного бегства. Рассказывают, что мекканцы задумали убить его, и что это побудило его бежать вместе с Абубекром. Два или три дня друзья скрывались в горах Тавра, к югу от Мекки; затем они направились к северу и благополучно достигли Медины.

Личность Магомета, основателя ислама, впервые освещается полным светом истории в 622 г., когда он бежал из Мекки в Медину. Поэтому мусульмане ведут свое летоисчисление с этого года, а не с рождения Магомета.

В Медине

После бегства в Медину начинается новый период жизни пророка. Если бы Магомет остался в Мекке, то в лучшем случае он умер бы за свое учение, и оно восторжествовало бы только после его смерти. Благодаря же бегству, он, основатель новой религии, дожил до полной победы, те, при его жизни совершилось все то, что в христианстве разделено огромным промежутком между Христом и Константином Великим.

Магомет кроме того сумел сделать ислам орудием для образования арабского национального государства, и этим объясняется быстрота, с какой утвердилось господство нового учения.

Магомет сначала поселился в деревне Кобе, близ Медины, где самые ревностные последователи его уже построили мечеть. Убедившись в том, что он будет с радостью встречен в Медине, пророк вступил в город при огромном стечении народа. Мединцы непрерывно высказывали желание принять Магомета в своих домах; чтобы не оскорбить никого отказом, он предоставил своему верблюду везти его по усмотрению. Верблюд опустился на колени на открытом месте в квартале рода Наджар и Магомет решил построить здесь мечеть и жилище для себя. Через несколько месяцев была воздвигнута мечеть и хижины жен пророка, уже упомянутых Сауды и Айши, дочери Абубекра, имевшей большое влияние на Магомета. Пророк попеременно жил то у той, то у другой жены, не имея для себя отдельного жилища.

Медина расположена на западе арабского плоскогорья, в оазисе, лежащим среди голых утесов большей частью вулканического происхождения. Жители питались плодами финиковых пальм, овощами и фруктами, которые росли под их тенью.

Некогда этот оазис принадлежал евреям, но еще за несколько столетий до Магомета евреи были отчасти вытеснены оттуда арабами, выходцами из Йемена. Тем не менее, в Медине оставалось еще много евреев, находившихся частью под покровительством арабов, частью же составлявших независимые общину.

Арабы в Медине распадались на две главные партии, которые постоянно враждовали между собой; несогласия их были выгодны евреям и усердно поддерживались ими.

Обстоятельства сложились таким образом, что скоро Магомет приобрел политическое влияние на граждан Медины. В случае распри и других затруднений арабы-язычники обыкновенно обращались к жрецам. Весьма понятно, что благодаря религиозному престижу Магомета, к нему стали часто прибегать как к советнику или судье. Ссоры и запутанные обстоятельства то и дело встречались и необходим был авторитет, который стоял бы выше партий.

Таким авторитетом и сделался Магомет; суд его признавался добровольно, как суд божий, который не может быть позорным ни для кого. Скоро Магомет приобрел, таким образом, огромное влияние, которое обусловливалось в значительной степени его личностью, вызывавшей общее доверие. Не всякому удалось бы заставить признать себя за посланника божьего, а свои слова - за слова бога.

Если бы решения его были глупы или несправедливы, то даже слава пророка не могла бы поддержать к нему уважения; но решения его были разумны, он глубоко понимал вещи и умел разрешать споры мединцев, так как был не только энтузиастом, но и весьма практичным человеком.

Ангел дарит Магомету миниатюрный город - символ приобретенной Медины. Рисунок из фолианта начала 14 века

Но вскоре Магомет уже стал требовать как права того, что было сначала добровольным актом. "Во всяком споре, который вы имеете друг к другу, обращайтесь к богу и Магомету" - таков текст мединского законодательства, составленного в первый год после бегства; в коране же порицаются все те, кто стал бы искать правосудия у жрецов. С невероятной быстротой пророк сделался самым могущественным человеком в Медине.

Таким образом, религия сделалась орудием при образовании государства. Никогда религия не выполняла лучше такого назначения; никогда ею не пользовались с такой ловкостью, как средством для достижения цели.

В Мекке ислам был личным убеждением Магомета, и своей проповедью он стремился создать и в других личное убеждение. Он говорил, что нужно веровать в бога и в грядущий суд, что люди не должны проводить жизнь легкомысленно, что не следует быть высокомерным, скупым и т. п.

В Мекке, правда, образовалась община, которая утвердилась, благодаря преследованиям. Но все еще было в зачаточном состоянии, и внешняя сторона ислама совсем не была разработана.

Обряды ислама установились лишь через два года после бегства пророка. Пять раз в день мусульмане должны были молиться: при восходе солнца, в полдень, днем, при солнечном закате и поздно вечером; каждую пятницу они должны были присутствовать при главной общественной службе с проповедью.

Вся догматика мусульман заключалась в положении, что бог един; но вере в этот догмат придавалось меньше значения, чем исповедованию его. "Нет бога, кроме бога!" - это был лозунг и военный крик последователей пророка. Молитвы приняли характер военных упражнений; мечеть была местом, где происходили эти упражнения, и где мусульмане приобрели тот корпоративный дух и ту суровую дисциплину, какой отличалось их войско.

За исповедованием единобожия и молитвой следовала милостыня, как третье важное средство, которым Магомет считал нужным возбудить единение последователей. Милостыня обратилась впоследствии в своего рода десятину, из которой составлялась мусульманская казна и которая служила материальной основой мусульманского государства. При практическом развитии религии милостыня сохранилась только по названию; в сущности же взяло верх воззрение, что богу должна быть уплачиваема известная такса.

