←  История стран мира

Исторический форум: история России, всемирная история

»

История Румынии

Фотография Егорка Егорка 01.11 2008

Ранняя история.

История румынского народа начинается со второго столетия н.э., когда легионы римского императора Траяна расположились на территории, где проживали фракийские племена даков. Формирование румынского народа проходило путем слияния римлян и местного населения на территории, которая почти совпадает с территорией нынешней Румынии. Однако это слияние не было завершено, так как в конце третьего века ввиду надвигавшейся угрозы нашествия варваров римские легионы были отозваны назад. Немногие римские социально-культурные институты выжили и сохранились, хотя христианство, введенное римлянами, стало охватывать все большее и большее число людей во втором столетии н.э. Уход римлян оставил румын, частично христианизированный дако-римский народ, один на один с нашествием варваров.

Следующее тысячелетие – наиболее мрачная страница румынской истории. В 6 в. на территории нынешней Румынии расселялись славянские племена. В 7 и 8 вв. сюда мигрировали болгары, которые поселились к югу от Дуная. В конце 9 в. многие части нынешней Румынии захватили венгры. В течении второй половины 13 в. они установили свой сюзеренитет над Валахией и Молдавией, которые стали полуавтономными провинциями. Некоторые историки утверждают, что во время этих нашествий коренное дако-римское население было полностью уничтожено. Другие считают, что часть дако-римлян выжила и является предками современных румын.

Турецкое господство.

Следующий период румынской истории начался с создания румынских княжеств Валахия и Молдавия в конце 13 и начале 14 вв. соответственно. Общество того времени носило характерные феодальные черты: князь был окружен придворными и вельможами, владевшими землей; осуществлялась раздача небольших частей боярских поместий военным мелкопоместным дворянам; быстро развивалось крепостное право.

Начиная с 1415 вплоть до создания режима фанариотов в 1711 Валахия и Молдавия управлялись по закону местными князьями, но фактически – турками и боярами. Бояре плели интриги с Портой (правительством Османской империи) для того, чтобы сохранить валахский и молдавский троны за членами своих семей. Всякий раз, однако, когда появлялся выдающийся военный или политический лидер, такие, как Михай Храбрый в Валахии (1593–1601) или Петр Рареш в Молдавии (1527–1546), конфликтующие стороны временно примирялись и выступали вместе против турок, поддерживая правителя. Но в то же время бояре были ответственны и за большую часть того политического хаоса, который проявился в смене 112 князей в Молдавии и Валахии в 16 и 17 вв.

В самом начале 18 в. греческие купцы из Константинополя, которых называли фанариотами, заменили князей и бояр и стали править княжествами, установив контроль над всеми экономическими ресурсами. Княжеские посты продавались с аукциона в Константинополе лицам, предлагавшим наивысшую цену, обычно фанариотам. Правление фанариотов большинством историков рассматривается как самый бедственный период в истории страны. Вероятно наиболее характерным для этого периода 1711–1821 было чрезвычайно большая сменяемость князей-фанариотов – в обоих княжествах посты князей занимали около ста правителей.

Завоевание национальной независимости.

Следующий важный этап румынской истории начался в 1821, когда румынские князья вновь вернулись на молдавский и валахский троны, и закончился в 1878 достижением государственной независимости. Российские интересы в румынских княжествах обнаружились еще при Петре Великом, первом царе, который пытался установить активные контакты с румынскими князьями против турок в начале 18 в. К концу этого века российское влияние еще более возросло после того, как Екатерина Великая сформулировала доктрину о том, что Россия – основной защитник православных христиан, живущих на территории Османской империи, и была особенно заинтересована в защите румынских княжеств. Поддерживаемая антигречески настроенными членами румынского дворянства, она рассматривала румынские княжества как естественную сферу российского влияния.

Россия стала первой защитницей национальной, антифанариотской революции, кульминацией которой стала реставрация власти румынских князей в 1821. Этой революцией руководил Тудор Владимиреску, офицер русской армии, по национальности румын. После Русско-турецкой войны 1826–1828 Россия по Андрианопольскому договору (1829) получила протекторат над румынскими княжествами. Последовавшая русская оккупация (1828–1834) имела серьезные последствия. В правление талантливого и просвещенного графа Павла Киселева были заложены основы нового румынского государства. Первые конституционные собрания, называвшиеся диванами, стали зачатками будущих министерств. Была создана образовательная система, развернулось строительство дорог. Умеренная индустриализация и создание достаточно активной системы внешней торговли зерном, древесиной и медом привели к увеличению небольшого среднего класса и обеспечили продолжавшееся господство бояр. В 1848–1849 русские войска подавили националистические восстания в княжествах и революционный дух, который развился здесь при предыдущей российской оккупации, отчасти благодаря либерализму Киселева.

Революционное движение в Румынии было в основном продуктом французских либеральных идей, воспринятых молодыми боярами, возвращавшимися в страну после учебы во Франции. Несмотря на неудачный исход революций и противодействие российских оккупационных властей, которые оставались здесь вплоть до Крымской войны (1853–1856), стремление к независимости доминировало среди молодых интеллектуалов и политиков. Их усилия, а также участие России и Франции в конце Крымской войны наконец привели к созданию в 1859 автономных Соединенных Княжеств, или Румынии.

Князь Александру Ион Куза, лидер бояр, был избран в 1859 первым правителем совместной администрации обеих провинций. Путь к независимости лежал через внутренние реформы, в первую очередь аграрную реформу и освобождение крепостных в 1864. Бояре свергли Кузу еще до того, как он успел осуществить свою программу, и избрали в 1866 князем Румынии немецкого принца Карла Гогенцоллерна-Зигмарингена, который был коронован в 1881. Окончательную свободу от турок Румыния приобрела в 1878, когда в конце Русско-турецкой войны (1877–1878) европейские страны признали одностороннюю декларацию Румынии о независимости от 10 мая 1877.

Независимость и территориальная экспансия.

Некоторые важные шаги были сделаны в период с 1878 по 1918, во время царствования Кароля I (1866–1914). Главным образом благодаря усилиям Кароля Румыния вышла на путь быстрого экономического развития: были созданы важнейшие отрасли промышленности, построены железные дороги, созданы современные экономические институты, в основном на базе немецкого капитала. В период его царствования была принята первая конституция (1866), созданы политические партии и государственные учреждения, включая двухпалатный парламент.

В этот период проявились первые признаки империалистических амбиций Румынии. Король Кароль I при поддержке консерваторов придерживался после Берлинского конгресса 1878 прогерманской и проавстрийской ориентации, и в 1883 Румыния стала членом Тройственного союза. Ее территориальные притязания стали очевидны во время Балканских войн 1912–1913, после которых Румыния приобрела часть Добруджи.

После Балканских войн проявился раскол между прогерманской политикой монархии и профранцузскими националистическими настроениями большинства населения. Кабинет заставил стареющего короля сохранить нейтралитет Румынии в начале Первой мировой войны. Кароль умер в 1914, и на трон взошел его племянник под именем короля Фердинанда I. В 1916 Румыния вступила в войну на стороне Антанты. Этот шаг принес свои плоды в конце войны: старое королевство было значительно расширено благодаря приобретению Трансильвании, Бессарабии, Буковины и Баната.

Трудности Румынии в межвоенный период были вызваны неоднородным характером ее населения. Приобретение таких меньшинств, как евреи и венгры, привело к усилению кальвинизма и росту традиционного для Румынии антисемитизма, что нашло отражение в создании фашистской партии Железная Гвардия.

Впрочем, аннексия провинций имела и свои положительные стороны. В 1920-е годы укрепился институт парламентаризма, увеличились число и активность политических партий. Появились новые отрасли промышленности, расширилась торговля. Однако экономический прогресс был прерван аграрным кризисом, который начался в конце 1920-х годов и достиг своего пика в 1930. Аграрный кризис был вызван неудачной аграрной реформой 1917, которая лишила многих крестьян земли, и низкой конкурентоспособностью румынского зерна на мировом рынке.

Сын Фердинанда, коронованный принц Кароль, был лишен права на престол и покинул страну в 1925. За год до смерти Фердинанда, в 1926, было создано регентство для правления страной от имени малолетнего сына Кароля – Михая до достижения им совершеннолетия. Кароль вернулся в страну в 1930, получил престол и был коронован как король Кароль II при поддержке премьер-министра Юлиу Маниу, лидера Национал-царанистской (народно-крестьянской) партии, который добился согласия между всеми главными политическими партиями.

Боясь захвата Трансильвании Венгрией, которую поддерживала Германия, Кароль II подписал торговый договор с Германией, который давал последней много преимуществ и возможность значительного влияния на Румынию. Выборы декабря 1937 показали политический подъем Железной Гвардии; умеренная Национал-либеральная партия потерпела поражение. Фашистский характер правительства коалиции крайне правых партий под руководством Октавиана Гога, лидера ультранационалистической и антисемитской Национально-христианской партии, заставил короля принять решение о смещении премьера, роспуске парламента и объявлении королевской диктатуры в апреле 1938. Кароль пытался также запретить Железную Гвардию и сохранить нейтралитет в отношении к Советского Союза и Германии.

После заключения советско-германского союза в 1939 Румыния потеряла Бессарабию и Буковину, передав их Советскому Союзу после советского ультиматума в июне 1940. В августе 1940 почти половина Трансильвании была передана Венгрии, а в сентябре 1940 южная Добруджа – Болгарии. Потеря этих территорий вынудила Кароля отречься от престола в пользу сына Михая в сентябре 1940. Генерал Ион Антонеску сформировал новый кабинет, провозгласил себя руководителем румын и стал союзником Германии.

В августе 1944, после вступления советских войск в страну, король Михай объявил о выходе Румынии из войны на стороне Германии и о ее присоединении к Союзникам. Тем не менее Румыния была оккупирована Советским Союзом, а в 1947 здесь была установлена коммунистическая диктатура.

Сменявшиеся в августе 1944 – марте 1945 правительства генералов Константина Санатеску и Николае Радеску были неспособны противостоять подрывной деятельности коммунистов и открыли путь правительству Петру Гроза, созданному по указке из Москвы в марте 1945. В декабре 1947 король Михай был вынужден отречься от престола, и была провозглашена Румынская Народная Республика.

В конце 1940-х и начале 1950-х годов Румыния была сателлитом Советского Союза. Решения принимались в Москве, а исполнялись в Бухаресте коммунистической партией, возглавлявшейся румынскими сталинистами. Общественный и экономический порядок были перестроены по советским проектам. В 1949 началась коллективизация сельского хозяйства, и было введено экономическое планирование. Внешняя политика Румынии также регулировалась Советским Союзом. В 1952 премьер-министром Румынии стал первый секретарь компартии Георге Георгиу-Деж.

Смерть Сталина в 1953, приход к власти Н.С.Хрущева и смягчение напряженности в отношениях Советского Союза и Запада серьезно повлияли на дальнейшие событий. Решительность Хрущева в отстранении сталинистов от власти в странах-сателлитах Восточной Европы вынудила Георгиу-Дежа искать защиту у румынских националистов. В 1950-е годы Румыния объявила о своем праве на «собственный путь к социализму». Экономические и политические усилия в этом направлении позволили Георгиу-Дежу в 1964 официально заявить о независимости страны от Советского Союза по всем вопросам, касающимся ее суверенитета. Его преемник, генеральный секретарь партии Николае Чаушеску, подтвердил курс на независимость. Румыния использовала китайско-советский конфликт, начавшийся в 1961, для того, чтобы объявить о своем нейтралитете в случаях конфликтов между коммунистическими странами. Она не присоединилась к другим странам Варшавского Договора в ходе оккупации Чехословакии в 1968.


Источник
Ответить

Фотография metro metro 26.06 2009

Полный прорумынский бред. История Румынии, в следствие крайне скудных письменных источников, как никакая другая подвержена искажению, всяческому "додумыванию" и удобному политическому "окрашиванию". Единственный народ в Европе считающий себя потомками "Великих римлян". Даже итальянцы, казалось бы, проживающие на исконно Римских территориях, в отличие от румын считают себя потомками этрусков. Начало румынской литературы не идет дальше XVI столетия; все уцелевшие памятники более раннего времени писаны на славянском языке,который был у румын официальным языком церкви и государства, с той лишь особенностью, что в Валахии употреблялся среднеболгарский язык, а в Молдавии — южнорусское наречие. По-славянски писаны и все старинные церковные и богослужебные книги, частью сохранившиеся в рукописях, частью печатные. Вот тебе и сказке конец.
Ответить

Фотография Иван Александрович Иван Александрович 27.06 2009

Полный прорумынский бред. История Румынии, в следствие крайне скудных письменных источников, как никакая другая подвержена искажению, всяческому "додумыванию" и удобному политическому "окрашиванию". Единственный народ в Европе считающий себя потомками "Великих римлян". Даже итальянцы, казалось бы, проживающие на исконно Римских территориях, в отличие от румын считают себя потомками этрусков. Начало румынской литературы не идет дальше XVI столетия; все уцелевшие памятники более раннего времени писаны на славянском языке,который был у румын официальным языком церкви и государства, с той лишь особенностью, что в Валахии употреблялся среднеболгарский язык, а в Молдавии — южнорусское наречие. По-славянски писаны и все старинные церковные и богослужебные книги, частью сохранившиеся в рукописях, частью печатные. Вот тебе и сказке конец.


Самое время обратить внимание:
а) - на роксолан, которых Лев Диакон ещё в 10 веке называл то руссами, то таврами, то тавроскифами;
б) - на "белых хорват", на которых ходил киевский князь Святослав.

По моему - это один и тот же этнос, один из самых важных предков современного русского, переселившихся в начале 8 века на территорию Киевской Руси. До этого, как известно, на территории Киевской Руси располагались:
1. Аварский Каганат - на Западе;
2. Алания - на востоке.
Ответить

Фотография К.Дюкарев К.Дюкарев 10.05 2012

Давайте разберём три момента (история территории нынешней Румынии не однородна):
- история Фракии, а затем Дакии - это Древний Мир
- история Молдовы (не путаем с государством - Молдова) - это одно
- история Валахии - это другое
- история Трансильваниии - это третье
- история XIX-XX веков Румынии - это четвёртое
Ответить

Фотография ddd ddd 22.12 2014

 

Что на самом деле привело к свержению Чаушеску

Даже четверть века спустя после низложения румынского диктатора остается загадкой, что послужило импульсом к его свержению. DW нашла недостающие звенья исторической цепи.
0,,17029786_403,00.jpg
Танк в Бухаресте, 1989год

В то время как коммунистические диктатуры Центральной и Восточной Европы в 1989 году стали рушиться одна за другой, казалось, лишь один правитель обеспечил себе пожизненное властвование - генсек ЦК Румынской коммунистической партии и президент Совета Социалистической республики Румыния Николае Чаушеску. Еще в начале 1970-х годов он перекроил всю страну по северокорейским лекалам. Все ключевые должности в коммунистической партии и в госаппарате были заняты его родственниками и верными последователями из числа ближайших друзей. Супруга Елена была его первым заместителем в правительстве, а сын Нику должен был стать "наследником престола". Наводившая ужас на граждан тайная полиция "секуритате" казалась всемогущей. Румыния представлялась застывшим навсегда гигантским паноптикумом.

Зарубежные радио- и телеканалы были для румын единственным источником информации о происходившем в их же стране, а также о системных изменениях в "братских государствах" соцлагеря. Международные радиостанции Free Europe, "Голос Америки", Би-Би-Си и Deutsche Welle были запрещены, однако тайком "голоса" все же ловили. Все чаще в передачах этих студий на румынском языке ведущие читали письма отчаявшихся слушателей, в крайне рискованных условиях переправленные на Запад через герметично запломбированную государственную границу - нередко при помощи иностранных журналистов.

Как бунт на религиозной почве перерос в политическую революцию

 

0,,17190461_403,00.jpg

Николае Чаушеску

Одним из немногих, кто осмеливался в открытую критиковать политику Чаушеску в Румынии, был румынский пастор реформаторской церкви Ласло Тёкеш из города Тимишоара на западе страны. Будучи представителем венгерского этнического меньшинства в Румынии, в своих проповедях он критиковал так называемую "систематизацию" страны. Так, в планы Чаушеску входило уничтожение около 7000 деревень с целью возведения гигантских сельскохозяйственных центров. Жителей деревень планировали загнать в жилые кварталы, уничтожив материальные и культурные основы их существования. Тёкеш сразу понял, что подобная мера угрожает самому существованию венгерского меньшинства в Румынии, и в своих проповедях стал открыто выступать против планов коммунистического лидера. Свое недовольство он также выразил в интервью, которое тайно дал двум канадским журналистам. Летом 1989 года его показал один из венгерских телеканалов.

Это интервью вызвало волнение среди румынской партийной верхушки. И без того натянутые отношения между соседними государствами Румынией и Венгрией достигли пика напряжения. Чаушеску заподозрил, что в Будапеште против него готовят заговор, и приказал сослать Тёкеша из Тимишоары в крошечную деревню. 15 декабря сотни людей собрались перед домом пастора, чтобы защитить его от сотрудников "секуритате". Митинги солидарности сначала прошли по всему городу Тимишоара - одному из крупнейших в Румынии, а затем переросли в движение протеста против диктатора, охватившее всю страну. "Религиозный бунт перерос в политический, венгерский этнический вопрос стал всенародным", - поясняет Раду Преда, преподаватель теологии и руководитель румынского Института расследований преступлений коммунизма (IICCR).

Семь ракет, нацеленных на Венгрию

Интервью с Тёкешем организовал венгерско-канадский журналист и автор Арпад Сёци. В своей книге "Тимишоара - подлинная история румынской революции" он описывает события, разыгрывавшиеся в то время вокруг Тёкеша. Третье издание книги, впервые опубликованной на румынском, может вызвать волну дискуссий в стране. После многолетнего изучения архивов секретных служб Венгрии и Румынии автору удалось обнаружить информацию, до сих пор неизвестную широкой общественности. Согласно документам, Чаушеску отдал формированиям румынской армии, дислоцированным на западе страны, приказ навести ракеты в сторону Венгрии, чтобы отразить возможное нападение со стороны соседнего государства.

Арпад Сёци, который живет в Берлине и пишет для DW материалы на эту тему, объясняет все в подробностях: "Информация о ракетах была записана венгерским офицером спецслужб и подтверждена тогдашним премьер-министром Миклошем Неметом". Согласно отчетам венгерских спецслужб, семь ракет, сконструированных по китайскому образцу, коммунистическая Румыния приобрела через арабских посредников. В качестве цели была обозначена венгерская атомная электростанция "Пакш".

Немет, занимавший должность премьер-министра Венгрии с 1988 по 1990 годы и являвшийся одной из ключевых фигур румынской революции 1989 года, в беседе с Сёци подтвердил тогдашние опасения: уничтожение АЭС могло бы привести к более масштабной катастрофе, чем авария на Чернобыльской АЭС 1986 года. В связи с этим Немет обсуждал с руководством Польши и Михаилом Горбачевым возможности лишения Чаушеску власти. Он также наладил связь с румынским генералом Виктором Станкулеску, сыгравшим ключевую роль в свержении Чаушеску.

Недостающие детали исторического паззла

Румынское издание своей исторической монографии о событиях румынской революции Сёци 19 декабря представил в Тимишоаре, где 25 лет назад начался кровавый бунт против коммунистической диктатуры. Лишь в одном этом городе от пуль "секуритате" погибли десятки людей, во всей же Румынии жертв было более тысячи. 22 декабря 1989 года Николае и Елена Чаушеску попытались скрыться, бежав из Бухареста на вертолете, однако в тот же день их задержали. Уже 25 декабря, после показательного процесса, по приговору военно-полевого суда они были расстреляны.

 

 

dw.de/что-на-самом-деле-привело-к-свержению-чаушеску/a-18141422?maca=rus-rss-ru-all-1126-xml-atom

 

 

Ответить

Фотография К.Дюкарев К.Дюкарев 23.12 2014

 

 

Что на самом деле привело к свержению Чаушеску

Даже четверть века спустя после низложения румынского диктатора остается загадкой, что послужило импульсом к его свержению. DW нашла недостающие звенья исторической цепи.
0,,17029786_403,00.jpg
Танк в Бухаресте, 1989год

ПОЧЕМУ МИХАИЛ ГОРБАЧЕВ ДАЛ СОГЛАСИЕ НА КАЗНЬ НИКОЛАЕ ЧАУШЕСКУ 22 декабря 1989 г. 25 лет назад В Румынии свергнут режим Николае Чаушеску original.jpg#20271231730

Впервые о совместной операции ЦРУ, КГБ, ГРУ и венгерской разведки по свержению румынского диктатора рассказывает непосредственный участник того заговора спецслужб.

 

 

В Будапеште, в разведуправлении Южной группы войск, Роман был самым молодым офицером. Шутка ли, старший лейтенант на майорской должности! «Карьерист», – ворчали старые капитаны. Но даже они признавали, что никто лучше молодого разведчика не знал иностранные языки.

 

Роман хорошо говорил на немецком и французском. А венгерский и румынский, как и русский, были для него родными. Ведь родился и вырос он в советском Закарпатье, в Мукачево. Поэтому и сам толком не знал, сколько венгерской и румынской крови течет в его жилах. На дружеских пирушках его спрашивали: кто он по национальности? «Старлей» с иронией цитировал великого Бисмарка, который говорил: «Румын – не национальность, а профессия».

 

В Румынии в отличие от Венгрии в то время не было советских войск. И офицер армейской разведки свои профессиональные интересы по румынской ядерной программе удовлетворял с огромным трудом. Помогали короткие поездки в Трансильванию и встречи с румынскими венграми. В Тимишоаре у советской разведки была разветвленная агентурная сеть.

 

Политические фарисеи

 

Как настоящий профессионал, Роман, конечно, и более чем через двадцать лет не называет имен, явок и паролей своих румынских помощников. Но рассказал неизвестные детали операции по устранению Николае и Елены Чаушеску. И подтолкнул его к этому… Михаил Горбачев.

 

Сейчас по случаю 80-летия Михаила Сергеевича в западной прессе началась целая кампания «аллилуйщины». Все славят Горби… И сам Горбачев старательно поддерживает имидж этакого доброго дедушки. По признанию разведчика, тошно было слушать, как прошлой весной первый и последний президент Советского Союза выступал в Бухаресте с осуждением расстрела четы Чаушеску в декабре 1989 года. На встрече с журналистами бывший советский лидер заявил, что они были расстреляны, «как какие-то животные» и что этого не следовало делать, «какой бы тяжелой ни была ситуация в стране».

 

В ходе частного визита экс-президент Советского Союза встретился с бывшим президентом Румынии Ионом Илиеску. Что ж, им было что вспомнить.

 

– Казнь Чаушеску и его жены у стены солдатского сортира – на их совести, – утверждает Роман.

 

В ноябре и декабре 1989 г. молодому разведчику пришлось быть переводчиком у высокого начальства, прибывшего с тайной миссией из Москвы. Генералы ГРУ часами тогда совещались с руководителями венгерской разведки. И Роман хорошо запомнил, что столичные гости не раз подчеркивали, что действуют не только по поручению министра обороны СССР, но и самого Горбачева. В то время санкцию на свержение главы другого государства мог дать только сам Генсек.

 

Но наши военные разведчики осторожничали. Поэтому решили действовать через венгерские спецслужбы.

 

Справка «АН»

 

Секуритате в переводе с румынского — «безопасность», официальное название – Департамент государственной безопасности. Спецслужба была создана еще в августе 1948 года, однако только при Чаушеску стала поистине всесильной, тотальной и не подчиняющейся никому, кроме диктатора, организацией. Последний шеф Секуритате – элегантный, всегда одетый в костюм «с иголочки», генерал Юлиан Влад входил в «ближний круг» Чаушеску, но потом его предал.

 

По официальным данным, аппарат Секуритате насчитывал всего 8400 офицеров-оперативников. Однако, по данным перебежчика Иона Пачепы, в 1978 г. их количество достигало 70 тыс. человек. Но, видимо, это преувеличение. Самым выдающимся образцом дезинформации был слух, распускаемый Секуритате, что каждый четвертый румын является ее осведомителем.

 

Операция «Дестабилизация»

 

Это теперь тогдашний премьер-министр Венгрии Миклош Немет признает в интервью будапештской газете «Мадьяр хирлап», что венгерские спецслужбы накануне событий поставляли оружие румынской оппозиции, а ее боевые группы проходили подготовку в венгерских лагерях. Но почти два десятка лет это было тайной за семью печатями. Кстати, наряду с венграми обучали будущих повстанцев и советские инструкторы из бригады спецназа ЮГВ.

