←  Российская Федерация

Исторический форум: история России, всемирная история

»

Кровавые тайны октября 1993 г.

Фотография shutoff shutoff 18.09 2011

Уважемый Artur, я просмотрел материалы, на которые Вы опираетесь - это не Ваш раздел. Здесь нужны аргументы. Вам нужно в "Фантастику". Здесь забанят... Извините за категоричность.
Ответить

Фотография ZHAN ZHAN 18.09 2011

Почему же в фантастику. Факты изложены верно, хоть и не полно. Вывод просто не обоснован, не связан с изложенными фактами.
Ответить

Фотография stan4420 stan4420 04.10 2018

Думали, что руководству страны хватит ума…

Из воспоминаний генерал-майора запаса, в октябре 1993-го — начштаба десантного полка
Александр Искренко
 
rastrel-belogo-doma.jpg

В Москве 25 лет тому назад произошли события, которые во многом определили исторический путь современной России. За власть в стране вступили в конфликт президент РФ Борис Ельцин со своим окружением (и как стало сегодня известно, при поддержке его западных покровителей) и Верховный Совет во главе с председателем Русланом Хасбулатовым и его сторонниками, а также вице-президентом РФ Александром Руцким. К 3 октября 1993 г. противостояние достигло такого накала, что, как бывает в подобных ситуациях (и в нашей истории тоже было), стороны решили прибегнуть к поддержке Вооруженных сил.

В то время я проходил службу в должности начальника штаба гвардейского парашютно-десантного полка, дислоцированного в Туле. В воскресенье 3 октября в полку был праздник - день части. За праздничными мероприятиями как-то забылось, что в Москве, вот уже которую неделю, идёт противоборство двух ветвей власти. Армия, конечно, должна быть вне политики, но людям военным далеко не безразлично, кому и за какие идеалы служить, какую страну защищать.

 

Из той информации, которая поступала из Москвы, трудно было понять, кто прав. Слухи ходили разные. Но думали, что в столице хватит ума, чтобы до открытого столкновения дело не доводить. Мы ошиблись.

 

Около 18 часов был объявлен сигнал «Сбор по тревоге». Боеготовность у нас всегда была на высоком уровне, поэтому мы быстро собрали весь личный состав, даже несмотря на то, что многие офицеры и прапорщики позволили себе в этот день немного «расслабиться».

Командир полка убыл в штаб дивизии, а полк стал готовиться к выполнению задачи… Какой только? Когда через час командир вернулся и собрал офицеров, то выяснилось, что идти нам приказано на Москву. Совершать марш предстояло по Симферопольскому шоссе.

Во избежание недоразумений на маршруте движения я отправил разведывательную роту для взятия под охрану стратегического моста через реку Оку недалеко от Серпухова. Поступали сведения, что сторонники обеих противоборствующих сторон мобилизуют для своей поддержки в различных населенных пунктах Подмосковья организованные группы людей, которые могли бы перегородить указанный мост, заблокировав движение войсковых колонн. Вероятность этого была высокой, ведь этим маршрутом наш полк уже шёл на Москву в августе 1991 года, и об этом было многим известно. Мы решили исключить такую возможность.

 

Задача командиру полка была поставлена на совершение марша в столицу без конкретизации того, на чьей стороне нам предстоит выступить.

 

Командующему ВДВ генерал-полковнику Е.Н. Подколзину мы верили, присяге были верны, в боевом отношении подготовлены превосходно и думали, мол, на месте разберёмся, что и к чему...

Марш совершали ночью. Рано утром уже были у МКАД. Там полковая колонна, состоящая из гусеничных и колесных машин, остановилась. Но что происходит на данный момент в центре Москвы, никто из командования полка не знал. Неизвестность томила.

Через некоторое время к месту нашего расположения прибыл заместитель командующего ВДВ с какими-то штатскими. Об обстановке было сообщено общими словами. Стало ясно, что в конфликте предстоит участвовать и нашему полку. Теперь нам предстояло продолжить движение по маршруту: МКАД, Ленинский проспект, проспект Вернадского, далее по Фрунзенской набережной, мимо Боровицких ворот Кремля, улице Знаменке и сосредоточиться в Крестовоздвиженском переулке. Легко сказать – сосредоточиться там-то и там-то, а как там разместиться, если у нас два парашютно-десантных батальона на БМД, самоходно-артиллерийский дивизион, разведрота, рота связи, инженерно-сапёрная рота, ремонтники, тыловики, другие подразделения?

