←  Высокое Средневековье

Исторический форум: история России, всемирная история

»

Династия Пястов в Польше

Фотография Стефан Стефан Вчера, 00:45 AM

В первое время после восстания, когда память о нем была еще жива, страх перед повторением событий 1037–1038 гг. заставил феодалов Великой и Малой Польши объединить все свои силы вокруг династии Пястов. Именно в этом следует искать причину некоторого усиления центральной власти в 40–70-х годах XI в.

 

Но восстановленное в 1039 г. древнепольское государство уже не было самостоятельным. Казимир I был ленником германского императора. Кроме того, за пределами монархии Пястов находились теперь такие коренные польские земли, как Поморье и Мазовия, где правили самостоятельные княжеские династии, и большая часть Силезии, захваченная Чехией.

 

Главной внешнеполитической задачей Польши в правление Казимира I было возвращение этих земель в лоно единого Польского государства. Поморская и мазовецкая знать оказывала отчаянное сопротивление объединительному политическому курсу Казимира I. Бржетислав I и пруссы были ее союзниками. Поскольку собственных сил у малопольских и великопольских феодалов было недостаточно для завершения борьбы за объединение польских земель, Казимир I поспешил обратиться к помощи Руси. Установление русско-польского союза было крупнейшим успехом его внешней политики. Лишь благодаря вооруженной помощи со стороны Руси Казимиру удалось в 1047 г. включить Мазовию в состав монархии Пястов. Поддерживая Казимира, киевский князь Ярослав Мудрый стремился не только к тому, чтобы упрочить в Польше свое влияние и гарантировать себя от возобновления борьбы за Червенские города. Антифеодальное движение в Великой и Малой Польше, развивавшееся под лозунгами реставрации язычества, должно было серьезно обеспокоить русских феодалов, вынужденных считаться с возможностью аналогичного движения и на Руси. Очень опасным должно было представляться киевскому правительству и развитие событий в непосредственно граничившей с Русью Мазовии, так как успешное выступление мазовецкой знати против центральной власти могло возбудить сепаратистские тенденции среди части древнерусской знати, тяготившейся политическим подчинением Киеву. Такова была, очевидно, классовая и политическая подоплека русско-польского союза при Казимире I. {51}

 

Менее удачно развивалась борьба с поморской знатью, ориентировавшейся на Чехию. Эту борьбу крайне осложняло то, что империя стремилась сохранить между Польшей и Чехией такое равновесие сил, при котором польско-чешский конфликт стал бы явлением перманентным, открывающим возможность для интервенции империи. Всякий успех Польши неизбежно вызывал поэтому обострение польско-немецких отношений. В 1050 г. возникла даже угроза похода Генриха III в Польшу, против «бунтующего Казимира». В тесной связи с обострением польско-немецких отношений развивалась венгерская политика Казимира, который поддерживал антиимперскую группировку венгерских феодалов.

 

Враждебная политика империи явилась одной из причин, задержавших объединение всех польских земель в рамках восстановленной монархии Пястов. Непосредственно в состав Польского государства вошло только Восточное Поморье. В Западном Поморье продолжала править отдельная династия, которая признала вассальную зависимость от Польши, сохранив полную свободу во внутреннем управлении княжеством. О какой-либо попытке возобновить христианизацию Западного Поморья не могло быть и речи.

 

В 1054 г. Казимиру удалось добиться от Чехии возвращения Силезии с условием уплаты чешскому князю ежегодной дани.

 

Все эти внешнеполитические успехи создали условия для возбуждения вопроса о восстановлении суверенности Польши. В связи с этим в 50-х годах XI в. началась подготовка к коронации польского князя королевской короной. Провозглашение королевской власти должно было явиться не только символом суверенности Польского государства. Оно должно было укрепить центральную власть, поднимая ее в глазах подданных на недосягаемую высоту. Однако Казимиру, умершему в 1058 г., не удалось восстановить королевскую власть в Польше. Эта задача осталась в наследство его сыну – Болеславу II Смелому. {52}

 

История Польши. В 3-х тт. Т. 1 / Под ред. В.Д. Королюка, И.С. Миллера, П.Н. Третьякова. М.: Издательство Академии наук СССР, 1954. С. 51–52.

