←  Новое время

Исторический форум: история России, всемирная история

»

День взятия Бастилии

Фотография molotok molotok 14.07 2007

Доброго всем времени суток! Сегодня 14 июля Франция отмечает праздник - день взятия Бастилии! :)


День взятия Бастилии - национальный праздник Франции. В 1789 году восставшие парижане штурмом взяли крепость-тюрьму Бастилию - символ королевского деспотизма и освободили семерых заключенных. Это событие считается началом Великой французской революции.

День взятия Бастилии отмечается не только во Франции, но и во всем мире. Осада и взятие Бастилии - одно из грандиозных событий в истории человечества. Оно стало символом всякого достигнутого революционным путем политического освобождения, самое слово «Бастилия» стало нарицательным.

1. Идеи революции.
В каждом государстве всегда кто-нибудь недоволен жизнью. Когда
недовольных становится много и они объединяются - возникают волнения,
восстания, стачки, бунты. Когда и как возникает революция? Революция - это
результат длительного недовольства больших масс населения своей жизнью,
властью, законами. Революция предполагает объединение в своем недовольстве
самых разных слоев общества. У них, конечно разные цели, разные интересы,
но есть одно желание - избавиться от той жизни, которая есть сейчас. Бунт
против существующих порядков - основная связующая всех нить революции. Но
для революции важно ещё и другое: должны быть люди, которые не просто хотят
разрушить существующее, но и знают чем заменить разрушенное. Каждая
революция несет свои идеалы новой жизни, правды и справедливости.
Во Франции было два мощных течения, которые подготовили и совершили
революцию: а)буржуазия, или третье сословие, которое было пропитано
великими идеями просвещения и имело свои представления относительно
политического переустройства государства и б)крестьянство (а также
городской пролетариат) со своим отчаянным стремлением к улучшению жизни. И
когда эти два течения совпали, объединились с одной, вначале общей для них
целью, а затем оказали взаимную поддержку друг другу и наступила революция.
Философы и просветители XVIII в. давно подрывали основы
современных им государств, где политическая власть и громадная доля
богатства принадлежали аристократии и духовенству, в то время как народные
массы находились в полунищем состоянии. Они провозгласили верховное
владычество разума и выступали с проповедью веры в человеческую природу.
Веры в то, что человек сможет проявить свои хорошие стороны, как только ему
будет дана свобода и восстановлена справедливость. Идеи равенства всех
людей без различия рода и племени, обязанность всякого гражданина, будь
от король или крестьянин, повиноваться закону, установленному
представителями народа, свободные договоры между свободными от феодальной и
крепостной зависимости людьми - все эти требования философов, связанные в
одно целое, проникнув в массы французского народа, подготовили в умах
падение старого строя.
Изучение политических и экономических вопросов нового строя, благодаря
работам Юма, Гоббса, Монтескье, Руссо, Вольтера, было весьма
распространённым занятием буржуазии. Работы по экономическим вопросам и
роли частной собственности были очень популярны в обществе. И ещё до того,
когда вспыхнула революция идеал централизованного, благоустроенного
государства под управлением людей, обладающих земельной и промышленной
собственностью или же занимающихся свободными профессиями, намечался во
множестве книг и брошюр. Отсюда деятели революции и черпали
впоследствии свое вдохновение и свою обдуманную энергию.
Идеалом третьего сословия было дать Франции конституцию. Король должен
стать лишь символом национального единства, утверждающим волю парламента,
и иногда удерживающий равновесие между партиями. Настоящая же власть
должна быть выборной и находиться в руках парламента, в котором
образованная буржуазия, представляющая деятельную и думающую часть нации,
главенствовала бы над всеми остальными сословиями. При этом государство
должно, утверждали они, способствовать обогащению частных лиц и
накоплению больших состояний. Многие верили, что обогащение отдельных лиц -
путь обогащения всего народа. Экономические пожелания того времени можно
отразить понятием "свобода промышленности и торговли", предполагающие
наличие большой массы рабочих рук, за счет высвобождения крестьян от
феодальной зависимости и устранение государственного вмешательства,
стесняющего предпринимателя.
По своим устремлениям, знаниям, навыком в политических делах, по
своей сознательности и последовательности буржуазия, конечно же
превосходила простой народ, который не создал себе общественного и
экономического идеала. И хотя великие идеи свободы и равенства дошли до
самых темных уголков. Хотя в умах уже вспыхивал огонёк возмущения и бунта,
и надежда на близкую перемену заставляла биться сердца даже самых забитых
людей, идеи народного освобождения и экономических преобразований
проявлялись в народе лишь в форме простого отрицания и неясных стремлений к
чему-то. Многие лидеры так и думали: «К чему говорить народу, как будет
устроено будущее? Это только охладит революционный пыл. Пусть только у
народа хватит сил для нападения на старые учреждения, а там видно будет,
как устроиться». Вот почему мысль народа чаще выражалась в лозунгах: «Долой
десятину! Ничего не платим! На фонарь аристократов!» Это отсутствие у
народа ясного понятия о том, что можно ждать от революции, привело
впоследствии к самым разным столкновениям. И вылилось в анархию и стихию.

Французская революция стала практической кульминацией философии
просвещения, носившей все великие идеи позднейшего времени.

"Познай истину и истина сделает тебя свободным" - вот неизменный
лозунг того времени. Вместе с человечеством, считали философы,
совершенствуется и разум: возрастает сумма знаний и умений, устраняются
предрассудки, разум становится все более логичным, независимым от страстей
и групповых интересов, постепенно он осознаёт не только ближайшие, но и
отдаленные последствия событий, он становится все более моральным и яснее
осознает свои главные цели - достижение равенства, свободы и
справедливости. Немало общественных деятелей выражали в то время точку
зрения Руссо на то, что истинно демократический строй возможен лишь в
нравственно совершенном обществе, которое воспитывает в своих гражданах
чувство сердечной доброты, сострадательности и справедливости. А
нравственное воспитание возможно лишь там , где установлено имущественное
равенство и запрещена роскошь. Главными задачами новой эпохи должны были
стать уничтожение неравенства между нациями, достижение равенства и
солидарности общественных классов, совершенствование человека. Это,
конечно, не произойдет быстро. Для этого надо развивать культуру , влияющую
на развитие человека. Развивать умы. Развивать науки и просвещение. Для
этого нужна новая педагогика. Вся жизнь человека, жизнь государства его
Конституция и законы должны точно соответствовать природе разума.

