←  История стран мира

Исторический форум: история России, всемирная история

»

Трансильвания

Фотография Стефан Стефан 14.11 2018

ТРАНСИЛЬВА́НИЯ, Эрдей, Семиградье (лат. Transsilvania – Залесье, рум. Transilvania, нем. Siebenbürgen – Семиградье, венг. Erdély), историч. область на северо-западе Румынии.

 

В античную эпоху Т. составляла ядро гос-ва даков; в этих краях находилась их столица Сармизегетуса. При Траяне земли даков стали рим. пров. Дакия. В период Великого переселения народов через Т. прошло множество народов и племён, последними по времени из которых были кочевые мадьяры. В 1003, по преданию, венг. король Иштван I разбил местного князя Дьюлу-младшего и присоединил Т. с сохранившимся здесь влашским населением к Венгрии. В 12–13 вв. здесь были поселены секеи и немцы, которые защищали юж. рубежи королевства. Из их числа назначался наместник короля – воевода. Секеи жили общинами, участвовали в походах, сохраняя свои привилегии. Нем. население, называемое по имени выходцев из Саксонии – саксами, занималось возделыванием земли и ремёслами. Область была разбита на комитаты – секейские и саксонские округа. Последние пользовались автономией и самоуправлением. С 13 в. венг. короли пытались ограничить автономию Т. С целью создания социальной опоры центр. власти сюда направлялся поток переселенцев (госпитов) с особыми привилегиями. С усилением королевской власти в Т. распространялся католицизм, православные влахи притеснялись. 16.9.1437 в местечке Каполна была заключена т.н. уния трёх социальных общностей – венг. дворян, секейской знати и патрициата саксонских городов (без участия «влашской знати») по совместному управлению Т. Уния была подтверждена её участниками в г. Торда 2.2.1438.

 

Мохачская битва 1526 отрезала Т. от венг. владений и превратила её в самостоят. княжество, во главе которого при поддержке тур. султана Сулеймана I Кануни стал хорват Я. Запойяи. Т. стала предметом споров между османами и войсками Габсбургов. В 1541 султан передал Т. малолетнему сыну Запойяи – Яношу Жигмонду на условиях признания сюзеренитета султана и уплаты ему ежегодной дани. Смерть Яноша Жигмонда в 1571 вызвала ожесточённую борьбу за власть между двумя политич. группировками дворянства Т. Победу одержал С. Баторий при поддержке мелких и средних дворян протурецкой ориентации. 2-я пол. 16 и 17 вв. – период формирования культурной и политич. идентичности Т. в качестве оплота протестантизма в Вост. Европе. До 1613 князья Т. происходили из рода Батори, в 17 в. – из рода Ракоци (см. Ракоци Дьёрдь I, Ракоци Ференц II). Они пользовались противостоянием султана и Габсбургов и успешно защищали традиц. венг. вольности от централизаторских поползновений венских императоров. В 1687 княжество было занято войсками Габсбургов. Султан окончательно отказался от претензий на обладание Т. после Карловицкого конгресса 1698–99. В 1711 Габсбурги ликвидировали государственность Т. и начали процесс её католизации. После создания Австро-Венгрии Т. вошла в состав Венг. королевства и была разделена на комитаты.

 

После окончания Первой мировой войны 1914–18 в результате Трианонского мирного договора 1920 Т. целиком вошла в состав Румынии. По решению 2-го Венского арбитража (см. Венские арбитражи 1938, 1940) Румыния передала Венгрии сев. и сев.-вост. часть Т. Юж. Т. осталась в составе Румынии. В 1944–45 венг. население сев.-вост. Т. подверглось насилию со стороны «чёрных сермяг» – рум. националистич. отрядов, именовавших также себя «гвардией Ю. Маниу». Учитывая, что Т. являлась ближайшим тылом сов. войск, командование Красной Армии разоружило эти отряды и временно передало управление территорией в руки сов. воен. властей. При подведении окончательных итогов Второй мировой войны 1939–45 по условиям мирного договора от 10.2.1947 сев.-вост. Т. была присоединена к Румынии.

 

В 1952 на востоке Т. создана Венгерская (с 1960 Муреш-Венгерская) автономная обл. со столицей в Тыргу-Муреше. В области были официально признаны венг. и рум. языки. В 1968 режим Н. Чаушеску в процессе адм.-терр. реформы ликвидировал автономию венгров. Её бывшая территория вошла преим. в состав жудецов (уездов) Муреш, Харгита и Ковасна.