Надо отметить, что боеприпасы в БМД и САО (самоходное артиллерийское орудие) загружены были полностью, а вот патроны к стрелковому оружию находились на автомобилях роты материального обеспечения.

После уточнения задачи на выдвижение в центр города командир полка приказал мне с начальником службы ракетно-артиллерийского вооружения проехать вдоль колонны, уточнить задачу командирам подразделений и выдать им боеприпасы для личного состава.

Продвигаясь вдоль колонны, я каждому командиру роты (батареи) приказал довести до подчиненных, что открывать огонь на поражение разрешено только в крайнем случае: если счёт идёт на секунды и ясно видно, что противник готовится открыть огонь по нам! Быть готовым к тому, что в ходе действий нас будут оскорблять, может, даже забрасывать камнями или чем-либо еще, но огнём на провокации не отвечать!

Почему так ставился вопрос? Потому что с марта 1988 года тульской дивизии (как впрочем, и остальным соединениям ВДВ) приходилось каждые полгода участвовать в локализации межнациональных конфликтов в республиках Закавказья, Средней Азии, на Северном Кавказе и в Приднестровье. Там сталкивались с разными провокациями, мятежники применяли оружие, нам приходилось терять своих товарищей. Забегая наперёд, скажу, что в эти самые напряжённые и опасные сутки наши десантники никого не подстрелили, в подразделениях полка раненых и погибших тоже не было.

Уже прибыв к зданию Генерального штаба и рассредоточив там технику, мы стали получать информацию о том, что происходило в районе Дома Советов и у Останкинской телебашни. Узнали, что все три парашютно-десантных полка нашей дивизии прибыли в Москву, причём полк, расположенный в Наро-Фоминске, ещё утром участвовал в штурме Белого дома и понёс значительные потери.

 

В это время в городе во многих местах шла перестрелка. Отдельные стрелки (снайперы) неустановленной принадлежности, находясь, как правило, на крышах зданий, в разных местах внезапно открывали огонь по людям, а затем скрытно исчезали.

 

Во второй половине дня нам было приказано выдвинуться всем полком к Дому Советов и во взаимодействии с парашютно-десантным полком, прибывшим из Рязани, окружить его, чтобы не допустить передвижения каких-либо вооружённых людей и возобновления вооружённого противостояния в этом районе.

Выдвигаясь по Новому Арбату, мы шли по коридору из множества людей. Одни кричали «Бейте Верховный Совет, защищайте президента!», другие призывали стать на сторону Верховного Совета и уничтожить президента! В один момент дорогу перекрыла толпа, и колонна остановилась.

Пока разведчики вместе с милицией расчищали путь, к моей командно-штабной машине подбежала пожилая женщина и закричала: «Сынки, что же вы делаете?!». Я снял шлемофон и наклонился к ней с брони и сказал: «Мать, дай доехать до места, мы там нормально разберёмся. Никого убивать мы не собираемся». «Ну, спасибо хоть за это», - вымолвила она.

Свернули на Садовое кольцо. Командир приказал всем находиться внутри боевых машин с закрытыми люками. Я остался по грудь снаружи, так было легче управлять движением колонны, ведь в смотровые приборы в городе мало что увидишь.

Вдоль обеих сторон улицы, у стен зданий, находились многочисленные сотрудники милиции в бронежилетах и с автоматами. Откуда-то сверху раздавались одиночные выстрелы, пули цокали по мостовой, но прицельного огня не велось. Милиционеры, не жалея патронов, стреляли по крышам и верхним этажам зданий. Я представил, каково там жителям…

Свернули налево в Большой Девятинский переулок и на Конюшковскую улицу. Вот и сам Дом Советов! Вокруг толпы разгорячённых людей, которых оцепление милиции оттесняло от него. Мы быстро рассредоточились со стороны Краснопресненской набережной, оцепили полукольцом здание, организовали боевое охранение района расположения полка и систему огня (на всякий случай!).

В это время разгорелся пожар на нескольких этажах здания Верховного Совета. Сотрудники специальных служб выводили из здания каких-то людей и сажали их в транспорт. Никто уже не стрелял. Да и то подумать: два парашютно-десантных полка взяли в кольцо, в общем-то, не очень большую территорию.