Соединяя всё теснее своих последователей, ислам становился все более исключительным относительно тех, которые держались от него в стороне. Если в Мекке Магомет держался правила: "кто не против меня, тот за меня", то в Медине правилом его уже сделалось: "кто не за меня, тот против меня".

Особенно важно было выяснить отношение к евреям. Без всякого старания со своей стороны, они способствовали подготовлению почвы для Магомета в Медине; поэтому пророк сначала не делал различия между ними и признавшими его арабами. Но так как евреи не допускали соединения в одном лице религиозного и политического авторитета, то Магомет скоро стал к ним враждебен, тем более, что при созданной им арабской национальной политической системе, иностранные элементы были вовсе нежелательны.

Враждебное отношение Магомета к евреям выразилось в том, что он стал заботливо отделять от иудейских те мусульманские обряды, которые первоначально были заимствованы у евреев. Обращение при молитве лицом к Иерусалиму он заменил обращением в сторону Мекки; пост перенёс с месяца Тизри на месяц Рамадан. Назначая пятницу главным днем общественного богослужения, Магомет, вероятно, хотел противопоставить этот день и еврейской субботе, и христианскому воскресению.

Особенно важное значение имело предписание при молитве обращаться лицом к Мекке, а не к Иерусалиму; этим указывалось не только на независимость ислама от иудейства, но делалась уступка язычеству, и, ислам приобретал национальное значение, имея в виду собрать арабские племена в одно государство. Мусульманам повелевалось соблюдать насколько возможно меккское празднество, даже если они не могли лично присутствовать на нем.

Пять главных постановлений ислама:
Признание единства божия.
Исполнение положенной молитвы.
Подача положенной милостыни.
Соблюдение поста в месяце Рамадан.
Соблюдение меккского празднества.

Всё это имело гораздо более глубокий смысл, чем кажется с первого взгляда. Даже при одном внешнем соблюдении, правила эти были отличным средством для создания того командного духа, который составил силу мусульманства.

До Магомета все политические и социальные отношения в Аравии держались на кровном родстве, а на таком фундаменте невозможно было воздвигнуть прочного здания, ибо кровь настолько же разъединяет, насколько соединяет.

Магомет же выдвинул на сцену религию, как гораздо более энергичный деятель в возведении социального здания. Беспощадно разрушая древние союзы, религия скрепила разрушенные элементы новым цементом и создала новую и гораздо более прочную политическую систему.

Ислам преобразил самые сердца людей; святость старинных уз поблекла перед именем Аллаха. По велению Магомета, брат пошел бы на брата без всякого угрызения совести.

Магомет отдавал предпочтение деятельным натурам, созерцательная набожность удостаивалась от него только словесной похвалы. Над беспорядочным управлением множества семейств была поставлена верховная власть бога; каждый мусульманин, признавший эту власть; был братом другого мусульманина и врагом всякого, кто не был мусульманином.

Магомет предстает перед Абд Муталибом и обитателями Мекки на небе, в раю с прекрасными женщинами. Турецкая копия с арабского оригинала 8 века.

Вне ислама не было ни закона, ни спасения; один Аллах был могуществен, и он защищал только тех, кто признавал его главенство. Понятно, что этот новый принцип должен был сильно отозваться на хаосе существовавших отношений.

Сохранилось несколько свидетельств того удивления, с каким арабы смотрели на странный дух, проникший в общину мусульман, на твердость, с какой они держались друг за друга, на безусловное подчинение своим вождям и на пренебрежение, какое они оказывали всему, что считалось святым до ислама или вне его.

Иных влекли к себе эти особенности ислама, но в общем пока еще преобладало недружелюбное отношение к нему. В самой Медине была сильная партия, не довольная возрастанием значения ислама и необходимостью подчиняться пророку. Одно время недовольство это грозило охватить всю Медину. Но, в конце концов, взяла перевес более молодая часть общины, которая восторженно относилась к Магомету; враждебная ему партия состояла из людей старых, стоявших во главе семейств и оскорбленных утратой своего политического значения.

Распространение ислама в Аравии

Создание государства было столь же великим делом Магомета, как и создание новой религии. Мединская община была ядром этого государства, а вера - силой, с помощью которой ислам достиг таких великих результатов во всемирной истории.

Вначале Магомет поддерживал мирные отношения только с частью мединских граждан и с племенами, жившими по соседству с Мединой. Вся остальная Аравия стала к нему во враждебное отношение, а потому, прежде чем достигнуть своих политических притязаний, ислам должен был одержать победу над неверующими.

Столкновение принципов должно было быть разрешено мечом, и верховная власть Аллаха должна была быть доказана непокорным силой. В устах Магомета слова: "я пришел принести не мир, а меч", имели бы более буквальный смысл, чем в устах Христа.

Первое столкновение произошло с Меккой. По арабским понятиям, со стороны Магомета, считалось государственной изменой покинуть родной город и присоединиться к чужой общине; со стороны же жителей Медины было действием враждебным относительно Мекки принять пророка к себе.

Мекканцы имели бы полное право поднять оружие против мусульман; но войну начали последователи Магомета, проявившие необычную агрессивность для столь молодой партии.

Магомет начал с того, что воспользовался выгодным положением Медины близ большой дороги из Йемена в Сирию для того, чтобы нападать на меккские караваны и грабить их.