Ответить

Фотография Gurga Gurga Сегодня, 16:17 PM

Gurga сказал(а) 23 Окт 2020 - 05:58 ДП: Болеслав захватил Чехию, не надолго, но казну явно успел вывезти. Болеслав захватил Киев, опять не надолго, но казну успел вывезти.

 

это догадки, или в источниках о том написано?  

САКСОНСКИЙ АННАЛИСТ

...Городу же Киеву, на который по наущению Болеслава напали печенеги, пожаром был нанесен большой ущерб. Город, оставленный своим бежавшим королем, 14 августа принял Святополка, которого он долго желал, милостью которого и христианским страхом вся страна была обращена [к покорности]. Архиепископ города с мощами святых и различным убранством приветствовал их в соборе святой Софии. Там была мачеха названного выше короля, а также супруга и а его сестер, одну из которых, прежде любимую, старый распутник Болеслав увез, забыв о собственной супруге. Там ему была показана неописуемо богатая казна, значительная часть которой была им роздана своим союзникам и сторонникам, а другая [часть] отправлена на родину. Были в его вспомогательном войске 300 немцев, 500 венгров, тысяча печенежских воинов, которых он всех отпустил домой, так как он нашел, что местные жители верны его зятю.

В этом великом городе Киеве, являющемся столицей того царства, имеется более 300 церквей и 8 рынков, а число жителей неисчислимо. Город, подобно всей этой области до сих пор сопротивлялся вредящим ему печенегам силою беглых сервов, собирающихся сюда отоисюду, и в особенности данов. Гордый этим успехом Болеслав послал к Ярославу [архиепископа названного ранее города] 22. Он [Болеслав] у него просил, чтобы была возвращена его дочь, и обещал вернуть его супругу с мачехой и сестрами. После этого он послал аббата Туни, мужа, которым [227] полностью завладело лицемерие, с дарами к императору, чтобы тот увеличил свою милость, и сам твердо обещал, что будет поступать угодным тому образом

Ответить

Фотография Стефан Стефан Сегодня, 19:20 PM

Этим принципам вполне отвечало предоставление помощи Казимиру Восстановителю, когда тот в 1039 г. предпринял попытку возвращения утраченного престола. Казимир получил от императора 500 рыцарей и благодаря им, а также сотрудничеству с краковской знатью покарал мятежников. Его возвращение устранило опасность подчинения Польши чешским князем Бржетиславом. В таком исходе были заинтересованы и правители Венгрии, оказавшие помощь польскому князю. Но платой за восстановление власти Пястов и возвращение Мазовии и Силезии стало признание зависимости от императора и выплата дани.

 

С целью полного воссоздания государственной организации Казимир стремился к восстановлению польской церкви. Это было нелегкой задачей, поскольку папы Бенедикт I и Лев IX проявляли осторожность, находясь под впечатлением от столь стремительного развала польского государства и разрушения новой церковной провинции. В результате старания Казимира Восстановителя не увенчались полным успехом, польское архиепископство восстановлено не было. Для упрочения в Польше позиций христианства князь основал и щедро одарил бенедиктинский монастырь в Тынце неподалеку от Кракова.

 

Тымовский М., Кеневич Я., Хольцер Е. История Польши / Пер. с польск. В.Н. Ковалева, М.А. Корзо, М.В. Лескинен. М.: Весь Мир, 2004. С. 45.

Ответить

Фотография Стефан Стефан Сегодня, 21:00 PM

Мешко [960–992] наследовал от отца Земомысла обширное государство. Оно охватывало земли полян, серадзян, лэнчан, куявлян, мазуров, белых и червоных (Червеньские гроды) хорватов. На западе оно не доходило до Одера, на юге граничило с Чехией, на востоке – с русскими и ятвягами, на севере, по правой стороне Вислы, оно имело соседями пруссов, по левой – поморян. Молодое и неорганизованное, оно находилось в тяжких условиях, когда германские императоры предъявляли притязания на господство над миром. Маркграф Герон, напав на Польшу, победил Мешко и принудил его принести ленную присягу императору Оттону I. Потерпев поражение, Мешко принял меры к спасению государства от окончательной гибели. Опасаясь, что немцы возобновят нападения на Польшу под предлогом истребления в ней язычества, он женился на дочери чешского князя Болеслава I Дубравке и принял христианство по латинскому обряду (966 г.). Для укрепления в народе христианства он основал Познаньское епископство (968 г.), зависимое от архиепископства Магдебургского, которое было устроено императором Оттоном I для покоренных полабских славян.

