←  Криминалистика

Исторический форум: история России, всемирная история

»

Убийство Кивилиди - первое убийство боевым...

Фотография ddd ddd 30.03 2018

Торговцы смертью.
Как из секретного НИИ исчезли ампулы с «Новичком»


В 1990-е годы из института в Саратовской области украли до 14 ампул с отравляющим веществом. Этого количества хватило бы, чтобы убить свыше четырех тысяч человек

65335517c970664b5dc73f3f2552fdde.jpeg
Уничтожение химического боеприпаса на советском военном объекте Шиханы, 1987.
Фото: Юрий Набатов и Альберт Пушкарев / ТАСС

 

До недавнего времени дело Кивелиди было единственным известным случаем применения боевого отравляющего вещества класса «Новичок» не в лабораторных условиях, а в отношении реального человека. Четвертого марта 2018 года жертвами этого химиката, как утверждают власти Великобритании, стали бывший сотрудник ГРУ Сергей Скрипаль и его дочь Юлия. Их нашли на скамейке в Солсбери, с тех пор они находятся в больнице. Самую высокую концентрацию нервно-паралитического вещества полиция обнаружила на входной двери дома Скрипалей. Ответственность за произошедшее премьер-министр Тереза Мэй возложила на Россию. Лондон поддержали почти 30 стран, объявившие о высылке российских дипломатов.

Хотя официальная Москва отрицает причастность к отравлению, дело о покушении на Кивелиди показывает: «Новичок» производили в государственном НИИ, а сотрудник этого учреждения в 1990-е годы несколько раз продавал отравляющее вещество. В общей сложности из института исчезло от девяти до четырнадцати ампул. Их содержимого хватило бы, чтобы убить свыше четырех тысяч человек. Более того, дело Кивелиди крайне противоречиво: главный свидетель, ученый Леонид Ринк, неоднократно в течение трех месяцев менял свою позицию, но правоохранительные органы это не смутило.

Зависть на ⁠коммерческой почве

Влиятельный московский бизнесмен Иван Кивелиди и его секретарша ⁠Зара Исмаилова были отравлены 1 августа 1995 ⁠года. Предприниматель в тот же день попал в Центральную клиническую ⁠больницу с почечными приступами и скончался 4 августа. Исмаилову госпитализировали 2 августа, она ⁠умерла на следующий день. Следствие пришло к выводу, ⁠что главу Росбизнесбанка убил ⁠его партнер по бизнесу Владимир Хуцишвили: он нанес яд нервно-паралитического действия на телефонную трубку в кабинете банкира; мотив – «сложившиеся неприязненные отношения и зависть на коммерческой почве»; своей вины он не признал. В декабре 2007 года подсудимый получил девять лет колонии. Процесс проходил в закрытом режиме: хотя с материалов сняли гриф «совершенно секретно», прокуратура поставила на тома пометку «для служебного пользования». Сейчас Хуцишвили на свободе, его отпустили из колонии условно-досрочно.

Ключевой вопрос всего расследования – как именно коммерсант получил отравляющее вещество, название которого сотрудники правоохранительных органов отказывались называть даже через 13 лет после преступления. Прокуратура (в то время следствием занималось именно надзорное ведомство) выстроила следующую схему: ученый Леонид Ринк продал химикат бывшему бойцу рижского ОМОНа Артуру Таланову, а забрать ампулу с ядом должен был его друг Юрий Ермоленко. Он же, в свою очередь, сказал про вещество своему знакомому – Владимиру Хуцишвили. Когда банкир попросил отдать эту ампулу ему, а не Таланову, Ермоленко не смог отказать.

d488fe063a593483bf919e407ee06976.jpeg
Банкир и предприниматель Иван Кивелиди вел бурную общественную деятельность – в частности, он возглавлял объединение «Круглый стол бизнеса России», конкурировавшее с РСПП. Фото: Владимир Мусаэльян / ТАСС