 

Этим дело не ограничилось. Советской разведке и венгерским спецслужбам удалось завербовать немало чиновников румынского партийного и государственного аппарата. С будущим президентом Румынии и другом Горбачева тогдашним партийным функционеромИлиеску работал резидент Первого главного управления КГБ СССР.

 

ГРУ занималось румынской армией. Среди завербованных агентов оказался и будущий министр обороны в первом правительстве Илиеску – генерал Виктор Станкулеску. Тогда он был фаворитом Елены Чаушеску. Полностью доверял любовнику жены и сам Николае Чаушеску.

 

И все же ключевую роль в организации диверсионных акций в Румынии сыграли не КГБ, не ГРУ и уж, конечно, не венгерские спецслужбы. Основная партия в заговоре спецслужб принадлежала Центральному разведывательному управлению США.

 

Сейчас тогдашний руководитель отдела Восточной Европы в ЦРУ Милтон Борденпризнает, что «в целом» все эти акции направлялись из Вашингтона. Какова же была технология смены румынского режима? На первой стадии – дискредитация Чаушеску. С этой целью десятки агентов спецслужб работали над тем, чтобы в международную прессу попало как можно больше «разоблачительных» материалов о самом диктаторе и его окружении. Например, газеты писали, что верховный главнокомандующий войсками Румынии Николае Чаушеску присвоил звание полковника своей любимой плюшевой собачке.

 

На втором этапе операции требовалось «пиарить» возможных преемников диктатора. Так, в прессе замелькали сообщения о том, что наиболее вероятным сменщиком Чаушеску станетИон Илиеску. В ходе третьего этапа информационной войны основной упор делался на манипулирование сведениями о событиях в городе Тимишоаре, где в ходе столкновений сагентами Секуритате якобы погибло много мирных жителей.

 

Роман вспоминает, что трупы «погибших», показанные в те дни всеми мировыми телеканалами, специально доставлялись к месту съемок из местных моргов. Это были тела умерших своей смертью людей… Американцы санитарам за них платили тогда по сто долларов за штуку. Для Румынии в то время это были огромные деньги.

 

Антихрист убит в Рождество

 

На католическое Рождество жизнь в Венгрии замирает. А вот в румынскойТрансильвании, где тогда находился Роман, кипели нешуточные страсти. В ночь с 26 на 27 декабря румынское телевидение показало видеозапись суда над четой Чаушеску.

 

Он был недолгим. Чаушеску инкриминировали гибель 60 тыс. человек. Сегодня мы располагаем примерными данными, что на улицах Бухареста и Тимишоара погибли околотысячи или чуть больше людей. Но есть одна существенная деталь, которую нельзя не принимать во внимание, – потери со стороны армии и других силовых структур. Они составили 325 человек убитыми и 618 – ранеными. Это была явная работа боевых групп, подготовленных на тайных базах Венгрии. Кстати, в Румынии впервые засветились иностранные спортсмены-стрелки. (Помните, в октябре 1993 г. какие-то снайперы стреляли в Москве и по Белому дому и по спецназу «Вымпел».) Между тем никаких международных соревнований в это время не было. А после 25 декабря 257 молодых мужчин улетели из Бухареста в одну из стран Ближнего Востока.

 

…После вынесения приговора осужденных вывели во двор и подвели к стене солдатской уборной. Николае Чаушеску, поняв, что это конец, неожиданно запел «Интернационал», а потом крикнул: «Долой предателей!» Раздались очереди из трех автоматов. Десантники разрядили в Чаушеску и его жену по целому магазину АКМ. Итого аж 90 пуль. Произошло это в 14 часов 50 минут 25 декабря. Когда кадры видеозаписи позднее показывали по телевидению, диктор произнес: «Антихрист был убит в Рождество!»

original.jpg#20378940334

original.jpg#20048158881
 

Организатором суда над Чаушеску стал когда-то верный генерал Виктор Станкулеску.Вскоре после того как генерал получил командование над вооруженными силами Румынии, агент нескольких разведок официально перешел на сторону заговорщиков.

 

Но не только он один. Чаушеску предала и верхушка румынских спецслужб. Иначе каким образом в ходе следствия против всемогущего шефа Секуритате генерала Юлиана Влада ни один свидетель не дал показаний, а «верные псы» Чаушеску генералы Вирджил Мэгуряну и Виктор Станкулеску сразу же заняли в новом правительстве соответственно посты руководителя информационной службы, ставшей преемницей Секуритате, и министрами.

 

Страх перед атомной бомбой

 

Вконце 1988 г. «румынская проблема» стала занимать важное место в переговорахГорбачева, Шеварднадзе и Яковлева со странами Запада. И дело тут не в том, что Чаушеску в советской прессе называли «сталинистом» и врагом перестройки. Хотя действительно на съезде румынской компартии тот заявил: «Скорее Дунай потечет вспять, чем состоится перестройка в Румынии».

 

И все же дело не в личной ненависти Горбачева к Чаушеску. В большой политике нет места чувствам. Есть только интересы. У Буша-старшего и Горбачева они совпадали в то время в одном вопросе: не дать Румынии стать ядерной державой. Ведь перед глазами был непокорный атомный Китай.

 

По данным Романа, собственный проект по созданию атомного оружия Бухарест начал еще в конце 1976 года. Для его реализации была сформирована группа физиков-ядерщиков, которые работали в секретном центре в городе Мэгуреле.

 

Как и сейчас в Иране, все делалось в рамках программы по ядерной энергетике. Успешные результаты работ дали основание Чаушеску официально заявить в мае 1989 г. о том, что с технической точки зрения Румыния способна производить ядерное оружие. В декабре 1989‑го Чаушеску был свергнут и расстрелян. Зря он хвастался. До создания атомной бомбы румынам надо было работать еще лет десять.

 

Роман вспоминает, что два генерала ГРУ после убийства Чаушеску не улетели в Москву. Они вместе с группой военных разведчиков из Южной группы советских войск перебрались из Будапешта в Бухарест. Начались поиски контактов среди румынских физиков-ядерщиков.

 

Конечно, целью наших разведчиков не были секреты румынской атомной бомбы. Надо было не допустить утечек ядерных технологий из бурлящей Румынии. И с помощью ЦРУ эту задачу решили.

 

Так, меньше чем через два года, в 1991 г. новое правительство Румынии согласилось поставить под полный контроль МАГАТЭ ядерные объекты и центры ядерных исследований. Но еще долгое время в Румынии оставались 13,5 кг высокообогащенного урана (80%). Поэтомув 2003 г. совместно ЦРУ и СВР была проведена секретная операция по вывозу этого топлива в Россию для переработки в непригодный для оружейного использования материал. Оно было привезено в Бухарест армейским автотранспортом, погружено на Ил-76 и отправлено на Новосибирский завод химических концентратов (НЗХК).

 

Перевозка осуществлялась по заказу Международного агентства по атомной энергии,финансировалась за счет Минэнерго США. Грузоотправитель – Национальная комиссия по контролю за ядерной деятельностью Румынии. Минатом России осуществлял общую координацию проведения операции. Но за ней наблюдали и американские эксперты.

 

Проведенные МАГАТЭ инспекции румынских ядерных объектов показали, что начиная с 1985 года Румыния проводила тайные эксперименты по химическому выделению оружейного плутония. По расчетам ученых, атомная бомба у Чаушеску должна была появиться к 2000 году. Помешал заговор спецслужб.


Автор: Александр Кондрашов
Источники - http://www.calend.ru/

Ответить

Фотография Strainu Strainu 14.02 2017

Румынская революция, на мой взгляд, - один из интереснейших сюжетов современной истории. Я ее изучаю уже давно, и тем не менее в предыдущем сюжете нашлось кое-что новое.

 

Раньше не доводилось читать предположение о том, что спецслужбы СССР и США поддержали свержение Чаушеску из опасения, что Румыния создаст ядерное оружие. Но такое вполне вероятно, учитывая, что румынский ядерный реактор в Мэгуреле был запущен еще в 1957 г., и то, что Чаушеску был одержим развитием военно-промышленного комплекса.

 

 

Это теперь тогдашний премьер-министр Венгрии Миклош Немет признает в интервью будапештской газете «Мадьяр хирлап», что венгерские спецслужбы накануне событий поставляли оружие румынской оппозиции, а ее боевые группы проходили подготовку в венгерских лагерях. Но почти два десятка лет это было тайной за семью печатями. Кстати, наряду с венграми обучали будущих повстанцев и советские инструкторы из бригады спецназа ЮГВ.

 

Вот это очень интересная штука. Версий относительно участия иностранных спецслужб в румынской революции рассказно уже вагон и маленькая тележка, но большинство из них в отсуствие доказательной базы остаются недостоверными. А признание на столь высоком уровне - вещь, что и говорить, примечательная. Жаль, что нет конкретной ссылки.

 

В самой Румынии, кстати, широко распространена версия согласно которой диверсионные отряды готовились и венграми в Венгрии, и Советским Союзом на советской территории (а не/не только в ЮГВ). Утверждается, что в начале декабря из Венгрии были засланы 50 диверсантов, из СССР - 200.

 

 

Среди завербованных агентов оказался и будущий министр обороны в первом правительстве Илиеску – генерал Виктор Станкулеску.

 

Может быть, но черт его знает. Некоторые его поступки не согласуются с версией о том, что целенаправленно свергал Чаушеску будь то по собственной инициативе или по чьей-то указке. Больше похоже, что вначале просто хотел тихо отсидеться. Возможно, истина где-то посередине - с венграми сотрудничал, но таких грандиозных целей, как смена власти, это сотрудничество не преследовало. Стэнкулеску - вообще интереснейший персонаж.

 

 

На первой стадии – дискредитация Чаушеску. С этой целью десятки агентов спецслужб работали над тем, чтобы в международную прессу попало как можно больше «разоблачительных» материалов о самом диктаторе и его окружении. Например, газеты писали, что верховный главнокомандующий войсками Румынии Николае Чаушеску присвоил звание полковника своей любимой плюшевой собачке.  

 

Утверждение не то чтобы совсем неверное, но сомнительное. Я в курсе румынских и околорумынских событий того времени, но откровенную ерунду про собачку никогда не встречал. Дискредитировать Чаушеску было несложно - достаточно было просто рассказывать правду об экономическом упадке, социальном кризисе и деспотических порядках Румынии тех времен. Этого хватало, и "собачки" не требовались.

 

В ходе третьего этапа информационной войны основной упор делался на манипулирование сведениями о событиях в городе Тимишоаре, где в ходе столкновений сагентами Секуритате якобы погибло много мирных жителей.   Роман вспоминает, что трупы «погибших», показанные в те дни всеми мировыми телеканалами, специально доставлялись к месту съемок из местных моргов. Это были тела умерших своей смертью людей… Американцы санитарам за них платили тогда по сто долларов за штуку. Для Румынии в то время это были огромные деньги.

 

При чтении этого отрывка создается впечатление, что жертв в Тимишоаре вовсе не было. Что не соотвествует действительности. В ночь с 17 на 18 декабря 1989 года армия убила в городе 59 человек, еще некоторое, хотя и меньшее количество жертв было в другие дни восстания.

 

 

Сегодня мы располагаем примерными данными, что на улицах Бухареста и Тимишоара погибли околотысячи или чуть больше людей. Но есть одна существенная деталь, которую нельзя не принимать во внимание, – потери со стороны армии и других силовых структур. Они составили 325 человек убитыми и 618 – ранеными. Это была явная работа боевых групп, подготовленных на тайных базах Венгрии.

 

Всего во время румынской революции погибли 1104 человека. Из них 162 до свержения Чаушеску, когда армия стреляла в безоружных протестующих и жертв среди силовиков не было. А остальные 942 - уже поле свержения, с 22 по 25 декабря, когда армия сражалась с некими хорошо вооруженными и подготовленными людьми, и надо полагать, в самом деле понесла названные потери (не исключено, что и более серьезные). А вот противники румынской армии, условно названные террористами, ни одного убитого на поле боя не оставили. Они исчезли бесследно, так что до сих пор не понятно, кто это были такие и чего они добивались.

Ответить

Фотография Strainu Strainu 14.02 2017

  Короче, для всех, кто заинтересуется.

 

  О румынской революции много и детально.

 

 Для начала предыстория, ибо она тоже поучительна.

 

 

ТОРЖЕСТВО СОЦИАЛИЗМА И НАЦИОНАЛЬНАЯ ГОРДОСТЬ

 

Коммунисты уничтожили либеральную партию, но стремление либералов создать в Румынии сильную и самостоятельную промышленность они переняли в полной мере и воплощали в жизнь поначалу с большим успехом. Начиная с 1950г. по всей Румынии строятся сотни энергетических, металлургических и машиностроительных предприятий. Плотины ГЭС перекрывают карпатские реки, а затем Дунай. Расширяются старые металлургические производства в Трансильвании, создается громадный сталеплавильный комбинат в Галаце. Уже в 1960-х годах румынские предприятия в большом количестве производят станки, турбины для электростанций, вагоны, локомотивы, тракторы, комбайны, грузовики, различную бытовую технику.

Согласно официальной статистике за пятидесятые и шестидесятые годы объем промышленного производства в Румынии вырос в 40 раз! Без сомнения, эта потрясающая цифра содержит значительную долю приписок отчитывавшихся в образцовом выполнении планов чиновников, но все же свидетельствует о впечатляющем росте и изменении облика румынской экономики. В условиях государственной монополии на внешнюю торговлю качество и технологический уровень продукции румынской промышленности не могли быть проверены путем конкуренции на мировом рынке, что в будущем неизбежно приведет к обесценению и утрате многого из того, на что румынский народ потратил столько усилий.

Но эти потери пока в будущем, а в шестидесятые румынское руководство может порадоваться, что наличие развитой тяжелой промышленности позволяет Румынии приступить к созданию собственного, независимого от советского, военно-промышленного комплекса (начиная с 1964г. эта задача становится актуальной). В 1957г. в пригороде Бухареста запускается экспериментальный ядерный реактор. Тогда же начинает вещание румынское телевидение.

Промышленное развитие подталкивает все большую часть населения к расставанию с сельской стариной – в 1948г. в городах жили 23% румын, к концу 1960-х – 40%. Города разрастаются, их исторические центры окружают, а кое-где и поглощают кварталы многоквартирных бетонных домов. В 1955г. в Румынии было построено 60 тыс. квадратных метров жилья, а в 1965г. – 200 тыс. Большинство горожан получили отдельные квартиры. Коммуналки, хотя и стали знакомы румынам после уплотнений рубежа сороковых и пятидесятых, оказались явлением менее масштабным и долговременным, чем у «старшего брата».

Однако межвоенный спор либералов и цэрэнистов о путях модернизации Румынии продолжился и в коммунистические времена. В условиях, когда мнение взявшей на себя роль либералов коммунистической партии было единственно правильным, выступить с позиций цэрэнистов внутри Румынии никто не мог. Но это сделали партнеры страны по СЭВ – СССР, поддержанный ГДР и Чехословакией. Исходя из того, что в отличие от существовавшего «во враждебном окружении» межвоенного СССР, братья по коммунистическому блоку не нуждаются в экономической независимости друг от друга, советское руководство внесло в 1960г. предложение о разделении труда в рамках СЭВ. Румынии, как стране с хорошим климатом, но без значительной традиции промышленного производства, отводилась роль поставщика сельскохозяйственной продукции.

Георгиу-Деж, с самого начала видевший свое государство «маленьким СССР», не согласился с таким подходом. Несколько лет прошло в неопределенности – осторожный румынский лидер не решался категорически отвергнуть предложение «старшего брата». Но советских войск в Румынии уже давно не было, изнутри страны не исходило ничего даже отдаленно похожего на угрозу коммунистической власти. А новый сильный человек в румынском руководстве – ставший в 1961г. премьер-министром Георге Маурер – все увереннее вел страну по пути индустриализации и все решительнее подталкивал ее к открытой конфронтации с СССР.

Приняв решение, Георгиу-Деж идет до конца. Первый шаг был сделан в западном направлении – Румынии удалось сильно и приятно удивить американцев, когда в ноябре 1963г. румынский министр иностранных дел по секрету сообщил им, что в случае конфликта между США и СССР Бухарест останется нейтральным. После того как со стороны основного соперника «старшего брата» было гарантировано как минимум благожелательное внимание, можно было двигаться дальше.

На открывшемся 21 апреля 1964г. заседании Исполкома СЭВ румынская делегация окончательно отвергает проект разделения труда между странами коммунистического блока, но этим дело не ограничивается. 23 апреля публикуется заявление руководства РРП о том, что государственный суверенитет важнее социалистического интернационализма и прочих призванных подорвать традиционные нации выдумок. В конце того же года Бухарест настойчиво просит Москву убрать советских советников из румынского ведомства госбезопасности и той приходится согласиться. Отныне участие Румынии в СЭВ и ОВД становится в основном формальным. Таков был венец политической карьеры Георгиу-Дежа, в характере которого столь удачно сочетались осторожность и решительность – получив власть над румынами из рук СССР, он привел Румынию к беспрецедентной в рамках восточного блока независимости от «старшего брата».

Тогда же Георгиу-Деж сделал еще одну вещь, которой, казалось бы, никак нельзя было ожидать от этого сколь способного столь и непреклонного ученика Сталина. В 1964г. все 9 тыс. румынских политических заключенных получают свободу. Начинается крупнейшая в истории коммунистической Румынии оттепель. А земной путь Георгиу-Дежа завершается – он умирает 19 марта 1965г.

Теперь самый влиятельный человек в румынском руководстве – Маурер. Но остальные соратники Георгиу-Дежа боятся этой сильной личности, так что глава правительства делает старый как мир (и столь часто оказывавшийся ошибочным) политический ход. Он выдвигает на руководящий пост человека, о котором сам немногим ранее сказал, что тот «ни в чем не разбирается», рассчитывая, что сможет манипулировать новым генеральным секретарем. Товарищи по партии соглашаются – их тоже устраивает фигура слабого политика. Новым партийным лидером становится Николае Чаушеску.

По формальным признакам Чаушеску не может быть назван принцем. Родившись в 1918г. в бедной крестьянской семье, он подростком отправился в Бухарест, где зарабатывал на жизнь ремеслом сапожника и не раз арестовывался за участие в подпольной коммунистической деятельности. Свой счастливый билет будущий всемогущий властитель Румынии вытянул в 1943г., когда его посадили в одну камеру с Георгиу-Дежем. С этого момента молодой коммунист был беспрекословно предан лидеру партии, а тот умел хорошо платить за верность. И будучи в 1944г., в возрасте 26 лет, вознесен в ряды политической элиты, Чаушеску сделался настоящим избалованным принцем – эгоистичным, тщеславным, упрямым и самовлюбленным.

У ног нового генерального секретаря лежала страна, в которой, казалось, исполнилась мечта Дракулы. Лишенный собственности и превращенный в слуг государства народ был послушен и дисциплинирован, а может быть даже в какой-то степени доволен, старательно славил партию и строил заводы. Лучшим подтверждением румынской силы было то, что могущественный советский «старший брат» безропотно проглотил горькую пилюлю, подсунутую ему под занавес своей жизни Георгиу-Дежем. Чаушеску хотел думать, что он правит великой державой.

Направлением, где иллюзия величия поначалу оказалась близкой к действительности, стала внешняя политика. И Чаушеску, и Маурер были согласны с курсом на укрепление независимости от СССР, так что он решительно воплощался в жизнь. В 1967г. Румыния вопреки указанию Советского Союза сохранила дипломатические отношения с Израилем. В том же году румыны первыми из коммунистического блока, опять же без санкции Москвы, признали Западную Германию. Запад начинает отвечать взаимностью – в мае 1968г. румыны получают возможность лицезреть в своей столице президента любимой ими Франции де Голля.

С внутриполитическим курсом дело обстояло не столь ясно и однозначно. Маурер возможно и хотел превратить оттепель в весну, но дальнейший ход румынской истории будет определять не он. А Чаушеску никакой весны не хотел. Так что во время начавшейся в 1964г. оттепели Румыния прошла где-то по самой кромке свободы, так и не перейдя грань, отделявшую ее от тоталитаризма. Осудили нарушения законности при Георгиу-Деже и реабилитировали главного коммунистического пострадавшего – Пэтрэшкану, в связи с чем Чаушеску убрал из партийного руководства самых важных соратников прежнего генсека, мешавших укреплению его власти.

К чувству морального удовлетворения от осуждения преступлений прошлого у народа добавились некоторые материальные радости. В Румынии стало продаваться больше товаров с Запада. Более того, на какое-то время стало возможным создание частных фирм румынами. Хотя общая административно-экономическая среда оставалась враждебной к частникам, и на предпринимательские авантюры отважились лишь немногие, все же появление в конце 1960-х годов негосударственных магазинов и ресторанов делало облик румынских городов более приятным, порождая надежды на лучшее будущее.

Из идеологии были окончательно выброшены интернационализм и дружба с СССР, а принята доктрина о социализме как о лучшем пути к торжеству независимого и монолитного национального государства. Это пропагандистское блюдо румынам предстояло поглощать в неимоверных количествах, до жуткой оскомины, но поначалу смена генеральной линии, многими принятая за настоящую свободу, радовала интеллигенцию.

Некоторые аспекты воплощения в жизнь национального идеала начинают вызывать беспокойство Чаушеску с первых лет его правления. Развитие промышленности и связанная с ним урбанизация имели одно важное последствие. Переселение людей в города во всем мире ведет к снижению рождаемости. Не стала исключением и Румыния, где эффект отказа от традиционного крестьянского уклада был усилен разрушением коммунистами христианской морали. Получалось, что если в 1930-е годы в капиталистической Румынии рождалось 28 младенцев на 1 тыс. населения, то население коммунистической страны прирастало со скоростью лишь 19 рождений на 1 тыс. По показателям рождаемости Румыния шестидесятых сравнялась с наиболее урбанизированными странами Запада, ее население достигло лишь 19 млн., даже не возместив до конца убыль, связанную с потерей во время войны восточных земель.

На эту ситуацию новый правитель страны реагирует тем простейшим образом, каким он будет отвечать и на все остальные вызовы, которые появятся за время его долгого правления. Чаушеску считает, что с народом надо быть построже. В 1966г. в Румынии запрещают аборты. В первые годы после принятия этого закона рождаемость, в самом деле, растет.

Подобное вмешательство в личную жизнь было предупреждением о грядущем ужесточении деспотии. Ну а пока деспот боролся за свободу, причем даже в ситуации, которая требовала немалой смелости. В 1968г. вторая после Венгрии западная страна, обстоятельствами Второй мировой войны загнанная в социалистический лагерь, предпринимает попытку бежать из него. На этот раз все происходит более мирно и умеренно – в Чехословакии процесс либерализации запускает само коммунистическое руководство страны во главе с пришедшим к власти в январе 1968г. Дубчеком.

В отличие от 1956г. «старший брат» некоторое время медлит с тем, чтобы призвать «младшего» к порядку. У нового генерального секретаря ЦК КПСС Брежнева нет ни сталинской жестокости и непреклонности, ни хрущевского темперамента. Он хочет покоя и только покоя, поэтому в течение нескольких месяцев увещевает чехословацкое руководство своими силами вернуться к традиционному тоталитарному строю. На вторжении настаивают боящиеся распространения чехословацкой заразы на собственные страны правители Восточной Германии и Польши. А Чаушеску ничего такого не боится, он демонстрирует солидарность с Дубчеком во время визита в Прагу 15 – 17 августа, в самый канун вторжения.

21 августа 1968г. армии СССР и его союзников по ОВД оккупируют Чехословакию. Румыния войска в Чехословакию не направила, но этим Чаушеску не ограничился. Гордость и тщеславие заставляют людей делать много глупостей, но зачастую придают им мужества, как и произошло в августе 1968г. Тогда Чаушеску поступил очень не по-румынски - презрел стратегию выживания и ради борьбы за абстрактные идеалы пошел на громадный риск. 22 августа руководитель Румынии, выйдя на балкон перед собранным на площади у здания штаб-квартиры румынских коммунистов народом, разнес советский империализм с такими неподдельными яростью и вдохновением, что антикоммунистическим пропагандистам Америки и Западной Европы осталось только позавидовать.

Народ, как водится, шел на митинг по разнарядке партийных организаций, но это было одно из редких исключений, когда для многих и «зов сердца» был не пустым звуком. Когда-то в СССР партия и народ объединились для отпора нацистскому нашествию, в Румынии в 1968г. они были готовы вместе противостоять советской угрозе. Ходили слухи о переброске советских войск к румынской границе. Чаушеску объявил о создании патриотической гвардии, в которую было мобилизовано все взрослое население страны. Но советские танки не пересекли Прут ни через неделю, ни через месяц, ни через год, ни через 24 года.

