←  До Рюрика

Исторический форум: история России, всемирная история

»

Русский каганат

Фотография shutoff shutoff 30.01 2014

Если Вы говорите об ал-Джарми, то от его текстов даже буквы не осталось. 

 

  Но мы ведь знаем название его (ал-Джарми) труда, имеем ссылки на него и нам довольно много известно о его биографии.

Мы ведь сейчас о том, знал-ли он греческий язык?

Ответить

Фотография Нифонт Нифонт 01.02 2014


"Видели ли Вы хоть одного из этих йаджуджей и маджуджей?» Они припомнили, что видели один раз некоторое их количество на горе. [Тогда] подул страшный ветер и бросил [йаджуджей и маджуджей] в их сторону. Рост их на глаз — пядь с половиной".

См.: Ибн Хордадбех. «Книга путей и стран». – Баку, 1986. – § 77. Описание стены йаджудж и маджудж.

 

Русская пядь аналог арабской меры длины шибр, которая равнялась 24 см. Пядь с половиной (в переводе на арабские меры длины)=1,5 шибра или 36 см. Ух и страшные эти, йаджуджи и маджуджи. Это же гномы, которых сильным  ветром сдувает!

 

 

Таковыми они предстают в рассказе Саллама ат-Тарджумана. Почему он их так изобразил – другой вопрос. В Коране ведь ничего подобного нет, верно?

 

Что-то мне подсказывает, что люди, знающие несколько десятков языков (а стало быть, обладающие невообразимой для рядового обывателя широтой кругозора) просто не могут не быть циниками. Небось, попилил Саллам бюджет экспедиции на пару с Ашнасом ат-Турки (военачальником, рекомендовавшим его аль-Васику). Конечно, не забыв при этом откатить полагающиеся доли тем приближённым простодушного халифа, от которых зависело утверждение его кандидатуры. А сам энциклопедист, надо думать, тем временем где-то прохлаждался (целых два с лишним года) в компании особо доверенных, тратя «нажитое непосильным трудом» на яства, вино и танцовщиц.

 

Куда на самом деле он ездил, и ездил ли вообще, сказать сложно. Но отчитался полиглот перед халифом как за поездку не куда-нибудь, а в Турфан и далее к самой Великой китайской стене (упомянутый им в отчёте город Ика, якобы находящийся на границе с яджуджами и маджуджами, отожествляют с Игу-Хами – бывшей столицей уйгуров). Что тут сказать, начитанному прохиндею, много общавшемуся с купцами, промышлявшими международной торговлей, при наличии развитого воображения ничего не стоило одурачить наивного и доверчивого заказчика. Главное, что требовалось от такого сорта «путешественников», это умение складно и уверенно врать (а врал он знатно, судя по подробностям, приведённым в тексте Ибн Хордадбеха).


Сообщение отредактировал Нифонт: 01.02.2014 - 15:27 PM
Ответить

Фотография Нифонт Нифонт 01.02 2014

Нифонт: Вот только ал-Йа‘куби считал, что это были русы. При этом известные ал-Йа‘куби русы жили далеко на восток от аль-Андалуса, на который они (якобы – они) и напали в 844 г.

 

Jim: Мало ли кто и чего считал. В кинокефалов или амазонок, например, верить будем? А ведь кто-то считал, что они существуют.

 

Так кое-кто до сих пор верит даже, будто русы были не славянами. Хотя ясно же сказано в летописи: «А словѣнескъ языкъ и рускый одинъ.» Хых.
 

Jim: На северо-восток от Андалусии.

 

Да, на северо-восток. А прообразом упоминаемой в Коране «стены Зуль-Карнайна» считают древние укрепления «claustra Caspiarum», воздвигнутые для защиты от нашествий кочевников, проникавших в Иран из Северного Прикаспия через «Caspias Portas» (строительство которых позднее приписали Александру Великому). А это, между прочим, Кавказ, который от Багдада, Самарры и Басры как бы на север, а вовсе даже не на восток, вопреки тому, что говорится в Коране.

 

Jim: И андалусские арабы о русах не писали.

 

Зато о русах писали ал-Йакуби и его источник.