 

В 1990 в Тыргу-Муреше происходили вооруж. стычки венгров и румын. В 1992 офиц. двуязычие в Тыргу-Муреше и ряде др. городов Т. восстановлено. На 2016 в Т. абсолютно преобладают румыны (75% нас.), венг. общины составляют 19,6% нас. Т. (в нач. 20 в. – 32%). Это характерно и для др. общин: немцев, русинов, евреев, сербов.

 

К Т. также относят регион Парциум, разделяющийся на историч. области Банат (юг), Кришана (центр) и Марамуреш (север), хотя исторически он не является её частью. На территории Т. располагаются 16 жудецов (уездов).

 

 

Лит.: Horedt K. Siebenbürgen im Frühmittelalter. Bonn, 1986; Pop I.-A. Instituţii medievale românești: Adunările cneziale și nobiliare (boierești) din Transilvania în secolele XIVXVI. Cluj-Napoca, 1991; idem. Românii și maghiarii în secolele IXXIV: Geneza statului medieval în Transilvania. Cluj-Napoca, 1996; Prodan D. Transilvania și iar Transilvania. Consideraţii istorice. Buc., 1992; Lázár I. Erdély rövid története. Bdpst, 1997; Трансильванский вопрос: венгеро-румынский территориальный спор и СССР, 1940–1946: Документы. М., 2000; Sălăgean T. Transilvania în a doua jumătate a secolului al XIII-lea: Afirmarea regimului congregaţional. Cluj-Napoca, 2003; Исламов Т.М., Покивайлова Т.А. СССР и трансильванский вопрос (1945–1946 гг.) // Вопросы истории. 2004. № 12; они же. Восточная Европа в силовом поле великих держав: Трансильванский вопрос, 1940–1946 годы. М., 2008; Покивайлова Т.А. Трансильванское общество в 40-х годах ХХ века // Власть и общество: непростые взаимоотношения. (Страны Центральной и Юго-Восточной Европы в ХХ веке). М., 2008; она же. Советская военная администрация в Трансильвании (ноябрь 1944 – март 1945 года): Проблемы национальных меньшинств и межэтнических конфликтов // Восточный блок и советско-венгерские отношения, 1945–1989 гг. СПб., 2010.

 

Шкундин Г.Д. Трансильвания // Большая российская энциклопедия

http://bigenc.ru/wor...ry/text/4199640

Ответить

Фотография Стефан Стефан 18.11 2018

Трансильвания. После смерти Янку де Хунедоара трансильванцы не только участвовали в антиосманской борьбе в составе войск короля Матьяша Корвина, но и самостоятельно защищались от османских набегов. В эту борьбу вносили свой вклад как сословия (знать, саксы, секеи), так и простые румыны. В рядах трансильванской знати находилась и румынская элита, еще в значительной степени сохранявшая национальные и религиозные черты. В документах упоминаются отдельный отряд румын в составе армии Трансильвании, а также многочисленные румынские воины в королевской армии и в расположенных на южной границе Венгрии крепостных гарнизонах. Король Матьяш и другие венгерские монархи часто награждали их за воинскую доблесть, предоставляя им личные или коллективные привилегии (в Банате в 1457 г. и в Хацеге в 1494 г.), в том числе издавая документы о религиозной терпимости по отношению к православным румынам – уникальные в истории венгерского «апостолического королевства». Отдельные принявшие католицизм румыны занимали такие важные официальные должности: воевода Трансильвании, баны Белграда, Жайче, Северина, Шабака, начальники замков. Их воинские качества отмечали гуманисты Антоний Бонфин, Филипп Бероальд, Альд Мануций, а также венецианский посол Себастьяно Бадуарио. В докладе 1475–1476 гг. последний так писал о составе венгерской армии и о румынах из Трансильвании: они «больше всех заслужили похвалы за проявленную доблесть против турок» и «стали частью королевского рода», действуя «всегда рядом со своим повелителем и его величеством»11.