 

Признав императорское верховенство и приняв христианство по латинскому обряду, Мешко обезопасил себя с немецкой стороны. Частных стычек, предпринимаемых пограничными графами ради грабежа, он не боялся, если только император не поддерживал их. Хотя он разбил саксонского графа Вихмана, а в битве под Цидином сразил насмерть маркграфа Одона, Оттон ласково принял его на съезде в Кведлинбурге. Исполняя ленные обязанности, Мешко помогал в войнах императору, но в случае нужды и сам получал от него помощь. Он выступал заодно с немцами против полабских славян, которые брались за оружие, чтобы вернуть себе независимость; с другой стороны, императрица {26} Феофания помогала ему, когда он после смерти Дубравки на свой риск начал войну с Чехией. Правда, немецкая опека оказалась не очень действенной: чехи отобрали у Мешко Белую Хорватию, а Великий князь Киевский Владимир – Червеньские гроды.

 

Предусмотрительность и коварство направляли политику Мешко. Он по необходимости принес ленную присягу императору; он отказался от язычества, чтобы лишить немцев предлога для нападений и грабежей; он мало считался с церковными предписаниями и после смерти Дубравки, похитив из монастыря монахиню, дочь маркграфа Дитриха Оду, женился на ней. По политическим соображениям он оставался христианином и вместе с немцами сражался против язычников-славян. Часто пребывая при императорском дворе, он внимательно осмысливал немецкие дела и соотносил свое поведение с обстоятельствами. Путем родства он завязывал отношения с монархами соседних государств. Сестру Аделаиду, больше известную под прозвищем Белой Княгини, он выдал замуж за венгерского короля Гейзу, а дочь Зигриду – сперва за шведского короля Эриха, потом за норвежского Олафа и, наконец, за {27} датского Свена. Старшего сына Болеслава он женил на дочери Гейзы Венгерского.

 

В присутствии маркграфа Одона Мешко не смел ни показываться в шубе, ни сесть, когда тот стоял; в действительности же под видом почтения Мешко таил свою ненависть и жажду мести, которую и удовлетворил в Цидинской битве. Стараясь извлечь выгоду из каждой смуты в Германии, он покидал друзей в нужде и соединялся с их врагами. Когда после смерти Оттона I вспыхнула война между кандидатами на трон – сыном покойника Оттоном II и Генрихом Баварским – Мешко поддерживал последнего, но лишь до тех пор, пока первый не одержал верх. Покорившись Оттону II, Мешко не сохранил верности его потомку. Как только после смерти императора вспыхнула новая война за престол между его малолетним сыном Оттоном III и тем же {28} Генрихом Баварским, Мешко вторично изменил Саксонской династии. И лишь тогда, когда Оттон III вышел из борьбы победителем, Мешко принес ему ленную присягу, пообещал дружбу и подарил верблюда. Своим благоразумием и предусмотрительностью Мешко спас Польшу от немецкого нашествия. Умирая в лагере под Бранибором во время похода против полабских славян, он поделил государство между сыновьями от Дубравки и Оды.

 

Самый старший из сыновей Мешко I Болеслав Храбрый [9921025], рожденный от Дубравки, выгнал младших братьев с мачехой, вернул государству единство и принялся за осуществление обширных планов. Он задумал расширить Польшу покорением соседних племен, дать ей естественные границы и обеспечить независимость страны в будущем. Для осуществления этих планов он вошел в хорошие отношения с Великим князем Киевским Владимиром и таким образом обезопасил государство с востока. Принеся германскому императору ленную присягу, он поддерживал его в войнах со славянами и обеспечил мир с западной стороны. Обезопасив себя с востока и запада, Болеслав {29} устремился на север и покорил поморян, обитавших между Нотецией и Балтийским морем, Вислой и Одером. Потом он направил свою деятельность на соседних пруссов, которых старался сблизить с Польшей, обращая их в христианство. Для проповеди Евангелия среди пруссов он воспользовался услугами чешского изгнанника, Пражского епископа Войтеха, который во время своих апостольских трудов испытал мученическую смерть.

 

Придвинув северную границу к Балтийскому морю, Болеслав обратил свое оружие на юг. Пользуясь смутами, которые произошли в Чехии вследствие распрей между сыновьями Болеслава II, Болеславом Рыжим, Яромиром и Удальриком (Ульрихом), он захватил Белую Хорватию с Краковом, Силезию с Вроцлавом и земли закарпатских словаков.