Подъехали пожарные машины, мы не препятствовали им тушить огонь. Появились автомобили «Скорой помощи» с какими-то добровольцами (вроде из организации «Армия спасения»). На той территории, где разместились подразделения полка, наши солдаты стали им помогать искать и загружать в машины убитых и раненных. Нашли их несколько десятков.

Как начальник штаба полка я знаю точно, что за все время мы огонь не вели, да и сопротивления нам никто не оказывал.

 

Самое непонятное, что убитые были в основном безоружные люди, видимо, просто прохожие, и лежали они в подворотнях и дворах соседних домов, которые из окон Белого дома не просматриваются. Похоже, это сделали хорошо замаскированные стрелки, которые, судя по всему, вели огонь сверху.

 

Но до сих пор неизвестно, кто разместил их на крышах, зачем они убивали случайных людей в то время как по нам, военным, не стреляли…

На душе было противно. Единственное, что утешало, так это то, что до нас другие сделали самую грязную дело, а нам не пришлось брать на свою совесть такую тяжкую ношу!

Всю ночь вокруг Дома Советов и здания мэрии бродили толпы каких-то людей, они подходили к нашим часовым с расспросами, предлагали сигареты, но те не пропускали их в расположение полка. Уже после полуночи меня позвали к одному из крайних постов. Там некая шведская тележурналистка с операторами настаивала на интервью с командованием части. Подойдя и выяснив, что ей нужно, я предложил выключить видеокамеры и без диктофона согласился ответить на некоторые вопросы. Её интересовало, на чьей мы стороне воюем и каково наше моральное самочувствие. В свою очередь, я задал ей вопрос: «В вашем детстве было ли так, что родители очень сильно между собой ссорились?» «Да-да, конечно», - ответила она. «И что вы чувствовали в тот момент?» - спросил я. «Я вас понимаю», - подумав, ответила она. «Так вот, ни у кого из нас нет никакого желания, чтобы к нам в душу лезли с такими вопросами. Никого мы не хотим поддерживать. Нам стыдно за поступки руководителей государства и горько на душе. В этой ссоре нет правых и безвинных!».

После такого разговора, она, смутившись, ушла. А утром нас сменила милиция, и мы переместились на Ходынское поле. Там разбили палаточный лагерь и простояли ещё около двух недель на тот случай, если вдруг где-то возникнут очаги вооружённого сопротивления, чтобы сразу остановить кровопролитие. Когда всё успокоилось, мы возвратились в пункты постоянной дислокации.

Смею заверить, что мы действовали дисциплинированно, профессионально и максимально корректно. Для нас в тот момент не было врага. Мы понимали, что худой мир лучше хорошей войны! Что мы обязаны были, то и сделали: гражданской войны не случилось. Но после всех событий испытывали только горечь и разочарование теми, кто взял на себя ответственность руководить государством в такое непростое время.

 

Мы тогда, кстати, не раз задавались вопросом: а что было бы, если бы Хасбулатов и Руцкой победили Ельцина? Повёл бы нас Верховный Совет по более успешному пути?

 

Чем больше проходит времени, тем сильнее уверенность в том, что вряд ли. Давайте вспомним с чего все начиналось. С большого предательства Советского Союза этой компанией – Ельциным, Руцким и Хасбулатовым в 1990-1991 годах! Сначала была провозглашена независимость России Декларацией 12 июня 1990 года на первом съезде народных депутатов РСФСР, который возглавлял тогда Р.И. Хасбулатов. А с какой целью, ведь именно Российская Федерация подала дурной пример остальным союзным республикам? С чего, собственно, и начался «парад суверенитетов».

Развал нашего государства не произошел в одночасье, обвальным образом, а постепенно. Начиная с горбачевской перестройки, мы наблюдали демонтаж Советского Союза, по сути, ликвидацию исторической России. С этой точки зрения Горбачев и Ельцин состоят в исторической преемственности. Каждый из этих двух разрушителей сыграл свою (определенную им из-за океана) губительную для СССР и России роль.

12 декабря 1991 года Верховный Совет РСФСР ратифицировал Беловежские соглашения – также незаконно, так как не имел на то полномочий. Нашлось лишь шесть порядочных членов Верховного Совета, выступивших против: С.Н. Бабурин, Н.А. Павлов, В.Б. Исаков, И.В. Константинов, С.А. Полозков, П.А. Лысов. 