 

Несмотря на все усилия, в XVI в. Трансильвания попала под османский сюзеренитет, что привело к глубоким внутренним преобразованиям и изменению ее международного статуса. После османских военных успехов и усилившегося в 1514 г. кризиса Венгерского королевства южная граница Венгрии стала весьма уязвимой. Превращение антиосманского крестового похода в «крестьянскую войну» под руководством Дьёрдя Дожи и жестокое наказание восставших привели к значительному снижению обороноспособности Венгрии. Поражение венгерских войск в битве при Мохаче в 1526 г. (трансильванцы в ней не участвовали) и гибель на поле боя короля решительно изменили соотношение сил в Центрально-Восточной Европе в пользу Османской империи. Вступившие в борьбу за престол группировки знати выдвинули двух королей – Яноша Запольяи, воеводу Трансильвании, {276} и Фердинанда I. Поддерживаемый основными внутренними силами (мелкая и средняя знать, политические деятели восточной части королевства), первый был склонен к признанию османского сюзеренитета, в то время как Габсбург, на сторону которого стали крупная венгерская знать, чехи и хорваты, добивался признания господства своей династии в регионе. Вспыхнула кровавая война, которая велась с переменным успехом при вмешательстве внешних сил, в том числе господарей Валахии и Молдовы. В 1541 г. султан захватил Буду и центральную часть Венгрии, тем самым окончательно разделив страну. Габсбурги утвердились в западной и северной частях королевства, а также, ссылаясь на право наследников венгерской короны, предприняли попытку захвата Трансильвании, которая находилась в их руках в 1551–1556 гг. Однако эта провинция в конце концов сумела, подобно Валахии и Молдове, отстоять свой статус автономного княжества.

 

Увеличив почти в два раза свою территорию по сравнению с эпохой воеводства, Трансильвания оказалась в лучшем положении, чем Венгрия. Здесь сложилась система «трех политических наций» и «четырех признанных религий». Три «нации» составили венгерская знать, саксы и секеи, сохранявшие до XVI в. свою принадлежность к католицизму. На протяжении XVI столетия, однако, в Трансильвании произошли существенные изменения в соотношении вероисповеданий: саксы в массовом порядке стали переходить в лютеранство, значительная часть венгров приняла кальвинизм, униатство или антитринитаризм, а бо́льшая часть секеев сохранила католическую веру. Таким образом, большинство представителей привилегированных сословий Трансильвании стали протестантами, а общие собрания периода 1550–1570 гг. официально признали новые вероисповедания. Сохранив формально свой статус, католицизм оказался религией, полностью подчиненной протестантским государственным порядкам, оставшейся без прежней иерархии, владений и ограниченной в свободе деятельности.

 

Румыны и православные по-прежнему оставались вне законодательных рамок, пользуясь лишь определенной степенью веротерпимости в силу своей общественной полезности, «пока с этим согласны граждане» (usque ad beneplacitum regnicolarum). В таких условиях у трех «наций» и у румын заметно усилились национальные особенности. «Нацию» знати все чаще стали назвать «венгерской»; она частично присвоила себе права наследника венгерской {277} политической традиции. Ее представители проживали на собственных территориях (графская земля, также названная «венгерской»), имели особое вероисповедание (кальвинизм), названное «клужским» или «венгерским». Саксы и секеи также имели свои регионы компактного проживания («саксонские земли» и «секейские земли») и свои вероисповедания, прежде всего лютеранство, которые также рассматривались как «национальные». Румыны отличались своей непризнанной религией – православием, ставшим синонимом румынской этнической принадлежности (православный значит румын). Они оставались лишенными привилегий зависимыми крестьянами: неслучайно понятие «румын» часто означало «зависимый». Реформация не нашла отклика среди румын, потому что коснулась прежде всего внутрисословных порядков и не представляла интереса для непривыкших к подобным тонкостям ментальности восточных христиан. После 1550 г. общие собрания официально утвердили «союз трех наций» и приняли первые законодательные меры, дискриминирующие румын. Провозглашенная в XVI в. «толерантность» коснулась исключительно привилегированных «наций», т.е. правящих сословий, а не румын, что вполне соответствовало ментальности эпохи.

 

После смерти Яноша Запольяи (1540) во главе Трансильвании стала «королева» Изабелла (супруга покойного) и их сын Янош Жигмонд (1540–1571). Родившийся после смерти отца, он словно бы олицетворял происходившие в Трансильвании потрясения, четырежды за свою жизнь поменяв вероисповедание: родился католиком, потом стал лютеранином, кальвинистом и, наконец, униатом. Именно при нем установилась описанная выше политическая и религиозная система. Теоретически князь пользовался широкими внутренними полномочиями, тогда как Порта вмешивалась лишь в вопросы внешней политики. Султан соблюдал автономные права княжества постольку, поскольку Трансильвания соблюдала свои обязательства в отношении Порты. Князь правил с помощью совета и общего собрания в составе 150 членов – представителей трех «наций», «четырех религий» и самого князя. Они избирались знатью комитатов, собраниями саксонских и секейских престолов, городами, посадами; своих представителей князь назначал сам.

