←  Древний Египет

Исторический форум: история России, всемирная история

»

Фараон - победитель хаоса

Фотография Кызылдур Кызылдур 27.11 2011


Сети I, заложивший основы могущества Египта эпохи XIX династии, незаслуженно оказался в тени своего великого сына Рамсеса II

Изображение
ИЛЛЮСТРАЦИЯ ВАЛЕНТИНА ТКАЧА

Мы знаем немало примеров, когда тот или иной владыка вошел в историю как великий благодаря не столько своим деяниям, сколько деяниям своего оставшегося в тени предшественника, плодами которых, правда, надо было уметь воспользоваться. Так, имя Рамсеса II (Великого), его обелиски в Луксоре и колоссы в скальных храмах Абу-Симбела знают все. Однако египтологам известно, что своим процветанием страна эпохи «фараона-солнца» во многом обязана отцу Рамсеса, Сети I, правившему всего 10 лет. Этот царь вновь отвоевал утраченные его предшественниками земли, покончил с внутренними раздорами и оставил после себя памятники архитектуры столь величественные и прекрасные, что их еще долго копировали потомки.

Правление Сети I (1290–1279 годы до н. э.) — второго фараона XIX династии — пришлось на непростое время. Страна только что вышла из периода ожесточенной борьбы за власть, разгоревшейся после смерти Эхнатона (1351–1334 годы до н. э.). Этот фараон провел радикальную религиозную реформу, нанеся тем самым сокрушительный удар по старому жречеству, тесносвязанному с родовой аристократией. Он ввел общегосударственный культ бога Атона, божественного предка царя. Верховным жрецом нового культа стал сам фараон, считавшийся сыном Атона — единственного посредника между миром людей и миром богов. Это не означало, что в Египте возникло единобожие — культы некоторых других богов продолжали существовать, но фактически лишились государственной поддержки. Придворную элиту оттеснили от трона новые царедворцы и жрецы Атона, избранные Эхнатоном из среды свободных бедняков. Новая знать именовала себя «сиротами царя», завладела невероятными богатствами и должностями и после смерти Эхнатона не собиралась отказываться от того, что получила благодаря царю-реформатору.


Изображение

Реформы Эхнатона, прежде всего направленные против имевшей огромное влияние потомственной аристократии, были основаны на личной вере, богоискательстве и фанатизме царя и не были приняты египетским обществом. Его второй сын Тутанхамон (1333–1323 годы до н. э.), вступивший на престол в 10-летнем возрасте, довольно скоро попал под влияние бывших приближенных отца, которые были сторонниками более мягкой по отношению к старому жречеству и аристократии политики. В результате реформа рухнула, но в Египте еще долго не утихала борьба между старой знатью и новыми аристократами, сделавшими карьеру при Эхнатоне. Все эти неурядицы ослабляли страну: от Египта отпал ряд пограничных областей, влияние в Передней Азии было потеряно, усиливавшееся Хеттское царство (в Малой Азии) грозило владениям фараонов в Сирии и Палестине.

В 1323 году до н. э. юный Тутанхамон умер. После него трон на четыре года занял старый вельможа Эйе (1323–1319 годы до н. э.), умерший бездетным. Его сменил командующий войском Хоремхеб (1319–1292 годы до н. э.), который наследника тоже не оставил. Таким образом, пресеклась XVIII династия, цари которой попирали стопами берега Евфрата и Нубию и гордились храмами, которым не было равных.

Избрание, в случае пресечения династии, нового фараона было прерогативой жрецов главного религиозного центра страны — Карнакского храма Амона. Их выбор пал на главного советника Хоремхеба — Парамессу (1292–1290 годы до н. э.). Этот государственный деятель был мудр, опытен и никак не связан с ненавистным обществу и знати царским домом Эхнатона. Имелся у него и сын, что в сложившейся ситуации было крайне важно. В жилах Парамессу текла кровь гиксосов — кочевников с Аравийского полуострова, завоевавших в XVII веке до н. э. север долины Нила. Столетием позже их изгнали, но несколько гиксосских родов так и остались в Египте и даже сумели выдвинуться. Вступив на престол, Парамессу сменил имя на более звучное — Рамсес: «Ра (бог солнца), родивший его». Он стал основателем новой, XIX династии, с рождением которой началась блистательная эпоха Рамессидов, правивших два века.