В 623 г., в священный месяц Раджаб, когда грабежи считались недозволенными, караван курайшитов возвращался из Таифа в Мекку, нагруженный кожей, вином и изюмом. Магомет выслал толпу переселенцев из Мекки перехватить караван; план пророка удался, но один мекканец был убит в схватке. Это вызвало такое негодование даже в Медине, что Магомету пришлось отречься, от всякого участия в этом деле и наказать виновников.

Курайшиты еще молчали. Но в месяц Рамадан 623 г. они ждали возвращения из Сирии большого каравана, находившегося под начальством Абу Софиана. Магомет решил выждать караван в Бедре, несколько севернее Медины. По настоянию Магомета в Бедр отправилось более 300 человек; но Абу Софиан узнал об этом заблаговременно и послал в Мекку гонца просить о помощи; сам же он поспешил в Мекку другим путем. курайшиты взялись за оружие и до 900 человек двинулись в Бедр.

Дорогой они узнали, что караван в безопасности, но все-таки решили продолжить свой путь. Увидев войско мекканцев, Магомет, несмотря на незначительность своей армии, решился вступить в борьбу. Произошла битва; мекканцы, устрашенные воодушевлением мусульман и потеряв несколько благороднейших и почтеннейших курайшитов, обратились в бегство. Число убитых и пленных мекканцев доходило до ста: мединцев же погибло не более четырнадцати.

Стычка при Бедре имела огромное значение и упрочила положение Магомета. Победу свою он сам приписывал помощи божества и добился этим того, что открытое противодействие ему в Медине стало невозможным. Многие приняли ислам под влиянием ужаса, какой навели на всех несколько страшных убийств, совершенных по приказанию пророка. Отказавшиеся признать пророка были частью изгнаны из Медины, частью умерщвлены, причем пострадало несколько ненавистных Магомету евреев.

В Мекке победа мусульман произвела сильное впечатление. Мекканцы стремились отомстить и стали готовиться к борьбе. Через год они выступили против Медины под начальством Абу Софиана и расположились лагерем близ города.

Магомет сначала не хотел выступать из города, но по требованию более молодой части населения направился с войском к Ухуду, где и произошло сражение. Здесь Магомет был ранен в лицо, и убит был дядя пророка Гамза, по прозванию "лев божий". Войско Магомеда проиграло битву.

Армия Мухаммеда сражается с мекканской армией в 625г в битве при Ухуде, в которой Мухаммад был ранен. Эта миниатюра из турецкой книги около 1600года
Армия Мухаммеда сражается с мекканской армией в 625г в битве при Ухуде, в которой Мухаммад был ранен. Эта миниатюра из турецкой книги около 1600года

Однако, меккская армия отступила, не сделав нападения на Медину, Абу Софиан лишь потребовал в заключение от мусульман, чтобы они снова сошлись с мекканцами в следующем году при Бедре.

Вернувшись в Медину, Магомет решился изгнать из города сильный еврейский род Бен-Надир под предлогом, что они замышляют погубить пророка. Сначала евреи вздумали было сопротивляться и заперлись в своих домах; но вскоре они были вынуждены покинуть город.

С музыкой, в праздничных одеждах, унося с собой все свое движимое имущество, прошли они по улицам Медины; недвижимая же их собственность досталась в руки пророка. Род Бени Надир удалился частью в еврейское поселение Каибар, часть в Иудею.

Магомет (на коне) получает согласие клана Бэни Надир удалиться из Медины.
Магомет (на коне) получает согласие клана Бэни Надир удалиться из Медины.
Миниатюра из книги Джами аль-Таварих, написанная Рашид аль-Дином в Табризе, Персия, 1307г. н.э.

Каибарские евреи искали случая навредить своему смертельному врагу, они всячески способствовали союзу курайшитов с племенами бедуинов для подавления ислама. В 627 г. уже 10-ти тысячное войско выступило против мусульман под начальством Абу Софиана.

Получив известие, об этом, Магомет стал готовиться к осаде. Дома в Медине были построены так близко друг от друга, что составляли непрерывную стену; только в северо-западной части города было широкое, открытое место, через которое легко мог пробраться неприятель. Здесь Магомет приказал выкопать ров, за которым он поместился с мусульманами.

Благодаря этому, сама война получила название "битва у рва". Мужественно защищая ров, мусульмане постоянно отбрасывали неприятеля. Наконец, союзная армия решила сделать нападение на другой конец города и для этой цели сделала попытку вступить в переговоры с евреями, оставшимися в Медине. Попытка эта оказалась неудачной, так как евреи не решились выступить против Магомета, к тому же наступали сильные ветры, холодные ночи и бедуины бедствовали, тем более, что не взяли никакого фуража для своих верблюдов и лошадей. В бурную ночь мекканцы внезапно сняли осаду и направились домой. За ними последовали и бедуины. Утром мусульмане, с радостью увидели, что неприятель удалился, они сами были доведены до крайности холодом, голодом и усталостью.

Гнев пророка теперь обрушился на евреев, которые в страхе заперлись в своих домах. Через несколько дней, однако, они должны были сдаться. Они были приведены в цепях на Мединский рынок и там казнены в числе 600 человек. Приняв ислам, они могли бы спасти свою жизнь, но они предпочли смерть. Среди них пророк выбрал для себя прекрасную Райгану, которую он уговорил перейти в ислам.

Шесть лет прошло с тех пор, как Магомет покинул Мекку, и в 628г. он чувствовал желание поклониться богу в Каабе, тем более, что паломничество в Каабу считалось существенным пунктом новой религии. Он увидел во сне, что вместе со своим народом мирно вступает в Мекку; когда он рассказал об этом своим последователям, то они изъявили желание сопровождать его.