Почему так? Очевидного объяснения отказа от вторжения (за исключением бродящего по румынской сети рассказа о том, как советская армия испугалась «созданного румынскими изобретателями лазерного оружия») не просматривается, но, скорее всего, у Брежнева не поднялась рука на своего. Дубчек, начав переход к демократии и рыночной экономике, своим быть перестал, и его, несмотря на все нежелание делать резкие движения, пришлось давить. А Чаушеску оставался вождем тоталитарного государства, созданного по советскому образцу. Так что даже открытая ненависть к стране, некогда этот образец показавшей, была ему прощена. Все-таки причудливо играла судьба с Румынией – она подвергала ее множеству страданий, но взамен частенько подкидывала чудесные спасения в безвыходных ситуациях.

После августа 1968г. румынский лидер блаженствовал в лучах славы. Ему искренне рукоплескал собственный народ. Ему спешили пожать руку западные политики. В августе 1969г. президент США Никсон наносит визит в Румынию – она стала первой коммунистической страной, которую посетил глава американского государства, поездки в Москву последовали позже. Следом в Бухарест едут и другие западные лидеры, а Чаушеску радушно принимают в столицах Европы и Америки. «Политический туризм» приводит румынского правителя в восторг, так что постепенно потребность любоваться чеканящим шаг почетным караулом и ковровыми дорожками очередного президентского дворца станет настоящей манией. Два десятилетия Чаушеску будет неутомимо скитаться по свету, вначале по западным столицам, а когда его перестанут туда приглашать, по Азии и Африке, вплоть до самых глухих уголков «третьего мира». В конце концов, во время очередного официального визита его застанет революция.

Дружба с Западом приносила ощутимые выгоды. В 1971г. Румыния вступает в Генеральное соглашение по тарифам и торговле (нынешняя ВТО) и в Международный валютный фонд. После многочисленных бюрократических проволочек в 1975г. США предоставляют Румынии статус наибольшего благоприятствования в торговле. Доступ к мировым рынкам и кредитам в твердой валюте становится удобнее. Румынское руководство и в самом деле теперь исходило из того, что стране не стоит замыкаться в рамках СЭВ. Сокращение доли торговли с социалистическими странами, составлявшей в 1960-х годах более 70% общего внешнеторгового оборота, предполагало частичный отказ от простого и надежного обмена сырьем и низкокачественными промышленными изделиями и поиск своей ниши на мировом рынке.

Важнейшей предпосылкой успешной конкурентной борьбы на внешних рынках Чаушеску счел усиление партийного и государственного контроля над экономикой и идеологией. Возможно, злую шутку с румынами сыграла солидарность партии и народа в 1968г. Возникший тогда мотив противостояния сильному внешнему врагу, под которым теперь негласно подразумевался Советский Союз, создал в стране атмосферу, благоприятную для закручивания гаек. В 1971г. оттепель заканчивается – эксперименты по расширению самостоятельности государственных предприятий сворачиваются, немногочисленные частные лавочки исчезают, робкие послабления для интеллигенции сменяются идеологическими проработками, совсем мрачный оттенок которым придает придуманное в подражание китайцам название «малая культурная революция».

Такая линия не соответствовала устремлениям премьер-министра, но тот не сопротивлялся. Система действовала неумолимо, и взошедший к вершинам власти «слабый» Чаушеску подмял под себя «сильного» Маурера без видимых усилий. Тогда же Чаушеску предпринял еще один шаг, весьма выгодно смотревшийся на фоне Советского Союза тех времен, где партийные князьки десятилетиями бессменно хозяйничали во вверенных им отраслях и территориях. Была введена система постоянной ротации партийных и государственных кадров. Первым, на ком ее опробовали, стал Маурер - в 1974г. премьера отправили в отставку.

Этот порядок позволял контролировать бюрократов более жестко и эффективно, только вот вершина власти была абсолютно недоступна для какого-либо контроля. И конечный результат получился еще хуже, чем в СССР.

В том же году Чаушеску счел, что дающая неограниченную власть должность генерального секретаря все же звучит слишком несолидно для такой масштабной личности как он. Был учрежден пост президента. Кто был единогласно избран первым президентом Румынии, думаю, понятно.

Меняя политический курс с либерального на жесткий, Чаушеску избавился еще от одного функционера, выдвинутого им же во времена оттепели. В 1971г. был снят с поста министра по делам молодежи и отправлен руководить отдаленным уездом Ион Илиеску.

 

 

ПУТЬ НА ЗАКАТ

 

На протяжении большей части 1970-х городские румыны продолжали жить неплохо. Рабочие места и покупательная способность зарплат были стабильными, снабжение сносным. Помимо жилых домов с отдельными квартирами построили многочисленные курорты на Черном море и в Карпатах, которые многим вчерашним обитателям деревень и рабочих поселков могли показаться шикарными местами. Портил их жесткий «апартеид», разделявший валютных интуристов и второсортных «строителей всесторонне развитого румынского социализма». Дружественные американцы торговали в Румынии «Пепси-колой» и построили в центре Бухареста красивый небоскреб гостиницы «Интерконтиненталь». А некоторые румынские счастливчики даже смогли позволить себе на зависть остальным обитателям коммунистического мира купить большие и блестящие американские машины. Куда более широкий круг жителей страны смог порадоваться, когда Румыния приступила к производству собственного, простенького и ненадежного, но доступного относительно многим легкового автомобиля «Дачия». Это достижение стало вершиной развития румынского общества потребления при коммунистическом правлении.

Сложившееся и заматеревшее тоталитарное общество жестко ограничивало свободу людей. Но исторически большинство румын всегда имело мало возможностей. Зато теперь, при гарантированных рабочих местах и всеобщей (для городского населения) системе социального обеспечения они могли вполне насладиться расслабляющей «уверенностью в завтрашнем дне». Смесь страха и ненависти одних с надеждой других, характерная для сороковых, осталась позади, окончательно уступив место лени, равнодушию и конформизму. В Румынскую коммунистическую партию (Чаушеску вернул РРП это название в 1965г.) принимали без особых ограничений, так что она достигла численности в 4 млн. Румыния стала страной с самым большим в мире процентом коммунистов на душу населения. Многочисленные новые коммунисты придумали новую расшифровку аббревиатуры своей партии PCR – pile cunostinte relatii – блат знакомства связи.

Румынскую культуру достойно представляли жившие и работавшие далеко от родины Элиаде, Чоран и Ионеску, а послушно следовавшие идеологической генеральной линии местные творцы ничего запоминающегося создать не сумели. Некоторым поэтам удавалось оставаться в области чистого искусства, куда вслед за ними уходили и многие читатели. Самым знаменитым из них был Никита Стэнеску, творивший в шестидесятые и семидесятые, а умерший в 1983г. Талантливые поэты более молодого поколения – Адриан Пэунеску и Ана Бландиана – доживут до иных времен и заявят о себе в политике. Первый на закате правления Чаушеску, вторая – на заре новой румынской демократии.

Богатую традицию румынской деревенской прозы продолжил писатель Марин Преда, в 1960-х написавший роман «Морометы» (так назывались жители одной захолустной и патриархальной трансильванской местности). В рассказе о трудных судьбах крестьян докоммунистической Румынии можно было узнать и многие реалии современной Преде страны.

Загнанная в кооперативы, снабженная некоторым количеством тракторов и лишившаяся в ходе урбанизации части населения, румынская деревня все равно оставалась бедной, многолюдной и патриархальной. Ничего похожего на реализованные в соседних Болгарии и Восточной Молдавии масштабные программы модернизации сельского хозяйства в Румынии предпринято не было. Зато крах коммунистической экономики для румынских крестьян будет менее болезненным, чем их для болгарских и молдавских собратьев.

Президента Чаушеску радовало не только стабильное социально-экономическое положение в Румынии, но и то, что в стране становились все менее заметными те, кто мешал ее этнической монолитности. Во многом этому способствовала урбанизация. В 1948г. доля венгров в населении Трансильвании составляла 25%, но, как и много веков назад румыны жили в основном в деревне, а города оставались преимущественно венгерско-немецкими – 40% городского населения края составляли венгры. Коммунистам удалось нанести сокрушительный удар, навсегда покончивший с таким положением вещей. Вначале экономические позиции венгерского городского среднего класса были радикально подорваны национализацией, затем в города хлынул поток переселенцев из деревни, большинство из которых были, разумеется, румынами.

В 1966г. доля венгров в городском населении Трансильвании составила 27%, в 1992г. – 13%. То был второй, после разрушившей венгерскую аристократию аграрной реформы 1921г., большой удар по венграм – теперь, когда прежние хозяева Трансильвании не составляли большинства городского населения, господство румын в трансильванском обществе было надежно обеспечено. При этом доля венгров в населении области в целом снизилась несущественно – в 1992г. их был 21%. Последним венгерским оплотом в Трансильвании остался секейский край – в этой бедной сельской области, расположенной практически в центре Румынии, венгры по-прежнему составляют большинство.

Подход румынских властей к венграм не был постоянным. В первые годы коммунистического правления к венгерскому меньшинству относились лояльно. Во многом это происходило под давлением Советского Союза, стремившегося поддерживать равновесие между своими новыми вассалами. Важнейшим шагом по реализации такой политики стало создание в 1950г. венгерской автономии в секейских землях.

Отношение меняется по мере укрепления независимости Румынии. Первым дурным знаком для венгров стало закрытие в 1959г. университета с преподаванием на венгерском языке в Клуже. В 1968г. ликвидируется венгерская автономия. С этого рубежа начинаются систематические притеснения венгерского языка и культуры в сферах образования и средств массовой информации.

Впрочем, судьба венгров сложилась неплохо по сравнению с другим городским сообществом Трансильвании – немцами. Меры, принятые в 1945г. против представителей побежденной нации, отбросили немцев в низы румынского общества. В этих условиях установившиеся в 1967г. хорошие отношения между Западной Германией и Румынией имели счастливые последствия для многих личных судеб, но катастрофические – для народа трансильванских саксов в целом. Желание большинства немцев уехать из Румынии было очевидным, и западногерманское правительство просило за соотечественников. А у румынского правительства уже был опыт решения еврейского вопроса, в котором так замечательно сочетались приближение к этнической монолитности румынского общества и получение материальной выгоды.

Недаром пропагандисты времен Чаушеску вновь полюбили вспоминать о римском происхождении румын. Если увязка еврейской эмиграции с экономической помощью Румынии только подразумевалась, но напрямую не оговаривалась, то румыно-германские переговоры стали максимально похожи на торги на рабских рынках Римской империи. За обычного немца румыны брали 1 800 марок, за квалифицированного рабочего – 2 900, а за специалиста с высшим образованием – 11 000. В дальнейшем румынская сторона несколько раз пересматривала цены на немцев в сторону увеличения.

Западная Германия платила исправно, так что саксонские города и села Трансильвании начали пустеть. С 1967 по 1989г. уехали 200 тыс. немцев. К моменту свержения коммунистов в Трансильвании оставалось от 200 до 300 тыс. немцев из 750 тыс., проживавших там в 1930-е годы. Но и это был еще не последний акт драмы исхода саксов.

Ликвидация частной собственности, а затем оттеснение на периферию либо за рубеж народов, исторически составлявших трансильванскую элиту, лишили Трансильванию значительной части ее былого европейского лоска. Города обеднели, утратили историческую социальную и культурную среду. Румыния же в целом стала куда более единообразной – накапливавшиеся веками различия между уровнем и характером развития областей по разные стороны Карпат теперь в значительной степени нивелировались. Причем выравнивание происходило на уровне Валахии и Молдавии, за счет деградации Трансильвании.

В своем стремлении к этнической монолитности коммунисты победили все нерумынские народы страны, кроме одного – цыган. Последние с давних пор представляли собой заметную часть социального пейзажа Румынии, но их доля в населении была ничтожной – 0,4% в 1956г. Однако уровень рождаемости у румын падал, а у цыган сохранялся, а иногда возрастал (именно они наиболее активно воспользовались теми социальными льготами для многодетных семей, которые наряду с запретом абортов были введены в 1966г.), так что соотношение начало меняться. В 1992г. доля цыган в населении Румынии по официальным данным составила 1,8%, по неофициальным оценкам - почти 5%.

Между тем, Чаушеску ведет свой все более монолитный народ на завоевание мировых рынков. Если поначалу обеспечение экономической независимости от коммунистического блока было вопросом скорее национального престижа, то постепенно оно становится жизненной необходимостью. В условиях оттока населения в города остававшееся крайне неэффективным сельское хозяйство не только утратило экспортный потенциал, но и все хуже справлялось с задачей прокорма собственной страны. С 1975г. в городах Румынии начинает ощущаться дефицит продуктов питания. Для поддержания уровня потребления необходимо прибегнуть к импорту. Внутри коммунистического блока достаточных запасов еды нет – «старший брат» сам уже десять с лишним лет импортирует продовольствие. Значит, нужна валюта.

Относительно возможности изделий вроде бы мощного румынского машиностроения конкурировать на свободном рынке иллюзий никто не питает. Остается лишь то решение, которое выручало Румынию до коммунистической индустриализации – нефть. Но и с ней дела обстоят не блестяще. В 1976г. Румыния достигает наивысшего показателя добычи нефти – 300 тыс. баррелей в день. Это в два раза больше, чем в 1930-х, что уже свидетельствует о замедлении роста по сравнению с началом 20 века, а затем показатели нефтяной промышленности идут вниз. Румынские запасы нефти были невелики и теперь приближались к истощению.

В ответ на эту ситуацию принимается решение превратить Румынию в перевалочный пункт на пути ближневосточной нефти в Европу и крупный мировой центр нефтеперерабатывающей промышленности. Силы страны мобилизуются на строительство огромных нефтеперегонных комбинатов. Хотя задача создания альтернативных налаженным морским перевозкам путей доставки нефти в Европу и нелегка, румынское руководство исходит из того, что проект будет востребован, поскольку в течение последнего более чем полувека спрос на нефть растет. Правда, после энергетического кризиса 1973г. рост серьезно замедлился, но на это предпочли не обращать внимания.

Срочно налаживаются хорошие отношения с Ираном и арабскими странами. Наиболее пробивным румынам удалось устроиться на работу в эмираты Персидского залива. В Румынии появились многочисленные арабские студенты, занявшиеся поставками в страну западного дефицита и восточных наркотиков, а также сделавшиеся объектом жгучей ненависти румынской молодежи мужского пола – эти экзотические пришельцы из капиталистического мира легко уводили лучших девушек.

Мобилизация ресурсов страны на новые великие стройки требует уменьшения потребления и увеличения рабочего времени, что и делается, правда пока в относительно скромных масштабах. И тут то находится группа населения, которая неожиданно резко реагирует на ужесточение эксплуатации – шахтеры долины Жиу. 30 июля 1977г. в городе Лупень 35 тыс. горняков объявляют забастовку с требованиями сокращения рабочего дня, улучшения снабжения шахтерского региона и отмены решения об увеличении пенсионного возраста. Судя по действиям руководства, оно после многих лет незыблемой внутренней стабильности пребывало в самой искренней растерянности. В какой-то момент шахтеры оказываются необычайно сильны – 2 августа они захватывают приехавшую к ним из Бухареста партийную делегацию и требуют, чтобы прибыл непременно Чаушеску.

Тот появляется на следующий день, на первых порах видимо не испуганный, а уверенный, что его отеческое внушение быстро успокоит пролетариат. Но, услышав, как многотысячная толпа не внимает ему в молчаливой покорности, а отвечает яростными криками, Чаушеску возможно и в самом деле пугается. Он немедленно соглашается с требованиями шахтеров, благо те были чисто экономическими и касались одного небольшого региона. Чаушеску имел возможность услышать в том грозном реве толпы в 1977г. предзнаменование других отчаяния и ярости – тех, что вспыхнут двенадцать лет спустя. Но он не привык прислушиваться ни к чему, кроме собственных желаний.

После того как довольные одержанной победой шахтеры возвращаются на работу, в долину Жиу без лишнего шума подтягиваются лучшие силы госбезопасности. Предводителей забастовки арестовывают или они гибнут при невыясненных обстоятельствах. 4 тыс. наиболее активных участников принуждаются к смене работы и переезду. Зато остальные пользуются выбитыми из правительства социальными льготами – долина Жиу становится островком относительного благополучия в нищающей стране.

Возможно, с забастовкой шахтеров долины Жиу Чаушеску как раз повезло. Эти умевшие постоять за себя люди выступили очень рано – в самом начале новой полосы румынских бедствий, когда большинство населения страны еще не считало свое положение достаточно плохим, чтобы идти на риск участия в антиправительственных выступлениях. Случись такое где-нибудь в 1980-х, долина Жиу могла бы стать детонатором большого мятежа, а то и революции. Но выступление 1977г. привело к тому, что худшие времена шахтеры встретили подкупленными и лишенными предводителей.

Шахтерская забастовка стала предупреждением Чаушеску о том, что мечта Дракулы на самом деле не сбылась, и Румыния не обязательно будет покорно следовать любому мановению его руки. Появляются диссиденты, требующие выполнения властями обязательств соблюдать права человека, содержащиеся в подписанных Румынией в 1975г. документах совещания в Хельсинки (СБСЕ). В 1977г. адресованный собравшимся в Белграде министрам иностранных дел стран-участниц СБСЕ меморандум о нарушениях прав человека в Румынии составляет писатель Пауль Гома. Его подписывают 200 человек. В 1979г. несколько диссидентов провозглашают создание Свободного румынского профсоюза. Гома принуждается к отъезду из страны, создателей профсоюза сажают. В Трансильвании появляются опирающиеся на поддержку лютеранских и кальвинистских общин венгерские активисты, протестующие против усиления национальной дискриминации. Протестует даже глава официальной организации венгров Ласло Такач. Его убивают.

Благодаря этим протестам, Румыния вписывалась в общую для коммунистического мира тенденцию – к концу 1970-х попытки создать независимые общественные организации предпринимались повсюду в Восточной Европе и СССР. Сами независимые движения были малочисленны и быстро уничтожались властями, но они оказались лишь одним из проявлений того общего надлома, который произошел в коммунистическом блоке в течение этого внешне благополучного десятилетия. Ресурсы экономического развития, под которыми следует понимать не только (и даже не столько) возможности использования новой рабочей силы и новых полезных ископаемых, но и страх репрессий, заставлявший людей работать без рыночных стимулов, оказались близки к истощению. Зато усталость, разочарование и апатия охватили большую часть общества, не исключая и правящие элиты. В одной из стран, изначально бывшей самым слабым звеном восточноевропейской «внешней империи» Советского Союза, эти тенденции уже в начале следующего десятилетия привели к революции.

А чуть раньше польской грянула иранская революция. В ноябре 1978г. всеобщая забастовка парализовала нефтяную промышленность Ирана. В 1979г. последовали свержение иранского шаха, захват власти исламистами, взятие ими в заложники американских дипломатов, разрыв экономических отношений Запада с Ираном и угроза большой войны в Персидском заливе. Цена барреля нефти возросла с 16 долларов весной 1979г. до 40 весной 1980г. Западные правительства начали активно внедрять разрабатывавшиеся еще со времен первого энергетического кризиса стратегии энергосбережения и использования альтернативных нефти источников энергии. В результате, с 1980г. мир вступил в длительную полосу снижения спроса на нефть и нефтепродукты.

Румыния с 1977г. сделалась импортером нефти. Вся стратегия развития нефтеперерабатывающей промышленности страны была рассчитана на сохранение низких цен и продолжение роста спроса на это топливо. В начале 1980-х годов завязанные на покупку нефти и продажу нефтепродуктов внешнеторговые операции приносили Румынии убыток в 900 тыс. долларов ежедневно.

 

 

НОЧЬ

 

Румынская экономика буксует – официально заявленные годовые темпы роста промышленного производства сокращаются с 9,5% в 1976 – 1980гг. до 2,8% в 1981 – 1985гг. В целом с 1970 по 1990 промышленное производство вырастает в 4 раза. Даже официальная статистика свидетельствует о значительном снижении динамики, а делая поправку на приписки, мы можем получить стагнацию, а затем и упадок румынской экономики.

Срочные меры, принимаемые во избежание краха, грозят похоронить мечту Чаушеску об экономически самодостаточной Румынии. Платежный дефицит покрывается за счет внешних займов, что к 1981г. доводит внешний долг до заметного, хотя и не катастрофического показателя в 9,5 млрд. долларов. Обеспечение экономической независимости Румынии от союзников по коммунистическому блоку было одной из главных целей Георгиу-Дежа и Чаушеску, но пришлось наступить на горло и этой песне. Покупать нефть по новым мировым ценам было абсолютно невыносимо в условиях, когда советские поставки партнерам по СЭВ шли по-прежнему по дешевке и с возможностью расплачиваться низкокачественными изделиями социалистической промышленности. Так что если к середине 1970-х Румынии удалось снизить долю СЭВ в своей внешней торговле до 35%, в 1980-х она снова возросла до 60%.

Несмотря на необходимость вернуться к более тесному экономическому сотрудничеству, Чаушеску остался непреклонным в своем политическом противостоянии СССР. Румыния осуждает советское вторжение в Афганистан и затем может злорадно наблюдать как нелюбимый «старший брат» не только подвергается единодушному международному осуждению, но и ничего не может поделать с отчаянно сопротивляющимися афганцами. Очень вскоре у Советского Союза появляется новая головная боль, только она Чаушеску уже не радует.

14 августа 1980г. начинается забастовка рабочих судоверфи имени Ленина в Гданьске. Начало было похоже на события в долине Жиу, только продолжение оказалось совсем другим. 20 августа бастовали уже сотни предприятий по всей Польше. Рабочие лидеры вместе с активистами диссидентских движений создали независимый профсоюз «Солидарность», который заставил коммунистическое руководство Польши 31 августа подписать соглашение, означавшее смену политического строя в стране. Ведь в нем предусматривались не только социальные уступки, но и право на забастовки и создание независимых общественных организаций. К концу 1980г. в не контролируемые коммунистами движения вступили 10 млн. поляков.

Польское антикоммунистическое сопротивление добилось свободы, которая просуществовала более года. Одряхлевший и увязший в Афганистане Советский Союз долго терпел такое положение вещей, а правительства соседних с Польшей стран пребывали в страхе. Этой нехорошей для коммунистического блока ситуации положил конец новый лидер польских коммунистов Ярузельский, в декабре 1981г введший военное положение и загнавший «Солидарность» в подполье. Но полной реставрации прежней системы не вышло – Ярузельский не смог, а возможно и не захотел идти на окончательный разгром многомиллионной польской оппозиции, что потребовало бы слишком масштабных и жестоких репрессий. С самого начала коммунистического правления дружно отвергавшие эту систему, поляки одержали над коммунизмом пусть не полную, но громкую победу, открывшую период кризиса и развала коммунистического блока.

Поляки дали Чаушеску возможность припомнить напор толпы в долине Жиу. Тем более что и в самой Румынии напоминания были. 19 октября 1980г., через двенадцать дней после того как в Польше завершился 1-й съезд «Солидарности», шахтеры в городке Мотру в Олтении взбунтовались и пошли громить уездный партком. Лишь после долгого и ожесточенного побоища милиция отбила приступ оплота местной власти. В 1980 и 1981гг. были волнения среди рабочих в Плоешть и даже в Бухаресте. В 1981г. произошло еще одно неприятное событие – на 12 съезде РКП выступает Пырвулеску, престарелый ветеран, последний из поколения, создавшего партию румынских коммунистов в начале двадцатых. Вместо ожидаемых от него дежурных дифирамбов, он призывает съезд сместить Чаушеску с руководящих постов.

Румынский президент принимал решения исходя из двух несомненных для него истин – «социализм есть самая совершенная в мире система» и «самый совершенный в мире социализм существует в Румынии». Но к началу 1980-х годов найти подтверждение этим истинам где-либо за пределами страниц румынских газет стало крайне трудно. Возражением по второму пункту могло служить то, что следовавшая такой же классической тоталитарной модели, но не боровшаяся за независимость от СССР Болгария жила лучше Румынии.

Возражений по первому пункту в восьмидесятых стало совсем много. У тоталитарных режимов хорошо получались мобилизация больших ресурсов на создание тяжелой промышленности и ведение войн, но в основе современной цивилизации лежит все-таки не это, а способность к инновациям. С последним у коммунистов было слабо, так что когда к началу 1980-х новый технологический рывок оттеснил тяжелую промышленность с позиции основного фактора, определяющего силу, социалистическая система стала очевидным образом слабеть и сникать перед лицом освободившегося от части наросших на него элементов социализма и обретшего новую динамику капитализма.