 

После смерти Яноша Жигмонда над Трансильванией вновь нависла угроза перехода в руки Габсбургов, сторонники которых сплотились вокруг Гашпара Бекеша, выходца из знати {278} румынского происхождения. Его соперник Иштван Батори (Стефан Баторий) был поэтому сначала утвержден в качестве князя Портой и лишь затем избран собранием (1571). Этот высокообразованный человек, католик по вероисповеданию был талантливым политическим деятелем. Для сохранения автономии княжества в условиях острого соперничества между Стамбулом и Габсбургами ему приходилось проводить весьма осторожную политику.

 

Он тайно присягнул на верность императору, добившись от него помощи против своего соперника, который, в свою очередь, обратился к туркам, обещая им удвоить дань. Батори сумел уклониться от выполнения требования султана выступить в 1574 г. против господаря Молдовы Иона Водэ, но был вынужден направить свои войска, чтобы в 1577 г. посадить на престол Петра Хромого. Несмотря на увеличение объема ежегодной дани Порте с 10 до 15 тыс. золотых флоринов, положение Иштвана Батори после 1575 г. существенно упрочилось. Внутри страны он посредством умеренных и осторожных мер поддержал католицизм, ослабленный торжеством протестантского вероисповедания. Вскоре Батори обратился за помощью к Риму, потребовав направить к нему иезуитов для оказания поддержки местным католикам.

 

В 1579 г. члены Общества Иисуса появились в Клуже, Алба-Юлии и Орадя. Несмотря на недовольство большой части протестантского населения, иезуиты собрали огромные пожертвования и развернули активную деятельность в области образования.

 

В политике Иштвана Батори нашлось место и румынам. С одной стороны, значительной была их численность как потенциальных налогоплательщиков, а с другой – он мог использовать их в качестве противовеса протестантам. К тому времени православные румыны были переведены под начало кальвинистской высшей иерархии, что вызвало среди них сильное недовольство. В 1571–1572 гг. князь восстановил православную иерархию и признал православного иеромонаха Евфимия «епископом румын».

 

После поражения в 1575 г. Гашпара Бекеша противостояние между трансильванским князем и Веной усилилось в связи с вопросом об избрании на польский трон, освободившийся после краткого пребывания на нем французского принца Генриха Валуа.

 

В конечном счете при поддержке Османской империи Иштван Батори в 1575 г. был избран королем Польши. По сути, имела место личная уния между Трансильванией и Польшей, так как из Кракова Батори продолжал править и своим княжеством. В своем {279} новом качестве он тайно рассчитывал добиться освобождения страны от османского сюзеренитета. При польском дворе появилась особая канцелярия по делам Трансильвании. Для осуществления непосредственного управления княжеством в этот период воеводой был назначен брат Иштвана, Криштоф Батори, который, с согласия короля Польши, был вынужден проводить политику, подчиненную интересам Порты, принимал суровые меры против беглых крепостных и ограничил свободы секеев, подавив при этом проявления их недовольства. Еще при жизни Криштофа его малолетний сын Жигмонд был выдвинут в 1581 г. королем Польши на княжеский престол Трансильвании. От имени нового князя княжеством первоначально правили наместники, а затем губернатор – до 1588 г., когда собрание передало Жигмонду власть, – однако лишь после того, как он обещал принять меры против иезуитов. Иштван Батори умер в 1586 г., но проосманская политика трансильванских правителей продолжалась до самого конца XVI в., когда новый конфликт между христианами (Габсбурги) и Османской империей привел к серьезным изменениям в регионе. {280}

 

 

11 Iorga N. Acte şi fragmente Vol. III. P. 101. {306}

 

История Румынии / И. Болован, И.-А. Поп (координаторы) и др. / Пер. с рум. М.: Весь мир, 2005. С. 276–280, 306.

 

Ответить

Фотография Стефан Стефан 18.11 2018

Янку де Хунедоара – это Янош Хуньяди.

Ответить

Фотография Стефан Стефан 22.11 2018

Раскрытие заговора против господаря Александра Злого (1593) закончилось казнью нескольких бояр. Не исключено, что среди заговорщиков был и Михай, доставленный в Бухарест и каким-то чудом спасшийся, – то ли после присяги, в которой он отрицал свое господарское происхождение, то ли из-за отказа палача казнить его. Вначале великий бан бежал в Трансильванию, а затем перебрался в Стамбул, где с помощью связей и денег сумел получить престол Валахии (сентябрь 1593 г.).