На богомоленье отправилось до 1500 человек, и хотя они не имели воинственного вида, но при приближении их к Мекке курайшиты пришли в волнение и выслали на встречу Магомету 200 вооруженных всадников, чтобы преградить ему путь. Затем открылись переговоры. Мекканцы отказались впустить Магомета в Каабу.

Вдруг в лагере богомольцев произошло смятение, так как разнеслось известие об измене. Мусульмане сбежались к Магомету, который стоя под деревом акации, потребовал от них клятвы, что они готовы умереть за него; в знак своей верности, последователи пророка ударяли, ладонью по руке его, а затем сам пророк ударил правой рукой по левой в знак верности своего отсутствующего зятя.

На этой сцене, известной под названием "Клятва под деревом", присутствовало несколько посланных курайшитами, они были изумлены общим восторженным повиновением пророку и донесли обо всем мекканцам. Курайшиты предложили Магомету отступить, обещая допустить его в святилище в следующем году. Несмотря на ропот мусульман, Магомет согласился, и в этом смысле был заключен договор между враждующими сторонами. В этом договоре Магомет, уступая настояниям меккских старейшин, согласился быть названным просто "Магометом, сыном Абдуллы", а не "пророком бога", как хотел этого сначала.

Вернувшись в Медину, Магомет осенью того же 628 г. выступил против каибарских евреев. Евреи заперлись в Каибаре, но так как у них не было ни дисциплины, ни хороших вождей, и арабские союзники покинули их, то одно укрепление за другим переходило в руки мусульман.

Наконец, евреи стали просить мира. Магомет согласился с тем, что им будет оставлена жизнь, жены и дети и по одной одежде, а все имущество у них будет отобрано. Один из евреев был подвергнут жестокой пытке за то, что закопал в землю драгоценности своей семьи, но красивая жена его Сафия выпросила ему свободу ценой своей и досталась Магомету.

Львиная доля добычи досталась пророку, так что в руках его сосредоточилось значительное количество материальных средств, он умел пользоваться ими не только для обогащения своей семьи, но и для привлечения на свою сторону таких личностей, которые более пленялись деньгами, чем принципами.

Взятие Мекки

Договор с Меккой хоть и был заключен с уступками со стороны Магомета, но в сущности оказался выгодным для ислама. Множество людей умеренного образа мыслей присоединились к исламу, и в 22 месяца перемирия число обращений было больше, чем во все предыдущее время.

В 629 г., через год после договора с Меккой, Магомет с 2000 мусульман вступил в город и исполнил священные церемонии в Каабе. Мекканцы негодовали, но принуждены были молчать. Они потеряли доверие к самим себе, а это было самым зловещим признаком. В Мекке Магомет вступил в последний брак с молодой вдовой Меймуной; у него было таким образом, десять жен, не считая рабынь. Впрочем такое количество жен было особенной привелегией пророка, последователям его разрешалось иметь не больше четырёх свободных жен, но позволялось иметь из рабынь сколько угодно наложниц.

Вскоре возобновилась война с Меккой. Магомет выступил против своего родного города с 10000 войском, к которому присоединились и бедуины, надеявшиеся на добычу. Пророк держал цель своего похода в тайне. Но она, вероятно, была известна некоторым, старейшинам, так как многие мекканцы перешли на сторону Магомета еще до взятия города.

Мусульмане с разных концов вступили в город, почти не встретив сопротивления (630 г.). Магомет настоял на том, чтобы в священном городе не было ни насилий, ни кровопролития.

Последние реформы

При господстве ислама в Мекке должно было продолжаться процветание древнего культа. Сохранены были даже прежние церемонии при посещении Каабы. Магомет уничтожил только идолов и изображения богов, а также все языческие святилища вне Мекки.

Магомет разрушает идолов в Мекке
Магомет разрушает идолов в Мекке, Кашмир, 1808

Последний шаг отождествления Каабы с исламом, благодаря которому Мекка стала центром мусульманского мира, был сделан лишь в следующем году, когда язычникам запрещено было принимать участие в празднестве. В 632 г. Магомет сам справлял меккское торжество уже правоверным образом, введя несколько изменений в традиционный обычай. При этом он заявлял, что восстанавливает древний способ поклонения, якобы установленный Авраамом. В то же время он переделал календарь и ввел лунный год с 12-ю лунными месяцами.

Союзники курайшитов, непокорные бедуины, скоро тоже примкнули к исламу. Магомет богато одарил знатных мекканцев, не оказавших помощи сопротивлявшимся бедуинам, и таким образом, привлек многих на свою сторону.

Падение Мекки имело большое значение для будущности ислама. Но победа мусульман над курайшитами скоро обратилась в господство курайшитов в среде мусульман. Делая Мекку Иерусалимом ислама, пророк, по-видимому, руководствовался религиозными побуждениями, словно забывая, что его религия шла вразрез с языческими обычаями, практиковавшимися в Каабе.

Магомет поднимает Али на свои плечи чтобы тот сбросил идолов с Каабы. Лицо стерто в наши дни, Мекка. Шираз, 1594
Магомет поднимает Али на свои плечи чтобы тот сбросил идолов с Каабы. Лицо стерто в наши дни, Мекка. Шираз, 1594

Магомет хотел согласовать ислам с остатком прежнего язычества; точно также, руководствуясь своим местным патриотизмом, он придавал огромное значение примирению с курайшитами. Он готов был исполнять все их желания, всячески облегчать им обращение в ислам, убеждая их, что они мало теряют и много приобретают.