Представления просветителей были очень гуманистичны и несли в себе
высоконравственные идеалы. Во Франции того времени среди третьего сословия
было немало просвещенных, образованных людей, которые хотели избавить свой
народ от гнёта, нищеты, бесправия. Но когда всю нацию захватила волна
разрушения: старых порядков, законов, норм добрососедства, когда в порыве
ненависти люди начали убивать друг друга, эти идеи и лучшие намерения стали
для многих далекой путеводной звездой. Каждому приятно, когда звёзды ярко
светят в небе. Но так мало эти далекие огни влияют на наши поступки и
чувства! И немало людей отказалось от своих идеалов, когда пришла пора
делить власть, землю, собственность. Революция показала, как сильно
отличались светлые и чистые идеалы будущего, захватившие все слои общества
от конкретных событий и поступков людей из которых и складывалась история.

Каждая революция несёт не только разрушение старого образа жизни.
Рушатся судьбы людей, их отношения. Постепенно меняются взгляды людей, их
ценности. Вихрь разложения захватывает и души. Не случайно, приверженцы
гуманистических идеалов свободы и неприкосновенности личности, пусть и под
давлением обстоятельств (контрреволюция, внешние враги и т.д.) обагрили
свои руки кровью народа, потоками лившейся с гильотин. Именно французская
революция остро поставила вопрос: « Нужно ли добиваться лучшей доли для
одних, пусть даже большинства, жертвуя жизнями других людей?» А по другому,
без крови и убийства, можно ли изменить порядок вещей?
Часть философов ужасы революции связывали с тем, что поколение эпохи
просвещения потеряло идею Бога. Идеология просвещения, идеология гуманизма
освободила человека, поставила его в центр природы и мироздания. В
человеке, считали философы, есть два начала: душа - как бы нечто
божественное, и тело - что-то вроде бессловесной скотины. В отношении тела
мы и правда не превосходим некоторых животных. А что касается души, то мы
настолько способны воспринять божественное, что сами могли бы пролететь
мимо ангелов и соединиться с Богом. Эти два начала в человеке всегда
враждуют и находятся в неясном раздоре друг с другом.
Если человек - это дух и плоть, то что питает дух человека,
освобожденного от божественной небесной истины? Его низменные страсти и
желания? Что заставляет человека думать не о себе, а о других? Любить
людей, прощать им обиды, терпеть нетерпимость соперников? Высокий
нравственный закон, созданный самими людьми( Но почему тогда никто не
удержался в рамках этого закона( Ведь, революционеры не были злодеями,
эгоистами, хапугами. Ведь, санкюлоты - когда-то простые законопослушные
граждане - просто хотели добиться большей справедливости. Когда они перешли
черту, после которой страна провалилась в бездну разнузданной анархии и
кровавого террора? Может быть порочна сама идея полного освобождения
человека( И человек несвободен от высшего морального закона жизни.
Некоторые философы, признавая французскую революцию практической
кульминацией эпохи просвещения, её кровавые итоги считают не случайными. И
называют революцию закономерным провалом самих идей просвещения
.
Освобождаясь от высшей Божественной зависимости, говорят они, человек
попадает под власть греха. И сама революция и события после неё это
показали это. Вот почему революция не сдержала своих обещаний, вот почему
не удержалась республика, вот почему все события после революции привели к
восстановлению монархию. Начав революцию, Франция должна была искупить
свой грех.


«Всегда было и
всегда будет только два действительно отдельных класса граждан -
собственники и несобственники, из которых первые владеют всем, а вторые
ничем».[5] Весьма распространенная формула первых лет революции: «Большие
состояния представляют препятствие к свободе». В крупных городах, в народе
в потребностях самой жизни возникали первые коммунистические идеи. Главные
из которых: о распределении средств существования и о всеобщей
собственности на землю, а также право всех на образование. Предполагалось
наряду с правом всех на продукты и товары первой и второй необходимости,
также личное право на избыток.
Идеи социализма не были на деле осуществлены французской революцией.
Но именно они существенно повлияли на весь XIX век и на становление идей
социальной справедливости в веке XX. Именно они лежали в основе Октябрьской
революции в России.