Изображение


Дорога к золотым копям

Широкое храмовое строительство, начатое при Сети I, требовало значительных средств. Изыскивая способы увеличить золотодобычу, Сети, единственный из египетских царей, лично посетил страшные золотые рудники Восточной пустыни неподалеку от Вади Мийа (около 50 км на восток от современного города Эдфу). Вдоль пустынной дороги, на которой сотнями умирали люди — в основном преступники, приговоренные к работам, царь распорядился создать систему колодцев, а также заложил скальный храм Канаис, посвященный Амону-Мину — покровителю странников. Вероятно, именно этот храм и рудники изображены на знаменитой папирусной карте, одной из древнейших в мире, хранящейся в туринском Египетском музее. Памятная надпись о царском путешествии вырезана на стене храма Канаис: «Его Величество пересек пустыни справа от гор. В желании его было увидеть копи, что дают золото. Когда Его Величество миновал большой путь, он остановился для отдыха в пути поразмышлять. Затем он сказал: «Как тяжела эта дорога безводная! Что станет со странниками, кто поможет их высохшему горлу? Кто утолит их жажду? Ведь вода так далеко, а пустыня безлюдна — горе человеку, жаждущему в пустыне! Как я могу позаботиться о них, о продлении их жизни?» <...> Затем Его Величество взвесил это в мыслях своих, он разведал пустыню, выискивая низменность, чтобы вырыть шахту; бог руководил им, ибо он исполняет желания им любимых. Строителям было приказано вырубить шахту среди гор, дабы охладить сердца жаждущих, опаленные летней жарой. И вот это место было воздвигнуто в великом имени Менмаатра, и было наполнено водой прекрасной, подобно разливу Нила в Асуане... Затем Его Величество приказал смотрителю царских работ... и вот был сооружен в этой горе храм богам: Амону, Ра, Птаху, Осирису...»

Патриот из чужестранцев
Рамсес I правил всего два года, да и фигурой был номинальной — власть фактически принадлежала его сыну Сети (1290–1279 годы до н. э.). У египтян, издревле ставивших себя выше всех других народов, имя наследника и даже рыжий цвет его волос поначалу должны были вызывать полное неприятие. «Сети» на древнеегипетском означает «тот, кто от (бога) Сетха». Этот рыжеволосый бог считался воплощением хаоса, пустыни, войны и беспорядка, покровителем чужих стран и иноземцев, с которыми Египет постоянно воевал. Культ Сетха был широко распространен среди гиксосов, отождествивших его со своим богом Ваалом — повелителем бури, грома и молний.

Среди египтян рыжеволосые встречались крайне редко, и к ним относились с предубеждением. Поэтому Сети на людях предпочитал появляться в традиционном у фараонов иссиня-черном парике. Нам известно только одно его изображение без этого атрибута, с волосами природного цвета.

Еще при жизни отца Сети продемонстрировал умение балансировать между разными группировками, поэтому его восшествие на престол было с удовлетворением встречено как старой, так и новой аристократией. В этом контексте знаменательным представляется тот факт, что своему сыну Рамсесу II Сети еще при жизни избрал первых двух жен, одна из которых, знаменитая Нефертари, была потомственной аристократкой и дальней родственницей Эхнатона, хотя и тщательно скрывала этот неприглядный факт, а вторая — Исетнефрет — происходила из среды новой военной знати.

Начало правления Сети I, получившего после коронации имя Менмаатра («упрочен закон Ра»), было ознаменовано несколькими удачными войнами. В первый же год молодой фараон отправился во главе армии через Синай на северо-восток и восстановил власть Египта в восточном Средиземноморье вплоть до севера Сирии, а взятие сирийского города Кадеша было делом труднейшим (триумфальные стелы царя обнаружены в Бет-Шане, в 30 км от Генисаретского озера). Затем он усмирил нубийцев, отказавшихся выплачивать Египту дань, и разгромил восставшие ливийские племена. Рельефы, сохранившиеся в Карнакском храме, донесли до нас эхо этих войн. Здесь изображены покоренные царем хетты, сирийцы и ливийцы. Монументальные рельефы, при внешнем соблюдении канона, выполнены новаторски и включают несколько батальных сцен, где царь одолевает иноземцев. Названия покоренных земель выписаны тут же в овалах, каждый из которых увенчан головой пленного воина. Особенно яркое впечатление производит изображение самого Сети, взирающего на вереницу пленных, а также сцена, изображающая фараона на колеснице, готовящегося нанести последний удар ливийцу, голову которого царь захватил с помощью боевого лука.

Из военной среды происходила и супруга царя — Туйя, родившая фараону нескольких детей, среди которых особое место занимает Рамсес II.Факт, что абсолютное большинство памятников царице Туйе было создано уже в эпоху правления ее великого сына, немного приоткрывает завесу над отношениями в царском доме: Сети поразительно холодно относился к своей главной супруге и не стремился увековечить ее имя.

Военные и внутриполитические успехи Сети, благодаря которым в стране воцарился мир, стали прочным фундаментом, на котором зиждилось благополучие Египта в течение нескольких следующих веков. Но если о его победах рассказывают барельефы, стелы и выбитые на камне надписи, то узнать что-то о том, каким был человек, столь много сделавший для Египта, очень непросто. И все же некоторые суждения о мировосприятии Сети I сделать можно.