 

Михай занял трон с твердым намерением вступить в борьбу против Порты и восстановить независимость своей страны, что стало смыслом его жизни и деятельности. Папа сумел привлечь в христианскую коалицию римского императора Рудольфа II, испанского короля Филиппа II, правителей итальянских герцогств Тосканы, Мантуи и Феррары и некоторых германских князей. Противник Габсбургов – Польша отказалась участвовать в Священной лиге. В этих условиях присоединение к христианской коалиции расположенных у османских границ и выплачивающих дань султану Трансильвании, Молдовы и Валахии приобретало особую важность. Господарь Молдовы Арон Водэ заключил 16 августа 1594 г. союз с Рудольфом II. Его примеру последовал в январе 1595 г. Жигмонд Батори. Специально для Михая папа Климент VIII еще в ноябре 1593 г. подготовил письмо, в котором подчеркивал: «Я слышал о широте твоей души и о происхождении твоего народа от римлян и итальянцев, что вполне допустимо, а также о том, что вы стремитесь восстановить былую славу ваших предков. Следовательно, вам необходимо действовать, ибо вы христиане и должны участвовать в спасении знамени креста»12. По неизвестным причинам посланник Святого Престола не передал это письмо валашскому господарю. Однако Михай по собственной инициативе направил посольство к Жигмонду Батори и Арону Водэ, вследствие чего в 1594 г. между тремя воеводами была достигнута договоренность о совместных действиях. Во главе этого «союза», в качестве «князя Дакии» стоял Жигмонд Батори. {297}

 

Первоначально валашский господарь попытался усыпить бдительность противника, чтобы не возбуждать подозрений Порты, но осенью 1594 г. он собрал «страну» (т.е. собрание страны) и заявил о решимости «освободить ее в мужественном бою» и «поднять меч против врагов». Заметно его стремление заручиться согласием слоев румын, и это свидетельствует о том, что речь шла не о личной прихоти Михая или его мятежном духе, а об осуществлении национальной воли. Доведенная османским сюзеренитетом до «нищенского состояния» страна высказалась за вооруженное сопротивление. Аналогичное решение было принято и в Молдове. Выступление началось одновременно в Бухаресте и Яссах. На помощь Михаю подоспели войска, расквартированные в стране, и отряд, посланный Жигмондом Батори. Тринадцатого ноября 1594 г. они атаковали и уничтожили османских представителей и около 2 тыс. турецких солдат, находившихся в Бухаресте для осуществления надзора за господарем. Затем были нанесены удары по османским гарнизонам на Дунае. В период с ноября 1594 по январь 1595 г. происходили бои в Джурджу, Тыргул-де-Флочи, Хыршове и Силистре. В качестве ответной меры Порта направила войска для изгнания «коварных» из Бухареста и Ясс, а также приказала захватившим Банат татарам выступить против войск Михая. Однако в январе 1595 г. эти силы были разгромлены в сражениях при Путинея, Стэнештах и Шерпэтештах. Тем временем румыны, заняв Рущук, Силистру, Брэилу и разбив ряд посланных против них османских корпусов, проникли на Балканы. Войска Арона Водэ осадили Бабадаг, сербы и болгары присоединились к румынам.

 