2. Распространение революции на Европу.
Французская революция произвела огромное впечатление на многие народы
Европы и вдохновила практически всех участников революционных событий в
Европе начала XIX века. Так, английские виги и их вождь Фокс оценивали
взятие Бастилии как «самое великое и благотворное событие, когда-либо
происходившее в мире. Многие английские писатели: Вордсворт, Роберт Бернс,
Кольридж, Шеридан и др. восторженно приветствовали революцию. В то же время
в Англии появился памфлет «Размышления о революции», в котором его автор,
бывший виг Берк, называет революцию «сатанинским делом», грозящим гибелью
для всей европейской цивилизации. Памфлет вызвал бурные протесты и породил
целую литературу, посвященную теме революции, освобождения народа от гнета
и несправедливости. С 90-х гг. в демократическом движении Англии стали
принимать широкое участие народные низы. Появлялось всё больше и больше
новых центров и движений, выступающих за коренную демократизацию всего
политического строя Англии. Наибольшую известность и размах приобрело
«лондонское корреспондентское общество», председателем которого был
сапожник Томас Гарди. Массовая агитация, которая велась этим обществом,
посылка делегатов во Францию серьёзно встревожили правительство. Начиная с
1892 г. в Англии стали проводиться репрессии. Заочно был осужден Томас
Пэйн, который уехал во Францию и был избран членом французского Конвента.
Кстати, его книга «Правда человека», о событиях французской революции,
разошлась в Англии с небывало высоким тиражом - около миллиона экземпляров.
Английское правительство заняло непримиримую позицию по отношению к
демократическим проявлениям внутри страны, но несмотря на репрессии,
агитация продолжалась усиливаться. Берк считал, что из 400 тыс. человек,
которые интересуются политикой в Англии, не менее 80 тыс. человек стоят на
позициях «решительных якобинцев». В Англии росло недовольство
правительством , учащались выступления бедноты, массовые волнения моряков.
Матросы поднимали на мачтах красные флаги. Правительство ответило массовыми
арестами, повешением активных участников восстаний, тюрьмами и запретами
всяких демократических обществ и рабочих союзов.
Ирландия, по-прежнему оставаясь угнетаемой английской колонией, с
надеждой откликнулась на события во Франции. Здесь возникло сильное
демократическое движение, объединившее всех противников английского
господства, возглавляемое буржуазными революционерами. Они стремились к
созданию независимой ирландской республики. И готовили восстание, очень
надеясь на поддержку Франции и её экспедиционной армии. Но восстание было
подавлено с исключительной жестокостью. И после проведения «объединения»
(унии) ирландского и английского парламентов в 1801 г, Ирландия лишилась
всех остатков своей автономии.
Революция во Франции не могла не оказать влияние на развитие
внутриполитических событий в странах континентальной Европы. В них, также
как и во Франции, начались революционные движения. Раньше всего они
вспыхнули в Бельгии, которая входили тогда в состав Габсбургской империи.
Под влиянием французской революции усилилась резкая оппозиция курсу
австрийского императора на централизацию монархии. Австрийские войска были
изгнаны с территории Бельгии. После этого было образовано новое
государство, под названием «Объединённые бельгийские штаты». В стране сразу
же после этого разгорелась острая борьба между двумя лагерями: штатистами,
выступающими за прежнюю раздробленность, сохранение власти провинциальных
правительств, привилегий католической церкви и средневековой цеховой
системы и городской буржуазией, выступавшей за централизацию страны и
проведение буржуазных реформ. На протяжении нескольких лет между Австрией и
Францией шла борьба за захват бельгийских территорий. В результате, в 1795
г. Бельгия была присоединена к Франции. Она лишилась суверенитета, её
экономика была подчинена интересам французской буржуазии. Но тем не менее
были упразднены феодальные отношения, проведена секуляризация части
церковных владений и другие буржуазные преобразования. Во многом это
способствовало тому, что в XIX в. Бельгия стала одной из передовых
капиталистических стран Европы.
Иначе проходили события в Голландии. К началу революции во Франции
находилось около 5 тыс. революционно настроенных эмигрантов, которые
покинули страну после победы «оранжистов» - сторонников Оранской династии.
Революционная эмиграция всячески добивалась вмешательства Франции в
голландские дела. В Париже был образован специальный комитет, а во времена
якобинской диктатуры даже создан «Батавский легион». Несмотря на вступление
французов в Голландию, здесь проводилась весьма осторожная политика. Ведь
страна считалась одной из самых богатых в мире, а Амстердам называли
«золотым мешком Европы». Собравшийся в Голландии Конвент провозгласил
Создание Батавской республики, которая находилась в зависимости от Франции.