Самым близким и обидным был пример Венгрии. Венгерские коммунисты, в 1956г. так убого смотревшиеся на фоне принявших участие в их спасении от революции румынских собратьев, с середины шестидесятых начали, несмотря на присутствие советских войск, уходить все дальше от тоталитаризма, в результате чего их страна теперь выглядела намного приятнее Румынии. А самая большая, хотя пока и смутная угроза зрела на востоке, где по мере вымирания старого поколения коммунистических вождей Советского Союза начинала вырисовываться перспектива больших перемен.

Что Чаушеску мог поделать с этим все дальше уходившим от его идеала миром? Послать его к черту, отказавшись от внешних заимствований и расплатившись с уже сделанными долгами.

Как этого можно было добиться? Разумеется, «быть построже» со своим ленивым, недисциплинированным и не умеющим ценить благодеяния руководства народом. На рубеже семидесятых и восьмидесятых на румын обрушивается ряд мер в духе раннего коммунизма – изымаются некогда укрытые от национализации или присвоенные потом объекты недвижимости, присоединяются к колхозам некоторые из горных частных землевладений, конфискуется находящееся в собственности частных лиц золото. Но это только для начала, настоящие бедствия накатывают с 1982г. Прекращается импорт любых потребительских товаров, включая продукты питания и лекарства. Приказано продавать за валюту все, что производится в стране. Большую часть румынских товаров можно продать только за бесценок, так что усилия по добыванию валюты крайне неэффективны. Мучительный процесс выплаты внешнего долга растягивается на многие годы. И усугубляется еще множеством обстоятельств.

Наверное, это было старческое… Чаушеску, разумеется, не предвидел, какая смерть ожидает его на самом деле, но не мог не понимать, что жизнь, так или иначе, близится к концу. А значит нельзя больше откладывать воплощение тех грандиозных и прекрасных видений светлого будущего, которые вероятно посещали его в минуты душевного подъема. В начале восьмидесятых сносится примерно треть исторического центра Бухареста и начинается строительство правительственного комплекса, призванного повторить по стилю и превзойти по размаху то, что когда-то было построено Сталиным в Москве. Ударными темпами возводится грандиозный дворец, где все – от парадных залов до туалетов – невероятно просторно. На фасаде дворца расположен балкон, с которого открывается вид на площадь, где народ должен будет собираться для чествования вождя, и уходящий в светлые дали проспект Победы социализма. Еще Чаушеску обидно, что когда-то по указанию Хрущева бросили строить канал Дунай – Черное море, так что он приказывает завершить стройку. В трудовые лагеря теперь никого не сажают, так что основная тяжесть работ ложится на армию, которая превращается (теперь уже в условиях полного классового равенства) в сплошной огромный стройбат.

Как назло именно к этому времени завершаются начатые после 1968г. разработка и испытания румынского танка. В 1983г. Чаушеску приказывает производить по 500 боевых машин в год. Удается выйти на уровень чуть больше 200, что тоже стоит стране немалых усилий.

Дефицитом становится большая часть потребительских товаров, продукты питания в первую очередь. Мяса в свободной продаже практически нет, за изредка появляющимися куриными костями и потрохами выстраиваются длиннющие очереди, чтобы купить хлеб нужно встать рано утром и тоже отстоять очередь. По карточкам на месяц выдаются килограмм муки, килограмм сахара, полкило маргарина и 5 яиц, но и их отоваривание часто оказывается трудной задачей. Единственное, чем румынский народ до самой революции снабжался в изобилии – это пиво.

Почти все топливо и электричество уходят на производство экспортных товаров и великие стройки, поэтому коммунальным службам и населению спускаются указания, что температура зимой в квартирах не должна превышать 14º, а лампочки быть мощнее 40 ватт. Ужесточаясь все больше, меры энергосбережения подталкивают население к отказу от достижений индустриализации. Нормирование электроэнергии и топлива заставляет людей перестать пользоваться некогда произведенными румынской промышленностью бытовыми приборами и машинами. В деревне крестьяне бросают тракторы и комбайны и пересаживаются на лошадей. Более того, сельское население заставляют вернуться к натуральному хозяйству, полностью свернув торговлю в деревне. С 1981г. действует жесткая и невыгодная для крестьян система изъятия сельскохозяйственной продукции, аналогичная существовавшей на рубеже сороковых и пятидесятых продразверстке.

Из такой деревни очень хочется сбежать, но в городах новых переселенцев нечем кормить и не на что строить им жилье. Тогда Чаушеску блокирует дальнейшую урбанизацию, введя запрет на получение выходцами из деревни прописки в городах (таким образом, практически восстановив отмененное в 18 веке крепостное право). Впрочем, до наступления этого момента большая часть румын успела уехать из деревни – к 1980-м годам доля горожан достигла 54% населения страны, но на этой отметке рост городского населения надолго остановился.

Чаушеску не только лишал народ плодов социалистической индустриализации, но и, по сути, выталкивал его из социализма. Жители страны, пользовавшиеся лишь общедоступными государственными системами снабжения и пренебрегавшие черным рынком, были обречены на жесточайшую нищету. Поэтому черным рынком почти никто и не пренебрегал. Теневая экономика, в которой работники магазинов обретали более высокий статус, чем партийные функционеры, лей заменяли такие универсальные средства обмена как кофе и импортные сигареты, нагуливали жир арабская и цыганская мафии, вскоре сделалась влиятельным параллельным миром, готовившим румынское общество к возвращению капитализма.

После введенного в 1966г. запрета на аборты население страны возросло и достигло 23 млн. Но вскоре естественный для переселившегося в города народа процесс снижения рождаемости взял верх, тем более что теперь дополнительным поводом не иметь детей стало падение уровня жизни. В 1980г. рождаемость была уже ниже, чем до 1966г. - 18 рождений на тысячу человек. Чаушеску в очередной раз жестоко обиделся на народ, не желавший воплощать в жизнь его мечты. В Румынии начинается гинекологический террор. Противозачаточные средства пополняют длинный список недоступных товаров. Нестарых женщин по месту работы регулярно подвергают осмотрам, чтобы вовремя засечь беременность и не дать сделать аборт.

Но на этот раз эффекта не было никакого – к 1990г. количество рождений на тысячу человек снизилось до 13. Румынские мужчины совершенствуются в искусстве прерывания полового акта, женщины и врачи – в деле осуществления подпольных абортов. Последние становятся одной из ведущих отраслей теневой экономики, а в результате неудачных операций с 1966 по 1989г. погибли как минимум 10 тыс. женщин.

Компенсировать гражданам переживаемые трудности, по мнению руководства, должно чувство причастности к великому делу. Во всякие бутафорские общественные организации загоняют чуть ли не все население страны. В соколята родины – румынский аналог октябрят – детишек принимают в 4 года. Начиная с 1977г. проводится ежегодный фестиваль «Славься, Румыния», который, по мысли Чаушеску должен дать народу счастливую возможность не только потреблять правительственную пропаганду, но и самому создавать ее. Так что в промежутках между стоянием в очередях, попытками утеплить свои почти не отапливаемые жилища и поисками спекулянтов, у которых можно разжиться кофе и сигаретами, тысячи румын вынуждены отправляться репетировать песни и стихи, рисовать плакаты, бесконечное количество раз повторяющие славословия в адрес государства, партии и их руководства.

Причастности не получается в том числе и потому, что если авторов у пропагандистских произведений множество, то героев только два. Не один, а именно два. Культ личности в румынском обществе с его богатой традицией раболепия расцвел буйным цветом, но имел свою забавную особенность. Почти все коммунистические вожди были личностями достаточно сильными, чтобы нести бремя власти и получать на свои головы лавину лести исключительно в одиночку. Чаушеску, наверное, тоже хотел быть таким, но не потянул – расставив на склонах румынского политического Олимпа людей покорных и раболепных, на вершину он пошел не один, а взял с собой жену Елену. Обладая столь же простым происхождением и столь же безудержным тщеславием, как ее муж, Елена Чаушеску с удовольствием командовала «умными и возвышенными» сферами - наукой и искусством. И если на официальных картинках «среднего уровня» Николае Чаушеску чаще появляется один, то на самых парадных фотографиях, на самых пафосных плакатах и полотнах он и Елена вместе устремляют взоры к тому, что вначале было сиянием беспредельной власти, а потом стало стенкой казармы в Тырговиште.

Часть авторов румынской пропаганды отдавала себе отчет в том, что апологетическая преснятина нуждается в острой приправе – образе страшного и сильного врага, противостояние которому делает необходимым беспрекословное подчинение руководству. Официально дежурно ругали мировой империализм, но по-настоящему злыми и страстными были распространявшихся неофициально, но на деле поощряемые властями проклятия в адрес двух недругов из коммунистического блока – СССР и Венгрии. С одобрения властей доводили национальные чувства румын до белого каления ультранационалистические публицисты и литераторы, движение которых получило таинственно-претенциозное название «протохронизм». Коммунистическая идея из их произведений улетучилась почти полностью, а проповедь румынской исключительности все больше напоминала о Кодряну и его легионерах.

Эта свежая струя в тухлятине официальной пропаганды привлекла талантливого человека, которому удалось добиться успеха. Самым заметным из протохронистов стал поэт Пэунеску. Созданный им творческий кружок «Флакэра» к середине 1980-х сделался крупной организацией, проводившей концерты, собиравшие на стадионах тысячи молодых румын. Благодаря Пэунеску выходили к широкой аудитории румынские музыканты, работавшие в современных стилях, а наряду с агрессивной официозной пропагандой на концертах «Флакэры» иногда прорывалась едва прикрытая критика режима. И режим подтвердил свою репутацию, не потерпев человека, взявшегося служить ему слишком творчески и самостоятельно. В 1985г. общество «Флакэра» разогнали. Осталась только газета «Скынтейя» с портретами правящей четы и сообщениями об «образцово выполненных планах» выпуска отсутствующих в магазинах товаров.

Такая пропаганда не имела шансов на успех. Если мы вспомним тех 12 человек из Александрии, которые в 1948г. были готовы умереть за коммунизм, то в конце шестидесятых их может быть стало даже немножко больше, но вот в восьмидесятых не осталось ни одного. По настоящему жестокого, как в первое десятилетие коммунистического правления, террора при Чаушеску не было. И власти не могли сдержать бурный поток сплетен и анекдотов, красочно описывавших глупость и любовь к роскоши правящего семейства и упадок управляемой им страны.

В такой ситуации от Румынии многие ожидали, что она станет новой Польшей. Вспышки протеста и в самом деле продолжались. В 1983г. бастовали шахтеры в Марамуреше. В 1986г. были волнения рабочих в Клуже, в 1987 – в Яссах. В том же году в Яссах впервые с 1956г. вышли на оппозиционную демонстрацию студенты.

И все же дистанция между рассказом крамольного анекдота за кружкой пива в кругу друзей и участием в антиправительственной организации для подавляющего большинства румын была слишком велика. Жаждущим освобождения интеллектуалам оставалось только стыдить народ за трусость и пассивность, надеясь, что обидная шутка про то, что «мамалыга не взрывается», или детский стишок, в котором мышонок радуется тому, что его сожрет лично самый важный кот во дворе (цензура вначале пропустила, но затем спохватилась и конфисковала тираж), со временем подействуют.

Западные похвалы Румынии окончательно стихли. Правление Чаушеску сделалось слишком одиозным, чтобы дружить с ним даже ради подрыва единства советского блока. К тому же начались события, подрывавшие его куда радикальнее, чем румынская фронда. 

 

https://ridero.ru/bo...puti_vsekh_zol/


Сообщение отредактировал Марк: 15.02.2017 - 02:30 AM
Изменил размер шрифта
Ответить

Фотография Ученый Ученый 14.02 2017

А вот противники румынской армии, условно названные террористами, ни одного убитого на поле боя не оставили. Они исчезли бесследно, так что до сих пор не понятно, кто это были такие и чего они добивались.

Во всех уличных столкновениях недавнего времени (Вильнюс-91, Москва-93, Майдан-14) присутствуют какие-то загадочные снайперы, которые стреляют, а потом бесследно исчезают. Это похоже на пресловутую черную кошку в темной комнате, которую никак не удается поймать)

Ответить

Фотография Strainu Strainu 14.02 2017

  А вот и сама заваруха!

 

  Плюс другие увлекательные события, составившие ее контекст.

 

 

СВОБОДА ДЛЯ ВЕНГРИИ, ПОЛЬШИ И МОЛДАВИИ

 

В ноябре 1986г. в СССР была разрешена индивидуальная трудовая деятельность. А в 1987г. из советских газет стало возможно узнать, что людям, живущим под властью коммунистической партии, как это ни странно, тоже бывает плохо.

Проект коммунистической «всемирной деревни» выдохся окончательно. Обновленный капитализм 1980-х не оставил никаких сомнений в том, что гибкая общественная и экономическая система эффективнее той, где свобода и многообразие уничтожаются ради порядка и сплоченности. А жители тоталитарных стран окончательно устали от всеобщей несвободы. И любой ценой рвались прочь из всеобщего государства-корпорации-партии-церкви на забытую и непривычную, а оттого особенно красивую и манящую свободу. Для народов, живших на окраинах советской империи, главным символом свободы и самой очевидной альтернативой коммунизму стало национальное освобождение.

На тех национальных окраинах Советского Союза, где была завоевана свобода слова, простой и понятный призыв к борьбе с ответственными за все несчастья чужаками принимался на ура большинством населения и быстро находил понимание среди местных элит, тяготившихся ролью подчиненных в жестко централизованной структуре советской империи.

С середины 1987г. получают экономическую самостоятельность советские государственные предприятия, а 1988г. приносит возможность развития масштабного частного бизнеса, которым можно заниматься под вывеской кооперативов. Частное предпринимательство начинает менять облик  тоскливой тоталитарной империи. Но многие народы хотят идти в рынок отдельно от тех, вместе с кем они шли к коммунизму.

В августе 1987г. начинаются первые националистические демонстрации в Прибалтике. А в 1988г. в Литве, Латвии и Эстонии на демонстрации выходят десятки тысяч человек, создаются народные фронты с программами, предусматривающими переход к рыночной экономике и демократии, но в первую очередь борьбу за независимость от СССР. Они с невероятной быстротой становятся ведущими политическими силами республик, что выражается в принятии уже осенью 1988г. эстонского закона, ставшего прообразом деклараций о суверенитете остальных республик. И первым аккордом реквиема по СССР.

К концу 1988г. национальные движения охватывают также Закавказье и Западную Украину. Восток Украины, Белоруссия, Казахстан и Средняя Азия остаются пассивными – сохранявшие контроль над ситуацией партийные боссы, хотя тоже лелеяли сепаратистские планы, предпочитали продолжать воспитывать народы в духе коммунистических идеалов. Которым впоследствии предстояло по указанию сверху в одночасье смениться национальным возрождением.

А что Молдавия? Вспомнив консерватизм Бессарабской губернии и ее лояльность императорскому престолу, мы будем удивлены картинкой 1988 – 1990 годов – на этот раз молдавский порыв к независимости оказался не слабее балтийского и кавказского.

В 1987г. темы румынских (но на публике пока называемых молдавскими) языка и духовности выходят из сферы личного общения на общественные форумы гуманитарной интеллигенции.

Начинается молдавская национальная весна. В симпатичных парках Кишинева студенты и школьники собираются, чтобы послушать писателей и историков, которые наконец-то могут сказать, что хотят. Что молдавские (то есть румынские) язык и культура гонимы, история искажена советскими захватчиками. А ведь у молдаван латинское наследие, благодаря которому они являются неотъемлемой частью Европы, Запада. Юноши и девушки имеют возможность прикинуть: «А ведь если вывески над начавшими появляться в городе частными барами и клубами сделать латиницей, станет почти как в Париже или Сан-Франциско».

От красивых грез надо переходить к действию, и в Восточной Молдавии в изобилии появляются независимые общественные организации – в апреле 1988г. на общем собрании творческих союзов республики создается Движение в поддержку перестройки, следом появляются «Общество Матеевича» (в честь молдавского поэта начала 20 века), Ассоциация историков, Демократическая лига студентов. В сентябре 1988г. публикуется «Письмо шестидесяти шести» - обращение молдавского демократического движения к властям, сосредоточенное на лингвистических проблемах. Молдавский язык нужно сделать государственным и перевести на латиницу. Власти не только не преследуют авторов манифеста, но и создают комиссию, которая благожелательно рассматривает выдвинутые требования.

Пока молдавские гуманитарии под сенью одряхлевшей и подобревшей империи боролись за возрождение румынского языка, в ста километрах западнее Кишинева, на любимой молдавской интеллигенцией «родине-матери», людей одолевали заботы более низкого порядка.

Брашовский рабочий Василе Бэдин заканчивал ночную смену в пять утра и шел стоять в очереди за молоком (его жена имела несчастье положительно воспринять призывы Чаушеску и родить двух детей). На покупку молока уходило два часа, потом нужно было становиться в очередь за хлебом или идти отоваривать карточки на масло. Еще пара – тройка часов. Василе приходил домой днем и срочно ложился спать, так как до выхода на работу времени оставалось немного. Выходной румынам тогда полагался только один – воскресенье.

А 14 декабря 1987г. рабочие брашовского автомобилестроительного завода узнали, что приобретение продуктов даже ценой стояния в бесконечных очередях становится проблематичным, так как им сократили зарплату. Возможно, страсти подогрело еще и то, что на следующий день предстояли очередные (но последние) бутафорские выборы в парламент коммунистической Румынии. Протест был не столь уж масштабным, но впечатлил своей жесткостью и бескомпромиссностью.

Утром 15 декабря около 300 рабочих вышли с завода и двинулись к центру города. Никто не ожидал мятежа, власти были заняты проведением выборов, так что никакой серьезной охраны к зданию уездного комитета РКП подтянуть не успели. Только мэр Брашова (главным начальником был не он, а глава городской партийной организации, который соваться в пекло не стал) выходит навстречу и пытается поговорить с протестующими. Те его избивают и врываются в оплот власти, в панике покинутый чиновниками. В отличие от шахтеров 1977 года, требовавших лишь устранения конкретных недостатков, теперь толпа кричит «Долой Чаушеску!» и «Долой коммунистов!»

А в здании уездного комитета как раз все готово к празднованию завершения выборов, так что сцена получается как из классического памфлета о народной революции. Перед ворвавшимся во дворец простонародьем предстают столы, заставленные недоступной в обычных магазинах едой и выпивкой. Народ возмущается, берет боевые трофеи себе, но не забывает поделиться и с обездоленными собратьями. Из окон парткома собравшейся вокруг толпе бросают бананы и ананасы.

К этому моменту властям удалось мобилизовать милицию и контратаковать восставших. В Брашове не стреляли, силы безопасности шли на рабочих с дубинками и водометами. Этого было достаточно - тогда у протестующих еще не хватило духу противостоять милиции, и толпа быстро рассеялась. Продолжения беспорядков не последовало. Хотя еще один сигнал тревоги для властей прозвучал. Участников волнений, разумеется, исключали из партии и комсомола. И если на партийных собраниях все прошло нормально, то участники комсомольских остались неподвижными, когда им предложили голосовать за исключение. Структуры, призванные поддерживать режим, начали давать сбои.

Как и после выступления шахтеров, власти провели многочисленные аресты и депортировали наиболее активных участников в отдаленные от Брашова места. В отличие от 1977г., события получили широкую огласку – скрывать информацию становилось все труднее, а, кроме того, Западу было больше незачем щадить Чаушеску. Так что европейские и американские СМИ подробно рассказывают о событиях и предрекают скорый конец тирании, а «Свободная Европа» и другие радиостанции доносят эти сведения и мнения до румынского народа.

Однако следующие два года румыны терпят и безмолвствуют. А Чаушеску продолжает жить грезами уходящей коммунистической эпохи. Всмотревшись в ее туманные дали, он спохватывается – как же, в самом деле, не правильно, что румынские коммунисты, в отличие, например, от восточномолдавских, до сих пор не приняли мер по сближению города и деревни. Объявляется о планах осуществления программы сельской систематизации, согласно которой жители малых деревень должны быть переселены в агропромышленные центры, где в идеале им станут доступны городские удобства. Правитель отдает приказ осуществлять этот проект, не считаясь с тем, что ресурсы страны уже истощены его прежними авантюрами. Так что переселение крестьян сулит только минусы – гибель сотен деревень – при отсутствии плюсов – на обеспечение комфортного проживания в новых населенных пунктах средств нет.

Протесты против разрушения румынских сел достигают пика в 1989г. Лишь очень немногие диссиденты осмеливаются выступить внутри страны, зато в Европе начинается масштабная кампания солидарности с румынским народом. В истории с систематизацией возник и еще один примечательный момент – эпицентр пропагандистской кампании находился не в Америке и не в Западной Европе, а ближе, в Венгрии. Румынские власти обвиняются в стремлении ликвидировать в ходе систематизации области компактного проживания венгров в Трансильвании. Пресса и общественные деятели страны открыто критикуют Румынию, что нарушает установленные нормы отношений между странами коммунистического блока. Такое стало возможным потому, что облик самой Венгрии радикально менялся.

Кадар не только обеспечил своей стране более свободный экономический строй, но и поддерживал в рядах венгерской политической элиты обстановку непредставимой в других управляемых коммунистами странах терпимости и открытости. Так что когда будапештский «младший брат» понял, что при Горбачеве позволено очень многое, в Венгрии произошли такие вещи, о которых сторонникам реформ в коммунистических элитах других стран оставалось только мечтать.

В мае 1988г. Кадар, ставший слишком консервативным для новых времен, был без потрясений, в рамках законных процедур смещен с поста генерального секретаря ЦК ВСРП. Сформированное в ноябре 1988г. правительство Немета начало переход от социализма с элементами рынка к обычной рыночной экономике. К концу 1988г. венгерские СМИ стали практически свободными, а противники коммунистической власти сформировали оппозиционные партии.

К февралю 1989г. борьба между умеренными и радикальными реформистами в ВСРП (людей, похожих по убеждениям на Чаушеску, в венгерской коммунистической верхушке не было вовсе) завершилась победой радикалов, в результате чего партия объявила о согласии на переход к политическому плюрализму и вскоре начала переговоры с оппозицией об организации свободных выборов. Побыв около года образцовыми горбачевцами, венгерские коммунисты двинулись за пределы программы «перестройки», к рынку и демократии западного образца. Торжественное перезахоронение 16 июня 1989г. героя революции 1956г. Имре Надя стало символическим расставанием Венгрии с коммунистической эпохой.

За Венгрией следовала Польша. Поворот Горбачева к либерализации позволил выйти из сложившейся после запрета «Солидарности» ситуации «холодной гражданской войны». В апреле 1989г. достигается соглашение о легализации независимого профсоюза и проведении выборов по сложной схеме, отчасти напоминавшей компромиссы между аристократией и «третьим сословием» в Европе 18 – 19 веков. Часть мест, гарантировавшая большинство при принятии решений, закрепляется за коммунистами и их союзниками, но другая часть должна стать предметом свободного голосования. Наступает второй после августа 1980г. звездный час «Солидарности» - на выборах 4 июня 1989г. польские коммунисты терпят сокрушительное поражение.

В июле президентом избирают Ярузельского. Но, согласившись на это, взамен «Солидарность» настаивает на правительстве под ее руководством. Союзники ПОРП колеблются, так что сформировать подконтрольный коммунистам кабинет не получается. Наступает решающий момент. 22 августа лидер польских коммунистов Раковский задает Горбачеву вопрос о том, возможно ли, чтобы в стране коммунистического блока было некоммунистическое правительство. Горбачев разрешает. 24 августа 1989г. формирование правительства Польши поручается представителю «Солидарности» Мазовецкому. 12 сентября новый кабинет министров утверждается парламентом. Польская революция через 9 лет после начала борьбы побеждает, а судьба коммунистического блока отныне предрешена.

Отказ СССР от вмешательства с целью сохранить власть польских коммунистов лишает румын важнейшего оправдания своей покорности. Свержение собственного деспота теперь не повлечет за собой «большего зла» в виде советского вторжения.

Советские республики, желающие последовать примеру Венгрии и Польши, если и отстают от восточноевропейских лидеров, то не сильно. В Кишиневе собрания студентов и интеллигенции превращаются в политические демонстрации осенью 1988г. К ним все чаще присоединяется молдавская рабочая молодежь. Люди, борющиеся против засилья чужаков, завоевывают симпатии связанной с местными интересами части правящей элиты, в первую очередь председателей колхозов. И те начинают поощрять поездки селян на митинги в Кишинев. Активно сотрудничает с национальным движением секретарь ЦК КП Молдавии, курирующий сельское хозяйство, в прошлом председатель колхоза Мирча Снегур. Выгоды от сотрудничества с оппозицией ощутимы – в начале 1989г. в Москву отзывают ненавистного Виктора Смирнова.

