←  История войн

Исторический форум: история России, всемирная история

»

Цорндорф

Фотография Ya_Ya Ya_Ya 10.02 2012

Август 1758года Фридрих Великийопасаясь,что русские возьмут Кюстрин спешит обьединиться с войсками Дона и помочь осажденному городу. Однако гарнизон и сам справляется с этой задачей, русские подвергнув УЖАСНОМУ РАЗОРЕНИЮ окрестности города отступают,испытывая острую нехватку боеприпасов(как всегда). Фридрих решил дать генеральное сражение. Обе армии сошлись у деревни Цорндорф,которая к тому моменту была сожжена казаками и калмыками.
После тяжелого боя войска разошлись.Но кто же победил? Споры об этом идут до сих пор,традиционно считается,что победил тот ,за кем осталось поле боя,но в этой битве обе армии остались там. И теперь предлагаю подеспутировать на эту тему
Ответить

Фотография Ярослав Стебко Ярослав Стебко 12.02 2012

Типичная ничья - бой с неопределённым исходом.
Ответить

Фотография Болингброк Болингброк 12.02 2012

Типичная ничья - бой с неопределённым исходом.

Я бы сказал "боевая ничья". Русские войска расположились на самой скверной позиции, но Фридрих не сумел добиться победы. Косая атака дала осечку. Кажется потом стали маневрировать и ... поменялись позициями.
Ответить

Фотография Стефан Стефан 12.12 2015

№ 141

Реляция В. В. Фермора императрице Елизавете о сражении при урочище Фюрстенфельде (Цорндорф)

№ 194

15 августа 1758 г., с места сражения при урочище Фирстенфельде

 

По отпуске последней моей всеподданнейшей реляции из под города Кистрина на эстафете, от 12-го сего месяца, получа того ж дни на вечер подлинное известие, что король прусской ниже Кистрина три мили под местечком Цилинцах1 делает на старом Одере из судов к переходу мост, а чрез канал, которой гораздо выше Одера, разобранной мост починивать начал, почему тот же час полковник Хомутов с командою для препятствия оного дела послан, точию как скоро туда прибыл, получена ведомость, что уже прусские гусары на здешней стороне показываться стали, а по поимке объявили, что прусская армия уже на нашу сторону сильно перебирается.

Почему того ж числа на вечер блокада города Кистрина так порядочно и благополучно отвозом тяжелых пиесов артиллерии и дву тысяч гранадир последовала, что ни одного человека притом не потеряно. Потом в четвертом часу из тесного и лесного места, в котором армия необходимо для блокады стоять принуждена была, благополучно проходя близ четырех верст лесом на чистое место, для ордер де-баталии весьма способное, пришла и при урочище Фирстенфельде без всяких обозов стала во ожидании прусской армии прибытия. И по счастию корпус под командою господина генерала Броуна от Ландеберга прибыл и в одном лагере с армиею соединился. На вечер стали уже прусские гусары показываться и с нашим войском сражение имели, а наше войско стояло всю ночь при ружье во ожидании неприятеля, а в 14-й день генеральная и прежестокая баталия началась пополуночи в девятом часу, наперед с пушечною пальбою, а чрез полтора часа начался из ружья огонь и с такою жестокостию бесперерывно продолжался, что до самой ночи одна другой стороне места не уступали. В десятом же часу отступила прусская армия российской место баталии, где российская чрез ночь собралась и не токмо в виду прусской ночевала, но на другой день имелся роздах, собирая своих раненых и пушек, сколько неприятель допускал.

Урон раненых из генералитета, штаб и обер-офицеров весьма знатен, токмо по кратности время точно показать не можно, а пришлется впредь, как скоро походная канцелярия в том исправиться может, а ныне кратко на память о некоторых из генералитета и штаб офицеров показано. А сверх того ссылаюсь на словесное показание посланного с сею депешею господина полковника Розена, которой пространнее на все обстоятельства изъясниться может. Я не в состоянии вашему императорскому величеству о поступках генералитета, штаб и обер-офицеров и солдат довольно описать и, аще бы солдаты во все время своим офицерам послушны были и вина потаенно сверх одной чарки, которою для ободрения выдать велено, не пили, то б можно такую совершенную победу над неприятелем получить, какая желается. А ныне я, припадая к стопам вашего императорского величества, всенижайше донести должен, что в рассуждении великого урона, слабости людей и за неимением хлеба принужден сегодни до тяжелых наших обозов и хлеба семь верст до Грос Камина, а потом до Ландсберга, где надеюсь с третьей дивизиею, состоящею в Швете, соединиться, буду по реке Варте субсистенцию армии сыскивать. Денежная казна поныне почти вся сохранена, а секретной экспедиции все дела, чтоб в какой конфузии неприятелю в руки попасть не могли, сожжены, в том числе и ключ азбуки, которого впредь с курьером в присылку ожидаю.

Его высочество принц Карл и генерал Сент-Андре не дождавши совершенного окончания баталии, заключая худые следствии, ретировались в Швет к третьей дивизии, а экипаж его высочества при большом обозе армии поныне в целости. Я при сем неудачном случае по моей рабской должности всевозможные меры употреблять не оставлю, и припадаю к стопам.

Вилим Фермор.