Произошли изменения и в политической жизни Швейцарии. Она
представляла собой конгломерат, в который входили тринадцать суверенных
кантонов, а также вассальные территории и союзники. Власть в стране
принадлежала «старым кантонам», которыми правил городской патрициат.
Французская революция привела к тому, что в Швейцарии поднялось
демократическое движение. Одним из его руководителей был известный педагог
Песталоцци, придерживающийся позиции проведения радикальных общественных
преобразований. В 1792 г. он получил от Конвента гражданство Французской
республики. После вступления французских войск в Швейцарию, была
провозглашена Гельветическая республика. Принята новая конституция, которая
содействовала ломке старых общественных отношений и возникновению новых
буржуазных порядков.
В числе стран, на которые французская революция оказала большое
влияние, оказалась и Германия. Её горячо приветствовали известные деятели
культуры - Гердер, Виланд, Клопшток, Шиллер. Двум последним, впоследствии
было присвоено французское гражданство. Восторженно встретил революцию
известный философ Иммануил Кант. Он был убеждён, что «гражданский строй в
каждом государстве должен быть республиканским». В одной из последних
работ « Спор факультетов» Кант, отмечая, что «французская революция вызвала
сочувствие, граничащее с энтузиазмом», писал: « Эти события слишком
значительны слишком связаны с интересами человечества..., чтобы при случае
не дать народам вспомнить и повторить этот опыт».[6] Под влиянием идей
французской революции оказался и
И.Г. Фихте. Он писал, что «справедливый человек может считать своей
родиной только французскую республику; только для неё он может жертвовать
своими силами, с её победой связаны не только самые лучшие надежды
человечества, ни и самоё его существование».[7]
Передовые мыслители той эпохи, находясь вдали от всех ужасов и той
кровавой бойни, которую принесла народу Франции революция, воспринимали
лишь те благородные идеи, которые ставили перед собой французские
революционеры. Им казалось, что террор - лишь следствие ошибок, допущенных
республиканцами. Но с восторгом встретили французскую революцию не все .
Многие немецкие интеллигенты уже в годы французской республики увидели весь
тот ужас, в который была ввергнута Франция после революции. А поэтому после
свержения монархии и казни короля Людовика 16 большая часть немецких
писателей и ученых стали открыто высказываться против идей французской
революции. Буржуазия в Германии была слишком слаба экономически и слишком
мало развита политически для того, чтобы преодолеть раздробленность своей
страны и занять главенствующее положение в обществе.
В некоторых немецких государствах, расположенных на Рейне, в
Саксонии происходили крестьянские волнения, в прусской Силезии восстали
ткачи. Большие массы людей верили в победу идей французской революции. Один
из участников крестьянского восстания на допросе сказал: «В Саксонии все
должно быть как во Франции, и мы хорошо знаем из газет и из других листов,
что всё там обстоит хорошо». Однако все эти выступления носили разрозненный
характер и были подавлены. Лишь на границе с Францией , на Рейне,
революционные выступления приняли массовый характер. Здесь, на левом берегу
Рейна, было расположено множество мелких немецких государств и вольных
городов. Французские события оказали большое влияние на общественно-
политическую ситуацию в этих районах. Значительная часть интеллигенции
выражала симпатии революции. Особенно активно выступали студенты и
преподаватели Майнцского университета. Библиотекарь университета, Георг
Форстер был одним из предводителей революционного движения в Германии,
выступая за решительные революционные преобразования в стране говорил: «Мы
ответим перед небом и землей, если упустим возможность установить у себя
новый строй.... Майнцские революционеры несколько лет вели активную борьбу
за осуществление демократии, ими был даже создан проект Рейнской республики
по примеру Батавской.
Но эти планам не суждено было сбыться, так как впоследствии
территория была в результате войны присоединена к Франции и разделена на 4
департамента. Уже к концу 90-х гг. французское господство стало вызывать
большое недовольство среди населения Рейнской области. Но тем не менее оно
имело прогрессивное значение, так как были упразднены права феодалов и
церковная десятина, которая должна была проводиться на основе выкупа.
Правда выкупа никто не получил, так как церковные и светские владельцы
бежали за границу. Все эти годы на территории Рейнской области применялось
более совершенное по сравнению с немецким французское законодательство и
судопроизводство. Всё это содействовало тому, что впоследствии Рейнская
область стала наиболее экономически развитой частью Германии.
Все эти годы политика Австрии отличалась крайне реакционным курсом.
Правительство отказывалось проводить какие бы то ни было реформы. А после
заключения мира с Турцией в 1891 г. все внимание во внешней политики
сосредоточилось на войне с Францией. Особую тревогу Австрии среди своих
внутренних территорий вызывало положение в Венгрии. В одном из полицейских
донесений говорилось: « Надо быть готовым к тому, что в Венгрии вспыхнет
такая же революция, как во Франции». Это проявлялось в активных
антиавстрийских действиях венгерского сейма и крестьянских волнениях. В
Венгрии возникли возникла революционные организации «Общество реформаторов»
и «Общество свободы и равенства», представители которых находились под
большим влиянием французской революции. Они пропагандировали идеи
революции, ими были переведены работы французских революционеров ,
выступления якобинских ораторов в Конвенте и т.п. Члены общества «Свобода»
требовали независимости Венгрии и добивались освобождения крестьян.
Австрийское правительство жестоко расправилось с революционерами,
обезглавив руководителей.
В Италии идеи французской революции также нашли немало
последователей. Среди них Филипп Буонарроти, который переселился в годы
революции во Францию, был убеждённым сторонником Робеспьера, а впоследствии
одним из руководителей бабувистского движения. Он был близко связан со
многими деятелями итальянской демократии, которые расчитывали на поддержку
Франции в деле восстановления единства Италии. Однако несмотря на то, что в
результате итальянского похода Бонапарта произошли серьезные
территориальные и политические изменения, ни директория, ни Бонапарт не
поддержали стремление итальянских демократов к созданию единой Итальянской
республики. Французская интервенция носила захватнический характер. Всё это
привело к созданию тайного революционного общества в Пьемонте,
направленного как против монархии, так и против французов. Восстание,
организованное этим обществом было жестоко подавлено французскими войсками.
«Я раскрыл существование анархического заговора, аналогично заговору Бабёфа
во Франции»,- сообщил Директории генерал Груши, командующий войсками.[8] В
результате, когда была образована вторая антифранцузская коалиция,
французская армия не могла уже опереться на итальянский народ. После ухода
французов из Неаполя и Рима, там были восстановлены старые порядки.
Так от страны к стране переносились идеи и завоевания революции.

. Итоги революции.
Французская революция, несомненно повлияла на умы и события других
европейских государств. Но в чём же её основные результаты и заслуги( Что
дала она Франции, пройдя через строй Директории и военное правление
Бонапарта( Нужна ли была революция, если впоследствии на престол вернулись
Бурбоны( Многие задают эти вопросы. Но не случайно Французскую революцию
называют Великой. В этом эпитете признание заслуг.
Действительно, революция привела к большим политическим ,
экономическим и воспитательным преобразованиям как в стране так и в Европе.
Именно экономический подъём во Франции позволил ей вынести более 20 лет
войн. Это войны, которые вела республика, а затем Наполеоновские войны.
Уже через четыре года революции Франция преобразилась. По образному
высказыванию П.А. Кропоткина, «крестьянин в первый раз за последние
несколько лет наконец наедался досыта и разогнул свою спину».[9] Франция
сделалась страной зажиточных крестьян, с высокой производительностью труда.
Нация обновилась. Это выразилось и в увлеченности политическими делами и в
независимости суждений. Потому в периоды после революции страна смогла
сохранить земли, отнятые у дворян и церкви, удержать свободы, отвоёванные у
монархии. Даже после прихода к власти Бурбонов старый порядок не был
восстановлен.
Что же получил французский народ, что дала революция:
-Она консолидировала и упростила сложное многообразие дореволюционных
форм собственности. В результате появилась современная
индивидуализированная частная собственность.
- Революция смела все сословные барьеры и ввела равные социальные
возможности для всех граждан. Это способствовало социальной мобильности,
открыло доступ к образованию, высокопрофессиональной деятельности,
предпринимательству из разных слоев. Принятая Конвентом Декларация прав
человека и гражданина, гарантировала свободу, равенство, безопасность и
право собственности. Все это способствовало расширению гражданских прав
во всех европейских странах, введению конституций там, где их раньше не
было.
- Она породила парламентскую республику и реализовала работу выборных
органов. Это были: Национальное учредительное собрание (1789 - 1791 гг.),
Законодательное собрание (1791 - 1792 гг.), Конвент (1792 - 1794 гг.). Это
способствовало развитию и укреплению парламентской демократии, несмотря на
дальнейшие откаты.
- Новое государство, родившееся в ходе революции обладало большей
властью над жизнью и имуществом граждан, оно получило большую возможность
для обеспечения стабильности, равенства возможностей, социального порядка
и выступало гарантом равных прав для всех граждан, контролируя социально
значимые области (такие как образование, финансы и т.д.). Оно выступало
гарантом равных прав всех граждан.