К весне 1989г. национально-демократическая оппозиция собирает демонстрации с участием десятков тысяч человек, которые осаждают правительственные учреждения в Кишиневе. Ее лидеры чувствуют за собой силу и окончательно отбрасывают осторожность. Место красных знамен и портретов Горбачева, которые в 1988г. носили первые демонстранты, занимают трехцветные румынские флаги и антикоммунистические лозунги.

В марте 1989г. Горбачев проводит выборы Съезда народных депутатов СССР. В стране сохраняется однопартийная система, но в тех местах, где реально власть КПСС уже пошатнулась, выборы получаются почти свободными. 40% избранных от Молдавии депутатов представляют национально-демократическое движение. Депутаты Съезда выговариваются за все долгие годы отсутствия в СССР свободы слова, и льющаяся с экранов телевизоров бескомпромиссная критика существующих порядков до предела накаляет атмосферу в Советском Союзе. А с июльской забастовки шахтеров коммунистическая империя вступает в полосу тяжелых потрясений, из которых ей уже не выбраться.

20 мая Движение в поддержку перестройки и другие национал-демократические организации объединяются в Народный фронт Молдавии. Его лидерами становятся писатель Ион Хадыркэ и историк Александру Мошану. 29 июля председателем парламента Молдавии избирают Снегура. На следующий день митинг Народного фронта приветствует приход к власти вроде бы своего человека. На вопрос, был ли он для Фронта своим, Снегур так никогда и не даст однозначного ответа.

Настает время решающего лингвистического натиска. Проект созданного на основе требований национального движения закона о языках выносится на рассмотрение парламента. 27 августа, за несколько дней до рассмотрения закона, в центре Кишинева собирается названный Великим национальным собранием митинг в поддержку смены государственного языка, число участников которого возможно превзошло 100 тысяч. Но тут-то и становится ясно, что в Молдавии все не так просто, как в Прибалтике и на Кавказе. В этих двух регионах национально-освободительные движения боролись в основном с имперским центром (и в кавказском случае между собой), и лишь в незначительной степени с просоветскими силами внутри республик. А в Молдавии сопротивление сторонников Советского Союза оказалось весьма сильным.

Созданное в январе 1989г. молдавское Интердвижение выступило за объявление государственными языками республики одновременно молдавского и русского, а предложенный националистами законопроект предложило вынести на референдум. Получив отказ, Интердвижение призвало к забастовке. И получило значительную поддержку многочисленного русского и украинского городского населения, представленного в основном рабочими и инженерами крупных предприятий. 16 августа забастовали десятки коллективов общей численностью порядка 30 тыс. человек.

В ходе этой стачки обозначилась и запутанная географическая линия противостояния молдавского национального движения и молдавских сторонников империи. Интердвижение поддержали города на восточном берегу Днестра, в областях, присоединенных к Молдавии только в 1940г., которым вскоре предстояло получить название Приднестровье. Созданные там в августе забастовочные комитеты стали основой для формирования приднестровского государства. На западном берегу к забастовке присоединился город Бендеры, бастовали многие заводы в самом Кишиневе. О создании собственного национального движения, выступающего с враждебных молдавским националистам позиций, заявляют гагаузы.

Кого противоречия молдаван и славян волновали не сильно, так это еврейское население молдавских городов. Советские границы начали понемногу открываться, и евреи готовились к отъезду. Молдавское захолустье не сулило им больших возможностей, а многие предчувствовали наступление трудных времен – так что в путь засобиралась большая часть общины. В 1990г. из Молдавии уехали 11 тыс. евреев, в 1991г. – 15 тыс. Всего из проживавших в крае в 1989г. 66 тыс. евреев, к 2002г. его покинули 50 тыс. На этом завершился один из двух больших исходов 20 века с румынских и молдавских земель – еврейский. Впрочем, немецкому предстояло быть более стремительным и закончиться раньше.

31 августа 1989г. парламент утверждает молдавский в качестве государственного языка республики и переводит его с кириллицы на латинскую графику. Молдаванам есть чем гордиться - созданное ими общественное движение становится значительной силой, добивающейся изменения политики властей, в то время как Румыния остается молчаливой и покорной. Первый секретарь ЦК КПМ Гроссу выступает на стороне национального движения и осуждает бастующих. 21 сентября забастовка прекращается, но приднестровцы новое лингвистическое законодательство у себя не применяют и начинают обособляться от Молдавии.

Торжество молдавских националистов омрачает и еще одно обстоятельство – они прекрасно знают, что новый государственный язык на самом деле румынский, но придание официального статуса языку соседнего государства остается слишком большой крамолой, не имеющей шансов пройти через парламент. Зато демонстранты на кишиневских улицах уже осенью 1989г. кричат «Долой границу по Пруту!» То есть молдавские демократы жаждут оказаться гражданами страны, управляемой беспощадным коммунистическим деспотом.

 

 

БУРЯ ПРИБЛИЖАЕТСЯ К РУМЫНИИ

 

Румыния не только не стала второй Польшей в середине восьмидесятых, но и в 1989г. оказалась самым прочным из противостоявших натиску перемен тоталитарных бастионов. Никто ни внизу, ни наверху так и не решился создать организацию, которая могла бы противостоять Чаушеску. В начале 1989г. попытку бросить вызов режиму предпринимают представители специфической группы населения страны, на которых карательным органам поднять руку все же труднее, чем на простых смертных. Буревестниками румынской революции становятся партийные пенсионеры.

В 1987г. Силвиу Брукану 71 год. В сороковых он был главным редактором партийной газеты «Скынтейя» и задавал тон яростной пропаганде против некоммунистических политических сил Румынии. В 1966г. Брукан вышел на пенсию, а 21 год спустя вернулся в политику, передав на Запад информацию о брашовском мятеже и выступив с критикой режима Чаушеску. Власти не решаются грубо обойтись с заслуженным коммунистом, так что Брукана даже отпускают в зарубежную поездку. В ноябре 1988г. партийный оппозиционер встречается в Москве с Горбачевым и просит у него поддержки против Чаушеску. Советский правитель отвечает, что он бы приветствовал приход реформистов к власти в Румынии, но при этом следует сохранить власть коммунистической партии. Однако военного вмешательства не будет, потому что СССР отказался от такой практики. А без танков сберечь РКП не получилось.

10 марта 1989г. появляется «Письмо шести», подписанное соответствующим количеством партийных ветеранов. Наиболее заметные фигуры среди них – Брукан, Пырвулеску, выступивший против Чаушеску на 12 съезде, Мэнеску, министр иностранных дел и творец независимой внешней политики Румынии в шестидесятые годы. Они требуют отказаться от реализации плана систематизации деревень, сделать экономический курс более гуманным, дать румынам гражданские свободы. В устах партийных ветеранов такое звучит экзотически, но времена меняются.

По приказу Чаушеску старичков сажают под домашний арест. Народ по-прежнему безмолвствует. А через месяц разражается новой бурей славословий в адрес руководства. Причем на этот раз за казенным оптимизмом робко проглядывает искренняя надежда на улучшение жизни.

12 апреля 1989г. Чаушеску заявляет о завершении выплаты внешнего долга Румынии. Цель, ради которой румыны терпели жестокую нищету предыдущие семь лет, достигнута. Можно ожидать, что теперь как минимум появится колбаса в магазинах, а может быть, даже начнется либерализация. Но месяц проходит за месяцем, а не происходит ни того, ни другого.

Чаушеску тоже не может по-настоящему порадоваться своему достижению – слишком неправильным делается окружающий мир. В конце августа вождь румынских коммунистов делает заявление, поражающее до глубины души тех, кто помнит 1968г. – требует принять меры для недопущения прихода к власти в Польше «Солидарности». Что он мог иметь ввиду – уговаривать поляков мирно вернуться под власть коммунистов? А если не послушают? Тогда то самое, что румынскому лидеру так сильно не понравилось 21 год назад?

Ответ на этот вопрос, повисавший в воздухе после чтения открытого заявления Чаушеску, мы теперь можем найти в рассекреченной записи разговора с советским послом Тяжельниковым, приглашенным в резиденцию генерального секретаря поздним вечером 19 августа. И звучит он – да, именно то самое. Поскольку, по словам Чаушеску, «СССР несет огромную интернациональную ответственность за судьбы социализма», он должен действовать с учетом того, что «имеет в Польше свои войска». Эти слова, как следует из советской записи, Чаушеску произносил, «будучи крайне взволнованным». Повеяло на него предчувствием неодолимой судьбы. Которая свершится так скоро.

Скрытая враждебность между Румынией и Венгрией перерастает в открытую перебранку на официальном уровне, в которой давняя национальная неприязнь умножается идеологическим противостоянием румынских сталинистов и венгерских либералов. В разгоревшемся споре у венгров есть сильные аргументы. В 1988 – 1989гг. около 30 тыс. человек нелегально переходят из Румынии в Венгрию и стремятся поселиться там. Причем бегут не только трансильванские венгры, но и все больше румын.

С весны 1989г. Венгрия становится любимой страной не только для румынских беженцев, но и для туристов из ГДР. Венгерские власти демонтировали колючую проволоку на границе с Австрией, и восточные немцы начали через нее нелегально уходить на Запад. К началу сентября на венгерской территории скопилось много тысяч желающих бежать в ФРГ, так что надо было принимать решение – либо дать им уехать на легальных основаниях, либо снова ужесточать контроль на границе. После недолгих раздумий, 11 сентября 1989г. правительство Немета разрешает гражданам ГДР отъезд на Запад через венгерскую территорию. Уже через несколько дней счет уезжающих идет на десятки тысяч.

А пока восточные немцы и румыны с разных сторон устремляются в Венгрию, лидеры стран советского блока слетаются в Восточный Берлин на последний в европейской истории коммунистический праздник. 7 октября, на торжествах по случаю 40-летия ГДР, в последний раз встречаются лидеры тоталитарных режимов Европы – Чаушеску, Хонеккер, Живков и Якеш. Через считанные недели все они будут лишены власти, а один из них – и жизни тоже.

В тот день на улицы восточногерманских городов выходят не только официальные, но и антиправительственные демонстрации. Их разгоняют, но в следующие дни протесты возобновляются. Через 11 дней после праздника между Хонеккером и его ближайшими соратниками состоялся трудный разговор. Премьер-министр ГДР Штоф говорит главе партии и государства: «Лучше вы уйдите в отставку, чем нам придется стрелять в народ». И Хонеккер уходит. В окружении Чаушеску людей, способных произнести такие слова, не было.

Под тяжелым впечатлением от ухода Хонеккера 25 октября Чаушеску проводит пленум ЦК РКП, на котором повторяются невнятные заклинания, что впервые появились во время формирования правительства Мазовецкого: «Нужно созвать совещание руководства социалистических стран, чтобы дать отпор антикоммунистам, стремящимся дестабилизировать положение».

Эти слова звучат как глас вопиющего в пустыне. Как раз в эти дни в Москве приняли Мазовецкого, а пресс-секретарь МИД СССР Герасимов придумал «доктрину Синатры», в соответствии с которой восточноевропейские страны могли, согласно строчке из песни американского певца, «идти своим путем».

А потом и вовсе уносятся ветром перемен, приобретающим силу бури. 9 ноября 1989г. под натиском собирающей сотни тысяч демонстрантов восточногерманской оппозиции открывается свободное движение через Берлинскую стену и остальную межгерманскую границу.

10 ноября болгарские сторонники Горбачева снимают Живкова с поста генерального секретаря ЦК Болгарской коммунистической партии. Ненавистные реформисты теперь окружают Румынию со всех сторон.

Тремя днями раньше, 7 ноября Советский Союз в предпоследний раз празднует годовщину Октябрьской революции. В Кишиневе тысячи демонстрантов преграждают путь параду советской армии и оказывают ожесточенное сопротивление милиции. Производятся аресты, но это не пугает, а только раззадоривает протестующих. 11 ноября 10 тыс. человек идут к МВД Молдавии с требованием освободить задержанных и атакуют здание. Пробить заслон спецназа не удалось, но министерство подожгли, закидав «коктейлями Молотова», отчего центр Кишинева становится похож на театр военных действий. Ранено 83 милиционера и 46 демонстрантов.

Репрессий не следует. Наоборот, власти уступают. Гроссу снимают с поста первого секретаря ЦК КП Молдавии. С избавлением от старого коммунистического лидера молдаване снова опередили румын, правда на этот раз ненамного. 16 ноября первым секретарем становится партийный деятель, похожий на Горбачева по взглядам, а в чем-то, скорее всего, и по характеру – Петр Лучинский.

А румыны, между тем, ждут. Телевидение и газеты постоянно напоминают о приближении «великого исторического события» - 20 ноября должен открыться 14-й съезд РКП. И румынам хочется верить, что он и в самом деле окажется историческим – Чаушеску или начнет менять политику, или уйдет. Такое предположение безумно. Правитель уже много раз повторил, что страна идет верным курсом, и никаких перемен не будет, но отказываться от надежды на перемены сверху и добиваться их самим слишком страшно.

Съезд проходит в подчеркнуто консервативно-коммунистической тональности – Чаушеску рассказывает о небывалых успехах социализма, делегаты прославляют правящую чету, взволнованные пионеры дарят Николае и Елене букеты цветов. Это можно увидеть по румынскому телевидению. Но многие румыны слушают зарубежные радиостанции, а они сообщают и кое-что другое.

Накануне съезда в Чехословакии создается оппозиционная организация – Гражданский форум. А 20 ноября, когда Чаушеску в Бухаресте произносит отчетный доклад, в Праге по призыву Гражданского форума на демонстрацию выходит 100 тыс. человек.

Чехословацкая «бархатная революция» идет параллельно с румынским партийным съездом. Пока румыны, сидя в своих все более холодных по мере приближения зимы квартирах, слушают славословия делегатов гениальным вождям, все новые десятки тысяч чехов присоединяются к антикоммунистической демонстрации. 23 ноября на Вацлавской площади собирается полмиллиона человек.

24 ноября 14-й съезд переизбирает Чаушеску генеральным секретарем РКП. Тот, решив добавить в коммунистическую патетику немного лирики, рассказывает с трибуны, что «даже солнце вышло из-за туч, чтобы мы видели, как прекрасен социализм». На вопрос иностранного журналиста о возможности перемен, свежепереизбранный партийный вождь отвечает, «когда на тополе вырастут груши, а на раките фиалки» - румынский аналог свистящего на горе рака.

Между тем, сотни предприятий по всей Чехословакии заявляют о готовности присоединиться к забастовке с требованием отставки партийного руководства и отказа коммунистов от монополии на власть. Вечером 24 ноября 1989г. руководство Коммунистической партии Чехословакии уходит в отставку, а правительство страны заявляет о готовности начать переговоры с Гражданским форумом. Последнему коммунистическому режиму в Центральной Европе приходит конец.

Впрочем, в разгар работы съезда, 23 ноября в Тимишоаре 300 рабочих объявляют забастовку, но решимости противостоять давлению администрации не хватает, так что они отказываются от намерения идти в город и вскоре сворачивают протест. А в последний день партийного съезда иностранный журналист высмотрел следующую забавную деталь. Когда при закрытии заиграли «Интернационал», старательно пели коммунистический гимн только Николае и Елена Чаушеску. Все остальные стояли молча.

 

 

ТАИНСТВЕННОЕ ОСВОБОЖДЕНИЕ

 

И вот перед нами одно из самых удивительных событий румынской истории. Происшедшее с участием десятков тысяч человек, на глазах у миллионов, подарившее миру несколько хрестоматийных телевизионных картинок и описанное в сотнях книг. И при этом остающееся скрытым покровом множества тайн, окутанным пеленой домыслов и легенд. Почти как темные века румынской истории.

А ведь даже и без сопровождающего ее в странствиях по лабиринтам воспоминаний, научных публикаций и сенсаций желтой прессы сонма увлекательных загадок румынская антикоммунистическая революция была бы одним из самых драматичных событий в истории человечества. Немного можно найти других таких жестких разрывов постепенности, таких головокружительных падений из всеобъемлющего порядка в первозданный хаос, таких переходов человеческих душ от страха и апатии к энергии и решимости, такого контраста между оцепенением и лихорадочным движением, такого прорыва к свободе.

В результате, сами румыны не смогли до конца поверить в реальность произошедшего с ними. После 1989г. они потратили массу сил на то, чтобы доказать, что свержение Чаушеску было не их рук делом, а является результатом акций иностранных спецслужб. В первые послереволюционные годы такая версия была страшной крамолой, в силу совпадения с мнением Чаушеску о причинах выступлений против его власти. Однако к нашему времени она стала мощной традицией, которую автор этих строк не вправе игнорировать, несмотря на невозможность убедительно доказать или опровергнуть большинство связанных с этим сюжетом утверждений.

Итак, 2 - 3 декабря 1989г. генеральный секретарь ЦК КПСС Горбачев и президент США Буш встречаются на кораблях, стоящих около Мальты. Восточноевропейская традиция любит рассматривать эти переговоры как антипод встречи Сталина, Рузвельта и Черчилля в Ялте. Хотя версия о том, что на Мальте был конкретно оговорен уход Советского Союза из Восточной Европы, в отсутствие документов остается недостоверной, ее сторонники в подтверждение своей правоты могут долго рассказывать о европейских событиях, сопровождавших встречу на кораблях.

Венгрия, ГДР, Чехословакия и Польша отменяют статьи конституции о руководящей роли коммунистических партий и начинают готовиться к проведению свободных выборов. В ГДР оппозиция собирает двухмиллионную демонстрацию, в последующие дни общественные активисты беспрепятственно занимают офисы восточногерманской службы госбезопасности. После успеха всеобщей забастовки 27 октября 1989г. чехословацкие коммунисты уже не в силах оказать эффективное сопротивление требованиям Гражданского форума о создании до выборов переходной администрации, в которой ведущую роль будут играть демократы. Венгерские коммунисты вовсе уходят в историю, превратившись в социалистов, а польское правительство начинает переход к рыночной экономике.

По версии, получившей широкое хождение в Румынии, на Мальте давно не любивший Чаушеску СССР и окончательно разлюбившие его США сошлись во мнении, что сохранение у власти в занимающей важную позицию в Европе стране консервативно-коммунистического режима неприемлемо. 3 декабря на стол Чаушеску ложится донесение разведки о том, что две сверхдержавы договорились о совместных действиях по его свержению. Информацию вроде как слил некий советский функционер, из любви к ортодоксальным коммунистам. А может быть, Чаушеску таким образом в последний раз попросили уйти по-хорошему. Но вождь румынских коммунистов остался таким же, как в 1968г. Ради идеалов он готов рисковать собой. И своей страной тоже.

4 декабря в Москве собирается встреча руководителей государств-участников ОВД. Ее итоги – триумф Чаушеску. ОВД осуждает вторжение войск этого альянса в Чехословакию в 1968г., подтверждая правоту румынской позиции того времени. Но, как и в 1968г., Чаушеску снова одинок – тогда он один выступал против вторжения, теперь в одиночестве высказывает, «чрезвычайную озабоченность позицией некоторых социалистических стран». К числу «некоторых» теперь могут быть отнесены все участники ОВД, кроме самих румын. В Москве представлены те же страны, что и в Восточном Берлине менее двух месяцев назад, а вот люди оттуда приехали другие. Так что поддержать последнего несгибаемого сталиниста некому.

А через пять дней после московского разговора, 9 декабря, из СССР начали въезжать на «Жигулях» некие люди, говорившие по-румынски примитивно, «с бессарабским акцентом» и сообщавшие о себе, что они советские туристы, едущие на зимние каникулы в Болгарию или Югославию. В СССР тогда еще не был принят закон, позволивший рядовым гражданам без особых трудностей выезжать за рубеж, так что всякая индивидуальная поездка уже была событием подозрительным. А тут еще праздновать новый год ехали без женщин и без детей, исключительно нестарые мужчины крепкого телосложения. Похожие ребята чуть позже въехали из Венгрии. Только румынский у них был правильный – венгры подготовили спецподразделения из жителей Румынии, недавно перебежавших на их территорию. Советских диверсантов было порядка двухсот, венгерских – около пятидесяти.

Версия, или, если угодно, легенда о советских «автотуристах» и румынских перебежчиках в Венгрию – один из самых распространенных сюжетов революции 1989г. Эти персонажи мелькают везде, где происходили важные события тех дней. Считается, что СССР и Венгрия решили растолкать румын. Отряды диверсантов должны были показывать пример протестов, чтобы, глядя на них, народ осмелел. Еще создавать поводы для горя и возмущения, пересиливающих страх – провоцировать власти на жестокие репрессии, а может быть и самим совершать зверства, которые можно будет выдать за дело рук защитников режима.

Хотя странно, что все имеющиеся свидетельства пришли только извне, а ни один из участников этих автопробегов так и не проболтался – и граждане Молдавии (из которых вроде бы создавались советские отряды) хранят обет молчания, данный давно не существующему СССР, и завербованные венграми румыны соблюдают обязательства перед чужой для них страной. Зато, знакомясь с этой версией событий декабря 1989г., румыны имеют возможность прийти к привычному, в чем-то даже успокаивающему выводу – все произошло как обычно в их истории, хозяевами своей судьбы они, естественно, не были. За них все решили посланные обитателями геополитического Олимпа лихие парни на «Жигулях».

Среди бумаг, ложившихся на стол Чаушеску в последние дни перед свержением, самой тщательно прочитанной, судя по многочисленным пометкам, была речь кубинского лидера Кастро от 11 декабря, в которой он клеймил врагов и предателей, разрушающих социализм в Восточной Европе. Доклады службы госбезопасности о настроениях румын генсек давно бросил читать, считая, что гебисты ему врут, так как народ не может столь плохо относиться к своему великому вождю. А они ведь работали добросовестно, и одну попытку восстания в декабре 1989г. сумели-таки пресечь.

Группа инженеров и рабочих одного из предприятий в столице Западной Молдавии Яссах создала подпольную группу, название которой – Румынский народный фронт – свидетельствует о том, что их вдохновляли успехи действовавшего по ту сторону румынской границы, в двадцати километрах восточнее их города, Народного фронта Молдавии. 14 декабря они попытались провести демонстрацию на центральной площади Ясс. Организаторов Народного фронта схватили, площадь в назначенное время плотно контролировалась милицией, так что никакой возможности собрать демонстрацию не было.

А на другом конце страны происходили события, о которых госбезопасность все прекрасно знала – их участники, в отличие от ясской оппозиции, не были конспираторами – но считала менее опасными. Потому что власти противостоял кальвинистский священник венгерской национальности – представитель религиозного и национального меньшинств, к которым румыны особого сочувствия никогда не питали.

Пастор Ласло Текеш выступал в защиту национальных прав трансильванских венгров вначале в румынском венгероязычном самиздате, потом в венгерских СМИ. Шедшая к демократии Венгрия обеспечила деятельности Текеша широкую огласку. 31 марта 1989г. приказом лояльного властям трансильванского епископа пастор-диссидент лишается места в Тимишоаре и переводится в деревню Минеу. Текеш отказывается переезжать – по уставу кальвинистской церкви такие решения должны приниматься коллективным органом, а собрать его заседание властям так и удалось.

Известность, которую придают делу венгерские СМИ, мешает румынским властям действовать грубо и решительно, так что конфликт затягивается. Текеша лишают продовольственных карточек и отключают ему электричество. Прихожане носят священнику еду и свечи. Одного из прихожан в сентябре убивают, в квартире у Текеша разбивают стекла, но запугивание лишь укрепляет решимость. В конце концов, принимается судебное решение о выселении пастора, которое должно быть исполнено 15 декабря.

Многим румынам Тимишоара была известна не как место деятельности пастора Текеша, а как столица черного рынка страны. Значительная часть жителей этого приграничного многонационального города сумела выправить себе разрешения на поездки в Венгрию и Югославию. Оттуда они привозили дефицит, который перепродавали жителям остальной Румынии, собиравшимся на огромный тимишоарский толчок. Но Чаушеску всегда был суров со спекулянтами, так что 15 декабря последовали разгон рынка и запрет на поездки тимишоарцев за рубеж. Множество жителей города оказалось перед перспективой жизни на одну зарплату.