В последние годы своей жизни пророк пожинал плоды, созревавшие с таким трудом. После покорения Мекки, в Медину со всех концов Аравии стекались шейхи бедуинов и входили в переговоры относительно присоединения своих племен к исламу, а к тем племенам, которые не выражали желания присоединиться к исламу, Магомет посылал сам.

Арабам не стоило никакой борьбы отказаться от своих идеалов; язычество отжило свое время, а древние суеверия были искусно примирены с исламом. Победа ислама объяснялась всемогуществом Аллаха.

Но, в сущности, присоединение к исламу обуславливалось скорее политическими, чем религиозными причинами; оно означало скорее присоединение к мединскому государству, чем к единобожию. Арабов привлекало могущество, которого достигла Медина, потому что они сознавали необходимость порядка и мира.

Поэтому далекие племена Аравии признавали пророка, хотя и не могли войти с ним в непосредственные сношения. Магомет требовал от новообращенных только исполнения пяти ежедневных молитв, уплаты положенной милостыни и принятия мусульманского закона; но он не вмешивался в дела отдельных племен, стараясь лишь, насколько возможно, усиливать везде влияние существующей аристократии.

Богомолье, на которое пророк отправился в Мекку в марте 632 г., было настоящим триумфальным шествием увенчавшимся так называемой последней проповедью. Вся Аравия лежала у его ног, и можно смело утверждать, что успеху своему он обязан был не мечу, а главным образом, своей моральной силе.

Последняя проповедь Магомета
Последняя проповедь Магомета его первым ученикам.
Миниатюра из книги Аль-Бируни, 13 век

Вернувшись из Мекки в Медину, Магомет стал готовиться, к походу на арабов подвластных Византии и живших на границе Сирии. Но поход этот не состоялся. 8 июня 632 г. Магомет умер на руках любимой жены своей Айши в Медине и был погребен в доме, в котором умер.

Магомет на смертном одре
Магомет на смертном одре, миниатюра 1307 года

Дети

После смерти Хедиджи в 620 году Магомет имел еще несколько жен: только после его смерти их осталось девять.

Все дети Мухаммеда, кроме Ибрагима, были от Хадиджи. Первый ребёнок от Хадиджи — аль-Касим, потом родились ат-Тахир, ат-Таййиб, Зайнаб, Рукаййа, Умм Кульсум, Фатима.

Мальчики умерли в раннем детстве. Девочки дожили до начала пророческой миссии Мухаммеда, все приняли ислам, все переселились из Мекки в Медину. Все скончались до смерти Мухаммеда, кроме Фатимы. Она умерла через шесть месяцев после его смерти.

После смерти

После смерти Магомета его приближенные Абу-Бекр и Омар стали инициаторами создания письменного варианта корана – сборника приписываемых Магомету высказываний. Уже в первых сурах корана (96 и 74) Магомед признается пророком Аллаха.

К моменту смерти Мухаммеда в 632 году в ислам был обращён весь Аравийский полуостров, а вскоре после смерти пророка его преемники («заместители», халифы) покорили огромные территории азиатских и африканских владений Византийской империи, распространяя ислам, арабскую культуру и язык. Халифат при Аббасидах был самой крупной империей своего времени, простиравшейся от Марокко до Ирана.

Магомет с позднее зарисованным лицом сидит в окружении четырех его преемников - "праведных халифов". Миниатюра из книги "Синсиланама" - книги Генеалогии, Османская империя, 1-я половина 17 века

Краткая хронология
570 — рождение Мухаммеда в Мекке. Ещё до рождения Мухаммеда умирает его отец и Мухаммеда отдают кормилице Халиме бинт Абу Зуайб. В течение 4 лет Мухаммед живёт с кочевом племени бедуинов Бану Сад.
575 — приезд кормилицы Халимы в Мекку и возвращение Мухаммада матери Амине.
583 — путешествие в Сирию вместе с Абу Талибом.
585 — участие в «Кощунственной войне», где пророк Мухаммед «отражал стрелы щитом, защищая своих дядей».
595 — поездка пророка Мухаммада с торговым караваном Хадиджи в город Басру; женитьба на Хадидже.
575 — участие в «Союзе Благородных», суть которого была в защите беззащитных и обеспечении безопасности чужестранцев в Мекке.
610 — ниспослание первых откровений; начало пророческой миссии Мухаммеда.
613 — начало публичной проповеди Мухаммеда
615 — переселение в Абиссинию части сподвижников Мухаммеда от преследований (сам остаётся под покровительством дяди Абу Талиба).
615 — бойкот клана Бану Хашим против Мухаммеда.
619 — смерть Хадиджи и Абу Талиба; попытка переселения в город Ат-Таиф; окончание бойкота клана Бану Хашим против Мухаммеда.
620 — тайное соглашение Мухаммеда с группой жителей Медины об особой роли третейского судьи.
621 — Исра и Мирадж; первая присяга при Акабе.
622 — хиджра, переселение в Медину.
623 — начало войны против мекканских многобожников
624 — битва при Бадре; женитьба на Аише.
625 — женитьба на Хафсе и Зайнаб бинт Хузайма; битва около горы Ухуд.
626 — женитьба на Умму Салама; битва у рва.
627 — женитьба на Джувейрие бинт Харис и Зайнаб бинт Джахш.
628 — женитьба на Сафие бинт Хуай, Умм Хабибе и Маймуне бинт Харис; Байа Ридван и Худайбийский мирный договор; попытка Зайнаб бинт Харис отравить пророка Мухаммада.
629 — мирное паломничество мусульман и Мухаммеда в мекканское святилище при Каабе; нарушение курайшитами соглашения при Худейбии.
630 — капитуляция Мекки.
632 — прощальное паломничество в Мекку; 8 июня — смерть и похороны пророка Мухаммада.