Ученый из Шихан

Леонид Игоревич Ринк – изготовитель отравляющего вещества, установило следствие. Он родился в Ленинграде 6 сентября 1946 года, окончил Ленинградский химико-технологический институт. Во время последнего допроса в августе 2006 года он указал, что постоянно живет в городе Шиханы в Саратовской области, а в Москве останавливается в квартире в районе Зюзино. Место работы – начальник лаборатории в Государственном научно-исследовательском институте химии и технологии элементоорганических соединений. На сайте учреждения Ринк до сих поруказан в этой должности. До 1997 года он трудился в другом НИИ: был начальником одного из подразделений в Государственном институте технологии органического синтеза (ГИТОС). С 2005 года это филиал Государственного научно-исследовательского института органической химии и технологий (ГосНИИОХТ) «Шиханы».

Ринк – высококвалифицированный химик-синтетик, отзывался о нем другой ученый, чьи показания есть в деле: «Специалистов такого уровня можно пересчитать по пальцам». Примерно в 1985 году Ринк подключился к изучению яда класса «Новичок», говорит Владимир Углев, также участвовавший в работах. Исследования велись в Шиханах под руководством Петра Кирпичёва в рамках программы «Фолиант».

Программа «Фолиант» Минобороны была многосоставной: помимо «Новичка» был еще, например, специальный раздел «Хорек», объясняет бывший сотрудник ГосНИИОХТ Вил Мирзаянов, опубликовавший в 2008 году книгу, в которой он раскрыл формулу «Новичка». Всего Петр Кирпичёв и его коллеги синтезировали четыре основных типа веществ этого класса, названных по году создания: A-1972, B-1976, C-1976, D-1980.

Первые три существовали в жидком виде, четвертое – в кристаллическом. «Все вещества относятся к фосфорорганическим соединениям нервно-паралитического действия, но различаются прекурсорами (реагент, участвующий в любой стадии производства целевого вещества. – Republic), способами получения и методами использования в качестве боевых отравляющих веществ», – рассказал Углев в интервью The Bell. В разговоре с Republic он подчеркнул, что Ринк занимался прекурсорами для В-1976.

Ринк несколько раз попадал в поле зрения правоохранительных органов. Упоминания об этом есть в материалах об отравлении Кивелиди, с которыми ознакомился Republic. На одном из допросов следователь записал со слов ученого, что примерно в 1994 году тот был осужден на один год условно за «злоупотребление положением» народным судом города Шиханы. В постановлении прокуратуры от 2004 года есть более точная формулировка: судим в 1996 году Вольским горнарсудом Саратовской области по статьям «мошенничество» и «подделка, изготовление или сбыт поддельных документов, штампов, печатей, бланков».

Уже после того, как стало известно про отравление Скрипалей, Леонид Ринк дал интервью агентству «РИА Новости». Вскоре «Новая газета»написала, что это тот же человек, который фигурировал в деле банкира. В ответ химик сообщил на своей странице в Facebook: «Это ложь. Мы пойдем в суд». Он не уточнил, что именно считает неправдой. Вероятно, его возмутили сведения о приговоре: в другом посте он указал, что «заказал справку в подтверждение отсутствия судимости». Сам Ринк не ответил на многочисленные сообщения Republic.

2aed88cfe2380621a6948bb36d732b7f.jpeg
Профессор, доктор химических наук Леонид Ринк. Фото: Андрей Веселов / РИА Новости


Вскрытый сейф

«В 1996 году кто-то из управления ФСБ по Саратовской области сообщил мне, что появились сведения о возможной утечке из института сильнодействующего фосфорорганического отравляющего вещества. Я определил круг лиц, которые по своим личным и деловым качествам могли быть причастны к возможному незаконному обороту такого вещества. Номером один оказался Ринк Леонид Игоревич, заведующий лабораторией», – рассказывал в 2001 году начальник Шиханского городского отделения ФСБ Сергей Пастушенко. Вместе с замначальника отдела по контрразведывательному обеспечению стратегических объектов областного ФСБ Сергеем Казаковым он проник в кабинет Ринка и открыл его сейф. Там обнаружились материалы спектроскопического анализа неизвестного вещества. Специалисты, изучившие эти документы, пришли к выводу, что это сильнодействующий яд.