15 декабря 1989г. прихожане пастора Текеша, в количестве 20 или 30 человек пришли и встали около его дома, чтобы воспрепятствовать депортации. Местные власти стараются уладить конфликт миром – приезжает мэр города, обещает, что выселения не будет, в квартире даже вставляют новые стекла. Но властям не верят, на следующий день пикет прихожан продолжает охранять жилище Текеша. Обстановку докладывают наверх, и Чаушеску приказывает отправить к дому Текеша рабочих, чтобы они разогнали прихожан. В Тимишоаре мобилизуют 60 членов профсоюза, но, отдавая отчет в сомнительности исходящего сверху подстрекательства к насилию, велят им просто постоять рядом, надеясь, что пикетчики испугаются и разойдутся. Последнего не происходят, так что рабочие тупо проводят много часов на улице в ожидании неизвестно чего. И становятся зачинщиками революции.

Вместе с прихожанами они образуют толпу почти в 100 человек, а это уже привлекает внимание. Возможно, многие думают, что в каком-нибудь из соседних магазинов выбросили дефицит. А мимо дома Текеша проходит много важных для города трамвайных маршрутов. Люди выходят, интересуются, узнают, что власти обижают венгерского священника. Начинается стихийный отбор революционеров – большинство полюбопытствовавших, конечно, идет дальше, но народу проходит уйма, так что готовых к протесту собирается все больше.

Мы знаем, что исторически румыны не питали симпатий к венграм, но сейчас ненависть к властям и в стране вообще, и в Тимишоаре, с ее разогнанной толкучкой, в частности, достигла такого накала, что всякий гонимый, даже венгр, вызывает живейшее сочувствие. Текеш обращается к толпе, собравшейся у него под окнами, по-венгерски. Но подавляющее большинство собравшихся - румыны, так что ему кричат, чтобы он говорил на румынском. Человека, всегда считавшего себя борцом именно за венгерское дело, что он и после революции подтвердил множеством непримиримых высказываний в адрес Румынии, такое требование, скорее всего, покоробило. Но что-то подсказало пастору, что если он откажет поднявшимся на его защиту румынам в общении на их языке, то окажется неправ и перед венграми, и перед румынами, и перед историей. Текеш переходит на румынский.

Толпа внизу убеждается, что гонимый властями венгр – свой человек, и начинает ощущать свое единство, а потом и силу. Демонстранты останавливают трамвай и превращают его в трибуну, откуда звучат призывы свергнуть Чаушеску и сделать «как в СССР». Появляется отряд милиции с дубинками, но собравшиеся не разбегаются. Толпа разбивает витрину ближайшего магазина, берет оттуда бутылки и забрасывает ими милиционеров. Те отступают, а опьяненные своей победой несколько сотен демонстрантов направляются к центру города. Уже ночью мятежники атакуют здание уездного комитета РКП, крупные силы милиции защищают его с помощью дубинок и водометов, народ отступает лишь после ожесточенной рукопашной, подпалив партийную резиденцию и побив в ней стекла.

Чаушеску приказывает ввести в мятежный город войска. Рано утром 17 декабря Текеша хватают и увозят в Минеу. Что касается ввода войск, то армейское командование по возможности саботирует распоряжение Чаушеску – ночью в город на несколько часов направляются 15 патрулей. Но оно не может проигнорировать еще одну затею вождя. По распоряжению Чаушеску утром 17 декабря войсковая колонна проходит по центру Тимишоары торжественным маршем.

Румынская армия воспринимается как оккупанты, празднующие взятие вражеского города. Горожане кричат на солдат, потом нападают на них. C этого момента уже у нескольких тысяч тимишоарцев страх отступает перед яростью и воодушевлением. Толпы восставших атакуют уездный комитет партии и военную комендатуру города. Их не могут остановить не только дубинки и водометы, но даже срочно направленные для защиты государственных учреждений танки и БТР. Повстанцы блокируют их, разворачивая автобусы и троллейбусы поперек узких улиц центра, ослепляют, заливая маслом смотровые окошки, поджигают. Власти теряют контроль над ситуацией, толпы громят и грабят магазины. В то время как народ ведет себя смело и жестоко, силовики очень осторожны – они имеют приказ не открывать огонь, да и сами не горят желанием сражаться с народом.

Уже вечером на выручку боевым машинам, блокированным в центре города, были направлены еще пять танков. Жители окраины Тимишоары, за неимением автобусов и троллейбусов сами образовали заслон поперек дороги, в первый ряд поставив детей. На танкистов это производит сильное впечатление – они не только останавливаются, но всячески демонстрируют миролюбие, открывают люки, пытаются поговорить с людьми. Толпа бросается в атаку, начинает поджигать танки, солдат хватают, избивают и прогоняют.

Чтобы отбить бронетехнику, командование направляет в район волнений боевую группу с приказом открывать огонь на поражение. Были убиты 10 человек. Еще 24 повстанцев застрелили в столкновениях в центре города. День закончился вничью – несмотря на многочисленные атаки, мятежники не смогли овладеть уездным комитетом партии, но и не были рассеяны – многие расходятся поспать, но часть на свое несчастье остается дежурить в центре города.

Чаушеску 17 декабря съездил посмотреть, как продвигается строительство нового правительственного комплекса. Тяжеловесная помпезная махина уже возвышается над столицей во всей красе, внутри полным ходом идут отделочные работы. Скоро можно будет справить новоселье. Но в том, состоится ли праздник, сомнения уже возникают. В своей правоте вождь румынских коммунистов, конечно, не сомневается, но в победе он не уверен. Уже вчера вечером армии дан приказ ввести в город крупные силы и стрелять в «хулиганов» без разговоров. Но армия саботирует его решения.

А ей и в самом деле не за что любить правителя. Финансирование мизерное, офицеры живут в нищете, для солдат два года службы – сплошной тяжелый принудительный труд, то на стройках, то на сельхозработах.

Вечером Чаушеску созывает совещание, на котором требует навести порядок в Тимишоаре, чего бы это ни стоило, а в противном случае угрожает министру обороны расстрелом. Силовики явно не полны энтузиазма, министр внутренних дел робко пытается объяснить, что пока не введено чрезвычайное положение, юридические основания для использования армии отсутствуют. Тогда следует спектакль, который на протяжении истории человечества разыгрывали многие тираны.

Чаушеску впадает в лирическое настроение, вспоминает, как в 1945г. участвовал в атаке коммунистов на нынешнее здание ЦК РКП (которое так скоро станет целью нового штурма!), потом бросает своим слугам:

- Ищите себе другого генерального секретаря!

И направляется к выходу. Достаточно было просто промолчать, но куда там. Все присутствующие бросаются следом, убеждая лидера, что без него никак. Чаушеску на несколько минут застывает в задумчивости, потом произносит:

- Ну, хорошо.

Генсек сделал свой выбор – он выиграл дополнительные четыре дня власти и проиграл несколько дополнительных лет жизни.

Сразу после совещания, вечером 17 декабря армейские и милицейские патрули расстреливают оставшихся в центре Тимишоары демонстрантов. Гибнет 59 человек. Народу на улицах немного, но войска палят так, что в течение пары часов кажется, что идет ожесточенное сражение. Ночью и утром 18 декабря в Тимишоаре царит тишина. Кажется, что все кончено. Успокоенный Чаушеску уезжает с визитом в Иран.

Но затем происходит, наверное, самый героический поступок румынской революции. Уже зная, что власти готовы на все, 30 человек все-таки выходят на демонстрацию на площадь перед кафедральным собором. Тогда впервые появляется румынский флаг с дыркой посередине, на месте вырезанного коммунистического герба, ставший впоследствии символом румынской революции. И силы безопасности, один раз отбывшие повинность по защите ненавидимого всеми правителя, опять в течение двух часов не стреляют. Этого достаточно, чтобы демонстрация выросла до 500 человек. После этого начинают стрелять, убивают троих, остальные разбегаются. Но раз протестующих не остановил вчерашний кровавый вечер, понятно, что они еще вернутся.

Как только в Тимишоаре начались волнения, междугородние и международные телефонные линии были отключены, и граница закрыта. В ответ по миру начинают расползаться жуткие слухи – в городе убиты тысячи человек, идут тяжелые бои, танки и артиллерия стирают с лица земли целые кварталы, расстреливают детей. Что-то из этого было реальными впечатлениями напуганных очевидцев, что-то могло быть провокацией с целью раздуть в Румынии огонь восстания, но в любом случае слухам верили – режим расплачивался за маниакальное стремление скрывать наличие проблем и недовольства. Однако самый безумный поступок властей еще впереди.

Елена Чаушеску приказала сделать вид, что в Тимишоаре никто не был убит. 18 декабря тела погибших тайно увезли в Бухарест и сожгли. А людям, искавшим своих родных и знакомых, было велено говорить, что те бежали за границу. Но в городе все прекрасно знали о жертвах среди протестующих, молва многократно увеличивала их количество, потом пошли сообщения западных радиостанций о расправе Чаушеску с населением Тимишоары. Добавившая в историю тимишоарского восстания мрачно-мистических тонов история с исчезновением трупов, переполнила чашу терпения рабочих города.

С требований прояснить судьбу исчезнувших и в случае подтверждения наихудшего выдать тела погибших родственникам 19 декабря начинаются волнения на крупных предприятиях. Объявляет забастовку завод электрооборудования. От приехавшего успокоить протестующих главы уездной партийной организации требуют убрать войска из города. Заодно в основном женский коллектив вспоминает и прозу жизни.

- Нет тепла в квартирах, нет мяса, нет шоколада для детей, нет чулок, трусов, ваты…

А у главы парторганизации тоже нет ни полномочий убрать войска из Тимишоары, ни достаточного количества топлива, мяса и трусов. Пролетарская революция, которую так долго прославляли классики марксизма-ленинизма и их румынские последователи, в Румынии таки началась.

Утром 20 декабря объявляют забастовку все крупные предприятия Тимишоары, рабочие выходят на демонстрации и вскоре более 100 тыс. человек направляются к центру города. Из Бухареста идут заклинания о беспощадности к врагам, но открывать огонь по такой огромной демонстрации представляется полным безумием. Осуществляющие командование военными операциями в городе начальник Генштаба Штефан Гушэ и заместитель министра обороны Атанасие Стэнкулеску приказывают не препятствовать демонстрантам. На улицах протестующие братаются с солдатами. Со своей стороны, и народ ведет себя по-другому – никто не пытается вломиться в здание уездного комитета партии, нет грабежей и погромов.

Демонстранты заполняют площадь перед кафедральным собором, а в выходящем на нее здании городской оперы формируется первая после 1948г. по существу легальная некоммунистическая организация Румынии – Румынский демократический фронт. Народ имеет возможность насладиться завоеванными им свободой ассоциаций и свободой слова. В течение многих часов все желающие обращаются к огромной толпе с балкона оперы.

А потом день заканчивается, большая часть демонстрантов расходится по домам. Комитет Демократического фронта, возглавленный инженерами Лорином Фортуной и Клаудиу Иордаке, остается в опере под прикрытием небольшого числа активистов. После радости победы вновь наползает страх. К тому же телевидение приносит пугающие вести.

Чаушеску, вечером 20 декабря вернувшийся из Ирана и услышавший массу плохих новостей, остается абсолютно непримиримым. В тот же вечер он выступает по телевидению и доводит до сведения народа, что любые протесты будут беспощадно подавлены. В Тимишоаре вводится чрезвычайное положение.

Силовикам Чаушеску вполне обоснованно не доверяет, зато со своей давней молодости он хранит веру в некий сошедший со страниц коммунистических книг и газет «пролетариат», который любит своего коммунистического вождя и должен спасти его. Поэтому отдается распоряжение срочно, уже на следующее утро, созвать большой митинг у здания ЦК РКП. Он хочет повторить триумф 1968г. И главный враг представляется прежним. Вечером 20 декабря Чаушеску вызывает поверенного в делах СССР в Румынии и предъявляет «старшему брату» обвинение во вмешательстве во внутренние дела.

С утра 21 декабря сотни тысяч демонстрантов собираются на площадь перед кафедральным собором в Тимишоаре. С балкона оперы зачитывается прокламация Румынского демократического фронта – отставка Чаушеску, соблюдение гражданских и политических свобод, освобождение политических заключенных, проведение свободных выборов. Реализуема ли эта программа? Тимишоарцы ждут ответа от остальной страны, прежде всего от столицы.

В Бухаресте ближе к полудню приятного солнечного дня сотни тысяч людей собираются на площадь перед зданием ЦК РКП. Приближается самый резкий, самый поразительный разрыв постепенности. Первые полчаса все идет как надо – на разогреве выступают несколько статистов «из народа», потом вождь начинает хриплым старческим голосом вещать о предстоящем повышении зарплат и пенсий, и уже после этого вступления переходит к проклятьям в адрес так и не названных «определенных кругов, стремящихся подорвать независимость и территориальную целостность» Румынии. Народ успевает несколько раз поаплодировать и поскандировать славословия правителю.

Затем что-то происходит. Происходит на глазах у сотен тысяч, а с учетом телетрансляции на всю страну, у миллионов людей. Но о том, что это было, единого мнения нет до сих пор. Из толпы доносится какой-то шум, среди митингующих возникает движение. Становятся различимы выкрики, а потом скандирование лозунгов против Чаушеску. Правитель в ужасе застывает на своем балконе, потом пытается взять себя в руки, призывает к спокойствию и, теперь уже не по бумажке, а в панике пытаясь что-то на ходу сымпровизировать, еще раз обещает повысить зарплату. На площади происходят непонятные вспышки паники – по версиям разных свидетелей, в толпе взрывают пиротехнику, кто-то колет людей иголками, спрятанный где-то громкоговоритель имитирует рев танковых моторов, наконец, народ разбегается от групп, скандирующих лозунги против Чаушеску, боясь, что по ним будут стрелять. Менее чем через час после начала люди начинают дружно покидать митинг. Еще через десять минут уходит с трибуны злой и растерянный Чаушеску.

Трансляция к тому времени отключена, но миллионы людей по всей стране видели и слышали главное – начало выкриков из толпы и жутко растерянное лицо генерального секретаря. Это был достойный пролог румынской «революции в прямом эфире».

Сразу же после сорванного митинга в центре Бухареста начинают собираться группы протестующих. Через некоторое время самая организованная из них занимает Университетскую площадь – другой важный пункт в центре города, помимо Дворцовой площади у здания ЦК. Здесь они остаются до позднего вечера. Число демонстрантов вскоре достигает нескольких тысяч.

Первые несколько часов демонстрации проходят мирно. Нужно время, чтобы поднять войска и подтянуть их к центру столицы. Чаушеску вспоминает про единственного популярного среди молодежи человека, которого он может назвать своим другом. Президент связывается с поэтом Пэунеску и просит его уговорить демонстрантов разойтись. Но у последнего своя гордость и своя обида на Чаушеску. Он отказывает правителю.

Армия и милиция подтягиваются к Университетской площади. Около 5 вечера происходят первые столкновения, в которых гибнет 15 демонстрантов. Мятежники перегораживают ведущий к Университетской площади проспект баррикадой. Министр обороны Миля лично инспектирует приготовившиеся к атаке войска, и просит их по возможности стрелять только в воздух.

Демонстранты сопротивляются отчаянно. Сооруженная ими баррикада весьма основательна, а когда обстановка становится тревожной, ее поджигают. В озаряющем центральную площадь города зловещем свете пламени на прорыв идут БТРы. Они застревают в баррикаде и загораются. Сокрушить твердыню повстанцев удалось только танкам. К этому времени сверху приходит приказ стрелять, так что собравшихся на Университетской площади людей давят гусеницами и расстреливают. Гибнет 48 человек.

Наступает последняя ночь коммунистического правления. Докладывают о протестах в Брашове, Сибиу и Клуже. Армейские патрули как на неприятельской территории ведут разведку в собственной столице и докладывают, что светящихся окон гораздо больше, чем обычно. Добрая половина жителей Бухареста не спит. Самые неутомимые и отчаянные участники протестов едут на окраины города, чтобы поднимать рабочих. Вскоре после часа ночи 22 декабря 1989г. появляются известия о том, что в рабочих районах города начинают собираться демонстрации.

Начиная с семи утра коллективы большей части бухарестских предприятий, несколько сотен тысяч человек по еще темным ранним декабрьским утром проспектам направляются к зданию ЦК РКП. Несомненно, это была величайшая демонстрация во всей румынской истории.

Около восьми утра Миля отдает приказ войскам начать развертывание для обороны центра города от повстанцев, в столицу вызываются подкрепления из соседних городов. Министр обороны выполняет все указания твердо решившего сражаться до конца Чаушеску, но нервы у него сдают – противоречие между страхом перед начальством и ужасом от мысли, что, скорее всего, придется отправить на тот свет тысячи соотечественников, становится невыносимым. Нелегко и солдатам на улицах: поднявшиеся против властей мятежники – люди для них вполне свои, любить Чаушеску солдатам, как и демонстрантам, не за что, но и рисковать трибуналом за нарушение присяги страшно. Из города начинают приходить сообщения о братании солдат с населением, но в восточном районе Бухареста военные открывают огонь по колонне демонстрантов.

Чаушеску тоже сильно устал. В 8.30 он приказывает отвезти его домой. Охрана отвечает отказом – мятежники в ближайшее время могут захватить кварталы, через которые пролегает путь к особняку генсека. Столица больше не принадлежит тому, кто десятилетиями был ее безраздельным хозяином. Так внезапно иногда рассеивается могущество.

Буквально в следующие минуты после этого разговора Чаушеску докладывают, что его министр обороны Миля застрелился. Правитель вне себя от ярости на «предавшего» его генерала. Но у Мили есть заместитель – никто иной, как брат президента Илие Чаушеску. На приказ взять на себя командование войсками и защитить родственника Илие отвечает отказом и сбегает из здания ЦК.

Остается другой заместитель – Стэнкулеску. Тот ранним утром возвращается из Тимишоары и первым делом едет в военный госпиталь, где работает его старый друг. Последний по просьбе генерала закатывает ему в гипс абсолютно здоровую ногу. Стэнкулеску тоже не хочет стрелять в народ ради сохранения власти тирана. Но задумка отсидеться пока ужасная ситуация не будет урегулирована не проходит. Чаушеску распоряжается доставить Стэнкулеску в ЦК «вне зависимости от состояния его здоровья» и около 10 утра приказывает ему взять на себя командование румынской армией. Демонстранты находятся в 20 - 30 минутах пути от центра, где их ждут приготовившиеся к бою войска. Что же, раз укрыться от судьбы не получилось, Стэнкулеску готов принять ее вызов.

В 10.07 новый министр обороны передает в войска приказ (разумеется, не согласованный с руководством!) – не препятствовать передвижению демонстрантов по Бухаресту, вызванным в столицу частям возвращаться назад, по всей стране армии снять с себя ответственность за охрану партийных учреждений. Как много иногда зависит от одного человека – нетрудно представить, какое облегчение испытали солдаты и офицеры на позициях, какова была радость демонстрантов, когда, войдя в центр Бухареста, они обнаружили там дружелюбно встречавшую их армию.

В течение следующего часа руководство госбезопасности и милиции отказываются защищать Чаушеску (не сообщая ему об этом). Наиболее честные в отношении руководства люди находятся в бухарестском горкоме партии – оттуда звонят в ЦК и говорят, что они «больше ничего не могут».

Картина революции становится все более радостной, но и безумной. Пока демонстранты братаются с солдатами и преодолевают последние кварталы перед зданием ЦК РКП, радио и телевидение передают указ Чаушеску о введении чрезвычайного положения на всей территории страны и сообщение о том, что генерал Миля казнен за измену. Тогда рождается легенда, что армия по инициативе снизу перешла на сторону революции после того, как Чаушеску казнил отказавшегося стрелять в народ министра.

Между тем, Стэнкулеску вызывает в ЦК вертолет. После чего по-прежнему вежливо, как будто тот все еще у власти, сообщает Чаушеску, что войска не смогут удержать здание ЦК, у подкреплений не получается преодолеть заслоны, выставленные мятежниками на окраинах города, поэтому он предлагает эвакуацию на (мифический) резервный командный пункт за пределами столицы.

Слова Стэнкулеску красноречиво подтверждаются видом из окна. Около 11.20 несметные толпы демонстрантов начинают заполнять площадь перед зданием ЦК. Правитель (или уже не правитель) видит, что войска беспрепятственно пропускают революционеров, а значит, все потеряно. И тогда этот самовлюбленный и жестокий, но не лишенный мужества человек совершает свой самый смелый (он же самый безумный) поступок. Он хватает громкоговоритель и выбегает на все тот же знаменитый балкон, чтобы попытаться переубедить восставший народ. Сотни тысяч людей встречают одинокого Чаушеску криками ненависти, а через пару секунд ловко брошенный кем-то обломок доски выбивает громкоговоритель из рук генерального секретаря Румынской коммунистической партии, президента Социалистической Республики Румынии.

В этот момент первые ряды революционеров уже вошли в безропотно распахнувшиеся перед ними двери доселе неприступной твердыни власти. Круг замкнулся. Когда-то молодой и полный надежд Чаушеску участвовал в нападении на этот дом, чтобы через несколько дней получить власть и начать строить чудесный новый мир. Сорок четыре года спустя новый мир построен – в 1938г. валовой национальный продукт на душу населения в Румынии составлял 30% от немецкого, теперь – 17%. После огромных жертв и тяжелого труда нескольких поколений румын отсталость страны только увеличилась. Так что теперь несломленный и злой, но всеми покинутый и бессильный старик удирает под натиском людей, полных решимости избавиться от коммунистов.

Далее следует самая знаменитая румынская телевизионная картинка. Вертолет со свергнутым диктатором в 12.10 взлетает с крыши здания ЦК РКП под яростно-радостный рев бесконечной толпы, заполнившей Дворцовую площадь и все окрестные улицы. Коммунистическое правление в Румынии завершено.

В 11.15 утра толпа революционеров появляется у ворот только что передавшего указ о чрезвычайном положении телевидения. Им приходится стоять около часа – телевизионное начальство все еще не уверено в исходе. Только когда силовики объясняют ему, что они больше не защищают Чаушеску, революционеры входят в здание телевидения и едва ли не в момент взлета вертолета выходят в прямой эфир. Еще трудно сказать, что было событием более потрясающим – бегство диктатора или новая картинка на экране. После десятилетий лицезрения фигур в пиджаках и при галстуках с постными лицами говоривших скучные вещи, перед миллионами людей по всей стране – от имевших основания ждать больших перемен жителей Бухареста, до ни о чем не подозревавших обитателей тихих карпатских долин – предстали искренне взволнованные люди в свитерах.

- Бог повернулся лицом к румынам! Диктатура пала! - объявили народу актер Ион Карамитру и поэт Мирча Динеску.

Помимо этого, они мало что могли сказать. Впереди была неизвестность.

Но в тот момент таких слов было достаточно. В считанные мгновения та (несомненно, большая) часть населения, которая все еще была объята страхом, бояться перестала. Во множестве больших и малых городов возникшие как из-под земли отряды гражданских активистов занимают присмиревшие и опустевшие уездкомы и горкомы РКП. Грозная и всемогущая, четырехмиллионная Румынская коммунистическая партия не уходит в оппозицию, она просто исчезает. В течение одного дня.

А центр власти сделался центром безвластия. Охваченная радостной эйфорией толпа рассматривает покинутые кабинеты бывшего ЦК, спорит о будущем страны, кое-что, конечно, крадут, но большого погрома не происходит. Любой желающий может выступить с любимого балкона Чаушеску перед сотнями тысяч людей стоящих на площади. В коридорах власти революционеры отлавливают премьер-министра и заставляют его заявить с балкона об отставке.

В здании ЦК появляется Илие Вердец, работавший у Чаушеску главой правительства за несколько лет до революции. Он считает своим долгом спасти погибший режим, поэтому созывает совещания в тех кабинетах, где толпится не очень много революционеров, пытается собрать сторонников, связаться с силовиками. Никто его не слушает, всем ясно, что время такого человека ушло. Петре Роман, вошедший в оплот власти в первых рядах революционеров, тоже пытается наладить руководство, но как это сделать непонятно. У профессора, принимавшего участие в протестах с самого их начала в столице, конечно, есть заслуги, но существуют и другие достойные люди, рисковавшие жизнью на бухарестских улицах. Почему руководить должен именно он?

Многие из свергавших коммунистов и разрушавших империи в 1989 – 1991 годах стран знали очень резкие смены политического строя, но румынская ситуация была уникальной. Власти не было никакой. То есть почти никакой.

Созданная Кузой румынская армия нового времени не раз терпела поражения, но ни при каких, даже самых тяжелых передрягах не распадалась изнутри (как, например, в России в 1917г.). Сохраняет она единство и дисциплину и 22 декабря. Стэнкулеску после бегства Чаушеску срочно переезжает из охваченного анархией бывшего ЦК в министерство обороны. В 13.30 он передает войскам указание подчиняться только приказам министра обороны. То есть, если откуда-то появится и начнет качать права верховный главнокомандующий – посылать его куда подальше. В этот момент ставится точка в процессе отстранения Чаушеску от власти. Фактически, Румынией управляет Стэнкулеску. Правда, легитимность этой власти, мягко говоря, сомнительна. Генерал командует армией на основании устного указания бежавшего диктатора.