Научный взгляд

В научной литературе долго бытовал взгляд, приписывающий Магомету эпилепсию. Затем некоторые исследователи приписывали ему истерию. В любом случае являются исторически достоверными часто происходившие с ним припадки с частичной потерей сознания.

У древних ученых было схожее мнение. Так, его современник историк Феофан писал (АМ 6122):
Обманутые (им) евреи при первом его появлении думали, что он есть ожидаемый ими Христос; так что некоторые из них, люди виднейшие, присоединились к нему, приняли его учение и отложились от боговидца Моисея. Так поступило десять человек, и они оставались при нем до самой его кончины. Увидев же, что он ест верблюжатину, они поняли, что он не тот, за кого они приняли его и недоумевая, что им делать, уже не смели несчастные отстать от его учения, но внушали ему злодейские намерения против нас, христиан; они остались при нем..... упомянутый Муамед, как человек, не имевший родственников и сирота, вздумал подступить к одной богатой женщине, своей родственнице, по имени Хадиге, в качестве наемного работника для хождения за верблюдами и для торговли в Египте и Палестине. Мало помалу он осмелел, сделал предложение женщине-вдове и женился на ней, получив за нею верблюдов и все ее имение. Приходя в Палестину, он познакомился с иудеями и христианами и заимствовал у них кое-что из писаний, но был одержим падучею болезнью. Жена, заметив это, очень опечалилась, потому что она, сама благородная, связалась с таким человеком, не только бедным, но и страдающим комициальной болезнью. Но он старался утешить ее такими словами: мне в видении показывается ангел по имени Гавриил, и не в состоянии вынести его вида, я помрачаюсь в сознании и падаю. Она знала одного монаха, который был по зловерию изгнан и жил там, сообщила ему все и имя ангела; монах ради ее успокоения сказал ей: он сказал правду: этот ангел посылается ко всем пророкам. Она, выслушав слова лжеотца, первая поверила ему и через других женщин того же колена распространила, что ее муж пророк. Эта весть от жен перешла к мужьям, и прежде других к Абубахару, которого он оставил своим наследником; эта ересь утвердилась в странах Эфриба и в конце концов разразилась ужасными войнами. Сначала она на протяжении десяти лет распространялась, затем проявилась десятилетней же войной, и наконец на протяжении девяти лет открыто проповедовалась. Он учил своих подданных, что убивающий врага, или врагом убитый попадает в рай, который, по его словам, составляли плотская пища, питье и наслаждение с женщинами: там реки вина, меда и молока, там женщины не такие как здесь, но гораздо лучше; там наслаждение продолжительное и полное; учение его было исполнено и прочего неистовства и глупости, но он хвалил сострадание друг к другу и помощь обижаемым.

Это подтверждается Зонарой (XIV, 17), Кедреном (I P741) и Амартолом (II, 235) с различными малосущественными интерпретациями. Так, Зонара говорил, что Мухаммед происходил из низкого и неизвестного рода, Кедрен - что он понабрался идей от евреев, ариан и несториан.

Практика изображения Магомета

Существует отдельная и сложная дискуссия о том, запрещает ли ислам в принципе любые графические образы Мухаммеда.

Для части мусульман такой запрет абсолютен: изображения Мухаммеда и всех остальных пророков в исламской вере безусловно запрещены и считаются идолопоклонством. Исторически исламское изобразительное искусство основано на геометрических или каллиграфических мотивах и не имеет фигуративных аспектов.

Ночная поездка Мухаммеда на его конеЭтот запрет существует во многих исламских странах. При этом данный запрет конечно же не касается немусульман, т.к. они тем более не будут поклоняться изображениям Магомета. Этим в позднейшее время пользовались некоторые оттоманские султаны, заказывая в Европе создание иллюстрированных книг по истории и генеалогии (иллюстрации из некоторых таких книг приведены в данной статье).

Мусульмане обычно приводят суру в коране, в которой пророк Ибрахим спрашивает: "Что это за изваяния, которым вы поклоняетесь?" На что ему отвечают: "Мы знаем, что наши отцы поклонялись им". Ибрахим ответил им: "Так значит, и вы, и ваши отцы явно заблуждались".

Но отношение ислама к изображениям пророка не раз менялось, даже за последние 200-300 лет взгляды на это вопрос неоднократно претерпевали изменения.

Ночная поездка Мухаммеда на его коне, лист из книги Bustan Sacdi, Бухара, 1514год

Ни коран, ни хадисы не обладают единодушием по этому вопросу. В последующие века среди различных мусульманских общин существовали разные представления по этому поводу.

В коране отсутствует прямой запрет на изображение пророка.

Мусульманские изображения Магомета

На протяжении всей исламской истории мусульманами создавались многочисленные изображения Мухаммеда, в основном в виде иллюстраций к манускриптам. В некоторых из них лицо пророка стерто или закрашено позднейшими владельцами изображений, но не подлежит сомнению, что это он.

Книга «Варка и Гулшах», хранящаяся в библиотеке Топкапы, содержит наиболее ранние из известных изображений ПророкаЧасто это были предметы роскоши, создававшиеся для состоятельных людей и хранившиеся в их библиотеках. Некоторые из иллюстраций представляют собой миниатюры с изображениями персонажей из корана.