Конечно, результаты Французской революции нельзя ограничить только
тем, что она дала Франции. Они состоят в основных началах политической
жизни завещанных всему XIX в.
В ее заветах будущему, для всех стран
цивилизованного мира. Считается, что реформа - это неизбежно компромисс с
прошлым, тогда как революция обязательно содержит в себе задатки будущего.
И всё, что ей не удалось провести в жизнь, все великие идеи, которых
революция не сумела осуществить или удержать, это становится содержанием
периода медленного развития, эволюции, следующей за революцией.
Действительно, столетие, протекшее со времени Французской
революции, характеризуется в Европе двумя крупнейшими завоеваниями:
уничтожением крепостного права и его пережитков и ограничением
самодержавной королевской власти. За это столетие создавалась личная
политическая свобода, о которой ни крепостные, ни подданные абсолютного
короля даже не смели мечтать в XVIII в. Свершившись во Франции во время
революции, эти завоевания составили, как отмечают многие историки того
времени, сущность прогрессивной работы XIX в., и медленно
распространялись из Франции на всю остальную континентальную Европу.
Начатое французскими крестьянами дело освобождения от крепостной
зависимости продолжалось армиями санкюлотов в Савойе, в Испании, в Италии,
в Швейцарии, в Германии и в Австрии. В Германии крепостное право
продержалось до 1848 г. в России до 1864 г., война 1878 г. положила ему
конец на Балканском полуострове, в США рабство было уничтожено в 1863 г.
Ограничение абсолютной монархии постепенно также обошло всю Европу. И
теперь в сводах законов всех Европейских государств мы находим народное
представительство.
Ответить

Фотография bermuda bermuda 04.10 2007

Хоть и с опозданием с комментариями к вышеуказанной теме, всё таки оставлю свои впечатления о прочитанном..
Информация о Дне независимости Франции очень ценная, кое что узнала новое для себя, поскольку раньше сталкивалась с этой темой не только по школьной программе, но и отдельно читала литературу на эту тему.. например, книга из цикла Жизнь Замечательных Людей "Робеспьер", правда, автора не помню..
Вы привели интересную фразу И.Г. Фихте, который писал, что «справедливый человек может считать своей
родиной только французскую республику; только для неё он может жертвовать своими силами, с её победой связаны не только самые лучшие надежды человечества, но и самоё его существование». Другой революционный деятель того времени Жорж Жак Дантон говорил: "Звон набата, который раздается, это не сигнал тревоги, а призыв к борьбе с врагами отечества. Чтобы победить их, нужна смелость, смелость и еще раз смелость, и тогда Франция будет спасена!". Этот человек был назначен министром юстиции революционного правительства, но трагическая судьба привела его на эшафот.. тогда он сказал фразу, которая долгое время была крылатой: "Нельзя унести родину на подошвах своих башмаков"..
То время чем-то напоминает времена правительства Сталина в СССР.. многие, кто окружал Сталина, с кем он пришёл к власти, были расстреляны.. то же делал М. Робеспьер, посылая своих друзей и соратников на гильотину.. в итоге от этих действий он обрёл себе ту же судьбу и его казнили.. объединяло их то, что они за основу правления считали террор.. с другой стороны это очень похоже на комплекс власти..
Ответить

Фотография Pghedy Pghedy 09.04 2008

В бастилии кажись было 60 инвалидов. Стояли бы там пушки - от толпы бы ничего не осталось :rolleyes:
Ответить

Фотография Lebov Lebov 01.09 2008

Всем доброе время суток!
Очень интересен вопрос о сопоставлении якобинцев и большевиков. Насколько я знаю, революционная интеллигенция России вдохновлялась примером французских революционеров.
Помнится, в книге "Большевики-якобинцы. Призрак термидора" (автора не помню), на титульной странице были изображения М. Робеспьера рядом с В.И. Лениным и Наполеона рядом со Сталиным.
У кого какое мнение по поводу такого сопоставления?
Ответить

Фотография Alisa Alisa 01.09 2008

Всем доброе время суток!
Очень интересен вопрос о сопоставлении якобинцев и большевиков. Насколько я знаю, революционная интеллигенция России вдохновлялась примером французских революционеров.
Помнится, в книге "Большевики-якобинцы. Призрак термидора" (автора не помню), на титульной странице были изображения М. Робеспьера рядом с В.И. Лениным и Наполеона рядом со Сталиным.
У кого какое мнение по поводу такого сопоставления?

Такое сравнение могло родится только в России. Уверена, что во Франции никому и в голову не прийдет сравнивать Наполеона с кем бы то ни было.

Исторические параллели конечно есть, но они отличаются масштабом.
Ответить

Фотография frontenac frontenac 06.03 2011


Только эволюция (как в Англии), а не революция


Не былобы французской революции, еслибы не было Людовика XVI, Людовика XV и регента Филиппа Орлеанского. Последний стал известен не только из-за половой распущенности, но и по поводу выведения страны к гибели, из-за спекулятивной деятельности Джона Лоуа. Для Людовика XV, подбор людей в правительство, зависел от мнения его любовниц и его льстецов. Эффекты были разрушительны - потеря Новой Франции и 4,5 млрд. ливров долга, который он оставил внуку.

Людовик XVI – простодушный, по увлечении плотник и слесарь - не имел квалификации для правления государством. Он еще поглубил кризис - расходы на ведение (американской) войны с Англией с 1778-1783 годов, результатом которой возниклы Соединенные Штаты Америки, стоялы около 2 млрд. ливров. [Кстати, эта война ничего измеримого Франции не принесла, кроме престижа и символического реванша на Великой Британии]... Недовольство росло в период после неурожая в 1784 году. Умерло тогда с голода более 4 млн человек. Против нерационально политических решений короля, ни Mалезерб (Malesherbes), ни Тюрго не могли улучшить экономики Франции... С второй стороны, его нерешительность в отношении создания Национального Собрания, отсутствие реакций на беспорядки толпы, которые, в свою очередь, привело к падению Бастилии, и т.д. Не имеет значения, наивность командира Бастилии, де Лоне (de Launey). Его мученическая смерть, не вызвала более активной деятельности короля. Наоборот – его беспомощность привела к эскалации требований и укрепления революционных сил.