 

Беспокойная политика Болеслава привлекла к себе внимание императора Оттона III и папы Сильвестра II, которые при всем различии собственных целей были готовы признать приобретения польского князя ради алчно преследуемых ими выгод. Император, мечтая создать всемирную монархию, должен был ласково обращаться с Болеславом, чтобы склонить его в пользу своего дела; папа, враждебный стремлениям Оттона III, желал создать из Польши опасную для него мощь. В таких условиях Оттон III с политическими целями прибыл ко двору польского князя (1000 г.), под предлогом паломничества к гробу св. Войтеха, останки которого Болеслав выкупил у пруссов и предал погребению в Гнезно. Ослепленный пышностью приема в Гнезно, которая свидетельствовала о мощи польского государства, очарованный приветливостью Болеслава и его обещаниями оказать ему всяческую помощь, Оттон III вручил Болеславу копье св. Маврикия с гвоздем от Св. креста, увенчал его собственной короной и назвал другом, союзником и патрицием римского народа. Кроме того, он дал согласие на основание архиепископства в Гнезно и епископств в покоренных землях: в Поморье – Колобжегского, в Хорватии – Краковского, в Силезии – Вроцлавского. Хотя в политическом отношении Польша не перестала быть имперским леном, в церковном {30} плане она, благодаря основанию Гнезненского архиепископства, стала от Германии независима.

 

Хорошие отношения с Немецкой империей продолжались до смерти Оттона III (1002). Во время междуцарствия в Германии Болеслав перешел Одер, завладел Лужицкой землей и захватил Мейссен (Мисьню) – марку, созданную немцами между Эльбой и Салой на покоренных сербских землях. Когда же на съезде в Мерзебурге новый император Генрих II признал за ним лишь земли лужичан и мильчан, а Мейссен отдал другому, Болеслав начал готовиться к войне, которая из-за событий в Чехии вспыхнула быстрее, чем можно было ожидать. В Польше искал поддержки изгнанный чехами князь Болеслав Рыжий, место которого занял поддерживаемый немцами Яромир. Болеслав Храбрый выгнал Яромира. Позднее, пользуясь смутами, он включил всю Чехию в состав Польши. Это было сигналом к войне с императором, который не хотел допустить такого роста Польши и выхода Чехии из-под немецкого влияния.

 

В четырнадцатилетней борьбе с Генрихом II Болеслав обнаружил много ловкости, коварства и мужества. Защищая переправы через реки, находя опору в лесах, он обыкновенно оттягивал поход немцев до зимы, когда нападая на них, уже измученных холодом и принуждал к отступлению. Более мелкие отряды он заманивал в засады, брал в неволю или истреблял. Пока император склонял вассалов к новому походу, Болеслав удерживая спорные земли под своим началом, действовал наступательно, опустошал пограничные немецкие провинции и наводил страх на их население. Для того чтобы сделать императора уступчивым, Болеслав умел пользоваться и самими немцами. Он подстрекал его вассалов к бунту, лиц, имевших при дворе влияние, он склонял на свою сторону подкупом. Так как в походы на Польшу Генрих II призывал {31} язычников-славян, то Болеслав, напоминая о своих заслугах в деле проповеди Евангелия в Поморье и в Пруссии, тем самым указывал ревностному в делах веры духовенству на всю позорность поведения императора как врага христианства. Успехи, которые Болеслав проявил в борьбе с императором мечом и интригой, возбуждали ненависть и гнев немецких патриотов. Современный хроникер, епископ Мерзебургский Дитмар, называет Болеслава львом рычащим, коварной и хитрой лисой, ядовитым змием, жестоким злодеем, высмеивает склонность Болеслава к пирам, его громадный рост и тучность. Однако Болеслав не успел целиком осуществить свои политические планы на западной границе: он не смог освободить всех полабских славян из-под немецкого владычества. По условиям мира, заключенного в Будишине (1018 г.), он удержал за собой только Лужицы, землю мильчан и Моравию. Он обязался предоставлять императору вооруженную помощь и взамен получил обещание немецкой помощи. К принятию этих условий Болеслава склонили отношения с Русью и возможность установить влияние Польши на востоке.