«При опросе Ринка выяснилось, что им действительно проводилась спектроскопия ядовитого вещества и что он якобы это вещество уничтожил, однако объективно подтвердить это не смог. Руководство мне сообщило, что по действующему законодательству привлечь Ринка к уголовной ответственности не представляется возможным, так как это вещество не входит в перечень сильнодействующих и ядовитых веществ. Это вещество новое, и поэтому в перечне его не могло быть. За нарушение секретности Ринк был лишен допуска к сведениям, составляющим государственную тайну, и он был уволен. Сомнений в том, что именно Ринк изготовил такое вещество, у нас не было», – резюмировал Пастушенко. Казаков подтвердил, что Ринка не привлекли к уголовной ответственности, он покинул институт в 1997 году и уехал в Москву.

Чеченский след

В 1999 году контрразведчики получили запрос из Генпрокуратуры по делу Кивелиди. Спектры вещества, которым был убит коммерсант, совпали со спектрами, найденными в кабинете профессора. «Мне думается, что Ринк, продавая это вещество, предполагал, что и лицо, его применяющее, так же погибнет, как и потерпевший. И след, ведущий к нему, оборвется», – предположил Пастушенко.

Тем не менее, уголовное дело вскоре все же было заведено. На томах стоит гриф «совершенно секретно», поэтому нельзя с уверенностью утверждать, что расследование было связано с теми фактами, которые установили сотрудники ФСБ в Шиханах. Однако некоторые обстоятельства совпадают. Так, в материалах по Кивелиди есть упоминание об информации, полученной Генпрокуратурой от управления ФСБ по Саратовской области. В сообщении говорилось, что в сентябре-октябре 1994 года начальник подразделения ГИТОС Ринк несанкционированно синтезировал отравляющее вещество типа VX, расфасовав его в 8–9 ампул: «Установлен факт сбыта Ринком лицам чеченской национальности отравляющего вещества в Москве, однако его поставка состоялась 13 сентября 1995 года, то есть позже убийства Кивелиди».

Это дело выделили из материалов по покушению на банкира. Как пишет«Новая газета», это произошло 1 октября 1998 года. А уже в апреле 1999 года расследование прекратили. По какой причине – неизвестно. Republic направил запрос в центр общественных связей ФСБ.

«Как бывший оперативный работник, 20 лет прослуживший в уголовном розыске, я знаю, что если человека схватили по факту продажи чеченцам [оружия или яда], то это компромат, на котором можно завербовать любого», – полагает адвокат Хуцишвили Борис Кузнецов, добавляя, что ему неизвестно, сотрудничал ли Ринк с ФСБ. Однако если такая вербовка состоялась, то дальше ученый мог дать любые показания, которые попросили бы сотрудники ФСБ.

Яд в гараже

Показания Леонида Ринка в связи с покушением на Кивелиди и правда можно назвать «любыми». В распоряжении Republic есть протоколы четырех допросов доктора наук об обстоятельствах изготовления и передачи яда, которым был отравлен предприниматель. Каждый раз ученый излагал новую версию событий 1993–1995 годов, заметно отличающуюся от предыдущих.