 

Нифонт: Ал-Джарми писал о греках (об их стране, их истории, их царях, должностных лицах, путях и дорогах) несколько лет прожив в Византии на положении особо ценимого тамошними властями (по причине своей образованности) пленника.

 

Jim: Где об этом сказано? И какой в таком случае толк ромеям было держать ал-Джарми не в К-ле, а лагере для пленных на границе.

 

Это где же сказано, будто ромеи держали ал-Джарми в «лагере для пленных»? Насчёт его особого статуса в плену (и причин, которыми этот статус был обусловлен) я уже докладывал, но для наглядности повторю. Ал-Джарми не был рядовым пленником, и махать кайлом в каменоломнях ему не приходилось. Вот что пишет аль-Масуди о пребывании Муслима ал-Джарми в ромейском плену:

 

«Был он человек с положением в пограничных областях, знакомый с жителями ар-Рума и их землей. У него есть сочинение с рассказами про румов, их царей, должностных лиц, у них, про тех, кто с ними соседит из государств бурджан, аваров, булгар, славян, хазар и других.»

 

См.: Аль-Мас‛уди. «Книга предупреждения и пересмотра», 956. // Крачковский И.Ю. Арабская географическая литература. // Крачковский И.Ю. Избранные сочинения в 6-ти томах. Том IV. – М.–Л., 1957. С. 131.

 

Так-то вот, в плену – и «человек с положением». Образованных пленников представители властей удерживающей стороны всегда стремились использовать с максимальной отдачей, нещадно эксплуатируя их знания и навыки. Учитывая, что даже просто обученных грамоте людей в ту пору было не столь уж много, такие невольники особенно ценились; обычно они корпели в канцеляриях местной администрации. Понятно, что по роду своей деятельности ал-Джарми имел доступ к деловой переписке и общался с местными бюрократами, время от времени бывающими в столице. А также со столичными чиновниками, периодически наведывающимися на периферию с инспекционными поездками.

 

Аль-Масуди ни словом не упоминает о знатности или о зажиточности ал-Джарми (о наличии у него богатых родственников, с которых в перспективе за него можно было бы взять хороший выкуп). Следовательно, его особое положение в византийском плену не могло быть обусловлено ничем иным, кроме как его образованностью, других вариантов попросту нет. Выводы из сведений, содержащихся в источниках, когда уже делать будем?

 

Jim: Возможно он выучил разговорный греческий в плену, но знание разговорного языка не означает умение читать богословские тексты и писать самому по-гречески.

 

Отлично: значит, арабы в средние века заимствовали у греков знания в самых разных областях, не читая при этом научных и философских трактатов, где эти самые знания как раз и были зафиксированы. Видать, на слух воспринимали всё это, из бесед на рынках со случайными прохожими, а что такого-то? Или так: вообще-то образованные мусульмане в полной мере владели, конечно, греческой грамотой, но только не ал-Джарми, ага?

 

В эпоху раннего средневековья образованным (а не просто грамотным) человеком у мусульман мог считаться только тот, кто владел языками, на которых были написаны древние книги, таящие в себе мудрость:

 

«Был ал-Васик би-л Лах любителем умозрения, почитателем людей его, ненавистником подражательности и людей ее, любителем обсуждения наук, [коими занимаются] ученые мужи, и их воззрений — [тех], кто был прежде или потом из знатоков законов и прочих законодателей мысли. И вот однажды собралось сообщество философов и лекарей, и произошло [обсуждение] различных [человеческих] познаний о природе явлений и о [том], что в них божественного.»

 

И далее:

 

«Когда же затянулись такие речи между спрашивающим и отвечающим, это надоело ал-Васику, и он прервал их и наградил каждого, кто присутствовал. Потом приказал он каждому из них сообщить о [том], что известно ему о воздержании в этом мире, [который является] миром погибели, тления и гордыни. И [тогда] упомянул каждый из них [то], что пришло ему на ум из рассказов о воздержании греческих философов и древних мудрецов, таких как Сукрат и Дийуджанис.»