А что же этот последний. Вертолет со свергнутой четой летит к Чаушеску на дачу, на озеро Снагов. Сообщения о том, где находится обещанный Стэнкулеску резервный командный пункт, так и не приходит. Из Снагова свергнутый генеральный секретарь пытается дозвониться до командующих военными округами, и получает заверения о верности из города Питешть. Николае и Елена снова грузятся в вертолет, прихватив из Снагова два чемодана. Что в них было – просто смена одежды или припасенные на черный день ценности – так и осталось неизвестным.

Вертолет летит в Питешть, но в это время только что взявший на себя всю полноту командования армией Стэнкулеску объявляет воздушное пространство Румынии закрытым для полетов. Генерал жаждет окончательно избавиться от своего бывшего начальника, сбив его вертолет. Но кто-то из его подчиненных жалеет пилота и сообщает ему, что дальше лететь не стоит. Николае и Елена приземляются около Тырговиште. Остается единственное средство добраться до Питешть – выйти на трассу и заняться автостопом. Останавливается местный врач по фамилии Дека.

Двое охранников свергнутых правителей садятся в другую остановленную машину. Но к тому времени они приходят к пониманию, что служить Чаушеску больше не стоит, и просят шофера отстать и повернуть в другом направлении. И доктору Деке тоже не хочется возить свергнутого диктатора, так что он рассказывает Николае и Елене, что его машина сломалась. А что делать, изделие то с заводов социалистической Румынии! Несчастное изгнанное семейство ловит другую машину, которая таки увозит их в Тырговиште. Туда чета Чаушеску приехала уже без чемоданов из Снагова, скорее всего забытых в багажнике машины доктора Деки. Вскоре последний исчезает из Тырговиште в неизвестном направлении. Что-то ценное в чемоданах, похоже, было.

Директор Издательства технической литературы не лез под пули на Университетской площади 21 декабря, не собирал демонстрантов на заводах в ночь на 22 декабря. В то утро будущий лидер румынской революции как обычно пришел к себе на работу. Но он был общительным человеком, имевшим много знакомых, поэтому сумел получить полезную информацию о происходящем, а вскоре увидел из окна своего офиса толпы народу, идущие свергать власть.

Ион Илиеску родился в 1930г. Его отец был коммунистом-подпольщиком, умершим в тюрьме, что при власти коммунистов обеспечило Илиеску отличные возможности для карьеры. Правильным стартом карьеры в то время являлась учеба в Москве, что он и сделал в 1950 – 1954гг. В СССР коммунистические убеждения румынского комсомольца должны были закалиться, но получилось не совсем так. Среди советских студентов в те годы было много людей, видевших страну и общество, раздавленные всемогущим государством, и мечтавших о более гуманном социализме. Такая атмосфера подействовала и на Илиеску – он сделал успешную партийную карьеру, но заслужил репутацию либерала среди коммунистов.

Это помогло будущему лидеру революции во времена румынской оттепели, когда он добрался до поста министра по делам молодежи, и помешало, когда Чаушеску решил, что страну лучше заморозить. С 1971г. начинается медленный, но верный путь вниз – глава уездного парткома Тимишоары, потом Ясс, а с 1984г. – директор Издательства технической литературы, откуда он и начал обзванивать своих знакомых утром 22 декабря.

Знакомых было много – среди них подписант «письма шести» Брукан, группа старых военных во главе с Николае Милитару (это не совпадение, человек взял такую фамилию при поступлении в военное училище, чтобы никто не сомневался в его преданности избранной профессии), давно уволенных Чаушеску за то, что учились в СССР, сохраняли тесные связи со «старшим братом» и возможно шпионили в его пользу.

Считалось, что эти люди составляли просоветскую оппозицию в партии, но единственным их делом стало организованное Бруканом подписание «письма шести». Илиеску и Милитару до того момента, как разразилась революция, на рожон не лезли, и, тем не менее, поскольку «старшего брата» по старинке все еще боялись, имена этих людей были в румынской элите на слуху, и многие считали их единственно возможными преемниками Чаушеску. Почти все в просоветской группе были люди глубоко пенсионного возраста, перед которыми 59-летний Илиеску имел естественное преимущество.

В 13.45 у Стэнкулеску, пятнадцать минут назад отобравшего остатки власти у скитающегося по дорогам в окрестностях Тырговиште Чаушеску, раздается звонок. Директора издательства беспрепятственно соединили с фактическим руководителем государства. Состоялся разговор, после которого Илиеску покинул свою издательскую ссылку и поехал на телевидение.

Там он застает прибывшего из занятого повстанцами бывшего ЦК Романа. Последний знаком Илиеску, а особенно хорошо Брукану. В первую очередь благодаря отцу Петре – Вальтеру Роману, ветерану международного коммунистического движения, занимавшему важные посты в Румынии в 1950 – 60-е годы. Родившийся в 1946г. Роман-младший, похоже, с самого начала иллюзий относительно коммунизма не питал – он избрал научную карьеру, которой оставался верен до свержения коммунистов. Революция застала Романа в должности заведующего кафедрой политехнического института.

В 15.30 Илиеску и Роман уже в министерстве обороны. Армия и госбезопасность, отвергшие Чаушеску, но не готовые принять какого-нибудь вышедшего из народа революционера или диссидента в качестве главы государства – Илиеску, либеральный коммунист – Роман, один из предводителей революционеров, но не чужой и для элиты – сами революционеры, исходящие из того, что отныне с коммунизмом покончено. Такая связка должна попытаться взять под контроль скатывающуюся в хаос страну. Стэнкулеску вручает власть над Румынией Илиеску и Роману.

А уже из министерства обороны Илиеску и Роман едут в бывший ЦК и выходят на тот самый балкон. Огромная толпа по-прежнему занимает площадь. Начало общения новой власти с народом неудачное.

- Дорогие товарищи! – произносит Илиеску свое привычное. В ответ раздается дружный свист.

Но Илиеску хорошо владеет собой, чувствует окружающую обстановку и умеет к ней приспосабливаться. Так что через считанные минуты «дорогие соотечественники» благосклонно принимают сообщение о том, что сформирован Фронт национального спасения, который будет руководить страной до проведения свободных выборов. Вовсе без власти страна все равно жить не может, а других убедительных претендентов до сих пор не было видно.

А с этого момента с возможными претендентами начинают бороться. Отвергнутый и революционерами, и армией Вердец появляется на телевидении, но там его связывают и отправляют домой. Еще через некоторое время там же появляется небогатого, но интеллигентного вида старик. Это пришелец из иной эпохи, которому, тем не менее, еще удастся кое-что сделать в новые времена. Корнелиу Копосу – родившийся в 1914г. в тогда еще австро-венгерской Трансильвании, в межвоенной Румынии ставший секретарем лидера цэрэнистов Маниу, с 1947 по 1964 год сидевший в тюрьме – только что воссоздал национал-цэрэнистскую партию. Он тоже хочет обратиться к народу. Однако поздно, у телевидения теперь есть хозяин – Илиеску – и он распорядился Копосу туда не пускать. С этого момента начинается великая борьба за власть в посткоммунистической Румынии.

Новая власть должна как можно скорее объявить стране программу. Илиеску, планирующему реформы в духе «перестройки», поначалу не нравится созданная группой революционеров программа безоговорочного перехода к демократии. Но он отдает себе отчет, что его «не поймут» ни многие соратники по новому правительству, ни улица, и одобряет документ.

В ночь с 22 на 23 декабря по телевидению зачитывают Коммюнике Фронта национального спасения. Все прежние правящие структуры распускаются. Происходит жесточайший обрыв легитимности – вместо деспотических, но худо-бедно законодательно оформленных институтов, ближайшие месяцы страной предстоит править группе лидеров, которые сами себя провозгласили среди революционной сумятицы.

Источник их легитимности только один – они обеспечат проведение свободных выборов. С этой целью в Румынии отменяется однопартийное правление, народу гарантируются личные и гражданские свободы, включая право создавать любые партии. Многопартийные выборы назначаются на апрель 1990г. Страна вместо Социалистической Республики Румынии становится просто Румынией.

Впрочем, большинство прильнувших по всей стране к экранам зрителей одного из величайших в истории реалити-шоу, скорее всего, слушают Коммюнике не очень внимательно. С экрана на них обрушиваются куда более волнующие новости. Обстановка в стране стремительно меняется к худшему.

Около 18.00 на Дворцовой площади кто-то начинает стрелять из бывшего королевского дворца по бывшему ЦК. Знаменитый балкон пустеет. Только что свергнувший деспотию народ в страхе и тревоге покидает площадь. Стрельба усиливается и перекидывается на другие районы города. Начинаются три дня кровавой сумятицы.

В истории румынской революции загадочны слухи о проникновении в страну иностранных агентов перед началом событий, таинственны многие обстоятельства провала митинга 21 декабря, не до конца понятны некоторые детали начала волнений в Тимишоаре и Бухаресте. А теперь мы подошли к супертайне румынской революции – терроризму! С ночи на 23 до 25 декабря в Бухаресте, Тимишоаре и некоторых других городах кто-то вел огонь по правительственным учреждениям, общественным зданиям, войскам и просто людям на улицах. Борясь с ними, армия палила из пулеметов и пушек среди городских кварталов, разрушая памятники архитектуры и жилые дома. Сплошь и рядом испуганные и дезориентированные части вступали в бой друг с другом, думая, что атакованы неуловимыми и никому толком не известными «террористами». Телевидение доводило зрителей до истерии потоком пугающих новостей, политики призывали граждан выходить под пули на защиту революции, представители армии и госбезопасности наперебой клялись в верности новым властям, но некто грозный и неуловимый продолжал убивать всех подряд.

В тот момент вся румынская и международная информация о происходящем была однозначна – речь идет о контратаке всех или части сил госбезопасности, стремящихся восстановить правление Чаушеску. Последний находился в руках новых властей. Водитель второй машины, пойманной Николае и Еленой, - мастер по ремонту велосипедов Петришор - тоже никаких дружеских чувств к свергнутому семейству не питал. Он убедил беглецов спрятаться в Институте растениеводства в Тырговиште, а сам вызвал милицию. В 15.30 22 декабря свергнутые правители были арестованы и помещены в военную часть. 24 декабря руководство ФНС решает, что ради прекращения атак террористов супругов Чаушеску следует как можно скорее уничтожить.

25 декабря в Тырговиште прибывают члены наскоро сформированного трибунала. Состоявшийся в тот же день суд был больше похож на митинговую перебранку враждующих политиков, чем на юридическую процедуру. Члены трибунала сыплют реальными (упадок экономики и обнищание населения) и фантастическими (убийство 60 тыс. человек) обвинениями, или просто оскорблениями («эй, ты, наш академик, не умеющий читать» – обращение к Елене). Мужество не изменило Чаушеску и в этот момент – он не делает ни малейших попыток вымолить снисхождение, а только повторяет, что не признает законность трибунала.

Глупость тоже осталась при нем.

- Рабочие стоя аплодировали мне! – гордо бросает он обвинителям. Поскольку перед лицом смерти не врут, похоже, генеральный секретарь и в самом деле десятилетиями принимал за чистую монету все многочисленные инсценировки актов любви между партией и народом.

Суд произносит приговор, и чету Чаушеску ведут к стенке. Планировалось все сделать красиво – с последним желанием, священником, а также съемкой для телевидения. Но. Палачам Карла Английского, Людовика Французского или Николая Российского было легче – к моменту казней те уже много месяцев как не правили. А для солдат, которым предстояло отправить к праотцам румынского правителя, тот был президентом и главнокомандующим какие-то четыре дня назад. Так что командир расстрельного взвода перенервничал – как только Николае и Елену вывели во двор, он сразу выхватил пистолет и пальнул в них. Солдаты восприняли это как сигнал и открыли беспорядочный огонь по казнимым. Телевидение смогло запечатлеть лишь мертвые тела поверженных тиранов.

7 января 1990г. смертная казнь в Румынии была отменена.

25 декабря 1989г. стрельба в румынских городах и в самом деле прекратилась. Остались загадки. Террористы появились вечером 22 декабря непонятно откуда, убили несколько сотен человек и бесследно растворились в темноте рождественской ночи. На поле боя они не оставили ни одного убитого, ни одного раненного, ни одного пленного. Ни одно из румынских правительств последующих лет так и не смогло дать внятных разъяснений, почему так произошло, и толком не рассказало, кем были террористы.

Потом, в ходе политической борьбы в Румынии, возникло и стало популярным другое объяснение террора. Эта была инсценировка, устроенная руководством ФНС для того, чтобы разогнать с улиц восставший народ, вниманием которого в противном случае мог бы завладеть кто-то другой. Или для того, чтобы спровоцировать советское вторжение, а затем под прикрытием танков «старшего брата» восстановить у власти некую обновленную версию коммунистической партии. 23 декабря Брукан связывался с Москвой на предмет возможной военной помощи. Но положительного ответа из СССР не последовало, да и в новом румынском руководстве идея не всем пришлась по душе.

Или кому-то нужно было непременно устранить обвиненное в организации террора и потому разгромленное ведомство госбезопасности? Или до такой степени боялись, что Чаушеску расскажет что-то лишнее, что ради его казни затеяли весь адский спектакль?

Что это было на самом деле? В чьих секретных досье спрятана истина? Выплывет ли она когда-нибудь на свет божий? Румыны умеют загадывать головоломки.

Всего за время революции 1989г. погибли 1 104 человека, из них 162 – до бегства Чаушеску и 942 – после.

Но, так или иначе, трехдневный кровавый морок рассеялся, и в пробившемся сквозь него свете начали обозначаться контуры новой Румынии.

 

https://ridero.ru/bo...puti_vsekh_zol/


Сообщение отредактировал Марк: 15.02.2017 - 02:18 AM
Изменил размер шрифта
Ответить

Фотография Castle Castle 14.02 2017

Некоторые историки утверждают, что во время этих нашествий коренное дако-римское население было полностью уничтожено. Другие считают, что часть дако-римлян выжила и является предками современных румын.

Действительно,во времена ВПН по территории будущей Румынии не топтался только ленивый. Как в таких условиях дако-римское население смогло выжить, сохранить самобытность и ассимилировать захватчиков, если на всех соседних территориях произошли прямо обратные процессы? С.В.Алексеев приводит мнение, что румыны - не сколько потомки дако-римлян,сколько  потомки захваченных и уведенных в Паннонию в качестве рабов романоязычных жителей Империи (известно,что авары захватывали просто огромное количество  пленных). У авар якобы часть пленных пользовалась относительной свободой,  занимаясь отгонным скотоводством аварских стад и сильно варваризировалась. После гибели Аварского каганата часть "римлян" ушла из Паннонии в Дакию, став предками румын, другие ушли южнее (возможно  с ордой Кубера), под крыло басилевса, положив начало аромунам и менглерумынам.

Что думают уважаемые фороумчане об этой версии?

Ответить

Фотография Стефан Стефан 14.02 2017

Что думают уважаемые фороумчане об этой версии?

 

Факт оставления Дакии римлянами, означающий конец их господства на левом берегу Дуная, явился следствием кризиса III в., ослабившего силы империи. Надо было сконцентрировать римские войска на линии Дуная, чтобы обеспечить сохранность хотя бы правобережных владений. Римская цепь обороны порвалась в Дакии, надо было выбросить порвавшееся звено и заново скрепить укороченную цепь. Из провинции, где римляне продержались больше полутора столетия, были выведены войска, администрация и пожелавшие уйти с римлянами жители. Евтропий пишет, что римляне были выведены из городов и деревень9. Вряд ли можно думать о полном оставлении страны населением; крестьяне, привязанные к своим участкам, особенно жители отдаленных, мало романизованных районов, потомки коренного дакийского населения, вероятно, остались на своих местах. Верхние же романизованные слои населения и, по-видимому, большая часть городских жителей нашли себе новую отчизну на правом берегу Дуная, в бывшей {157} провинции Мёзии, в области, названной Аврелианом в честь утраченной «Dacia ripensis».

 

Нет ни одной надписи, которая свидетельствовала бы о существовании прежних жителей в оставленной провинции. С концом римского господства кончаются и все письменные памятники, но археологические находки проливают некоторый свет на этот вопрос. Раскопки Сармизегетузы показали, что город был сдан без боя. После приказа Аврелиана об оставлении провинции в городе осталось очень немногочисленное бедное население. Оно продолжало там жить еще в IV в. и, по-видимому, спасалось при нападении врагов в развалинах амфитеатра, где был найден клад с монетами Валентиниана (364‒375 гг.)10. Позднее город был окончательно покинут жителями. Письменность исчезла из провинции вместе с римлянами: она, видимо, почти не была усвоена исконным ее населением. Но в сфере материальной культуры римское влияние было сильнее: римские типы фибул и глиняной посуды продолжали бытовать у оставшегося населения. Бронзовые фибулы формы буквы «Т» найдены вместе с римскими монетами первой половины III в. около Бухареста и относятся еще к периоду римского владычества в Дакии. Появились они в результате развития фибул римского провинциального типа. Но подобные же фибулы найдены в районе римской Дакии и среди находок, относящихся в IV в. ‒ к периоду, когда Дакия уже перестала быть римской провинцией11. Это указывает на то, что влияние римской культуры продолжало здесь оставаться и что можно установить преемственность культур, а это могло быть лишь следствием сохранения в стране некоторой части прежнего населения. Последнее подтверждается раскопками могил Сынтана де Муреш (Трансильвания)12. Здесь во множестве земляных могил с трупоположениями найдено большое количество арбалетообразных фибул римского типа, бусы из синего стекла и из черной с белыми крапинками пасты. Найдено много глиняной посуды, причем она делится на два типа: первый приближается к римской керамике, второй содержит элементы, присущие керамике южно-русских могил. Эти погребения Дикулеску датирует периодом от 2-й половины III в. до 2-й половины IV в.13

 

Подобного же типа могильник был обнаружен в Спанцове (южнее Бухареста). Там в 1952 г. в одной из могил вместе со стеклянным сосудом и бронзовым лезвием была найдена {158} типично дакийская глиняная чаша14, свидетельствующая о сохранении в этом районе местного населения вплоть до IV в. Такие же могильники были открыты в Извоаре (Молдавия), Ойнаке (Мунтения) и других местах. Инвентарь этих могильников свидетельствует о сохранении традиций римской провинциальной культуры у населения Дакии и после оставления ее римлянами, но в настоящее время вопрос об этнической принадлежности этих могил еще остается неясным. Находка дакийской чаши в Спанцове как будто бы позволяет связать эти могильники с местным дакийским населением, но необычный для даков обряд погребения и близкие аналогии с могильниками так называемой Черняховской культуры, широко распространенными на тоге СССР, заставляют пока воздержаться от окончательных выводов.

 

Могильник, также относящийся к III‒IV вв., но с трупосожжениями, был найден в Морешти и в Поэнешти-Васлуй. В Морешти (на р. Муреш) среди могильного инвентаря имелись глиняные и стеклянные сосуды, бронзовые фибулы римского провинциального типа, иглы, монеты, бусы и другие предметы15. Могилы эти принадлежали местному дакийскому населению, проживавшему здесь и при римлянах. Это доказывает сохранение в Дакии части местного населения вплоть до IV в., сохранение ремесленного производства и приемов труда, выработанных римскими провинциальными ремесленниками, значительная часть которых, вероятно, происходила из местного населения и оставалась в покинутой римлянами провинции.

 

Все это свидетельствует о том, что римская оккупация не прошла бесследно, что римские традиции в какой-то мере были сохранены населением, что определенная преемственность культуры в этой области, несомненно, существовала. {159}

 

 

9 Еutrop., IX, 15. {157}

 

10 С. Daicoviciu. Sarmizegetusa et ses environs, стр. 17.

 

11 «Dacia», т. V‒VI, стр. 244‒245 и 242, рис. 3, 9 и 10.

 

12 D. Diculesсu. Die Wandalen und die Gothen in Ungarn und Rumanien, Lpz., 1923, стр. 16.

 

13 Там же, стр. 17. {158}

 

14 SCIV, 1953, 1‒2, стр. 220 сл.

 

15 SCIV, 1953, 1‒2, стр. 297 сл. {159}

 

Кругликова И.Т. Дакия в эпоху римской оккупации. М.: Изд-во Академии наук СССР, 1955. С. 157‒159.

Ответить

Фотография Марк Марк 15.02 2017

После гибели Аварского каганата часть "римлян" ушла из Паннонии в Дакию, став предками румын, другие ушли южнее (возможно  с ордой Кубера), под крыло басилевса, положив начало аромунам и менглерумынам.

 

Авары захватили Панноннию в VI в. К тому времени там, на правах федератов, давно топтались потомки выходцев из конгломерата разных племен и народов, большей частью германоязычных (маркоманны, квады, вандалы и пр.). Вестготы были последними кто владел Паннонией перед гуннами. И только потом появились авары с лангобардами. Там римлян-то, как таковых, уже давно не было. Ну разве администрация еще таковой себя считала. Уже в IV в. Аврелий Виктор считал население иллирийских провинций как "военных и полуварваров". Местное население к приходу аваров вообще утратило всякую связь с романизацией.  См. Колосовская Ю. К. "Паннония в I-III вв.".

О какой части "римлян" речь вести можно, да еще после падения (гибели - по Алексееву) каганата? Смех!

Что же касается Дакии, то, если коротко, картина была более удручающей. Так как оставлена она была еще раньше - в III в. По мнению Колосовской эвакуация Дакии происходила в два этапа: "военная власть римлян была утрачена при Галлиене, а политическая и административная власть - при Аврелиане <...>.После эвакуации Дакии в ней исчезают латинские надписи и отсутствуют другие письменные свидетельства о прежнем населении провинции. Городская жизнь в Дакии замирает. Города перестали быть экономическими и культурными центрами. Не были они и средоточием торговли и ремесла. Специализированное ремесленное производство, которое в Дакии достигло высокого уровня, прекратило существование. Господствующее положение готов на левобережье Нижнего Дуная удерживалось до нашествия гуннов, которое принесло на Дунай новую расстановку сил в племенном мире".

См. Колосовская Ю. К. "Рим и мир племен на Дунае  I-IV вв. н. э". М."Наука", 2000 г., С. 147-156.

Ответить

Фотография Castle Castle 15.02 2017

О какой части "римлян" речь вести можно, да еще после падения (гибели - по Алексееву) каганата? Смех!

Он имеет в виду не тех валахов, что могли остаться в Паннонии после ухода римлян, а романоязычное население провинций, захваченных аварами в походах и уведенное в Паннонию. Дескать там они сильно варваризировались,. стали преимущественно пастухами, кочевали со стадами своих хозяев по окрестным странам и выбрали  Дакию для базирования. Другие ушли в Македонию, где основали впоследствии "Великую Валахию".

Жалко он не пишет,на чем основано это предположение - есть какие то данные или все это высосано из пальца. Аромуны и менглерумыны ведь могли быть и потомками местного романоязычного  населения, не очень понятно откуда вдруг взялись сами румыны. 

Ответить

Фотография Стефан Стефан 15.02 2017

В 271 г. Дакия по приказу императора Аврелиана была покинута римскими войсками и прекратила свое существование в качестве провинции. Вопрос о том, все ли население ушло вслед за отступающими римскими войсками или часть его оставалась жить на прежних местах, ‒ один из важных и спорных вопросов, связанных с этногенезом румын. Этот вопрос получил весьма убедительный ответ от археологов, в частности, в упомянутой уже монографии Д. Протасе. Как показали исследования археологических и нумизматических материалов, значительная часть романизованного и нероманизованного гето-дакийского населения продолжала жить на прежних местах в различных районах бывшей провинции вплоть до середины V в. н.э., когда гуннское нашествие заставило население Трансильвании, как местное, так и пришлое, искать спасения либо в горах, либо на других территориях.

 

При эвакуации римляне выводили прежде всего население городов, в частности, ремесленников и торговцев. Были заброшены и крупные поместья типа villa rustica. Однако вплоть до середины V в., до самого гуннского нашествия, ряд городов был обитаем, хотя и количество населения в этих городах, и уровень их жизни резко понизились. Общественные и частные городские здания были заброшены и постепенно превращались в руины, вышла из строя вся система городских коммуникаций и благоустройства (водопроводы, канализация, бани, мощеные дороги и улицы, театры и т. д.).