Царский художник

Нам известны имена многих мастеров, создававших шедевры искусства при Сети I. Одного из них звали Сеннеджем. Он возглавлял работы по сооружению царской гробницы в Долине царей и жил в Сет Маат — поселке в южной части фиванского некрополя, в котором селили мастеров, знавших тайны царских гробниц. Поэтому он был окружен стеной. Обитатели могли его покидать только для работ и участия в больших государственных праздниках. Гробница царского зодчего, расположенная в некро поле мастеров, несмотря на свои скромные размеры, вошла в сокровищницу мирового искусства. На стенах и потолке погребальной камеры помещены иллюстрации к «Книге мертвых» и изображен путь Сеннеджема с супругой Ийнеферти по иному миру. Погребение было потревожено еще в древности, однако при его расчистке археологи нашли разрозненную коллекцию литературных текстов — сказок, поучений, романов и поэм, написанных на папирусе и облом ках известняка прекрасным почерком самого Сеннеджема. Некоторые памятники из гробницы, в том числе статуэтки-ушебти, были приобретены великим русским египтологом Владимиром Голенищевым (1856–1947) и хранятся в ГМИИ им. А.С. Пушкина.

Изображение


Загадки Абидоса
К примеру, фараона очень интересовали истоки древней культуры Египта. В пользу этого говорит хотя бы то, что некоторые декоративные детали стены, окружающей заупокойный храм, который Сети возвел для себяна западном берегу Нила в Фивах, встречаются только в припирамидных храмах египетских царей, правивших за 12 веков до Рамессидов. А в рельефах того же храмового комплекса изображения богинь, кормящих царя грудью, представляют собой почти точные копии рельефов из храма царя Унаса, правившего за 1000 лет до Сети. Пытаясь возродить традиционную египетскую культуру, сильно пострадавшую в эпоху реформ, он тщательно изучал памятники далекой эпохи Великих пирамид, реставрировал огромное множество храмов предков по всему Египту — от Мемфиса до Фив. Был ли этот интерес продиктован стремлением фараона-инородца продемонстрировать свою укорененность в египетской культуре или им руководило эстетическое чувство, мы не знаем. Но вот то, что Сети был склонен к мистике, известно доподлинно: уже упоминавшийся заупокойный храм в Абидосе — яркое тому свидетельство.

Не посетить этот храм, который Сети построил неподалеку от гробниц фараонов ранних династий, — значит не увидеть настоящий Египет. Его низкие, темные залы украшены тысячами расписанных рельефов, равных которым нет во всем Египте. Объемные, изысканные изображения ритуалов, даров, таинств, божеств прекрасно сохранили свой изначальный цвет.

Последние жрецы, уходившие отсюда с наступлением христианства, замуровали каменными блоками проходы во внутренние, самые потаенные помещения, где некогда хранились культовые статуи богов. Только благодаря этому многие уникальные изображения здесь сохранились настолько, что кажется , будто древний художник завершил их только вчера.

Святилище в Абидосе было символическим местом встречи главных египетских богов — предвечного творца Амона, солнечного Ра-Хорахте и бога сил земли Птаха, прибывших с паломничеством к Осирису, его супруге Исиде и их сыну — сокологоловому богу неба Хору. Им посвящены шесть святилищ храма. Седьмое было предназначено для заупокойного культа самого Сети I. Из святилища, где отправлялся культ Осириса, есть тайный проход в самые глубинные части здания. Здесь происходил главный ритуал храма, во время которого вызывались духи предков, — мы знаем об этом благодаря папирусу, хранящемуся в Британском музее. Ритуал был призван посредством магических действий вновь открыть «врата неба», чтобы духи праведных предков явились во тьме храма и, получив обильные жертвы, даровали своим живым потомкам благополучие. Сети в этом ритуале играл очень важную роль посредника между миром живых и миром мертвых, «истинного сына богов».

В осенний месяц Хойяк (приблизительно наши ноябрь — декабрь) в храме проходили мистерии Осириса. Храм ориентирован так, что солнце в этот период движется по его центральной оси, и на закате лучи, проникая сквозь специальные световые люки, пронизывают все огромное помещение. Этот удивительный эффект можно наблюдать и сегодня.