Борьба за личную власть – вот что двигало Ельциным после изгнания его из Политбюро ЦК КПСС и с поста первого секретаря МГК КПСС в конце 1987 года. Его лозунги о демократии и суверенитете – всё это были пустые декларации для наивных обывателей. Естественно, в этом лихом деле нашлось ему много «помощников», желающих поживиться на развалинах страны! А в 1993 году – очередной политический скандал и опасный лично для Ельцина момент. И тогда был устроен шабаш с расстрелом Верховного Совета страны.

Очень интересна в этой ситуации роль министра обороны РФ П.С. Грачёва, приказавшего открыть огонь из танков по Дому Советов. По словам очевидцев, генерал перепрыгивал с танка на танк и лично ставил огневые задачи наводчикам орудий.

 

Как воевавший в Афганистане офицер Грачёв понимал, что если будет командовать огнём через множество командных инстанций – от генерала до солдата, то, в конечном счете, снаряды могут полететь и не в те цели… Поэтому целеуказания давал конкретно исполнителям и при этом показывал им на окна кабинетов Хасбулатова и Руцкого.

Кто бы это сделал, если не он? Да никто! Не тот же, скажем, Егор Гайдар, который по телевизору как взбесившийся призывал российский народ к расправе над Верховным Советом? Подчинённые Грачева таким желанием не горели. Но пришлось… А Павел Грачев был в одной связке с Борисом Ельциным еще с августа 1991 года, и, думаю, в октябре 1993-го выбора у него не было: выполняя «грязную» работу, он тогда спасал и себя самого…

Задним числом, конечно, каждый из нас умом крепок, но в то смутное время не было возможности разобраться, кто прав, кто виноват, да и не позволительно военному человеку обсуждать приказы. Это уже потом в уставе появилась статья о том, что преступные распоряжения можно не выполнять, но сегодня столь же трудно, как и легко обвинить военных за исход событий октября 1993 г. Оценка будет в зависимости от того, с какой стороны смотреть на процесс: условно говоря, ельцинской или хасбулатовской. Но есть еще и третья сторона – российский народ. Но ни народ, ни его армию никто тогда не спросил, да и по сей день не спрашивает, и я думаю, что и не надо: у нас и без того страна до сих пор делится на «красных» и на «белых».

 

Вывод надо делать, прежде всего, тем, кого народ поставил у руля государства. Власть должна быть разумной и не доводить свой народ до крайности.

 

Наверное, уместно будет сравнить ситуацию 25-летней давности с киевскими «майданами», что дважды случились на Украине спустя 10 и 20 лет. Эти «майданы» сама же власть практически и подготовила. И когда мы сегодня осуждаем украинцев, то не надо забывать и о наших «деяниях». Куда ж тут денешься – мы один народ, и дурь у нас одинаковая. Но, слава Богу, что мы не пошли по украинскому пути. Но если пойдем, то, думается, можем прийти даже не к «революции достоинства», а к русскому бунту «бессмысленному и беспощадному». И победу одержит тот, на чью сторону станет армия.

Такие вот мои выводы из событий октября 1993 г, которые настолько потрясли Россию, что едва не разрушили. Да и сегодня еще трясут-потряхивают… 

Ответить

Фотография ddd ddd 04.10 2018

И кто такие эти 'западные покровители' и как они покрывали переворот 93го?
Ответить

Фотография ddd ddd 05.10 2018

Непонятый урок октября 1993-го: от реформ к государству-мафии

05.10.2018

 
Прошло 25 лет после трагических событий октября 1993 года. Но причины случившегося так и не осознаны, не сделаны выводы. Газета.ру попросила рассказать о тех событиях. Но опубликовать интервью целиком испугалась. Я их понимаю.
 
В октябре 1993 года перед выпуском в эфир моего телеобращения к гражданам России запись подвергли цензуре и порезали. В 2018 году уже новое поколение российских журналистов сделало ровно то же самое. Как видите, главный урок событий 25-летней давности так и не понят. 

А главный урок в том — а именно это спросили, а потом испугались и вырезали в Газете.ру, — что реформы в России 1990-х провели так, что мафия заменила собой государство, что сегодня вся политическая система — это государство-мафия. И теперь стоит чрезвычайно сложная задача — освободиться от этой мафии и не потерять страну. 