Первый разговор со следователем состоялся 17 декабря 1999 года. Ринк рассказал, что в середине 1970-х годов синтезировал фосфорорганическое вещество амитон, по структуре похожее на один из самых токсичных химикатов – VX. Позднее образцы амитона потребовались Ринку для работы над диссертацией, поэтому он хранил их у себя в гараже в «пробирке-ампуле и в черном пластмассовом контейнере». В 1993 году Ринк познакомился в Москве с коммерсантом Николаем Новиковым, а тот свел его с представителем Deutsche Bank: «На одной из встреч мы обсуждали возможность производства пестицидов на территории России». В качестве образца химик должен был привезти предпринимателям ампулу с амитоном. «Возможно, я перепутал и привез для образца не амитон, а отравляющее вещество, хотя это маловероятно, но пробирки были одинаковыми, и я мог перепутать», – сбивчиво объяснял свидетель. В результате «какой-то парень» забрал ампулу у профессора. Больше с ним никто не связывался.

Вторую версию событий он изложил спустя всего четыре дня. На этот раз он настаивал, что ампула предназначалась для бывшего бойца рижского ОМОНа Артура Таланова, которому Ринк разрекламировал продукцию завода в Шиханах, используемую в сельском хозяйстве. Первый образец не сработал: химикат утратил свои свойства, и доктор наук пообещал привезти замену. «Получилось так, что в моем гараже в городе Шиханы имелась ампула с отравляющим веществом, синтезированным в 1994 году при обстоятельствах, известных компетентным органам. Видимо, по ошибке я взял ее вместо ампулы с пестицидом: у меня в гараже было всего две ампулы», – уверял Ринк. Второй образец, лежавший в пластиковой коробке из-под авторучки, ученый отдал высокому молодому человеку на Белорусском вокзале: «Я не предполагал, что передаю военное отравляющее вещество. Впоследствии вторую ампулу, которую я считал отравляющим веществом, я реализовал иным лицам в связи с имевшимся у меня долгом, о чем давал показания по другому уголовному делу по факту несанкционированного синтеза отравляющих веществ».

Тайный синтез

Третья версия – самая подробная, она возникла в ходе допроса 16 февраля 2000 года.

  • Яд требовал у Ринка его знакомый из Шихан Рябов, чтобы отравить собаку. Сначала ученый отдал ему ампулу с 0,2–0,3 г дифенацина (яд против крыс): «Через некоторое время Рябов пришел ко мне и сказал, что яд не подействовал; тогда же он сказал, что яд нужен не для собаки, а для человека. Стал угрожать, что если я не сделаю ему этот яд, то мне будет плохо. Так как я боялся угроз Рябова, который был связан с преступными элементами, я согласился достать ему такой яд».
  • По просьбе Ринка яд синтезировала его коллега по институту Кошелева. Она понимала, что заказ «левый». Хотя Ринк настаивал, что яд нужен для «воинской части, которая работала с институтом много лет», про работу никто не должен был знать: «Она не возражала, так как я ей сказал, что ее работа будет оплачена, а ей очень нужны были деньги».
  • На синтез ушли сутки. Приемник с веществом общей массой около грамма ученый потом по ошибке отнес специалистам, работавшим с хромато-масс-спектрометром. С одной стороны, эта оплошность помогла понять, что химикат надо переделать: анализ выявил, что требуемого вещества было всего 16%. На повторный синтез ушли сутки. С другой стороны, Ринк сохранил материалы спектроскопии, и именно их потом нашли сотрудники ФСБ Пастушенко и Казаков, таким образом, изобличив ученого.

Последний раз доктор наук отвечал на вопросы следствия в августе 2006 года. Ученый сообщил лишь, что передал бывшему омоновцу ампулу с обычным ядом, которая якобы была нужна, чтобы отравить собаку. Однако этот яд не сработал, и Таланов попросил другое вещество.

Таланов тоже часто менял показания. В декабре 1999 года он подчеркивал, что яд потребовался, когда у него возник конфликт с одной из преступных группировок в Риге: Таланов разбил Volkswagen Golf, и с него требовали компенсацию в размере 30 тысяч немецких марок; долг он отдавать не хотел и купил яд у Ринка за $5 тысяч. «Через какое-то время я попробовал вещество на собаке: расколол ампулу и налил на подушку лапы собаки. Собака осталась жива. Я встретился с Ринком и сообщил ему об этом. Он пообещал ампулу заменить», – отмечал свидетель.