 

Обширные помещения зданий римского времени кое-где перегораживались, служа примитивными жилищами и т.п. Такие примитивные жилища открыты в развалинах римских зданий в Сармизегетусе во дворце Августалиев. Городской амфитеатр здесь был превращен в укрепление, входы в него завалены камнями. Внутри сохранились остатки обитания IV в. н.э.; в одной из лож амфитеатра был найден {20} клад бронзовых монет императора Валентиниана I (364‒375). В Напоке (современный Клуж) найдены остатки гончарной мастерской IV в. и поселение этого времени. В городах сохранились лишь отдельные ремесленники, снабжавшие своими изделиями сильно поредевшее городское население. Это население продолжало хоронить умерших по традиционному римскому обряду ингумации. Значительная часть сельского населения и после ухода римских войск продолжала жить на прежних местах. Во многих областях бывшей римской провинции открыты поселения III‒IV ‒ начала V вв. ‒ Чоройу Ноу, Вербица (в Олтении), Порумбень Мичь, Муджень, Себеш, Ернут и др. в Трансильвании. Иногда такие поселения располагались на территории бывшей villa rustica, как, например, поселение Ернут III‒IV вв. н.э. Жилые землянки строились с использованием кирпичей и черепицы из развалин строений villa rustica. В III ‒ середине V вв. появился и ряд новых местных сельских поселений, часто на развалинах римских каструмов и других укреплений (Аркюд, Мэнештур возле Клужа, Ношлак возле Турда, Братей, Сопорул де Кымпие и др.). На холме Проштя Мика в Трансильвании в IV в. возникло поселение с земляным оборонительным валом. В отличие от жителей города, жители сельских поселений погребали своих умерших по древнему дакийскому обряду ‒ кремации. Могильники и отдельные погребения III‒IV вв. открыты во многих пунктах в Трансильвании (Лекинца де Муреш, Сопорул де Кымпие, Проштя Мика, Ернут, Стэрецень, Братей и др.). В целом материальная культура стала гораздо более примитивной после ухода римлян, однако отдельные элементы провинциальной римской культуры сохранились, в частности, в гончарном производстве, где длительное время после ухода римских войск в Дакии сохранились гончарные горны и гончары, владевшие всеми навыками римского производства посуды, наряду с распространением и грубой примитивной посуды, формы и технология производства которой говорит о возрождении древних дакийских, еще доримских традиций. Римские традиции продолжались не только в гончарстве, но и в других областях производства, например, в производстве таких типичных провинциально-римских фибул (фибулы с тремя «луковичными головками», найденные в погребениях IV в. в Апулуме и др.). Наряду с преобладающим после эвакуации сельским хозяйством продолжали существовать и некоторые ремесла ‒ кузнечное, гончарное, ювелирное. Существовало, хотя и в меньших размерах, чем раньше, и товарное производство, и денежное обращение. Население Дакии не утратило полностью и связей с империей, вероятно, вывозя туда продукцию сельского хозяйства и ввозя монеты, различные изделия провинциально-римского типа: фибулы, светильники, стеклянную посуду, изделия из бронзы и серебра. О существовании денежного обращения свидетельствуют довольно многочисленные находки римских монет III ‒ середины V вв. на территории Дакии. В обращении по-прежнему была римская монета, теперь уже не серебряная, а главным образом медная. После подъема денежного обращения в первой половине IV в., в конце этого века снова наступил упадок, видимо, связанный с усилением набегов варварских племен на территорию бывшей провинции. В материальной культуре конца III ‒ первой половины V в. в Дакии прослеживаются следы древней дакийской культуры еще доримского времени (кремация, некоторые формы посуды и т. д.), такие черты обнаружены в Дакии более чем в 30 пунктах. Римская Дакия была со всех сторон опоясана поселениями свободных непокорных даков и других варварских племен.

 

Трансильвания имеет хорошую естественную природную защиту ‒ горный пояс Карпат. Поэтому именно сюда, спасаясь от участившихся набегов различных мигрирующих племен, переселялись с равнин свободные даки, продвигаясь с востока, юга, запада. В восточной части Трансильвании открыты поселения свободных даков-карпов (Безид в верховьях Тырнавы, Речь в верховьях Олта и их могильники у Медиаша и др.). Поселения даков, переселившихся в Трансильванию с юга из Мунтении, открыты в предгорьях Карпат у Стэнешть и Килии, открыты и памятники переселившихся в Трансильванию даков с запада из Кришаны ‒ например, могильник у с. Чипэу в Центральной Трансильвании. Вместе с тем и после ухода римлян в Дакии продолжало жить значительное романизованное население ‒ носители традиций провинциально-римской культуры, многочисленные следы обитания которого прослеживаются вплоть до середины V в. н.э.

 

За пределами римской Дакии ‒ в Молдавии, Мунтении, Кришане, а также Марамуреше и части Олтении ‒ продолжалось развитие местной гето-дакийской культуры, испытывавшей на себе лишь более или менее сильное влияние римской провинциальной культуры. М. Комша в работе «Проникновение славян на территорию Румынской Народно-Демократической Республики и их связи с автохтонным населением» замечает, что проникшие в VI в. во внекарпатские области славяне соприкоснулись здесь и сосуществовали с местным римским населением, и делает сноску следующего содержания: «Здесь нужно отметить, что, кроме территории бывшей Дакии, в течение III‒VI вв. романизовались и территория Мунтении и часть Молдовы вследствие переселения в эти области римского населения, либо из провинции Дакии, либо с юга от Дуная из Мезии, о котором свидетельствуют как письменные, так и археологические данные». М. Комша не {21} приводит никаких данных, подтверждающих раннюю романизацию за пределами римских провинций, да нам такие источники и не известны. Более того, как явствует из указанной работы Д. Протасе, даже в самой Дакии романизация не была сплошной и всеобщей. Со времени публикации цитированной статьи прошло уже 10 лет, однако М. Комша так и не написала об этом подробной работы, да и не подробной тоже. Хотя, как будет показано ниже, в румынской археологической науке желающих видеть раннюю романизацию за пределами Дакии и Мезии, по всей территории страны, недостатка не ощущается. В самой же Дакии после эвакуации римлян на первое место выдвинулись остальные восточные области бывшей провинции с их преимущественно сельскохозяйственным производством и относительно слабой романизацией. Уход римлян привел к известному возрождению и укреплению местных доримских гето-дакийских традиций, привнесенных на территорию провинции свободными гето-даками, продвинувшимися сюда после ухода римлян.

 

На протяжении сотен лет, со времен раннего гальштата культурное и этническое развитие местного населения ‒ фракийцев и выделившихся из них гето-дакийцев носило, в общем, последовательный и непрерывный характер. В результате этого на протяжении II‒III вв., главным образом на территории Дакии, появился новый этнос ‒ романизированное местное гето-дакийское население. Однако в этнической истории населения Румынии, особенно после оставления Дакии римлянами, все большую роль стали играть вторжения новых в этническом отношении племен и союзов с востока, севера и запада. Так, с востока двигались сарматы, с севера ‒ германские племена, серьезные опустошения принесло гуннское нашествие. Этническая и культурная стабилизация началась лишь в VI‒VII вв., и связана она c появлением нового важнейшего этноса на территории Румынии ‒ славян ‒ и завершающим этапом этногенеза румынского народа. {22}

 

Фёдоров Г.Б. Этногенез волохов, предков молдаван, по данным археологии (историографический аспект) // Stratum plus. Археология и культурная антропология. 1999. № 5. С. 20‒22.

http://cyberleninka....icheskiy-aspekt

Ответить

Фотография Strainu Strainu 15.02 2017

Во всех уличных столкновениях недавнего времени (Вильнюс-91, Москва-93, Майдан-14) присутствуют какие-то загадочные снайперы, которые стреляют, а потом бесследно исчезают. Это похоже на пресловутую черную кошку в темной комнате, которую никак не удается поймать)

 

За Румынию могу сказать, что основных версий две. Первая - силы, верные Чаушеску, пытались восстановить его власть. Вторая - провозгласивший себя вечером 22 декабря правителем Румынии Илиеску и поддержавшие его силовики затеяли масштабную провокацию, чтобы согнать с улиц Бухареста демонстрантов, так как боялись, что те могу выдвинуть каких-нибудь других лидеров. Ну и еще куча всего другого - борьба за власть армии и секуритате, провокация с целью спровоцировать советское вторжение... Короче, увлекательно.

Ответить

Фотография Strainu Strainu 15.02 2017

Как в таких условиях дако-римское население смогло выжить, сохранить самобытность и ассимилировать захватчиков, если на всех соседних территориях произошли прямо обратные процессы? С.В.Алексеев приводит мнение, что румыны - не сколько потомки дако-римлян,сколько  потомки захваченных и уведенных в Паннонию в качестве рабов романоязычных жителей Империи (известно,что авары захватывали просто огромное количество  пленных). У авар якобы часть пленных пользовалась относительной свободой,  занимаясь отгонным скотоводством аварских стад и сильно варваризировалась.

 

Да, это в самом деле большая историческая загадка. Дакия - самая захолустная и самая кратковременная римская провинция стала романской страной, подвергшиеся куда большему римскому влиянию Мезия, Фракия и Иллирия - уже давно славянские Сербия и Болгария. Упомянутая Вами версия неплохо объясняет такое исчезновения романского элемента на южных Балканах и его усиление в Карпатах и Трансильвании, так что правдоподобна.

Посему внесу свои 5 копеек в ее подкрепление. В книге Istoria Romanilor. vol 1. C C Giurescu на стр 218 цитируется отрывок из "Жития Димитрия Солунского". Сразу должен оговориться, что в русскоязычных версиях Жития такого не нашел, но тема варварских нашествий на римские Балканы там присуствует, так что в какой-то  из версий могло быть и такое. За неимением русского текста предлагаю мой перевод с румынской цитаты. "Славяне и авары, опустошив всю Иллирию, вместе с Родопами и всеми другими провинциями Фракии до стен Византия, увели оттруда все население за Дунай, в места, расположенные около Паннонии, столица которой Сирмий. Там аварский каган поселил всех пленных, которые затем смешавшись с болгарами, аварами и другими язычниками, создали большой и многочисленный народ". 

Ответить

Фотография Ученый Ученый 15.02 2017

 

Во всех уличных столкновениях недавнего времени (Вильнюс-91, Москва-93, Майдан-14) присутствуют какие-то загадочные снайперы, которые стреляют, а потом бесследно исчезают. Это похоже на пресловутую черную кошку в темной комнате, которую никак не удается поймать)

 

За Румынию могу сказать, что основных версий две. Первая - силы, верные Чаушеску, пытались восстановить его власть. Вторая - провозгласивший себя вечером 22 декабря правителем Румынии Илиеску и поддержавшие его силовики затеяли масштабную провокацию, чтобы согнать с улиц Бухареста демонстрантов, так как боялись, что те могу выдвинуть каких-нибудь других лидеров. Ну и еще куча всего другого - борьба за власть армии и секуритате, провокация с целью спровоцировать советское вторжение... Короче, увлекательно.

 

На мой взгляд Румыния Чаушеску была тоталитарным полицейским государством. Как могли туда проникнуть вооруженные диверсанты? Хотя в принципе этого нельзя исключить, это все же маловероятно. Более интересный вопрос - почему так быстро казнили Чаушеску, как будто хотели что-то скрыть. Было бы логичней устроить показательный процесс.

Ответить

Фотография Strainu Strainu 17.07 2017

  Из румынской тоталитарности были исключения. Советских граждан пропускали беспрепятственно. Видимо, доверяли нашим фильтрам, через которые проходили желающие уехать из СССР. Так что советские диверсанты (если, конечно, верить рассказам румын про них) проникли легально, назвавшись туристами. 

  Про тогдашинй режим на венгерско-румынской границе и возможные способы проникновения венгерских диверсантов, к сожалению, не знаю.

Ответить

Фотография Strainu Strainu 17.07 2017

В России 2017 год – столетняя годовщина, думаю, понятно чего.

У Румынии в 2017 году есть свое официально и с размахом отмечаемое столетие.

Причем румынская дата куда менее противоречива, чем вызывающая ожесточенную полемику русская революция (или революции – даже в этом нет согласия). Она (разумеется, при всей разнице масштабов и значения) – аналог нашего Сталинграда. В 1916 г. румыны терпели страшные поражения, потеряли большую часть армии и две трети территории, включая столицу, а в 1917 сумели зацепиться за последний рубеж и остановить врага. Это произошло в июле и августе в сражении при Мэрэшешть и в более мелких боях у Мэрешть и Ойтуза.

Для русских любопытным может быть то обстоятельство, что в этих ключевых для румын событиях 1917 года Россия приняла значительное участие. Во-первых, если бы русская армия не спасла румынскую в декабре 1916 года, у румын могло бы и не быть возможности достойно подготовиться к летней кампании 1917. Во-вторых, у Мэрэшешть, Мэрешть и Ойтуза немцам противостояли не только румыны, но и русские.

Тем примечательнее контраст восприятия этих событий в России и в Румынии. Там столетие сражения у Мэрэшешть – важнейшая историческая дата нынешнего года. Здесь оно напрочь теряется в тени русской революции.

В результате, когда я шесть лет назад писал историю Румынии, поиск информации о русском участии в важнейших румынских сражениях Первой мировой войны оказался весьма сложным делом. Румынских рассказов об этих событиях полно, но они чаще всего ограничиваются кратким упоминанием типа, «русские там тоже были», а иногда ругают союзную армию за то, что она разваливалась под влиянием революционной пропаганды и не хотела сражаться.

Наиболее выразительный отрывок содержит не румынская, а написанная по свежим следам событий английская книга (A History of the Great War. John Buchan. Boston, NY, 1923, vol. 4 pp. 33 – 34; кстати, весьма основательный труд, рекомендуемый всем, кто хочет поглубже вникнуть в тему Первой мировой войны). «В эти дни можно было видеть исполненное драматизма зрелище – русские подразделения, без приказа командования уходившие со своих позиций, распевая задушевные песни о свободе, и усталых румынских солдат, решительно шедших на замену русским дезертирам, бросая на них презрительные взгляды.»

Мне хотелось найти какое-нибудь свидетельство, которое составило бы противовес столь нелицеприятному описанию русской армии. Увы, успехом такие попытки не увенчались – в румынских и западных источниках ничего другого не было, а никаких русских повествований о тех событиях не нашлось. За прошедшие годы, правда, обнаружились перемены к лучшему – довольно толковая статья о Мэрэшешть появилась в русскоязычной Википедии https://ru.wikipedia...а_при_Мэрэшешти.  Оттуда я сумел взять и вставить в свою книгу данные о русских потерях в этом сражении – 25 000. Потери румын были ненамного больше – 27 000. Если бы русская армия вовсе отказывалась сражаться, таких жертв у нее, наверное, бы не было. Хотя, с другой стороны, все мы знаем, что боевой дух русской армии летом 1917 был не на высоте.

 В результате, соотвествующий отрывок румынской истори получился таким.

 

17 августа 1916г. в Бухаресте была подписана конвенция между Румынией с одной стороны, Россией, Великобританией, Францией и Италией, с другой. Соглашение предусматривало вступление Румынии в войну, за что ей в случае победы было обещано присоединение Трансильвании, Буковины и земель венгерской равнины аж до Тисы, хотя на берегах этой реки никакого румынского населения не было. Сама Румыния в то время располагала лишь тремя заводами, производившими легкое оружие, так что западные союзники обязались снабжать румын вооружениями. Французское и английское оружие для румынской армии возили по Северной Атлантике до Мурманска, затем по железной дороге через всю Европейскую Россию. Румыны были приняты в Антанту по настоянию Франции, вопреки возражениям российского главнокомандующего Алексеева, полагавшего, что румынская армия не сможет защитить территорию страны, с трех сторон окруженную врагами, и эта задача ляжет на плечи русской армии.

Сбылась давняя мечта Румынии – в союзе с латинскими сестрами Францией и Италией она вступила в бой за освобождение соотечественников из-под власти Венгрии. Сам выбор направления удара был продиктован национальной идеей, а не стратегическим расчетом. Вместо того, чтобы ударить по слабой и угрожаемой войсками Антанты из района Салоник Болгарии, Румыния оставила на болгарской границе лишь относительно небольшой заслон, бросив основные силы на захват Трансильвании.

28 августа румынская армия пересекла границу Австро-Венгрии, уже 29 румыны маршировали по улицам Брашова, в следующие дни последовали Сибиу и Сигишоара, а на одиннадцатый день наступление было остановлено. Дело в том, что резко изменилась в худшую сторону обстановка на юге. У болгар хорошо получилось расквитаться за 1913г. – в первые дни сентября они при поддержке немецких частей нанесли румынской армии жестокое поражение у Тутракана в южной Добрудже.

Эти события позволили немцам и австрийцам выиграть время для переброски войск в Трансильванию. В начале октября они нанесли контрудар, заставивший румынскую армию поспешно отойти на карпатские перевалы. Брашов был оставлен 8 октября. Румынским войскам удалось удержать Предял, но оборона в более широкой долине Олта в ноябре была прорвана. Немцы и австрийцы преодолели Карпаты и захватили Олтению. Короткое торжество первых дней войны сменяется катастрофой.

22 октября болгарские и немецкие войска взяли Констанцу. 23 ноября силы под командованием Макензена, немецкого генерала, в 1915г. прорвавшего русский фронт под Горлицей, начинают наступление со стороны Болгарии на Бухарест. Предпринятая 29 ноября – 3 декабря попытка румынской армии остановить немцев и болгар на реке Арджеш обернулась жестоким поражением. 6 декабря 1916г. немцы входят в Бухарест и развивают наступление далее на северо-восток.

За первые четыре месяца войны погибли или попали в плен 250 000 румынских солдат, в распоряжении румынского командования остались боеспособные части численностью 70 000. Правда, у Румынии было еще 400 000 новобранцев, которых мобилизовали, но не успели вооружить. Теперь им было приказано отходить в Молдавию. В адской неразберихе разгрома многие из них, наверное, могли бы убежать домой, но, тем не менее, они покорно пошли на северо-восток, чтобы создавать там новый фронт. В том же направлении устремились три с половиной миллиона гражданских беженцев. Бегство началось в осеннюю распутицу, затем ударили зимние морозы. Большая часть запасов продовольствия досталась наступающему неприятелю, так что в Молдавии начался голод. За голодом и холодом пришла эпидемия тифа.

Прогноз генерала Алексеева сбылся. Чтобы предотвратить захват неприятелем всей румынской территории и его наступление на юго-западные области России, в декабре 1916 – январе 1917г. пришлось срочно перебрасывать более полумиллиона российских солдат в Румынию и развертывать их на фронте от Буковины до устья Дуная. В результате немцы и австрийцы остановились в начале января на линии Фокшаны – Брэила, старой валашско-молдавской границе. Русские заняли 400-километровый участок фронта, румыны на первых порах могли держать лишь 70 км.

Такая операция потребовала от России огромного напряжения сил. Очень трудно пришлось и без того перегруженным военными поставками железным дорогам. В конце февраля 1917г. в Петрограде вспыхнули волнения, причиной которых было отсутствие черного хлеба в столичных магазинах. Продовольствия в России хватало, но его не смогли вовремя доставить в Петроград из-за нехватки паровозов. Уж не усилие ли по спасению Румынии стало роковым для Российской империи?

Так что в феврале 1917г., вдобавок к ужасу собственного поражения, румынская элита могла лицезреть потрясающий спектакль чуть ли не мгновенного исчезновения веками стоявшей незыблемо российской монархии. Даже убийство Распутина уже ничего не могло дать династии Романовых, покинутых едва ли не всеми, за исключением бессарабского депутата Пуришкевича. Основанные на власти аристократии режимы, уже подточенные индустриализацией и урбанизацией, не выдержали современной войны. Миллионы простолюдинов, приобщившиеся к новым идеям за предвоенные десятилетия и получившие в руки оружие во время войны, были готовы исполнить самые смелые мечты революционеров, так что политический пейзаж Европы стал меняться с поражающей воображение быстротой.

Не в лучшем положении была и румынская монархия. Катастрофа 1916г. вызвала в румынском обществе бурю обиды за слабость и несовершенство своего государства. «Страна дрянная, страна, ничтожная… верхушка которой больна сифилисом, а народ пеллагрой», - писал в дни бегства из Бухареста трансильванский публицист Октавиан Гога. Зато страшное потрясение от разгрома и оккупации, а потом еще и поразительные вести из России подействовали.

В эти роковые месяцы румынская элита продемонстрировала такие волю и сплоченность, какие были абсолютно непредставимы в предвоенные годы. Король, правительство и парламент, бежавшие в старую молдавскую столицу Яссы, согласовали решение о введении равного и прямого всеобщего избирательного права и осуществлении радикального перераспределения помещичьих земель в пользу крестьян. 5 апреля 1917г. король Фердинанд выступил с обращением к солдатам, в котором обещал провести эти преобразования сразу по окончании войны.

Румыния заявила, что будет сражаться до последнего, и сделала все, чтобы подтвердить свою волю на деле. За четыре месяца, в условиях голода и разрухи, выведенные в Молдавию новобранцы были вооружены и сформированы в боеспособную армию. Оружие из стран Антанты рекой текло в Румынию, благо Россия еще не погрузилась в анархию, и ее железные дороги продолжали работать с полной отдачей. Но кормить миллионы солдат и беженцев приходилось в основном за счет местных ресурсов, так что обрушившиеся на молдавских крестьян реквизиции были беспощадными. Сохранилась статистика, согласно которой 70% детей, родившихся в Молдавии в 1917г., умерли, не дожив до года.

Эти месяцы стали звездным часом королевы Марии – она работала сестрой милосердия, ездила по военным лагерям и фронтам, пусть и не полностью разделяя бедствия своего народа, но имея мужество смотреть им в лицо, не теряя присутствия духа. Эта необычная для румынского общества эмансипированная женщина с твердым характером сумела понравиться народу, и даже байки о романах королевы с румынскими аристократами и иностранными офицерами скорее помогали, чем мешали ей.

Времени у румынского руководства было в обрез – русская армия прикрывала Румынию, но с каждым месяцем щит становился все менее надежным. Либеральная революция в России настежь открыла ворота социалистической пропаганде, и армия радостно отдалась мечтам о грядущем братстве населения всемирной коммунистической деревни. Весной 1917г. русские солдаты ходили на демонстрации и митинговали по случаю первомайских праздников. Позвали они с собой и румын – часть рабочих откликнулась, солдаты на митинги не пошли.

Но все же румыны успели. В июне 1917г. на большей части румынского фронта началась замена русских частей воссозданной румынской армией. В июле премьер-министр России Керенский начал наступление в Галиции. Оно было поддержано ударом русских и румынских войск в районе Мэрешть. Русские прорвали австрийский фронт, но наступление не получило развития. Многие части русской армии заявили, что не желают больше воевать, и остановились. Контрудар немцев и австрийцев быстро привел к поражению русской армии, которая вновь оставила Буковину.

Одержав победу над русскими, немцы и австрийцы пришли к выводу, что пора покончить с Румынией. 6 августа 1917г. войска под командованием Макензена прорвали русско-румынский фронт на юго-западе Молдавии, и в течение недели успешно наступали вглубь румынской территории. В какой-то момент казалось, что все кончено. Король и правительство начали готовиться к бегству в нелюбимую ими, и в самом деле становившуюся опасной для монархов Россию. Но 14 августа на фронт прибыли румынские подкрепления, встретившие немцев у местечка Мэрэшешть. Отступать было уже некуда, и прижатые к стенке румыны стояли до последнего. Как это делали армии Штефана Великого во время турецких вторжений, и как, возможно, поступали еще более дальние предки румын, когда гунны, авары или славяне загоняли их в лес или ущелье, из которого уже некуда было бежать. Оценить роль русской армии в этом сражении затруднительно. Румынские и западные источники утверждают, что русские почти не сражались, а «уходили с позиций, распевая песни о свободе». Русские источники молчат об этом последнем крупном сражении, данном старой русской армией. 19 августа силы немецкой и австрийской армий истощились, Макензен приказал прекратить попытки прорвать румынский фронт.

В сражении, спасшем румынское государство от гибели, 245 000 немцев и австрийцев противостояли 218 000 румын и примерно 100 000 русских. Немецкие и австрийские потери составили 47 000, румынские – 27 000, русские - 25 000. 

https://ridero.ru/bo...puti_vsekh_zol/

 

Увы! Так и остался открытым вопрос – неужели не сохранилось ни одного русского свидетельства о сражениях при Мэрэшешть, Мэрешть и Ойтузе?

Оно было бы обидно. Все-же примечательная историческая веха – последнее крупное сражение, данное старой, дореволюционной русской армией.

Или я просто плохо искал, а на самом деле русские описания сражений в Румынии летом 1917 года все-же имеются?

Ответить