Книга «Варка и Гулшах», хранящаяся в библиотеке Топкапы, содержит наиболее ранние из известных книжных изображений Пророка. Книга создана до или во время Монгольского завоевания Анатолии в 1240-х. Несмотря на то, что до нынешних времён дошло мало ранних изображений живых существ, изобразительное искусство было давним традиционным ремеслом в исламских землях с VIII века, к примеру, оно процветало в Аббасидском халифате.

Магомет молится у Каабы в Мекке. Фрагмент миниатюры из книги "Варка и Гулшах", 12 век. Лицо уничтожено в наши дни.

Немецкая ученая Кристиана Грубер провёла анализ изображений от подробных, демонстрирующих тело и лицо, в VIII—XV веках до более абстрактных в XVI — XIX веках. Переходная разновидность, появившаяся в начале XIII века, содержит изображение Мухаммеда без лица, вместо этого на лице написано «О, Мухаммед!» или аналогичная надпись. Возможно, такие изображения имеют отношение к суфизму. Иногда надпись позже закрывалась вуалью или изображением лица, чтобы художник оставался богобоязненным, но другие могли увидеть лицо. Согласно Грубер, многие подобные изображения позже подверглись порче — лица были стёрты или соскоблены, так как мнения о допустимости подобных изображений изменились.

Имеется несколько дошедших до нас персидских манускриптов периода господства монголов, включая Марзубаннаму 1299 года. Оставшиеся памятники минувших поколений Аль-Бируни содержит 25 изображений, на пяти из которых Мухаммед, включая две завершающих. На одной из последних иллюстраций изображены Мухаммед и Али ибн Абу Талиб в традиционной суннитской интерпретации. Согласно Кристиане Грубер, имеются и другие иллюстрации в книгах, пропагандирующих суннизм, в частности, несколько работ, посвящённых мираджу начала XIV века, хотя некоторые другие историки датируют эти картины джаларидским периодом.

Также изображения Мухаммеда находятся в персидских работах следующих династий — Тимуридов и Сефевидов, а также в османском искусстве вплоть до XVII века и дальше. Вероятно, наиболее детальные иллюстрации к жизни Мухаммеда находятся в копии биографии Сиери Неби XIV века, завершённой в 1595 году и заказанной султаном Мурадом III для сына, будущего Мехмеда III. В этой книге более 800 иллюстраций. Одна из самых часто встречающихся сцен с Мухаммедом — это мирадж, с XV по XX век в Персии и Турции появляется бесчисленное множество произведений на этот сюжет.Магомет у Каабы, репринт рисунка 1269 года Данные изображения также используются для празднования годовщины мираджа в 27-й день месяца раджаб.Пересказ этого чуда имел религиозный смысл, и хотя проще найти описания празднований XVIII и XIX веков, имеются упоминающие его манускрипты значительно более раннего времени.

Магомет у Каабы, репринт 19 века с рисунка 1269 года, нимб еще круглый как в христианстве, лицо замазано при репринте

Самые ранние изображения Мухаммеда иногда не содержат ореола пламени, а первые ореолы были круглыми, как христианские нимбы, позже появляется ореол в виде пламени, охватывающего голову Пророка или его целиком, даже зачастую скрывая его тело. Если тело Мухаммеда при этом видно, то лицо может быть закрыто; такой тип ореола появился с начала правления Сефевидов и считался особо почтительным и уважительным.

Безусловно, судя по сюжетам этих картин, художники вдохновлялись глубоким религиозным чувством и сам факт их существования говорит об одобрении или по крайней мере отсутствии запрета на изображения Магомета.

В какой же момент изображения Мухаммеда стали считаться запретными, или "харам"?

Магомет и архангел Гавриил посещают Ад
Магомет и архангел Гавриил посещают Ад и смотрят на наказание демоном женщин, не прикрывавших своих волос перед чужими. Персия, 15 век

Широкое распространение книгопечатания в конце XVIII века поставило ислам в сложное положение. Европейская колонизация многих стран исламского мира, а также распространение христианства и других западных идеологий также сыграли свою роль.

Ислам отреагировал на это подчеркиванием своих отличий от христианства, которое большую часть своей истории опиралось на традицию публичной иконографии. Изображения Мухаммеда стали исчезать из обращения, а имамы вели все более активную борьбу с "идолопоклонством", ведь христиане с их иконами представлялись не просто неверными, но идолопоклонниками.

Арабский богослов Мухаммад ибн Абд Ваххаб, который считается основателем ваххабитского учения, принятого среди суннитов в Саудовской Аравии, сыграл ведущую роль в этом вопросе.

При нем споры стали гораздо более ожесточенными. Среди ваххабитов распространилось враждебное отношение к идее поклонения чему-либо, кроме Аллаха, включая и потенциальное, на самом деле никем не практиковавшееся поклонение изображению самого пророка.

Магомет беседует с Авраамом в раю
Магомет (справа), архангел Гавриил (в центре) беседует с Авраамом (слева) в раю. Персия, 15век.

Ситуация со скульптурными или иными трехмерными изображениями пророка была всегда куда более определенной. Для некоторых мусульман, отвращение к изображениям пророка распространялось на отказ принимать любые изображения живых существ, как людей, так и животных.

Однако такой запрет существует не везде - например, многие мусульмане-шииты, алавиты и некоторые другие и по сей день придерживаются совершенно иной точки зрения.

Даже в наши дни в домах многих иранских шиитов можно найти изображения пророка Мухаммеда. Религиозных запретов на такие изображения никогда не было, их можно увидеть в магазинах и в домах, печатаются открытки и даже марки с его изображением. Местными священнослужителями они не считаются оскорбительными ни с религиозной, ни с культурной точек зрения.