Одна из загадок Абидоса — список царей Древнего Египта на стене одной из галерей храма. В нем 76 имен, начиная с Менеса, жившего где-то в конце IV тысячелетия до н. э., и заканчивая Сети I. Фараоны-женщины и разного рода временщики-узурпаторы в него не включены. Рядом со списком изображены Сети и его сын Рамсес, читающий имена древних царей. Абидосский список — один из основных источников по хронологии Древнего Египта, созданный на основе утраченных ныне архивных документов египетских храмов. В 1909 году Маргарет Мюррей — одна из первых британских женщин-археологов — обнаружила в пустыне, прямо за храмом Сети, гигантский подземный комплекс, так называемый Осирийон. Он представлял собой остров, окруженный водой, поступавшей из Нила по подземному каналу. По сторонам острова расположены гранитные столбы, подпиравшие плиты потолка в виде крышки саркофага, давно обвалившиеся. С востока к Осирийону примыкало длинное потайное помещение, названное «Зал саркофага». Над всем этим был насыпан холм, на котором росли ивы, священные деревья Осириса, — о них сообщает греческий историк Страбон (I век н. э.). В надписях на стелах, воздвигнутых в честь Осириса, этот бог назван «владыкой, спящим под холмом» в Абидосе. По легенде, здесь Исида захоронила голову Осириса, убитого Сетхом. Сегодня гранитное подземелье с многотонными столбами открыто солнечным лучам и затоплено зелеными, илистыми водами.

В «Зал саркофага» ведет низкий, вырубленный в массивном камне проем. На сводчатом потолке этого помещения вырезаны тексты и иллюстрации к важнейшим астрономическим текстам Древнего Египта, записанным здесь впервые. Гигантские уста богини неба Нут поглощают солнечный диск на закате; из лона богини диск появляется в облике скарабея на заре. Огромный Шу — бог воздуха — поддерживает мать-небо, а все пространство вокруг нее и дальше на своде зала занимают бесчисленные тексты, повествующие «о жизни и движении звезд», а также о праведных душах предков, обитающих по ту сторону неба, в таинственном пространстве Наунет — неба загробного мира. Какая святыня находилась в этом потайном зале, так и осталось еще одной загадкой царя Сети.

Скорее всего, Осирийон не единственное такого рода сооружение в этом районе. Разведка, проведенная в 2008 году египетскими археологами, показала, что за расположенным неподалеку заупокойным храмом Рамсеса Великого также находится большое подземное помещение с гигантскими каменными столбами. В этом нет ничего удивительного, поскольку мы знаем, что Рамсес любил копировать все, что было создано при его отце.


Изображение


Царский тайник

Мумия Сети I была обнаружена в знаменитом царском тайнике фиванского некрополя, который нашли братья Абд эль-Расул — грабители гробниц. Глава Службы древностей Египта Гастон Мас перо увидел на черном рынке предметы с царскими именами и понял, что открыто новое захоронение фараонов. В Луксор им был послан тайный агент «месье Мусташ», который, войдя в доверие к грабителям, выяснил, откуда происходят раритеты. Сотрудник Службы древностей Эмиль Бругш первым из европейцев спустился в подземелье 6 июля 1881 года: «И вот мы уже пробирались, — писал он, — через ларцы с фаянсовыми погребальными приношениями, металлическими и алебастровыми сосудами, пеленами и различными мелочами, пока, наконец, не добрались до поворота коридора; в глаза бросились саркофаги, в таком количестве, что я был просто потрясен. Собравшись с чувствами, я обследовал их так тщательно, как мог это сделать при свете моего факела, и сразу же увидел , что в них покоятся царственные персоны... Саркофаги стояли здесь, прислоненные к стенам, лежали на полу; среди них было много гробов совершенно невероятных размеров и веса. Их золотое покрытие и отполированные поверхности так ясно отражали мое взволнованное лицо, что казалось, будто бы я глядел в лица своих собственных предков… Я не был уверен, был это сон или явь. Взглянув на один из саркофагов, я прочел на крышке имя Сети I, отца Рамсеса II. В нескольких шагах от него с руками, сложенными на груди, в скромном саркофаге покоился сам Рамсес II».

Незавершенное великолепие
Если храм в Абидосе был выражением личного религиозного благочестия царя, то расширением храма Амона в Карнаке он занимался, следуя устоявшейся исторической традиции. Этот храм издавна считался главным святилищем страны, и каждый фараон чем-то его украшал: пилонами, колоннадами или обелисками. Еще при Тутанхамоне был составлен грандиозный проект по расширению храмового комплекса, реализация которого легла на плечи Сети. При нем был построен огромный гипостильный зал, 134 колонны которого, выполненные в форме стеблей папируса, создавали образ предвечных болот Ах-Бит, где в начале времен родилось Солнце — зримый лик предвечного божества. Размеры этого зала 103 × 52 м. Высота колонн центрального прохода-нефа в виде распустившихся метелок папируса составляет около 20 м. Они были покрыты росписями и великолепными рельефами (частью отделанными листовым золотом) общей площадью более 24 000 м2.