 

См.: Аль-Масуди. «Золотые копи и россыпи самоцветов». – Гл. IX. О халифате ал-Васика.  http://www.vostlit.i.../frametext9.htm

 

На минуточку, Сукрат и Дийуджанис – это Сократ и Диоген. Выходит, образованные арабы времён халифа аль-Васика (842-847) древнегреческих философов читали в подлиннике, а Вы говорите, «разговорный греческий».

 

Напоминаю, халиф Харун аль-Васик – современник Муслима ал-Джарми, при котором этот образованный араб и был вызволен из византийского плена.

 

Нифонт: Повторяю: вплоть до первой половины XI века (Ибн Хазм, 994-1064) исламские богословы считали, что Таурат (Тора), Зубур (Псалмы) и Инджиль (Евангелие) истинны, и в них нет никакой лжи. Это подтвердил в 883 г. крупнейший и авторитетнейший толкователь Корана IX века Мухаммад ат-Табари. В своём «Тафсире» он заявлял, что иудеи и христиане могут искажать смысл своих священных текстов (которые также как и Коран ниспосланы им Аллахом), передавая его мусульманам, но сами эти тексты истинны. Поэтому чтение мусульманами Библии (что богословами, что не богословами) не только не запрещалось, но даже и не порицалось.

 

Jim: Есть ссылка на конкретные слова ат-Табари?

 

А на арабском – пойдёт? Далеко ходить не надо, достаточно заглянуть в энциклопедии. См., например, здесь: Библия в мусульманской литературе. // Еврейская энциклопедия Брокгауза и Ефрона. – СПб., 1906-1913. Или здесь: Норман Л. Гайслер. Энциклопедия христианской апологетики. Библия для всех. – СПб., 2004. С.115-119.

 

Jim: Вот, что писал А.Я.Гаркави:

http://www.vostlit.i...i_mus_pis/8.htm

 

Вывод Гаркави А.Я.: «мы убеждены, что слова в тексте Якуби, “которых называют Рус” не вышли из под пера египетского писаря конца IX-го века, а принадлежат кописту, будь это Али Анмати, или другой, читавшему уже в “Золотых лугах” Масуди догадку этого писателя, и принявшему ее за чистую монету».

 

Главный довод Гаркави А.Я. в пользу такого вывода: «у Якуби не существовали причины к отождествлению Маджус с Русами».

 

Меж тем, не всё так однозначно. Русы, конечно, не участвовали в нападении норманнов на Андалусию в 844 году, я считаю. Но, возможно, у ал-Йакуби (вернее, у его предшественника или информатора) кое-какие причины к такому отождествлению всё-таки были, что я и пытаюсь показать. Речь ведь не о том, как оно всё было на самом деле, а об этногеографических представлениях средневековых мусульманских писателей.


Сообщение отредактировал Нифонт: 01.02.2014 - 16:49 PM
Ответить

Фотография Нифонт Нифонт 01.02 2014

Итак, чем же могла быть вызвана внезапная отправка экспедиции к «стене Зуль-Карнайна» (которую ещё предстояло «найти», потому что никто не знал, где она находится)? Целых 220 лет со времени возникновения ислама арабы не беспокоились о состоянии этой «стены», как вдруг (а было это во времена правления халифа аль-Васика, 842-847) срочно выслали на её поиски дорогостоящую миссию. Чем это объяснить?

 

Саллам ат-Тарджуман (начальник этой миссии) излагал её причины Ибн Хордадбеху просто: халиф «увидел во сне, что стена, воздвигнутая Зу-л-Карнайном между нами и йаджудж и маджудж разрушена». Объяснение, конечно, наивное и невероятное (и мистика тут ни при чём). Дело в том, что у себя в халифате Харун аль-Васик ничего не решал (тем более не мог распоряжаться деньгами). От его имени всем заправляли верховный судья Абу Ду’ад и вазир Ибн аз-Заййат. Сам аль-Васик проводил дни свои в праздности, предаваясь неумеренному пьянству и чревоугодию, отчего и умер в возрасте 36 лет. Обо всём этом без обиняков сообщает аль-Масуди:

 

«Был ал-Васик обильно евшим и пившим, милостивым, жалостливым к людям дома своего, заботившимся о делах подданных своих. Шел он путем отца своего и дяди, говоря о справедливости. Подчинили его себе Ахмад б. Абу Ду’ад и Мухаммад б. ’Абд ал-Малик аз-Заййат. [Ал-Васик] отдавал [приказы] не иначе как [согласно] с мнением их и не порицал их за то, что они советовали, и [он] вручил им власть и передал на попечение царство свое.»