Султан не мог допустить продолжения вспыхнувшего в румынских княжествах восстания, которое угрожало серьезными военно-политическими и экономическими потерями для империи. Оно могло стать толчком для покоренных христиан Балканского полуострова. Кроме того, Порта лишалась тонны золота, 20 тыс. овец, 2 тыс. лошадей, 10 тыс. мешков ячменя, а также значительного количества масла, меда и других продуктов, доставляемых ежегодно из Валахии. Согласно хронике Бальтазара Вальтера, столько же поставляли Молдова и Трансильвания. Поэтому к Дунаю была выдвинута армия приблизительно в 50 тыс. османских солдат во главе с великим визирем Синан-пашой. У Михая было 8 тыс. своих воинов, а также 2 тыс. трансильванцев под командованием Альберта Кирали; в целом он мог собрать до 15 тыс. человек. Господарь нуждался в военной помощи Жигмонда Батори, однако тот, {298} воспользовавшись тем, что был признан сюзереном румынских господарей, назначил господарем вместо менее покладистого Арона Водэ принявшего его условия Штефана Рэзвана. При участии валашского митрополита, двух епископов и крупных бояр 20 мая 1595 г. в Алба-Юлии был подписан договор между Трансильванией и Валахией, согласно которому Михай подчинялся Жигмонду и становился его наместником в Бухаресте, а трансильванское собрание совместно с двенадцатью боярами должно было устанавливать объем дани. Господарь издавал документы от имени Жигмонда Батори, а печать трансильванского князя признавалась в качестве общегосударственной. Жигмонд был объявлен князем трех государств («милостью Божьей князь Трансильвании, Молдавии и закарпатской Валахии»), а Михай стал «почетным и великим воеводой нашей закарпатской страны». Будущие договоры должны были заключаться с согласия Жигмонда; смертную казнь в отношении бояр также следовало применять впредь лишь с его согласия. Господарь не мог лишать бояр должностей, греки не допускались к государственным постам, иностранцы не могли владеть собственностью в стране, также следовало вернуть всех бежавших из боярских владений крепостных. Все православные церкви Трансильвании переходили под юрисдикцию митрополии в Тырговиште. Трансильвания обещала оказывать военную помощь в борьбе против османов, восстанавливались старые границы Валахии с Молдовой и по Дунаю – по течению реки от Брэилы до Оршовы. В тексте договора сочеталось стремление части валашского боярства ограничить господарскую власть и желание трансильванского князя стать верховным сюзереном трех княжеств. Хотя Михаю пришлось на время по разным причинам согласиться с положениями договора (необходимость военной поддержки против турок и достижение ряда благоприятных для страны условий, отсутствие всякой поддержки со стороны Молдовы или германского императора Рудольфа II), он расценил действия бояр как измену.

 

В начале августа 1595 г. турецкие войска перешли Дунай. Из-за огромного перевеса сил противника господарь не мог пойти на сражение на открытом пространстве. Поэтому он выбрал для битвы местность возле села Кэлугэрени между Джурджу и Бухарестом, где расположенные в тылу лесистые холмы обеспечивали хорошую возможность отхода, а лежавшие перед фронтом болота Няжлова и Кылништи позволяли противнику идти лишь колонной {299} по деревянному мосту. В состоявшейся 13–23 августа 1595 г. битве Михай добился успеха: четыре паши, семь санджак-беев и 3 тыс. османских солдат полегли на поле боя, а румыны захватили пять пушек и одно знамя пророка. Для окончательной победы необходимо было продолжить бой на следующий день и преследовать турок до Дуная, но Михай не мог позволить себе этого. Ему пришлось отступить с войсками в сторону Карпат и в ожидании Жигмонда стать лагерем возле села Стоенешть.

 

В это время турки заняли Бухарест, превратили монастырь Раду-Водэ в мечеть, захватили Тырговиште и поставили в деревнях субашей, угрожая превратить страну в турецкую провинцию. На пути следования османских войск крестьяне прятались, нападая на мелкие отряды. В октябре 1595 г. с севера выступил Жигмонд Батори во главе 22 тыс. секеев и 15 тыс. воинов, собранных знатью и городами. В его войске было 63 пушки. Из Молдовы Штефан Рэзван послал 3 тыс. воинов с 22 пушками. Обе столицы были освобождены, а турок преследовали до Джурджу. Не успевшие перейти реку османы были уничтожены, 8 тыс. пленных освобождены. При поддержке трехсот итальянцев, отправленных герцогом Тосканским и специализировавшихся в проведении осадных работ, 20 октября (30 по новому стилю) 1595 г. была захвачена крепость Джурджу. Султан отстранил Синана от командования турецкими войсками. Так, при помощи союзников Михаю удалось предотвратить захват румынских княжеств, однако его страна была опустошена и господарю пришлось принять меры по ее восстановлению.

 

Рассчитывая на заговоры бояр против Михая, Порта отказалась от идеи создания турецкой провинции к северу от Дуная и объявила новым господарем Раду (сына Михни Потурченца). Поляки выдвинули на престол Молдовы Иеремию Могилу, а его брата Симеона надеялись посадить на валашский трон (1596). Стратегическая концепция польского канцлера и гетмана Яна Замойского сводилась к организации антиосманской обороны на линии Дуная, но для этого следовало подчинить Молдову и Валахию. Тем временем Михай разгромил и ликвидировал остатки турецких войск и изгнал из страны татар. В октябре 1596 г. турки одержали победу над армией Священной Римской империи в битве при Мезекерестеше. В декабре 1596 г. Михай в Алба-Юлии лично изложил высшему руководству Трансильвании детали создавшегося положения, уточнив при этом, что если выступят все силы {300} христианства, то турок легко можно будет одолеть, в противном же случае ему придется заключить с ними мир. Жигмонд не отличался особой решительностью и энергией, поэтому Михай начал переговоры с Портой. Седьмого января 1597 г. султан издал фирман, утверждавший его на престоле Валахии. Страна по-прежнему оставалась под османским сюзеренитетом.