В посвятительной надписи, начертанной на стене храма, читаем: «Сети I, он воздвиг это для отца своего, Амона-Ра, господина Фив, построив для него великий и прекрасный храм из песчаника великолепного. Сказано Амоном-Ра, царем богов: «О сын мой, от плоти моей, возлюбленный, Владыка Обеих земель, Менмаатра, рожденный Ра. Как прекрасно то, что сделано тобой! Ты вновь возрадовал дом мой... Вот создатель памятников с любящим сердцем в Доме Отца своего, Амона». Полностью отделка гипостильного зала была завершена уже при Рамсесе II, однако лучшие рельефы, на которых царь предстает перед Амоном и божествами его свиты, участвует в ритуале коронации и в важнейших религиозных празднествах Фив, созданы, конечно же, при Сети.

Абидос, Карнак плюс отреставрированные святилища в долине Нила, грандиозные обелиски (один из них украшает площадь Дель-Пополо в Риме), роскошный летний дворец в восточной дельте Нила — все это Сети создал за 10 лет своего правления! Мы вряд ли узнаем, по какой причине фараон ушел из жизни в расцвете сил: эту тайну он унес с собой в незавершенную гробницу в Долине царей, которая считается самой красивой усыпальницей фиванского некрополя. Саму мумию Сети и еще 36 царей и цариц жрецы тайно извлекли из их усыпальниц и спрятали в подземном тайнике, опасаясь, что тела фараонов будут уничтожены грабителями гробниц. Там они пролежали до 1871 года, пока не были обнаружены местными жителями. Ученых поразила степень сохранности мумии, медики даже надеялись, что им удастся определить причину смерти Сети, но потерпели неудачу. Черты лица фараона прекрасно различимы и поражают благородством.


Изображение

Царскую гробницу обнаружил 16 октября 1817 года Джованни Батиста Бельцони — итальянский авантюрист и искатель древностей, поставлявший находки британскому консулу в Египте Генри Солту. Все стены погребального комплекса покрыты объемными расписанными рельефами, художественный уровень которых трудно переоценить. Стены коридоров, камер, лестничных пролетов повествуют о плавании по загробному миру — Дуату солнечного божества и его спутников, среди которых сам Сети. Фараон в этих сценах подносит богам бесчисленные дары и в конце концов получает от них вечную жизнь. Пространство потолка погребальной камеры, покрытого насыщенным синим пигментом, занято изображениями важнейших созвездий северной части неба, среди которых особенно выделяется Исида Хесамут — грозная бегемотица, воплощающая собой Тубан — Полярную звезду Древнего мира. Здесь же представлено шествие духов звезд — бессмертных предков царя, вместе с которыми плывут по небесам в своих золотых ладьях Сах (Орион) и Сепедет (Сириус). Они помогут душе Сети обрести вечность. Увы, гробница, которую Бельцони нашел почти в первозданном виде, сильно пострадала от рук первооткрывателя. Для посвященной этой находке выставки в Лондоне он снял восковые слепки с самых красивых рельефов, и в результате значительная часть яркого минерального пигмента прилипла к горячему воску и на нем осталась. Великолепный алебастровый саркофаг Сети, покрытый рельефными, заполненными синей стеклянной пастой изображениями созвездий и духов ночи, Бельцони также вывез в Лондон. Позже гробнице был нанесен еще больший урон другими «научными» экспедициями: грубо вырубленные из стен потрясающие рельефы хранятся в музеях Парижа, Лондона, Берлина и Флоренции.

Обследуя погребальную камеру, Бельцони обнаружил в полу узкий вход в туннель, который вел вглубь скалы и был еще в древности засыпан. Ничего подобного в других гробницах Долины царей не находили. В 2010 году группа египетских археологов дошла до отметки 174 м, где ведущая вниз лестница прервалась. В тупике виднелись очертания только начатого дверного проема, рядом на стене торопливой рукой было начертано: «Сделать дверной косяк выше и расширить проход». Выполнено это указание не было. Многочисленные гипотезы о тайной погребальной камере в гробнице оказались ложными, а истинное предназначение незавершенного туннеля так и осталось последней неразгаданной загадкой царя Сети.