Прочитать интервью полностью пока еще можно здесь. 

october.jpg
 
— В дни кризиса вы выступили с обращением, где призвали президента «проявить максимальную жесткость». Расскажите, как, при каких обстоятельствах было записано это обращение?
 
— Я выступил после того, как толпа вооруженных людей из Белого дома начала штурмовать мэрию и телецентр Останкино. Началось кровопролитие. Для того, чтобы записать обращение, я добрался до корпункта телекомпании ABC, который находился в арбатских переулках. Они записали пленку и отдали кассету, которую я повез на ВГТРК. Пока мы с Алексеем Мельниковым (политик, депутат Госдумы I - III созывов, фракция «Яблоко») ехали к ним, попали под обстрел и долго не могли туда подобраться, но в конце концов кассету передали. 
Редакторы ВГТРК, не согласовывая со мной, вырезали все мои слова об ответственности власти за произошедшее. Я говорил, что необходимо провести всестороннее расследование и выявить тех, кто довел до такой ситуации, разобраться, каковы ее реальные причины.
Но самое главное, что все вырезали не только в эфире, а потом и в реальности. После избрания Думы фракция «Яблоко» внесла постановление Госдумы о полномасштабном парламентском расследовании причин и обстоятельств событий октября 1993 года, которое выявило бы виновных в произошедшем. Мы исходили из того, что в уголовном кодексе есть статья «Доведение до самоубийства», а здесь было «доведение до братоубийства». И когда я настаивал на расследовании, я исходил из ответственности политиков за доведение до братоубийства.
 
Комиссия была создана, но Ельцин предложил коммунистам амнистию в обмен на закрытие расследования, они с этим согласились. Прекратить расследование очень стремилась, естественно, и фракция «Выбор России», лидеры которой несли прямую ответственность за произошедшее. Поэтому вопросы, почему все это произошло, и кто несет ответственность, в правовом смысле до сих пор остаются без ответа.
 
— Как вы оцениваете эти события сегодня?
 
— Это было фактическое начало гражданской войны. Из-за того, что власти призвали мирных людей выйти на улицу в свою защиту, было много жертв. Была хорошая погода, и подростки побежали в город, многие из них попали под обстрел. Жертв могло быть и больше, учитывая то, как вооруженные люди врывались в здание мэрии, бывшее здание СЭВ. 
 
Что касается предыстории произошедшего, то она проста: начались реформы, которые сначала общество поддержало, был абсолютный консенсус. Однако в реформах были допущены критические ошибки. 
 
В результате этих ошибок в стране произошла гиперинфляция. Рост цен за 1992 год составил 2600%. Это была полная конфискация всех денежных средств и сбережений населения. Произошло невероятное обнищание. Однако отказ президента вести диалог с народом в условиях, когда все сбережения исчезли, а деньги на глазах превращались в пыль, и никто ничего не объяснял, вызывал огромное раздражение и протест. 
 
Вместо ответа людям сказали, что они «антиреформаторские силы» и «красно-коричневые». Никаких разъяснений Ельцин давать не хотел. Может он и хотел, но не знал, как, а команда накручивала его, и ситуация дошла до гражданского столкновения. 
 
Когда Белый дом был уже в осаде, я ходил туда и разговаривал с Руцким. У меня были с ним неплохие отношения, и я ему говорил: «Александр Владимирович, выходите отсюда, забирайте своих сторонников, идите на выборы, и вы получите колоссальный результат». Но для меня ключевым моментом стал его ответ: «Григорий Алексеевич, я здесь ситуацией уже не управляю, и Хасбулатов не управляет. Здесь огромное количество вооруженных людей, и ситуация теперь развивается сама собой». Так оно, похоже, и было — это были люди откуда-то из Приднестровья, какие-то «баркашовцы» (члены ультраправой военизированной организации Русское национальное единство,  —  Газета.Ru), еще кто-то. Они уже действовали сами по себе.
 
— Можно ли было в тех условиях найти компромисс?
 