ЦГВИА, ф. ВУА, д. 1663 «В»,

лл. 112–113об. Подлинник.

 

1 Циленциг.

 

 

 

№ 142

Описание сражения при Цорндорфе из журнала военных действий армии В. В. Фермора1

14 августа 1758 г.

Как скоро рассвело, то неприятельская армия маршировать стала с левого нашего фланку к правому; наши легкие войски с его гусарами сражаться начали и в беспрестанном перестреливании легких войск неприятель к Грос Камину пробирался, но не дошед до оного, вправо косогором подаваться и в лощину за селом Цорндорфом заходить стал; стоящие под сим селом наши гусары, получа повеление, оное зажгли и как скоро неприятель за сие село зашел, то и пушечную пальбу производить начал с неслыханною жестокостию, которая продолжалась беспрерывно более полутора часа; с нашей стороны неутомленным попечением всего генералитета и артиллерийских штап и обер-офицеров равномерным образом соответствовано. Напоследи в исходе 11 часу из мелкого ружья огонь загорелся, ибо неприятель наш правой фас бригады генерала-майора Панина и бригадира Уварова, первой гранодерской, Воронежской, Санкт-Петербургской и Новогородской також два полка бригады принца Любомирского и бригадира Леонтьева, а именно третий гранодерской и Ростовской атаковал, откуда храбростию солдат скоро разбит и прогнан до второй его линии, в то же самое время генерал-майор Демику с кавалериею неприятельское левое крыло с такою храбростию атаковал, что первую линию опровергнув и два полка пехотные изрубив, на вторую напал и королевского флигель-адъютанта графа Шверина в полон взял; но пушечная второй линии пальба и подкрепление неприятельской кавалерии принудили как пехоту, так и кавалерию отступить. Неприятель, сделав анфиладу своею артиллериею, чрез сильной с его стороны ветер и великую на нас веющую пыль и дым ему способствовали паки всю линию атаковать, но не взирая на то отступившие наши пехотные полки, подкреплены будучи другими, вновь неприятеля прогнали, в которое время генерал-майор Панин и принц Любомирской контузиями в груди ранены, бригадир Уваров тяжело ранен, генерал-майор Мантейфель ядром в ногу ранен, а главнокомандующий армиею генерал и кавалер Фермер в ногу ж контузию получил. Неприятель крылом правым формированной корпус атаковал, и баталия с обоих сторон так велика и так жестока была, что оною беспримерною и наиотчаяннейшею назвать можно, оная с равным с обоих сторон упорством, не взирая не превосходящую неприятельскую силу, продолжалось до самой темной ночи, которая едва разъярившемуся войску пределы положила. Во все время баталии несколькократно одна сторона другую сбивала. Однако неприятель после баталия храброму нашему войску уступить принужденным нашелся, взятой к армии обоз во время баталии из лощины, в которой оной поставлен был, пробрался к лесу и к болоту, некоторая часть оного уже и за болотом была. Генерал и кавалер Броун в пятом часу бесчеловечно ранен и генерал-майором Дицом на телеге в то место привезен, где раненые перевязывались. Неприятельские гусары, хотя дважды в обоз и прорвались, были однако по сильному отпору находящихся у прикрытия оного команд с немалым уроном прогнаны, при сем случае удалось неприятелю несколько из партикулярных экипажев и одну пехотного комиссариата фуру, в которой было 30 000 рублев, разграбили, генералы-порутчики Салтыков и граф Чернышев, генерал-майор Мантейфель Цеге, бригадиры Тизенгаузен и Сиверс, полковники Фулертон, Пекетов и Гайзер да майоры Эссен и Паткуль и несколько человек обер-офицеров безвестно пропали, из коих, чаятельно, и в неприятельские руки попались, урон наш убитыми и ранеными еще назначать нельзя, но между раненых находится генерал-порутчик князь Долгоруков, генерал-майоры Леонтьев контузию в ногу, Олиц, от артиллерии Бороздин и Холмер ранены, бригадир Гаугревен контузию получил, артиллерии полковник Мусин-Пушкин убит, полковник Вильмут ранен, подполковник Арент, майоры Эрен Адлер в безвестных, Брем убит, Игнатьев и Тургенев контузии получили.

С неприятельской стороны как пленные, коих число до 1200 человек простирается и дезертиры предъявляют, что урон их весьма велик.

ЦГВИА, ф. ВУА, д. 1663 «С»,

лл. 598 и об. Подлинник.

 

1 Описание боя при Цорндорфе в документах № 141 и 142 не объективно и об ошибках командования ничего не сказано. Так, не упомянуто о бегстве с поля боя Фермора, не указано, что большие потери русских были следствием сомкнутости их боевого порядка, построенного в соответствии с диспозицией главнокомандующего Фермора (документ № 130) и т. д. Тем не менее это описание все-таки более соответствует истине, чем прусские источники.

 

Семилетняя война. Материалы о действиях русской армии и флота в 1756–1762 гг. / Под ред. Н.М. Коробкова. М., 1948. С. 330–333.

Ответить

Фотография telemine telemine 17.01 2016

  Книгу Коробкова я почитывал, она есть у нас в библиотеке.

  Было бы интересно что-либо переводное.

  Уверен, в Германии и Австрии было много публикаций по Семилетней войне и по Цорндорфу в частности.

Ответить