 

Валашский господарь рассматривал заключенный мир как необходимую передышку. Убедившись в том, что «шапка оказалась слишком тяжела» для Жигмонда, Михай в феврале 1597 г. направил посольство к Рудольфу II с предложением принять под свое покровительство Валахию и предоставить средства для содержания армии. Используемые прежде Михаем вооруженные силы, состоявшие из крупных и мелких бояр, придворных, пехотинцев и конников, не могли постоянно оставаться в боевой готовности. Были необходимы наемники, которых он собирался найти среди румын, казаков, венгров, сербов, болгар, албанцев, балканских влахов. В июле 1597 г. от императора Рудольфа в Тырговиште поступили первые средства на содержание определенного числа солдат (он обещал деньги для 4 тыс. воинов). Обмен посольствами между Михаем и Рудольфом продолжался, пока в июне 1598 г. в монастыре Дялу не был подписан договор, согласно которому валашский господарь ежемесячно получал деньги на содержание 5 тыс. солдат, причем предполагалось дальнейшее увеличение этого числа до 10 тыс. Кроме того, Михаю посылали оружие и боеприпасы. Господарь обязывался изгнать османов «из Трансильвании, Валахии и Венгрии», а при необходимости император и его брат эрцгерцог Максимилиан должны были двинуть ему на помощь войска из Трансильвании и других областей. В случае наступления османов на Венгрию Михай должен был направить туда свои войска. Господарь Валахии перешел под сюзеренитет императора без выплаты дани, но при условии ежегодного «подарка чести», император же признал наследные права семьи Михая на валашский престол при сохранении всех прав и границ страны. При необходимости Михай мог получить замок в Венгрии или Трансильвании. Согласно договору, румынский господарь пользовался особым почетом, а брат императора отмечал, что тот «стал защитной стеной для этих стран», т.е. Валахии и Трансильвании.

 

Узнав о договоре, турки перешли к репрессиям и попытались заменить господаря. Валашские войска в 1598 г. снова перешли на южный берег Дуная и приняли участие в сражениях при {301} Никополе, Видине и Кладове. По возвращении к ним присоединились 16 тыс. сербских и болгарских крестьян, которые поселились в Валахии. Верный своим обещаниям Михай направил 1,5 тыс. воинов для снятия осады с Оради, подвергшейся нападению татар. Тем временем в Трансильвании Жигмонд Батори отказался от престола, передав его своему двоюродному брату кардиналу Андрашу Батори, верному протеже канцлера Замойского. Польским ставленником был и господарь Молдовы Иеремия Могила. Оба они желали «доброго мира» с турками и добивались устранения Михая. В Константинополе стало известно о затруднительном положении Михая Храброго, который не мог выплатить жалованья наемникам из-за того, что Батори присвоил деньги, предоставленные папой. Некоторые бояре готовили против него заговор. Сохранились даже письма валашских бояр, добивавшихся замены Михая Симеоном Могилой, рассчитывая в этом на помощь Трансильвании, Молдовы и Польши. Свой выбор они обосновывали чувством национального единства: «…ибо мы все одного обряда и языка, и господари происходят из особого рода».

 