 

Сын Киевского Великого князя Владимира и зять Болеслава Храброго Святополк, умертвив младших братьев, Бориса и Глеба, захватил власть в Киеве. Изгнанный третьим братом, новгородским князем Ярославом, он обратился к тестю с просьбой о помощи. Для осуществления похода Болеслав закончил войну с императором и тотчас с немецкими вспомогательными войсками устремился на восток. Взяв Киев и посадив на трон зятя, он после одиннадцатимесячного пребывания над Днепром вступил в Червонную Хорватию, захватил ее и с большой добычей вернулся в свою землю. Свою деятельность Болеслав закончил актом коронации, совершенным в Гнезно (1025 г.) без позволения папы и императора Гнезненским архиепископом в присутствии духовных и светских вельмож.

 

За 30 лет Болеслав превратил государство, в политическом и церковном отношении зависимое от Германии, в независимую монархию, доходившую на севере до Балтийского моря, на юге – до Тиссы и Дуная, на западе – до Эльбы, на востоке – до Буга и Днестра и простиравшую свое влияние до Днепра. Он достиг этого, благодаря своей воинственности и предусмотрительному использованию внешних условий. Однако, кроме личных дарований и благоприятных условий в соседстве, много помогла Болеславу в создании обширной и мощной монархии и та сила, которую дала польскому государству его внутренняя организация.

 

Глава государства, король, обладал неограниченной властью. Он издавал распоряжения, которые являлись законом для всех, отправлял {32} высшую судебную власть, начальствовал над военной силой. Он был собственником всей государственной территории, которую делил по своему усмотрению между сыновьями, ему же принадлежали доходы со всех повинностей и даней населения. Постоянной резиденции у короля не было. В зависимости от политических обстоятельств он передвигался с одного конца страны в другой, а вместе с ним передвигался и центр государственного управления. Болеслав Храбрый в целях обеспечения защиты западной границы чаще всего жил в Гнезно. Для облегчения обороны и управления страной государство делилось на каштелянии (поветы), которые, в свою очередь, состояли из определенного числа ополей и имели грод (castellum).

 

Благодаря разделению труда, население разделилось на сословия (чины): должностных лиц, рыцарства, рабов, кметей и духовников.

 

Высшими должностными лицами были по большей части потомки мелких племенных князей, покоренных князем полян. Они составляли свиту короля и помогали ему в управлении государством. Первым сановником был воевода, один на всю Польшу, замещавший короля в предводительстве рыцарством. Канцлер вел королевскую {33} корреспонденцию. Чашники, стольники, конюшие, ловчие, скарбники и коморники управляли дворовым хозяйством короля. Во главе грода и каштелянии стоял каштелян, обладавший военной, судебной и финансовой властью и располагавший помощниками в лице судьи, скарбника и коморников, через которых он отдавал приказания. Во главе ополя стоял жупан.

 

Кроме чиновников, при короле состояла еще личная стража. Мешко I окружало до 3000 человек рыцарства, которых он снабжал конями, оружием, одеждой и вообще всем необходимым; он содержал и давал приданое и их детям. Остальное рыцарство размещалось в гродах или в лагерях, расположенных поблизости от неприятельских границ. Военные силы Болеслава Храброго концентрировались главным образом в Познани, Гнезно и Гече (Гдеч, недалеко от Сьроды). По вооружению рыцари делились на панцирных и щитовников. Первые носили шишак и кирасу (проволочную или кожаную рубашку, покрытую металлическими или роговыми чешуйками) и сражались на конях, пользуясь копьем (ощепом) и мечом. Щитовники были вооружены деревянными щитами и копьями. Все рыцарство делилось на полки, по тысяче человек в каждом, на сотни и десятки. У каждого отряда была своя хоругвь со значком и свой клич по имени предводителя (Дрогослав! Радван!), по прозвищу (Сорвикаптур! Посвист!) или по местности (Бзура! Рава!). Хоругвь и клич помогали распознавать друг друга во время битвы, в лесной чаще и ночью. За рыцарством обыкновенно шли в поход обозные, повара и слуги, а за ними тянулись уже поджигатели и мародеры.

 

Рабы и кмети несли повинности и платили дань на содержание королевского двора, чиновников и рыцарства.