Многие мыслители писали трактаты, в которых они подчеркивали, что каждая революция уничтожает ресурсы накоплённые через бывших государов. Оба государствa в которых произошлы самые известные революции, в ходе пост-революционных войен - ослаблены. Франция, за несколько сотен лет демографически самое крупнейшее европейское государство, с концом Наполеона III - перестало быть 1-масштабной деержавой… Население Франции в начале революции - 27 миллионов человек, но сегодня после 222 лет, только 65 миллионов человек (в том числе 6 миллионов мусульманов).

C 1811 по 1913 г. население России возросло в 3,55 раза, достигнув 155 млн. человек, а также произошлы коренные сдвиги в социально-профессиональной структуре... Это тоже мера развития нации или государства. Теперь, демографы предсказывают, что за поколение в России будет свыше 20 миллионов людей меньше. [Вероятно из-за нехороших условий жизни]

Как дальновидный был царь Александр II, который обогнал колесо истории и освободил от крепостной зависимости миллионы русских крестьян. Он сказал - лучше для России, как я указом, чем они сами освободятся. Конечно, лучше было бы для России, чтобы после свержения царя ей судьба ограничилась только до Февральской революции.

Конечно, курс и цели революции во Франции и России были разные, из-за менталитета. Во Франции, буржуазия была в состоянии остановить убийственную деятельность Робеспьера, но в России не удалось остановить военный коммунизм Ленина и Сталина.

Что касается Сталина, благодаря его подхалимов, почти в каждой книге изданной до его смерти, подчеркивалось, что он думал об этой или другой проблеме, как гений человечества. Возвышали его над Александром Македонском, Цезаром или Бонапартом. Он стоял выше них только в одном - в жестоком обращении к людьям и абсолютном числе жертв его правления.

В другом месте мира - английская буржуазия, действуя кунктаторски, но более эффективно и решительно, не привела к общественному восстанию, канализируя социальное развитие в русле эволюционных изменений. Таким образом, помимо времён Кромвеля и буржуазной революции, общество Великой Британии в своем развитии потерпело значительно меньше жертв, чем общества Франции и России.
Ответить

Фотография Ярослав Стебко Ярослав Стебко 06.03 2011

Свести всю революцию в трём лицам - это упрощение.
Ответить

Фотография telemine telemine 09.03 2011

Цитата: "Не былобы французской революции, еслибы не было Людовика XVI, Людовика XV и регента Филиппа Орлеанского. Последний стал известен не только из-за половой распущенности, но и по поводу выведения страны к гибели, из-за спекулятивной деятельности Джона Лоуа. Для Людовика XV, подбор людей в правительство, зависел от мнения его любовниц и его льстецов. Эффекты были разрушительны - потеря Новой Франции и 4,5 млрд. ливров долга, который он оставил внуку."

Ну просто полное "совпадение" с февралем 1917.
Ответить

Фотография frontenac frontenac 09.03 2011

В самом большом упрощении за взрыв Французской революции ответственный король Людовик XVI. Это его нерешительность и беспомощность вызвали эскалацию революционных действий.
Из книги "Личная жизнь Наполеона" по Октав Обри, возможно узнать, что Наполеон думал о Людовике XVI. Я цитирую:

"День 20 июня (1792) будучий введением в падение монархии, утвердил в нём отвращение к сволочям выросшим на мостовой. Находился как раз с Бурриенном на улице Сент-Оноре, когда от стороны Ле-Aль выходит 5-6-сти-тысячная толпа оборванцов, которая безжалостно ругая марширует к Тюильриям.
- Пойдем за ними - предполагает Бонапарт.
Они идут по террасе на берегу Сены и оттуда видят Людовика XVI-го, который появляется в окне дворца в красной шапке. Тогда Бонапарт вспыхнул:
- Как он мог впустить эту .нехороший человек - бормочет сердито.
- Нужно было смести с пятьсот выстрелом из пушки и остальные разбеглись бы, как воробьи.
Презирает короля за слабость и считает, что повелитель потерян.”

Другая вещь. Как могло быть разрешено, чтобы в Париже находилось - около 120.000 бездомных и нищих. Это была бомба замедленного действия, которую знали как использовать прежде всего якобинцы.
Я все равно защищаю тезу: если бы не было долгов и банкротства страны, не нужно было бы созывать Генеральные штаты и следовательно не было бы создания якобинской диктатуры.
Ответить

Фотография KapitanInet KapitanInet 07.07 2011

Через пару дней вся Франция снова будет гулять!)
Ответить

Фотография Стефан Стефан 14.07 2019

В Париже восстание на следующий день, 13 июля, приняло более правильный характер. С утра народ собирался к ратуше; здесь, а затем по всем церквам ударили в набат, по улицам прошли барабанщики, созывавшие граждан. Собирались на всех площадях; были образованы отряды под названием волонтеров Пале-Рояля, Тюильри, Базоша, Аркебуза. Собрались округа, и каждый из них выбрал по 20 тысяч человек для самозащиты. Не хватало только оружия; его искали повсюду, где только была какая-либо надежда его найти. Завладели тем оружием, которое нашли у оружейников; забирая его, народ выдавал расписки. Требовали оружие из ратуши; напрасно избиратели, собравшиеся в ратуше, уверяли, что оружия у них нет, его требовали во что бы то ни стало. Избиратели призвали тогда городского голову де Флесселя, старшину купцов, как единственного, кто знал истинное военное положение столицы и которого популярность в народе могла принести большую помощь в таких затруднительных обстоятельствах. Толпа встретила Флесселя аплодисментами. „Друзья! ‒ сказал он, ‒ я ваш отец, и вы будете мной довольны“. В ратуше был организован постоянный комитет для принятия мер, касающихся общественной безопасности.