Уже через месяц Таланов уверял, что Ринк передал ему в первый раз не одну ампулу, а две, «сказав, что надо нанести вещество сначала из одной ампулы, а потом из другой, тогда последует желаемый результат». Эти две ампулы не подействовали. Следующий экземпляр забирал друг омоновца Юрий Ермоленко. «Когда я приехал из Риги в Москву, то спросил у Юры, где ампула. Юра мне ответил: “Ты что, телевизор не смотришь?” То есть намекнул, что Кивелиди убит веществом из ампулы. В общем Юра мне сказал, что ампулу у него попросил Хуцишвили, для чего – не объяснил, и Юра не смог отказать», – утверждал Таланов.

Столь частая смена показаний, вероятно, говорит о том, что у следствия была договоренность со свидетелями, полагает партнер адвокатского бюро «ЗКС» Алексей Буканев: «Они дают выгодные для следствия показания, чтобы изобличить убийцу, однако сами не привлекаются к уголовной ответственности». Тот факт, что в ходе допросов версия произошедшего кардинально менялась несколько раз, может объясняться тем, что фигуранты опасались за свою жизнь. «Могли быть и другие причины, в том числе связанные с коррупцией, указанием руководства», – предполагает Буканев. С ним соглашается юрист бюро «Деловой фарватер» Кристина Майорова.

«Доктор тебя опознал»

Предположение о недостоверных показаниях в деле Кивелиди позднее подтвердил Юрий Ермоленко – друг омоновца. В 2006 году он заявил, что на него надавили сотрудники милиции: «Я не принимал никаких ампул от Ринка, Таланов не просил меня получить от Ринка никаких ампул и передать ему деньги. Я не передавал никаких ампул Хуцишвили, не разговаривал с Талановым о своих подозрениях об обстоятельствах смерти Кивелиди и не хранил никаких ампул у себя дома. Всего этого не было». По словам Ермоленко, его задержали в декабре 1999 года и вынудили дать показания.

Убеждали его не только оперативники, но и Таланов: «Тот со слезами на глазах уговаривал меня, иначе его грозили выдать в Латвию, где его должны были посадить за какое-то преступление. Ближе к двум часам ночи привели какого-то человека с бородой, открыли дверь, показали на меня пальцем, после чего закрыли дверь и его увели, а мне сказали, что “доктор Ринк тебя опознал”, хотя я раньше этого человека никогда не видел». Он повторил все сказанное и в ходе слушаний, но суд не принял его слова во внимание.

Таланов, Ермоленко и Ринк избежали уголовной ответственности по делу Кивелиди. В 2004 году следствие пришло к выводу, что они участвовали в изготовлении и передаче ампулы с ядом, но не знали о готовящемся убийстве банкира, поэтому у них не могло быть преступного умысла. В этой связи дело по статье «умышленное убийство при отягчающих обстоятельствах» было прекращено в связи с отсутствием состава преступления. Было еще дело о «незаконном изготовлении, приобретении, хранении, перевозке и сбыте сильнодействующих и ядовитых веществ», но его прокуратура прекратила тем же постановлением – за истечением сроков давности.

Формула яда

«Вещество, которое я собирался получить, науке известно, оно неоднократно синтезировалось специалистами института, в том числе и из этого сырья, оно составляет гостайну. Это вещество отличается от штатного боевого вещества по своей химической формуле, однако по токсичности оно сравнимо с VX. Вещество известно узкому кругу специалистов», – объяснял Ринк. Название этого химиката ни разу не приводится в деле.