 

Рабами становились главным образом военнопленные, они переходили в собственность как монарха, так и более видных чиновников и рыцарей, и в качестве составной части имущества являлись предметом купли и продажи. Частные лица держали рабов для личных надобностей, монарх помещал их поблизости гродов и лагерей. Рабы пекли хлеб (пекари), готовили для рыцарского гарнизона продовольствие (кухари), ловили зверей (ловчие, стрельцы, сокольники, псари), доставляли рыбу (рыбаки), пасли коней (кобыльники и коняры), скот (скотники, оборники), подготавливали посуду (чашники), щиты (щитники), древки для копий (жердники) и острия для стрел (гротники). Без позволения собственника они не могли переходить с места на место.

 

Кмети были лично свободны и обладали свободой передвижения. Они платили дань с обрабатываемой ими земли, с пастбищ и т.п. в пользу королевской казны и выполняли различные общественные {34} повинности. Одна дань носила название по своему назначению, другая по предмету, которым она платилась. В зависимости от характера дань собиралась либо с отдельных хозяйств, либо с деревень, или ополей. На содержание рыцарского гарнизона кмети давали «стражу» (stryza) зерном, на королевский стол – «наржаз» (narzas), кабана или свинью, вола, корову или овцу на убой, кадушку меда или другие продукты под названиями «ссыпного» (sep), «посошного» (poradlne), «подворного» (podworowe) и «подымного» (podymne). Во время переездов монарха окрестные деревни обязаны были доставлять для него, его дворян и обоза живность (stan, nastawa, stacya, stanowisko). При взимании даней принимались в расчет занятия населения: с пастушеских округов требовали скот, с бортнических – мед, с других – куньи и беличьи шкурки. К общественным повинностям относились доставка коней (podwody), возов (powoz), перевозка королевских и чиновничьих кладей (pezewod), постройка и ремонт гродов и мостов. За пользование государственными рынками, дорогами, мостами и паромами кмети платили сборы: торговый, дорожный, мостовой, перевозный; за перечеканку монеты старого образца на новый – «образ», или «помет». В качестве челяди и слуг их брали для обозных работ, подготовки просек и насек. В общем, дани кметей были разнообразны и тяжелы: даже девушки, выходя замуж, давали на королевский двор «девичье» и «вдовье». {35}

 

Рабы и дань кметей предоставлялись и для содержания духовного сословия, создавшегося из пришельцев: немцев (Иордан, первый епископ Познаньский) и чехов (Гауденций, брат св. Войтеха, первый архиепископ Гнезненский). Позже оно пополнялось сыновьями чиновников, рыцарей, священников и кметей. Духовенство получало свои места от короля и являлось одной из ветвей чиновничьей иерархии; церковь была государственным учреждением, подчиненным государю. Ее задачей было создание при помощи христианства и западного просвещения духовного единства между племенами, входившими в состав государства. Для достижения этой цели Болеслав Храбрый призвал в Польшу и монахов-бенедиктинцев, монастыри которых возникли в Междуречье (Mikdzyrzecz), на Лысой Горе и в Тыньце. Свое содержание духовенство также получало от короля. Он назначал духовенству десятину с деревень, ополей или каштеляний, наделял его землей с рабами и кметями, их службами и данью.

 

В государстве Болеслава Храброго было до 20 000 человек, относившихся к рыцарскому сословию. Для тех времен это была значительная сила, тем более что, будучи сконцентрирована по гродам и лагерям, она постоянно была готова приступить к военным действиям. Располагая такой военной силой, имея к услугам все общественные классы и получая громадные доходы от дани, Болеслав мог побеждать более слабых соседей и даже померяться с самой могучей силой того времени – Немецкой империей. {36}

 

Грабеньский В. История польского народа. Мн.: МФЦП, 2006. С. 26–36.

 

Ответить

Фотография kmet kmet Сегодня, 21:58 PM

Там ему была показана неописуемо богатая казна, значительная часть которой была им роздана своим союзникам и сторонникам, а другая [часть] отправлена на родину.

в общем Болеслав забрал себе Бюджет Киевской Руси.

Интересная информация.

 

 

Высшими должностными лицами были по большей части потомки мелких племенных князей, покоренных князем полян. Они составляли свиту короля и помогали ему в управлении государством. Первым сановником был воевода, один на всю Польшу, замещавший короля в предводительстве рыцарством. Канцлер вел королевскую {33} корреспонденцию. Чашники, стольники, конюшие, ловчие, скарбники и коморники управляли дворовым хозяйством короля.

А, фамилий этих должностных лиц не сохранилось?

Ответить