Виктор Солкин, "Вокруг Света"



Ответить

Фотография Лисий Лисий 27.11 2011

..................
Виктор Солкин, "Вокруг Света"

Виктор Солкин - известный популяризатор. Его громоздкие фантазии разбирать - так овчинка выделки не стоит. Так думаю.))
Ответить

Фотография Вилес Вилес 20.02 2012

Очень интересный материал. Просто можно сказать Сети I был человеком своего времени, его деятельность во многом открыла дорогу Рамзесу II. В целом как и всегда предшественники приоткрывают путь...
Ответить

Фотография Стефан Стефан 16.01 2018

СЕ́ТИ I [др.-егип. «Принадлежащий (богу) Сету»] (ок. 1303–1290 до н.э.), второй фараон XIX династии (13–12 вв.). Сын и, вероятно, соправитель Рамсеса I, отец Рамсеса II. Успешная воен. политика С. I (победы над ливийцами, амореями, ханаанеями и хеттами) укрепила пошатнувшееся при Эхнатоне междунар. положение Древнего Египта в Вост. Средиземноморье (изображения побед С. I украсили стены гипостильного зала в Карнаке, возведённого, видимо, в его правление). Утверждая легитимность своей власти, С. I развернул широкое строительство в древних религ. центрах (Фивах, Мемфисе и др.), пострадавших в амарнский период. В Абидосе сооружён поминальный храм царя с часовней Рамсеса I и кенотаф бога («Осирейон»); в храме на стене высечен список из 76 правивших Египтом царей, начиная с Менеса и завершая С. I (т.н. Абидосский царский список). Согласно декрету из Наури, царь богато одарил этот храм привилегиями. У храма Ра в Гелиополе воздвиг аллею сфинксов и пилон с обелисками (один из них вывезен в Рим – т.н. Обелиск Фламиния на пл. Пьяцца дель-Пополо). Поминальный храм С. I и его отца в Курне, на западе Фив, стал образцом для последующих царей. Отчасти его строения были присвоены Рамсесом II (напр., С. I заложил новую столицу на западе Дельты, будущий Пер-Рамсес). Скальная гробница С. I в Долине царей (т.н. гробница Бельцони) – одна из самых больших (св. 110 м длиной) и красивых, хотя её отделка рельефами не была завершена. Хорошо сохранившаяся мумия С. I обнаружена в 1881 вместе с др. мумиями царей Нового царства в тайнике в Дейр-эль-Бахри, куда их перезахоронили жрецы при XXI династии (ныне – в Египетском музее, Каир).

 

ba3646890e17.jpg

Сети I. Голова статуи. Метрополитен-музей (Нью-Йорк).

 

Лит.: Декрет Сети I из Наури // Хрестоматия по истории Древнего Востока. М., 1980. Ч. 1; David A.R. A guide to religious ritual at Abydos. Warminster, 1981; Reeves C.N. Valley of the Kings: The decline of a royal necropolis. L.; N.Y., 1990; Hornung E. The tomb of Pharaoh Seti I. Z., 1991; Перепелкин Ю.Я. История Древнего Египта. СПб., 2001.

 

Томашевич О.В. Сети I // Большая российская энциклопедия

 

http://bigenc.ru/wor...ry/text/3659452

Ответить

Фотография Стефан Стефан 17.01 2018

Основным источником наших знаний о войнах Сутайи (Сетойя) I служат надписанные изображения его побед, а также возвращения в Египет к столичному Амане (Амуну) с толпами пленных. Эти изображения, высеченные на стенах государственного храма в Апа-сауе (Эп-эсове), сохранились, впрочем, далеко не полностью и не столько повествуют о событиях, сколько славят фараона, единолично торжествующего над врагами. Всюду он один, огромного размера, крушит и влечет к Амане (Амуну) побежденных, без малейшего намека на участие египетских войск. Желанным дополнением к победным изображениям служат разрозненные показания других египетских памятников и особенно найденные в Палестине надписи Сутайи (Сетойя) I, однако и они лишь отчасти восполняют недомолвки и пробелы основных источников.

 

Непосредственной целью похода 1-го царствования было замирение ближайшей к Египту части северных владений ‒ Палестины. Царившие в ней порядки мало чем отличались от неразберихи и смуты, которым там некогда попустительствовали Аман-хатпи (Амен-хотп) III и IV. Главными зачинщиками египетские источники выставляют кочевые племена, которые не только замышляли «мятеж» против фараона и небрегли «законами дворца», но и вносили в страну беспорядок и истребляли друг друга. Поведение Сутайи (Сетойя) в палестинском вопросе нисколько не походило на коварное и недальновидное попустительство {321} последних Аман-хатпи (Амен-хотпов). Бороться с Хатти, имея в тылу незамиренную Палестину, было по меньшей мере опасно, и фараон ее замирил. То был возврат к твердым порядкам в духе Дхут-маси (Тхут-мосе) III, грабившего того, кто грабил его сирийских верноподданных. С каким умонастроением Сутайа (Сетой) шел на палестинских смутьянов, можно себе представить по одной из надписей в Апа-сауе (Эп-эсове). Ее неприкрытая кровожадность заставляет отнестись с большим предубеждением к благообразным покою и достоинству, разлитым по лицу изумительно сохранившихся останков фараона. Когда царю донесли о палестинских неполадках, говорит надпись, «сладко было сердцу его величества от того. Ведь добрый бог (т.е. фараон) рад начать бой, веселится о нападении на него. Довольно его сердце видом крови, когда он рубит головы злоумышленников. Он любит миг сраженья более дня ликования».