Изображение Мухаммеда в исламской литературе

В хадисах и других литературных произведениях раннеисламского периода имеются описания портретов Мухаммеда.

Абу Ханифа ад-Динавари, Ибн аль-Факих, Ибн Вахшия и Абу Нуайм аль-Исфахани рассказывают историю о том, как византийский император Ираклий I принимает двоих жителей Мекки. Он показывает им сундук с отделениями, в каждом из которых хранится по портрету пророка, в том числе портрет Мухаммеда.

Садид ад-Дин аль-Казаруни рассказывает такую же историю о посещении мекканцами короля Китая.

Аль-Кисаи писал о том, что Бог передал изображения пророков Адаму.

Ибн Вахшия и Абу Нуайм рассказывают ещё одну историю, в которой мекканский купец, поехавший в Сирию, посещает христианский монастырь, где хранится несколько скульптур и картин, изображающих пророков и святых. Там же он видит портреты Мухаммеда и Абу Бакра, не опознанных христианами.

В истории XI века говорится о том, как Мухаммед позировал придворному художнику сасанидского шахиншаха Кавада II. Каваду портрет настолько понравился, что он хранил его под подушкой.

Позднее Макризи записал историю о том, как правитель Египта Мукаукис встречается с послом Мухаммеда и просит посла описать внешность пророка. Сравнив описание с изображением неизвестного пророка, Мукаукис обнаруживает, что на изображении действительно Мухаммед.

В легенде XVII века император Китая приглашает Мухаммеда ко двору, но Мухаммед в ответ присылает свой портрет, который настолько очаровывает императора, что он принимает ислам. После этого портрет, выполнивший свою миссию, исчезает.

Сальвадор Дали, иллюстрация к "Божественной комедии" ДантеНемусульманские изображения

Как в средние века, так и в современном мире, Магомета изображают повсеместно. Это может быть изображение в исторических книгах, энциклопедиях. Изображают Магомета и в изобразительном искусстве - как на картинах, так и в скульптуре.

Изображения Мухаммеда вне исламского мира были очень редки до появления печатного пресса. Небольшой всплеск в их количестве пришелся на времена крестовых походов. Мухаммед изображён на нескольких средневековых картинах, обычно в неприглядной манере, зачастую на его изображение влияло краткое упоминание в «Божественной комедии» Данте.

Сальвадор Дали, иллюстрация к "Божественной комедии" Данте, 1951

Иногда Мухаммеда рисовали среди других «влиятельных людей», один из примеров такого изображения можно видеть на здании Верховного суда США. Изображение Мухаммеда на здании Верховного судаОно создано в 1935 году, и также содержит портреты Хаммурапи, Моисея, Конфуция и других. В 1997 году его изображение вызвало полемику, в результате которой в туристическую литературу были внесены политкорректные изменения: теперь изображение описано как «выполненная с добрыми намерениями попытка выразить уважение Мухаммеду», которая якобы «не имеет отношения к его внешности».

Изображение Мухаммеда на здании Верховного суда США, панно "Мудрецы мира", 1935 год

Мухаммед находится на фреске XV века «Страшный суд» Джованни да Модены, которая расположена в базилике Сан-Петронио в Болонье и на картинах таких художников как Сальвадор Дали, Огюст Роден, Уильям Блейк, Гюстав Доре и другие. Из русских художников можно назвать Рериха, Гагарина.

Картины Рериха (диптих) "Магомет на горе Хира", 1925 год и "Магомет-пророк", 1932 год.
Картины Рериха (диптих) "Магомет на горе Хира", 1925 год и "Магомет-пророк", 1932 год.

Проповедь Магомета, Григорий Гагарин, 1840,
Проповедь Магомета, Григорий Гагарин, 1840.

Карикатуры

Серьезное общественное обсуждение в новейшее время вызвали юмористические изображения Магомета. В европейской культуре начиная с 20 века нет ничего зазорного в карикатурах на богов и пророков, в том числе и на Иисуса Христа, Магомета, Будду, Аллаха и т.д.

Впрочем, первая карикатура на Магомета зафиксирована еще в 1162году в первом издании корана на латыни, видимо во времена крестовых походов считалось очень смешным изобразить кого-то в виде рыбы.

Je suis CharlieДо появления в Европе значительной прослойки мусульман никто на это не обращал никакого внимания, пока в 2002 году так называемые исламисты не устроили акции неодобрения вышедшим незадолго до этого в одной датской газете карикатурам на Магомета.

Западная общественность восприняла это недовольство и попытки запрета как наступление на священное право на свободу слова и эффект от акций мусульман получился обратный - единичные никого не интересовавшие карикатурки в малотиражных изданиях стали массовым явлением охватившим даже серьезные издания.

В 2015 году был произведен террористический акт исламистов против одного из наиболее часто печатавших низкопробные карикатуры подобного рода - французского журнала карикатур Charlie Hebdo. В теракте погибло 12 человек, и снова исламские радикалы проиграли, добившись еще более значительного обратного эффекта. Третьесортный журнал с общим тиражом 50 тысяч, следующим выпуском вышел уже во всем мире распространив карикатуру на Магомета общим тиражом более 8 млн. экземпляров.

Нападение вызвало волну протестов. В Париже прошёл грандиозный марш в память о жертвах терактов, в котором приняли участие несколько десятков глав государств мира. После нападения террористов фраза Je suis Charlie (рус. Я — Шарли) — стала лозунгом защитников свободы слова во всем мире.

А.С. Суворин, ddd