 

В это время пришло известие, что дом Лазаристов, в котором были большие запасы хлеба, ограблен, что толпа ворвалась в арсенал и разобрала там старое оружие, что оружейные лавки разнесены. Явилось опасение, что толпа дойдет до последних крайностей; она была разнуздана и, казалось, трудно было обуздать ее ожесточение. Но толпа была в {79} состоянии энтузиазма и потому бескорыстна. Она сама обезоруживала подозрительных людей; хлеб, найденный у Лазаристов, был свезен на рынок; ни одного частного дома не было разграблено; задержанные у городских застав повозки с провизией, мебелью и посудой были отправлены на Гревскую площадь, где образовался огромный склад. Толпа росла все больше и больше, и все время раздавался крик: „К оружию!“ Было около часа. Купеческий старшина объявил, что весьма скоро привезут двенадцать тысяч ружей с Шарлевильской фабрики, а что за ними последуют еще тридцать тысяч.

 

Это известие внесло на некоторое время в толпу успокоение, и комитету удалось несколько более спокойно заняться организацией милиции из граждан. Менее чем в четыре часа был составлен, рассмотрен, утвержден, напечатан и расклеен план организации. Было решено, что число парижской Национальной гвардии, впредь до нового постановления, будет равно сорока восьми тысячам человек. Все граждане приглашались записываться в эту гвардию; каждый округ должен был образовать батальон, каждый батальон имел своих офицеров; командование этой милицией было предложено герцогу д’Омону, потребовавшему на ответ двадцать четыре часа. Покуда что маркиз де ля Салль был назначен помощником командира. Зеленая кокарда была заменена кокардой красной с синим ‒ цвета города. Все это было делом нескольких часов; округа прислали свое одобрение мерам, принятым постановлениями комитета. Собранию предлагали свои услуги чиновники, включая сюда и судейских, медицинские студенты, полицейские служители и, что важнее, французские гвардейцы. Начали формироваться патрули, и им поручена была охрана улиц.

 

Народ с нетерпением ждал исполнения обещания купеческого старшины; ружья не приходили, вечер приближался, и на ночь боялись нападения войск. Появился слух об измене, так как оказалось, что была сделана попытка тайно вывезти из Парижа большое количество пороха и что его арестовали около застав. Вскоре, однако, прибыли ящики с надписью „артиллерия“. Их прибытие успокоило {80} возбуждение; народ провожал их в ратушу, предполагая, что в них находится столь сильно ожидаемое оружие из Шарлевиля. Ящики были открыты и оказались наполненными тряпками и дровами. Народ кричал, что ему изменяют, он разразился упреками и угрозами против комитета и против купеческого старшины. Этот последний извинился, говоря, что он был обманут, и для того лишь, чтобы отделаться от толпы, или для того, чтобы выгадать время, он послал за оружием в Шартре. Но там оружия не было, и толпа вернулась еще более недоверчивой и еще более возбужденной. Комитет увидел, что для того, чтобы вооружить Париж и успокоить возбужденное недоверие, ему не остается ничего другого, как заказать выковать стальные пики; он тотчас же дал заказ на пятьдесят тысяч пик, и работа закипела. Чтобы избежать неистовств предыдущей ночи, город был освещен, и улицы его обходили по всем направлениям патрули.

 

На другой день народ, не получив оружия накануне, снова ранним утром явился к комитету, упрекая его во вчерашнем отказе и обвиняя в неудачах. Комитет тщетно искал оружия; из Шарлевиля его не присылали, не нашлось его и в Шартре; даже арсенал был пуст.

 

Народ в этот день уже не довольствовался никакими извинениями и положительно думал, что ему изменили; он всей массой бросился к Дому Инвалидов, где находился значительный склад оружия. Народ не выказал ни малейшей боязни пред войсками, собранными на Марсовом поле, он проник внутрь Дома Инвалидов, несмотря на убеждения его начальника де Сомбрейя, отыскал двадцать восемь тысяч ружей, сложенных в подвалах, завладел ими, взял большое количество сабель, шпаг, а также пушек, и все это оружие торжественно унес с собой. Пушки были размещены при входах в предместья, около Тюильрийского дворца, на набережных и на мостах, для защиты столицы от вторжения войск, которых можно было ждать с минуты на минуту.

 

В это же самое утро возбудило опасение известие, что двинуты к Парижу войска, бывшие в Сен-Дени, и что пушки Бастилии направлены на улицу Сент-Антуан. Комитет тотчас послал проверить это известие, разместил граждан для {81} защиты города с этой стороны и отправил депутацию к коменданту Бастилии20 с требованием снять пушки и не предпринимать никаких враждебных действий. Эта тревога, внушаемая крепостью, ненависть к злоупотреблениям, которые она покрывала, необходимость занять столь важный пункт и не оставлять его дольше в руках неприятеля во время всеобщего восстания привлекали внимание народа к Бастилии. С девяти часов утра и вплоть до двух часов дня повсюду в Париже раздавался один общий призыв: „К Бастилии, к Бастилии!“ Сюда направлялись со всех кварталов собранные в отряды граждане; вооружены они были ружьями, пиками и саблями. Окружавшая крепость толпа была уже значительна; на стенах крепости были поставлены часовые, а мосты были подняты, как в военное время.