 

См.: Аль-Масуди. «Золотые копи и россыпи самоцветов». – Гл. IX. О халифате ал-Васика.  http://www.vostlit.i.../frametext9.htm

 

Ясно, что решение о посылке экспедиции к упомянутому в священном Коране объекту принимал не он, а более серьёзные люди. Прихотью капризного бездельника эта акция быть никак не могла. 


Сообщение отредактировал Нифонт: 01.02.2014 - 16:52 PM
Ответить

Фотография Нифонт Нифонт 20.04 2015

Несколько цитат:

 

«[Н]а несомненном политико-административном центре волынцевского населения – Битицком городище, […] в слое пожара найдены характерные наконечники стрел «гнёздовского» типа. […] Битица [погибла] в[о] [временных] рамках первой трети IX в., что […] может быть связано только с вторжением на Левобережье [Днепра] ранних русов […].» [Комар 2005: 127]

 

«[В] «почерк» разгрома Битицы вплетаются крайне неожиданные материалы – это характерные наконечники стрел «гнёздовского» типа из слоя, а также топор со щекавицами из волынцевской печки.» [Комар, Сухобоков 2004: 166]

 

«Учитывая однослойный характер памятника и чёткий стратиграфический контекст находок, не остаётся ничего другого, как предположить их связь с первым вторжением на Левобережье [Днепра] ранних русов […].» [там же: 168]

 

«Причастность мадьяр к разгрому Битицы и волынцевской культуры приходится отбросить […] – венгры-переселенцы были уже яркими носителями комплекса поясных украшений, сабель и сбруи горизонта III салтовской культуры, признаков которого нет ни на одном волынцевском памятнике.» [там же: 166]

 

 

 

Касательно последнего утверждения можно заметить, что ни на одном волынцевском памятнике нет и скандинавских предметов вооружения и экипировки, украшенных в стиле Осеберга – типичном для IX века, раз уж речь об украшениях. Между прочим, в основе датировок скандинавских художественных стилей лежат твёрдые дендрохронологические даты, поэтому на основании их сочетания построена не только скандинавская, но и европейская хронология, в частности, могильников раннесредневековой Германии [Андрощук 2004: 9-10].

 

Мало того, на волынцевских памятниках вообще не встречено ничего скандинавского: те самые «характерные наконечники стрел «гнёздовского» типа» (надо полагать, речь о наконечниках типа 41 (вариант 1) по классификации А.Ф. Медведева [Медведев 1966: 65-66]) вовсе не скандинавского, а восточноевропейского (туземного то есть) происхождения, в Скандинавии таких нет. Это всего лишь условное название, принятое в литературе (само Гнёздово возникает ок. 900 г. [Андрощук 2010: 85; Фетисов 2013: 111-115]).

 

Единичные экземпляры ланцетовидных (т.е. достоверно скандинавских) наконечников стрел впервые появляются на памятниках уже роменской культуры (финал волынцевской культуры определяет горизонт разгрома Битицкого городища [Комар 2003: 103]) лишь в последней четверти IX века (в частности, на Новотроицком [Комар, Сухобоков 2004: 169]).

 

Видимо, неспроста А.В. Комар с О.В. Сухобоковым умалчивают, что за «топор со щекавицами из волынцевской печки» обнаружен на Битицком городище. Какого он типа по классификации А.Н. Кирпичникова [Кирпичников 1966: 26-46]? Не удивлюсь, если и топор этот местного происхождения.