 

Война в Палестине осложнялась тем, что кочевники заняли господствующие над долинами высоты («стали на хребтах сирийских» ‒ говорит египетская надпись), и в руках их оказалась, по меньшей мере, одна из нагорных твердынь ‒ укрепленный, возможно, пограничный «город Ханаанский». Сражения происходили на большом пространстве, начиная от пограничной египетской крепости Зилу: в пустыне между придорожными крепостицами, сторожившими царские водоемы, в гористых поросших лесом местностях Палестины. В битве под «городом Ханаанским» были уничтожены главные силы противника, и победитель мог бы вернуться в Египет. Но замирение палестинского юга составляло только часть задачи, поставленной себе Сутайей (Сетойем). Царю нужно было спокойствие и на палестинском севере.

 

Из полученных донесений фараон знал, что владетель Хамата (к востоку от Генисаретского озера), собрав вокруг себя значительные воинские силы, овладел близлежащим городом Бит-шани (Вифсаном, Бэт-шеаном) и, соединившись с жителями соседней Пихилим (Пеллы), запер в Рахаби (Рехобе) его владетеля. При дворе Аман-хатпи (Амен-хотпа) III и его сына на подобные события вряд ли обратили б большое внимание. Происшествие было вполне обычным для тогдашней Сирии-Палестины. Но Сутайа (Сетой) немедленно двинул свои главные силы восстановить порядок. Три больших воинских соединения египтян, носившие название в честь Аманы (Амуна), Рии (Рэ) и Суты (Сэта), действуя каждое по отдельности против Хамату (Хамат), Бит-шани и Йануаммы (Йеноамы) (на крайнем севере Палестины вблизи Ливана) добились успеха «в течение дня». Победа над Йануаммой, сильным городом, не раз участвовавшим тогда в мятежах и усобицах, была сочтена достойной изображения на храмовых стенах в Апа-сауе (Эп-эсове), разумеется, с царем в качестве единственного победителя (судя по египетской надписи из Битшани, Сутайа (Сетой) лично не брал Йануаммы). Ливанские местности были приведены теперь в полное подчинение царю, и его {322} сановник мог уже с полным основанием заверить своего повелителя, что любое его слово будет там выполнено. Напуганные ливанские владетели незамедлительно принялись за рубку леса для священной выездной ладьи Аманы (Амуна) и для его «великих» столбов перед привратными башнями в Апа-сауе (Эп-эсове). Неизвестно, встретил ли Сутайа (Сетой) в свой первый поход сопротивление со стороны финикиян, но только Сурру (Тир), Старый Сурру (Палетир) и Акка (Акко) значились впоследствии в числе побежденных царем городов.

 

Благодаря Сутайе (Сетойю) за избавление от кочевников палестинские царьки с подобающей данью раболепно стекались на проводы властелина. Возможно, фараон вернулся в Египет раньше прибытия с палестинского севера основных воинских сил. На изображениях в Апа-сауе (Эп-эсове) возвращающегося царя из числа пленных сопровождают только кочевники, тогда как представление им Амане (Амуну) захваченных хананеян изображено особо после победы над Йануаммой. Стоя на колеснице, в сопровождении измученных пленников, связанных пачками в мучительных положениях, царь минует одну за другой зубчатые крепостицы, приближается к египетскому рубежу. Здесь за тихим протоком, заросшим густым тростником, за укрепленными мостом и воротами Сутайю (Сетойя) ждут представители жречества, гражданских и светских властей, в приличествующих их сану одеждах, жрецы с роскошными связками цветов. Завидев царя и «невиданную» добычу, встречающие шумно приветствуют победителя, кликами, движениями рук и поклонами выражая свой верноподданнический восторг. Великодержавное прошлое воскресало воочию. Снова пленники, ценная утварь, золото, серебро, лазоревый камень, бирюза и иные самоцветы широким потоком вливались во службы и склада Аманы (Амуна). Увековечивая эти первые победы Сутайи (Сетойя) на стенах Апасауи (Эп-эсове), жреческий стихотворец заставил своего бога приветствовать фараона словами победной песни Дхут-маси (Тхут-мосе) III.

 

Замирение Палестины не означало еще воссоздания мировой державы XVIII царского дома. Очередь была за Сирией, где хозяйничали Хатти и зависевший от них царек Амурри. Известий о новой схватке великодержавных хищников, египетского и анатолийского, сохранилось чрезвычайно мало. Изображения в Апа-сауе (Эп-эсове) не скупятся на краски, прославляя победу над «жалкою землею Хатти, которую его величество превратило в большую груду трупов». Лучники Хатти, пешие и на колесницах, бегут перед Сутайей (Сетойем). Кто вскакивает на несущуюся мимо колесницу, думая так уйти от погибельных стрел фараона, кто, напротив, со страху выскакивает из своей или, высвободив коня из упряжи, хочет улизнуть верхом. Но надежды беглецов тщетны: трупы павших все гуще усеивают землю перед конями победителя.