 

Депутат округа Сен Луи де ля Кюлтюр, по имени Тюрио де ля Розьер, настоял, чтобы его пропустили для переговоров с комендантом Делоне. Допущенный к нему, он потребовал изменить направление пушек. Комендант отвечал ему, что пушки находятся постоянно в башнях и что он не вправе снять их оттуда; что, наконец, узнав о тревоге парижан, он готов их несколько отодвинуть назад за амбразуры. Тюрио с трудом добился, чтобы его пропустили в крепость дальше, так как он желал удостовериться, действительно ли крепость так безопасна для города, как уверял комендант. Проходя по крепости, он нашел, что три пушки были направлены на подходы к крепости и были совершенно готовы смести толпу, если бы она направлялась на приступ. Около сорока швейцарцев и восьмидесяти инвалидов находилось под ружьем. Тюрио убеждал их, равно как и штаб крепости, во имя чести и отечества не проявлять враждебных действий по отношению к народу; офицеры и солдаты поклялись не пользоваться оружием, если на них не будет нападения. Тюрио затем поднялся на вышку; отсюда он увидал громадную толпу, стекавшуюся со всех сторон, и подходившую массу жителей Сент-Антуанского предместья. Вне крепости между тем стали беспокоиться, не видя Тюрио, и требовали его возвращения. Чтобы успокоить народ, Тюрио поднялся на стены крепости и был приветствован общими аплодисментами {82} со стороны сада арсенала. Он спустился, присоединился к своим, рассказал о том, что видел, и затем отправился в свой комитет.

 

Однако нетерпеливая толпа требовала сдачи крепости. От времени до времени среди нее раздавались слова: „Нам надо Бастилию, Бастилия должна быть наша!“ Вдруг из толпы вышли двое более смелых, чем другие; они бросились к крепости и топорами стали рубить цепи главного моста. Солдаты кричали им, чтобы они удалились, и грозили начать стрелять; однако они продолжали свою работу. Вскоре они разбили цепи, спустили мост и вместе с толпой устремились на него. Приблизившись к следующему мосту, они стали рубить и его. Тогда только гарнизон дал залп и залпом этим рассеял толпу; в скором времени толпа начала новую атаку, и в продолжение нескольких часов все ее усилия были направлены на второй мост, доступ к которому защищался непрерывным огнем крепости. Разъяренный таким упорным сопротивлением народ пытался разбить ворота при помощи топоров и поджечь гауптвахту; гарнизон дал залп картечью, причинивший большой урон осаждавшим, выведя из их строя много убитыми и ранеными. Это, однако, только усилило рвение толпы; народ продолжал приступ с упорством, возбужденный смелостью и твердостью храбрецов, Эли и Юлена.

 

Комитет в ратуше находился в сильнейшей тревоге. Осада Бастилии казалась ему безумным предприятием. Одно за другим он получал известия о неудачах народа около стен крепости. Комитет находился между двух огней: с одной стороны, ему грозили войска, если бы они оказались победителями, с другой стороны ‒ толпа, требовавшая оружия для продолжения осады. Оружия у него не было, давать народу было нечего, а народ думал, что тут скрыта измена. Комитет послал вторую депутацию с целью прекратить враждебные действия и убедить коменданта вручить охрану крепости самим гражданам; однако депутация не была выслушана из-за шума, криков и звуков выстрелов. Комитет послал третью депутацию с барабаном и знаменем, чтобы легче было ее узнать, но и она не была счастливее: ни та, ни другая стороны {83} не желали ничего слушать. Несмотря на свои старания и на свою деятельность, комитет, заседавший в ратуше, находился у народа в подозрении. В особенности возбуждал сильное недоверие купеческий старшина. „Он много раз надувал нас сегодня“, ‒ говорили одни. „Он толкует, ‒ замечали другие, ‒ что следует рыть траншею, а на самом деле ему хочется только выиграть время“. „Товарищи! ‒ вскричал, наконец, какой-то старик, ‒ что нам разговаривать с этими предателями? Вперед! Следуйте за мной; через два часа Бастилия будет взята!“

 

Уже более четырех часов продолжалась осада, когда подошла Французская гвардия с пушкой. Ее прибытие совершенно изменило характер борьбы. Сам гарнизон начал настаивать пред комендантом о сдаче. Несчастный Делоне, страшившийся ожидавшей его участи, хотел взорвать крепость и погибнуть под развалинами крепости и предместья. С отчаянием рванулся он с фитилем в руках к пороховому погребу. Гарнизон арестовал его, поднял на башне белый флаг и опустил ружья дулами книзу в знак мирных намерений. Осаждавшие, однако, не прекратили битвы и подвигались вперед с криками „Опустите мосты!“ Швейцарский офицер через амбразуру предложил сдаться, если гарнизону позволено будет выйти из крепости с воинскими почестями. „Нет, нет“, ‒ кричала толпа. Тот же офицер предложил сложить оружие, если гарнизону будет пощажена жизнь. „Спустите мосты, ‒ отвечали ему ближайшие из осаждавших, ‒ мы вам ничего не сделаем!“ Гарнизон поверил этому обещанию, открыл ворота и спустил мосты; осаждавшие бросились в Бастилию. Находившиеся во главе толпы желали спасти от ее мести коменданта, швейцарских солдат и инвалидов, но толпа кричала: „Отдайте их, отдайте их нам всех; они стреляли в своих сограждан и заслуживают виселицы“. Толпа вырвала из рук защитников коменданта, нескольких швейцарцев и нескольких инвалидов и всех тут же бесчеловечно умертвила. {84}

 

 

20 Бастилия, или отдельно стоящее укрепление в Сент-Антуанском предместье, существовала с очень давнего времени в том же виде, как ее застала революция; она была начата постройкой в 1370 г. и окончена в 1382 г. Тотчас по постройке она была обращена в государственную тюрьму, и первым в нее был заключен по обвинению в ереси Этьен Марсель, старшина парижского купеческого сословия, наблюдавший за ее постройкой. Бастилия состояла из восьми громадных башен, соединенных стеной толщиной в 8 футов. Окружена она была широким и глубоким рвом. В Бастилию чаще всего помещались арестанты по королевским lettres de cachet; тот произвол, который существовал при подобного рода арестах и который был разоблачен перенесшими заточение в Бастилии Латюдом, адвокатом Ланге и другими, сделал из нее в глазах народа какое-то воплощение королевского произвола. {512}

 

Минье Ф. История Французской революции с 1789 по 1814 гг. / Пер. с фр. И.М. Дебу и К.И. Дебу; под. ред. и со вступ. ст. Ю.И. Семенова. М.: Гос. публ. ист. б-ка, 2006. С. 79‒84, 512.

Ответить