 

А вот мадьяры, чьи артефакты (тип Субботцев [Комар 2013: 208]) в Северном Причерноморье вплоть до последнего времени вообще не удавалось выделить из круга салтовских древностей, переселяются в Этелькёз в 830-831 гг. [Комар 2013: 197], то есть как раз в 1-й трети IX в., когда и была разгромлена Битица. Тогда же (в 30-е гг. IX в.) хазары отправляют посольство в Константинополь с просьбой о возведении крепости на Нижнем Дону (будущего Саркела), за что пришлось расплатиться передачей византийцам Крымской Готии [Комар 2013: 191] и что явно говорит о враждебных отношениях (в тот период) с полукочевниками Северного Причерноморья западнее Дона. Расположение Саркела вообще неудобно для контроля водного пути по Дону, функции крепости сводились лишь к контролю сухопутного пути и защите Хазарии от врага с запада [Артамонов 1962: 299-230].

 

Тогда же в лесостепной зоне (в долине р. Тихая Сосна) византийскими архитекторами были возведены не менее 6 крепостей [Афанасьев 2013: 83] (городища типа 4 по Г.Е. Афанасьеву). Вряд ли эти крепости были выстроены для защиты от скандинавов, чьё присутствие в Восточной Европе археологически обнаруживается лишь со 2-й половины IX в., за исключением Старой Ладоги (середина VIII в.) и Сарского городища (две находки VIII – первой половины IX вв.) [Седов 1998: 4].

 

Ареал лесостепного варианта СМК в целом характеризуется наличием сети своего рода военно-хозяйственных лагерей. Там находились центры чёрной и цветной металлургии, гончарного и ювелирного производств, изготовления орудий ремесла, сельского хозяйства и вооружения, было развито пашенное земледелие [Флёров 2006]. По сути, это был основной «агропромышленный» район Хазарского каганата, что требовало известных мер по его охране. С этой целью вплоть до 2-й трети IX в. использовались старые городища, возникшие ещё в скифское время (городища 1-3 типов по Г.Е. Афанасьеву); хазары лишь усилили дерево-земляные укрепления некоторых из них.

 

В 30-е гг. IX в. в связи с неожиданно возникшей военной угрозой (от неизвестного по источникам врага) были возведены новые каменные и кирпичные крепости. Однако, что характерно, хазарскими властями новые укрепления строились, как прежде реконструировались старые, – в качестве сторожевых крепостей, не рассчитанных на содержание постоянного гарнизона, а служивших опорными пунктами военизированных колонистов [Афанасьев 1987: 140]. То есть возводились они лишь для защиты близлежащей округи от разорения, а в случае невозможности сделать это – от истребления её жителей (иначе говоря, это были «убежища», использовавшиеся населением только во время опасности [Плетнёва 1999: 33]), но воспрепятствовать проникновению врага вглубь Хазарии они не могли. Поэтому задача защиты внутренней территории Хазарского каганата с северо-западного направления, будь таковая поставлена, была для них заведомо невыполнимой.

 

А посему, утверждение, будто хазары «закрыли крепостями Северский Донец, Оскол и Дон, то есть сделали всё, чтобы pусы не смогли проникнуть этим путём в каганат» [Комар 2003: 105], – реалиям не соответствует, равно как и утверждение о «полностью оформленном государственном объединении (838 г.)» [там же: 106], под которым понимается мифический «Русский каганат», о котором вообще нет никаких сведений.

 

Противостоять атаке профессиональных скандинавских воинов, в ходе заранее спланированной и более или менее организованной военной акции, ополчение салтовских колонистов не смогло бы даже при наличии сколь угодно мощных крепостей (любая крепость без боеспособного и достаточного по численности гарнизона – ничто). Примером чему поход 860 г., когда росы в отсутствие византийской армии, отправившейся в поход против арабов, едва не взяли штурмом Константинополь [Кузенков 2000: 68]. И, возможно, сделали бы это  («морские стены» со стороны перекрываемого цепью залива Золотой Рог в ту эпоху не были столь уж непреодолимы), если бы не увлеклись грабежом богатых предместий Города, которые были разорены и преданы огню, а их население вырезано; спаслись в основном те, кому посчастливилось укрыться за его стенами.

 

А «закрываться» от торгового контрагента, препятствуя его проникновению в собственные пределы, – зачем? Это же не Япония эпохи Токугава, а Хазария победивших торговцев и ростовщиков.

 

Ссылки

 

Spoiler
Ответить