В экспертизе криминалистов МВД говорится, что это соединение крайне опасно для человека, каким бы ни был контакт с ядом – через кожу, при вдыхании или перорально. Смертельный эффект достигается за счет блокирования фермента холинэстеразы, играющего важнейшую роль в передаче нервных импульсов. Специалист-химик, присутствовавший при одном из допросов Леонида Ринка, говорил, что работы с этим веществом велись в ГИТОСе до 1994 года, а его свойства являются государственной тайной. При этом в материалах дела есть формула. Использованный против Кивелиди яд был из группы «Новичков», уверен Владимир Углев.

«Новичок» крайне токсичен. Смертельная концентрация, по словам Вила Мирзаянова, в 2008 году опубликовавшего книгу с формулой яда,составляет 0,01 мг на килограмм веса. В промышленных масштабах его никогда не производили, но и в лабораторных условиях его можно было синтезировать в большом количестве – от 20 грамм до нескольких килограмм. При этом свои свойства яд сохранял в течение долгого времени. Углев рассказал Republic, что при правильном хранении речь может идти о 50 годах, а кристаллическое вещество D-1980 остается смертельно опасным «сколь угодно долго». Он добавил, что бинарный вариант яда (состоит из отдельных безвредных компонентов, которые приведут к летальному результату только после смешения) так и не был разработан.

6cb9d3fe36dc1e639f0c929a6f2b5d42.jpeg
Экспертиза по делу Кивелиди с формулой отравляющего вещества

Целой ампулы «Новичка» было слишком много для убийства человека весом 80–90 килограмм: хватило бы и в сто раз меньше вещества, чем передал Ринк, отмечал один из экспертов по делу Кивелиди.

Если опираться на материалы расследований ФСБ и прокуратуры, то всего ученый продал от девяти до четырнадцати ампул или 2,25–3,27 грамм «Новичка». Так, от восьми до девяти ампул получили неизвестные люди из Чечни. А при подготовке покушения на банкира были синтезированы от одной до пяти ампул. Максимальная оценка приводится в показаниях Ринка от 16 февраля 2000 года: он говорил, что полученный яд разлили по четырем ампулам – по 0,25 грамм в каждой; в пятой ампуле, «пробнике», было примерно 0,02 грамм. В результате Рябов (человек, угрожавший Ринку) получил три ампулы, еще одна досталась Таланову: она была в футляре, завернутом в газету и липкую ленту. «Я понимал, что они собираются применить вещество против людей», – заключил доктор наук.

Таким образом, из института могло быть похищено достаточно яда, чтобы отравить свыше четырех тысяч человек.

*****

«Не берусь судить, как и что вынудило Лёню пойти на это. Мне тоже в 1994 году предлагали $5 тысяч, о чём я и говорил своему следователю», – рассказывает Владимир Углев. В те годы ученый полагал, что звонок от «покупателей» мог быть проверкой «с Лубянки». То, что именно Ринк создал яд для убийства банкира, у Углева вызывает сомнения: «Следователи сразу же после получения анализов по делу Кивелиди вызвали меня, мягко говоря, на разговор, так как вещество было синтезировано у нас в группе. Ринк ничего не синтезировал для передачи исполнителям убийства Кивелиди, у него был наш образец вещества». Как именно Ринк получил химикат, Углев затруднился ответить, предположив лишь, что «вещество было ему кем-то передано».

Он добавил, что в 1990-е годы вынести одну или несколько ампул из института не составляло труда. «Выносили спирт канистрами, вывозили бочками. “Несуны” – бич и достижение брежневского застоя!» – иронизирует ученый.



Илья Рождественский
Специальный корреспондент Republic


republic.ru/posts/90241

Ответить

Фотография shutoff shutoff 30.03 2018

в 1990-е годы вынести одну или несколько ампул из института не составляло труда. «Выносили спирт канистрами, вывозили бочками. “Несуны” – бич и достижение брежневского застоя!» – иронизирует ученый. Илья Рождественский Специальный корреспондент Republic

 

 Для меня осталось не ясным - когда написана эта статья? Внешне всё кажется правдивым, но с сутью есть некоторые неувязки... Подождём - правда всё-таки всплывёт, хоть наших следователей пока к Юлии Скрипарь и не пускают вопреки требованию международного законодательства - она гражданка РФ в отличии от отца, который стал гражданином ВБ.