— Был референдум (апрельский референдум о доверии президенту и Верховному Совету), и его итоги говорили о том, что общество выступает за компромисс. Но его результаты проигнорировали, и радикализм взял вверх. Когда прозвучали первые выстрелы из Белого дома и вооруженные отряды вышли на улицы, надо было срочно делать выбор — страна реально вкатывалась в состояние жестокой гражданской войны. Этого никак нельзя было допустить. Никак. А будущее было все же на стороне Ельцина. Он допускал страшные ошибки, но общий исторический вектор движения России был верный.  Если бы победили вооруженные люди, которые на тот момент контролировали ситуацию в Белом доме, был бы нескончаемый хаос и кровь. Это уже не был вопрос справедливости, это был вопрос предотвращения кровопролитной гражданской войны. Чтобы этого избежать, я призвал Ельцина применить силу. 
 
— Как вы отнеслись к выходу указа 1400 о роспуске парламента?
 
— Указ этот был неконституционный, но ожидаемый. Вообще все действия властей и реформаторов осуществлялись по большевистской формуле «цель оправдывает средства». Поэтому я никак не хотел поддерживать действия Ельцина. Но когда началась гражданская война, выбора не осталось. 
 
Конечно, это были трагические события. И они во многом поменяли весь ход постсоветской истории России. Это были роковые события для реформ.
 
— Вы имели авторитет как экономист, и к вашим советам прислушивались. Вы пытались убедить команду Ельцина в неправильности их шагов? 
 
— Непосредственно в момент кризиса уже было поздно что-либо говорить по существу. А ранее, осенью 1991 года, я был зампредом Комитета по управлению народным хозяйством СССР и прекрасно представлял себе экономическую ситуацию в стране, и когда Ельцин мне рассказал, что он собирается делать, я убеждал его, что это авантюра и делать этого никак нельзя. Гайдару я тоже об этом говорил. Но они ничего не хотели слушать. В один день освободили цены в условиях 100% государственной собственности и сверх монополизированной экономики, которая именно так строилась более 70 лет, да еще и разорвали хозяйственные связи со всеми республиками. Я предупреждал, что следствием этого будет глубокий экономический спад и очень высокая инфляция. Так и вышло. В 1991 году инфляция была 12%, а за год реформ выросла в 216 раз!  Круто, конечно, быть «радикальными реформаторами», но это заканчивается стрельбой. Потому что повседневная жизнь людей это не приемлет, у них дети и престарелые родители... 
 
— Вы хорошо знали президента Ельцина. Почему, как вы думаете, он пошел на столь жесткие меры против Верховного Совета?
 
— Он был президентом России. Перед ним стоял выбор: хаос и гражданская война или применение силы в самом начале, чтобы это прекратить. Однако я был поражен, когда увидел танки, стреляющие в Белый дом. Такого я себе представить не мог! Применение силы в такой форме было для меня неожиданностью.
 
— Почему, несмотря на тяжелую экономическую ситуацию, в регионах Верховный Совет не поддержали? 
 
— Люди считали Кремль властью. Они ее ругали, но в принципе признавали. А, во-вторых, люди интуитивно понимали, что надо как-то вылезать из ямы, а Верховный Совет ничего в этом смысле не предлагал. Было ясно, что это не революция, не смена курса реформ, а это бунт, который ситуативно возглавили Хасбулатов и Руцкой, исходя из своих личных обид и амбиций. Да, среди протестующих были очень разные люди, в том числе и те, кто начинал как демократ, но бал там правили другие персонажи. А под руководством Макашова (генерал Альберт Макашов, сторонник Верховного Совета, —  Газета.Ru) можно было далеко зайти…
 
— Почему, как вы думаете, Запад однозначно поддержал сторону президента?
 
— Весь мир однозначно поддержал Ельцина. Тогда было принято считать, что в России реформы, и их надо поддерживать. В сути дела мало кто хотел разбираться. Кстати говоря, основные проблемы, которые Запад имеет с нашей страной сейчас, во многом вытекают из того, что произошло тогда. Но их роль в этом —  отдельная история.
 
— Какие уроки мы должны извлечь?
 