 

Война с Хатти была для Сутайи (Сетойя) одновременно борьбою с зависевшими от них сирийскими княжествами. Одна из его победных надписей говорит {323} о его возвращении «из земли Хатти по истреблении стран мятежных и попрании сириян в местах их» и о «державцах больших Сирии жалкой, приведенных величеством его из побед своих над землею Хатти». Разгром фараоном «земли Амарри», важнейшего из сирийских государств, подвластных Хатти, сопровождало взятие города Кидши (Кадэш, Кадеш), изображенного стоящим на лесистой горе, но тем не менее, вероятно, тождественного с Кидши на Оронте.

 

Война с Хатти и их союзниками была успешна для египтян, и стольный Град Южный (Фивы) видел толпы анатолийских и сирийских пленных, доставленных царем в дар Амане (Амуну) вместе со всякого рода ценностями. Как далеко на север продвинул Сутайа (Сетой) египетскую границу, установить с точностью невозможно. В списках побежденных им народов наряду с палестинскими и южнофиникийскими местностями значатся среднесирийские Кидши, Катна (Уллаза, приевфратская Сирия ‒ Нахрима, северносирийский Тунип, Папхи (Бамбика вблизи Евфрата). Перечни стран, побежденных Сутайей (Сетойем), можно считать в общем надежными (за исключением, конечно, мнимого подчинения Ассирии и Вавилонии), так как они опускают ряд важных сиро-палестинских городов, многие имена среди известных нам списков подобного рода называются впервые и неоднократно подтверждаются изображениями в Апа-сауе (Эп-эсове) и надписью из Бит-шани. Если позволительно сомневаться даже во временном занятии египтянами севера Сирии, то подчинение Сутайе (Сетойю) южной и средней ее части не вызывает сомнений. Из клинописных памятников самих Хатти стало известно об отпадении к Египту княжества Амурру. Справедливо отмечено также отсутствие его в числе союзников Хатти, перечисленных в египетских источниках, еще в 5-м году правления преемника Сутайи (Сетойя) I. На некоторое время в состав египетской державы вошел, наверно, и Кидши (Кадеш) на Оронте, так как там была найдена плита с изображением Сутайи (Сетойя) перед египетскими и сирийскими божествами.

 

Сколько походов понадобилось Сутайе (Сетойю) для достижения столь крупных успехов, нам неизвестно, как не знаем мы и того, в какие годы его царствования они происходили, исключение ‒ поход 1-го года. Эфиопия, как будто бы, не пыталась восставать на грозного воителя, но на западной границе ливияне доставили фараону немало хлопот, судя по тому вниманию, которое ливийской войне уделено на изображениях в Апа-сауе (Эп-эсове). К сожалению, эти источники повествуют лишь об «единоличном» торжестве царя над противниками и их вождями, об испуге ливиян, не устоявших на поле битвы и прятавшихся день-деньской, что волки, в пещерах, да о доставке Амане (Амуну) пленных и захваченных ценностей.

 

Продолжительность царствования Сутайи (Сетойя) I неясна. Позднейший известный год ‒ 11-й (исход XIV века). Еще нестарым сошел фараон в {324} гробницу, самую протяженную и изящную по отделке среди всех царских гробниц, вырубленных в скалах на западе Нии (Нэ). В лице Сутайи (Сетойя) I правящие круги хоронили своего последнего удачливого завоевателя. Как не поспел он завершить исполинскую храмину (гипостиль) в Апа-сауе (Эп-эсове) и свои изысканные поминальные храмы в Нии (Нэ) и Абаде (Эботе, Авидосе греков), так не мог он упрочить за одно свое царствование восстановленную им почти в полном объеме мировую египетскую державу. Преемнику и сыну Сутайи (Сетойя) Риа-масэ-са II (Ра-месэ-с; XII век) пришлось, в сущности, заново восстанавливать египетскую власть в Сирии-Палестине, притом в условиях более трудных, чем его отцу. В итоге Риа-масэ-са (Ра-месэ-с) II, несмотря на все победы египетского оружия, оказался не в силах отстоять на севере границы предыдущего царствования. {326}

 

56270f76e3d1.jpg

{325}

 

Перепёлкин Ю.Я. История Древнего Египта / Общ. ред., вступит, статья и коммент. А.Л. Вассоевича. СПб.: Летний Сад; Нева, 2000. С. 321‒326.

Ответить