Ответить

Фотография ddd ddd 12.04 2018

а это уже не первое убийство нервопаралитиками, но первая спецоперация о которой гос-во само рассказало что использовало в убийстве именно их.
 

«Охранники подумали, что Хаттаб отравился поганкой»

Устранение полевого командира стало одной из самых успешных операций спецслужб с использованием отравляющих веществ.
9mDWqKX6-580.jpg

Детали агентурно-боевой операции по ликвидации Хаттаба, считающейся одной из самых успешных, не разглашались 15 лет. Источник «Росбалта», имевший непосредственное отношение к событиям, рассказал подробности.

Уроженец Саудовской Аравии Амир ибн аль-Хаттаб (настоящее имя — Самер Салех ас-Сувейлем) являлся одним из самых осторожных полевых командиров. Он скрывался в горах, в окружении небольшой группы телохранителей, постоянно менял места ночлега, никогда не пользовался спутниковыми и мобильными телефонами. Отношения с внешним миром, в том числе с кураторами из арабских стран, поддерживал с помощью писем. Передавались они по цепочке курьеров, с использованием тайников, пока не попадали в руки кому-то из охранников Хаттаба. Телохранители и доставляли их шефу. Отследить всю цепочку курьеров спецслужбам не представлялось возможным. В связи с этим было объявлено, что за информацию, которая приведет к устранению Хаттаба, будет выплачено крупное вознаграждение.

На эту информацию «клюнул» один из курьеров, который изредка получал письма для Хаттаба, а потом отправлял по цепочке. Он согласился сотрудничать, осталось только дождаться, когда придет очередное послание. В марте 2002 года курьер сообщил, что из Саудовской Аравии пришло письмо для полевого командира. Оставались буквально сутки, чтобы с ним «поработать» — потом конверт необходимо отправлять получателю.
 
В срочном порядке из Москвы спецборотом доставили специалиста по ядам, который обработал само письмо специальным составом с нервно-паралитическим веществом. Причем использованный состав предусматривал, что действовать яд начнет только на вторые-третьи сутки, а выглядеть все будет, как смерть от пищевого отравления. Сделано это было, чтобы вывести курьера из-под удара.

Аккуратно запечатанный конверт отдали гонцу, и он отправился в путешествие по цепочке курьеров. О том, как дальше развивались события, спецслужбы узнали позже, когда был задержан один из личных телохранителей Хаттаба. Он рассказал, что, когда охранник принес конверт, полевой командир раскрыл его, прочел и сразу сжег в костре. Внешне никаких изменений у Хаттаба не произошла ни сразу, ни на следующие сутки. Еще через день в горах боевики наткнулись на ранние весенние грибы (по виду напоминавшие сморчки). Поскольку с продуктами было плохо, они их собрали, пожарили на костре и съели. А на утро Хаттабу стало плохо. Причем его состояние ухудшалось довольно быстро, вскоре изо рта пошла пена, а затем он умер.

Телохранители решили, что их лидер отравился грибами — среди сморчков оказалась поганка. Они винили друг друга в произошедшем, а о том, что Хаттаб был ликвидирован спецслужбами, до поры даже не догадывались.

Поняли это бандиты только спустя несколько дней, когда такие же признаки отравления появились сначала у телохранителей, получивших письмо, а потом и у курьеров. Все они тоже скончались. Всего умерло пять человек, соприкасавшихся с посланием, в том числе информатор спецслужб. Яд, которым было обработано письмо, просочился через стенки конверта и попал в организмы курьеров. Концентрация была меньше, чем та, которую получил Хаттаб, но и ее хватило для фатального исхода.

Герман Александров
Оригинал

Ответить