— Уроки простые. Реформы провели так, что мафия заменила собой государство. Сегодня вся политическая система — это государство-мафия. И теперь стоит чрезвычайно сложная задача, как освободиться от этой мафии и не потерять страну.


yavlinsky.ru/news/rossia/october1993

Ответить

Фотография Стефан Стефан 06.10 2018

ОКТЯ́БРЬСКИЙ КРИ́ЗИС 1993, внутриполитич. конфликт в Российской Федерации 21 сент. – 4 окт., в основе которого лежали кардинальные разногласия в оценке направленности и последствий радикальных реформ 1992–93 между президентом Б.Н. Ельциным и Правительством РФ, с одной стороны, и большинством ВС и Съезда нар. депутатов РФ – с другой. Важным фактором в противостоянии ветвей власти также явилось противоречие между авторитарными тенденциями в политич. практике президента и властными амбициями вице-президента А.В. Руцкого и председателя ВС Р.И. Хасбулатова. Противостояние развивалось на фоне нарастающих трудностей перехода к рыночной экономике, резкого ухудшения положения в промышленности, сельском хозяйстве и финансах, обнищания широких слоёв населения (о причинах О.к. подробнее см. раздел Российская Федерация в томе «Россия»).

 

Б.Н. Ельцин в телеобращении к гражданам России 21 сент. сообщил, что подписал Указ № 1400 «О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации», которым предписывал Съезду нар. депутатов и ВС РФ прекратить свою деятельность. Этим же указом действие Конституции РФ и рос. законодательства ограничивалось частью, «не противоречащей настоящему Указу». Большинство нар. депутатов и их сторонники отказались подчиниться этому указу, объявили о совершении Ельциным гос. переворота. Конституционный суд РФ, собравшийся в ночь с 21 на 22 сент., сформулировал заключение о том, что Указ № 1400 и «Обращение Президента к гражданам России» от 21.9.1993 не соответствуют многим статьям Конституции РФ и служат основанием для отрешения президента от должности или приведения в действие иных специальных механизмов его ответственности в соответствии со ст. 12110 или 1216 Конституции РФ (ряд членов Конституционного суда РФ не согласились с принятым заключением и заявили об особом мнении). 22 сент. на заседании ВС РФ было принято постановление «О прекращении полномочий Президента Российской Федерации Ельцина Б.Н.» и о врем. переходе президентских полномочий к вице-президенту А.В. Руцкому. Президиум ВС РФ объявил о созыве 22 сент. внеочередной сессии, а ВС, в свою очередь, принял постановление о созыве 22 сент. 10-го (чрезвычайного) Съезда нар. депутатов. Из-за противодействия представителей органов исполнит. власти на местах, в осн. принявших сторону Ельцина, необходимый кворум депутатов (св. 628 чел. – 2/3 от общего числа) собрался только к вечеру 23 сент. Открывшийся в Доме Советов Съезд нар. депутатов утвердил постановления ВС РФ о прекращении президентских полномочий Ельцина с 20 ч 00 мин 21.9.1993 и переходе их, согласно действовавшей Конституции, к вице-президенту Руцкому, а действия Ельцина квалифицировал как попытку «государственного переворота» (постановления от 23.9.1993 «О Специальном прокуроре Российской Федерации по расследованию обстоятельств государственного переворота» и от 24.9.1993 «О политическом положении в Российской Федерации в связи с государственным переворотом»).

 

Возле здания ВС РФ (Дом Советов России), оцепленного подразделениями МВД, начался бессрочный митинг в поддержку депутатов. С 28 сент. происходили столкновения между сторонниками ВС РФ и сотрудниками МВД. Переговоры между представителями ВС РФ и президента Б.Н. Ельцина, проходившие 1–2 окт. в Даниловом мон. (Москва) при посредничестве патриарха Алексия II, успехом не увенчались.

 

В середине дня 3 окт. сторонники ВС РФ сумели прорваться сквозь оцепление к Дому Советов, где прошёл митинг. Часть митингующих во главе с ген.-полк. запаса А.М. Макашовым захватили здание мэрии на Новом Арбате, а также 15 воен. грузовиков и гранатомёт. Во главе с Макашовым на захваченных грузовиках сторонники ВС РФ беспрепятственно направились к Останкинскому телецентру, где потребовали предоставить им прямой телеэфир. Одновременно с ними для охраны здания телецентра прибыл отряд спец. назначения МВД РФ «Витязь», который заблокировал входы в телецентр. После 2-часового митинга сторонники ВС РФ попытались грузовиком протаранить дверь телецентра, затем внутри помещения произошёл взрыв и был убит боец «Витязя». В ответ спецназ открыл огонь из автоматич. оружия, в результате чего погибли св. 40 чел., в т.ч. неск. журналистов.

 

В тот же день Б.Н. Ельцин подписал Указ № 1575 «О введении чрезвычайного положения в г. Москве». В ночь с 3 на 4 окт., после совещания с рядом высших офицеров МО, МВД, Мин-ва безопасности РФ и др., Ельцин подписал Указ № 1578 «О безотлагательных мерах по обеспечению режима чрезвычайного положения в г. Москве», которым предусматривается «принять меры по освобождению и разблокированию объектов, захваченных преступными элементами в г. Москве, разоружению незаконных вооружённых формирований и изъятию оружия».

 

Для участия в штурме Дома Советов были сформированы сводные подразделения из состава 2-й гв. мотострелковой Таманской, 4-й гв. танковой Кантемировской и 106-й гв. воздушно-десантной дивизий МО, а также Отд. мотострелковой дивизии оперативного назначения Внутр. войск МВД РФ (быв. дивизия им. Ф.Э. Дзержинского) и др. (всего ок. 1,7 тыс. чел. и св. 30 единиц боевой техники). При выдвижении на исходные позиции из-за несогласованности в действиях руководства МО и МВД произошли столкновения между подразделениями этих ведомств, приведшие к гибели военнослужащих. 4 окт. начался обстрел Дома Советов (в т.ч. из танков). Сторонники ВС РФ открыли ответный огонь (на складе Деп-та охраны ВС РФ имелось неск. сотен автоматов АКСУ-74 и АКМС, а также ок. 1,4 тыс. пистолетов ПМ). После полудня спец. подразделениям Мин-ва безопасности РФ «Альфа» и «Вымпел» было приказано взять Дом Советов штурмом. Руководство «Вымпела» отказалось выполнять приказ, а сотрудникам «Альфы» удалось уговорить защитников ВС РФ сдаться. Большинство защитников Дома Советов (в т.ч. Р.И. Хасбулатов, А.В. Руцкой и А.М. Макашов) были арестованы, часть вооруж. сторонников ВС РФ по подземным коммуникациям покинули здание. Столкновения между ними и подразделениями МВД в разл. районах города продолжались ещё в течение суток.

 

В результате О.к. были распущены ВС и Съезд нар. депутатов РФ, ликвидирован пост вице-президента и приостановлена деятельность Конституционного суда РФ. Генеральная прокуратура РФ возбудила уголовное дело по событиям сент. – окт. 1993 (осн. подозреваемые – Р.И. Хасбулатов, А.В. Руцкой, А.М. Макашов и др.), однако в февр. 1994 Гос. дума объявила политич. амнистию всем участникам этих событий, и в нач. 1995 производство по этому делу было прекращено. В ходе О.к., по офиц. данным, погибли 123 и были ранены 389 чел., но мн. исследователи считают эти данные значительно заниженными.

 

Силовыми методами Б.Н. Ельцину удалось предотвратить распространение политич. конфликта на всю страну и его перерастание в гражд. войну, но в то же время обнаружилась готовность власти решать внутр. проблемы при помощи вооруж. насилия, что серьёзно осложнило развитие демократич. процессов в России.

 

 

Лит.: Ельцин Б.Н. Записки президента. М., 1994; Октябрь 1993. Хроника переворота / Под ред. Г.О. Павловского. М., 1994 (спец. выпуск ж. «Век XX и мир»); Хасбулатов Р.И. Великая российская трагедия: [В 2 т.]. М., 1994; Руцкой А.В. Кровавая осень. М.; СПб., 1995; Гайдар Е.Т. Дни поражений и побед. М., 1997; Исаков В.Б. Госпереворот: Парламентские дневники, 1992–1993. Екатеринбург, 1997; Пихоя Р.Г. Конституционно-политический кризис в России 1993 г.: хроника событий и комментарий историка // Отечественная история. 2002. № 4–5.

 

Октябрьский кризис 1993 // Большая российская энциклопедия

http://bigenc.ru/mil...ce/text/2687944

Ответить

Фотография Стефан Стефан 02.03 2019

Пихоя Р.Г. Конституционно-политический кризис в России 1993 года: хроника событий и комментарий историка // Отечественная история. 2002. № 5.

https://studopedia.org/14-107171.html

Ответить