В этих условиях у Михая не было выбора. На время он наладил отношения с турками, которые не могли согласиться с польской кандидатурой и в августе 1599 г. подтвердили его права на престол. Еще в июле того же года Михай отправил миссию к Рудольфу II и получил согласие императора на предложенный им план дальнейших действий. Валашскому господарю предстояло вступить в Трансильванию, изгнать Андраша Батори и от имени императора занять это княжество. Михай перешел с войсками через горы и стал лагерем около села Прежмер. К нему присоединились секеи, недовольные правлением представителей династии Батори. В районе села Тэлмачу к войскам Михая присоединились силы во главе с братьями Бузеску. В сражении при Шелимбере 18(28) октября 1599 г. при относительно равных силах (по 20 тыс. человек с каждой стороны) валашская армия одержала победу, и Михай беспрепятственно вступил в столицу Трансильвании, где представители власти и знати, а также католический епископ присягнули на верность румынскому господарю, признанному собранием сословий князем Трансильвании. Он сообщил Порте о занятии Трансильвании и получил фирман, подтверждавший его права на престол (в Валахии остался его сын Николай Пэтрашку). Переговоры с императором оказались сложнее, так как Рудольф II рассматривал Трансильванию как свое приобретение, а румынский {302} господарь надеялся установить там собственную власть. Господарь открыто заявил представителям габсбургского двора в лице посланников Карло Маньо, Давида Унгнада и Михая Шекели, что хочет установить в Валахии и Трансильвании свое наследное правление. Лишь после битвы под Мирэслэу (22 сентября 1600 г.) император признал Михая губернатором Трансильвании – но не князем.

 

Несмотря на трудности, господарь правил Трансильванией довольно успешно. Это была страна с необычной для него структурой, с древними и прочно установленными законами. Ему пришлось сотрудничать со знатью и сословиями, с четырьмя признанными «религиями», с сословным собранием и т.д. Михай сохранил все учреждения, официальные языки, прежнюю структуру, пытаясь тем самым обеспечить преемственность их деятельности. Однако он предпринял также ряд мер, разрывавших связь с прошлым, которая в новых условиях могла быть лишь частичной. Впервые румынский господарь из-за Карпат при поддержке румынских войск стал верховным правителем Трансильвании, и он не мог оставаться безучастным к судьбе своих новых подданных румын, многочисленных и бесправных. Именно меры в пользу румын нанесли удар по его господству, так как нерумынские институты власти ревниво следили за тем, чтобы не допустить превращения Трансильвании с преобладающим румынским населением в румынское государство, подобное Валахии и Молдове. С определенного момента сословия, прежде всего знать, отказались от сотрудничества с господарем и стали готовить заговор против «Валаха».

 

Еще летом 1598 г. Михай намеревался выступить против Иеремии Могилы; осенью 1599 г. конфликт с господарем Молдовы обострился из-за предоставления последним убежища Жигмонду Батори. Вена не одобрила этого, опасаясь непредвиденных последствий (возможности открытого конфликта с Польшей). Михай самостоятельно принял решение в этом вопросе, и в мае 1600 г. его войска вступили в Молдову, где практически не встретили серьезного сопротивления. Часть бояр присягнула ему на верность, и до назначения нового господаря там было образовано господарское наместничество. Митрополитом страны стал Дионисий Ралли.

 

Лето 1600 г. стало кульминацией правления Михая Храброго. Он сделался единоличным правителем всех трех княжеств, населенных румынами, и принял титул: «Михай Воевода, милостью Божьей господарь Валахии, Трансильвании и всей Молдовы». {303}

 

Михай, однако, имел множество врагов среди венгерской знати, сторонников семьи Могила, своих противников в Валахии, поляков и др. Недовольная его налоговой политикой, беспорядками, действиями наемников, не получивших вовремя жалованье, и «влашским» правлением в целом, трансильванская знать открыто выступила против. Она проигнорировала призыв господаря принять участие в работе сословного собрания в Себеше и собралась в Турде, где избрала своим руководителем Штефана Чаки и провозгласила начало восстания против «валашского тирана». К восставшим примкнули трансильванские города, саксы, М. Шекели, генерал Баста и в битве под Мирэслэу 18 сентября 1600 г. Михай потерпел поражение. Предоставление ему императором права губернатора Трансильвании оказалась запоздалой мерой. Михай перешел в области к югу от реки Муреш, а восставшие заняли Алба-Юлию, где учинили расправу над представителями господаря, снесли построенную тремя годами ранее православную церковь, осквернили могилу похороненного там бывшего господаря Молдовы Арона Водэ. В сентябре – октябре 1600 г. в Молдову и Валахию вошли польские войска. Следуя через Сибиу, Фэгэраш и Брашов, Михай перешел в Валахию, где ему пришлось столкнуться с отрядами поляков и Симеона Могилы. В битвах при Нэенах, Чептуре, Букове и Куртя-де-Арджеш он потерпел поражение, и бояре выдвинули на валашский престол Симеона Могилу.

 

В этих условиях Михай Храбрый вновь двинулся через Карпаты, следуя через Деву, Беюш, Орадю, Дебрецин, Токай и Братиславу, прибыл в январе 1601 г. в Вену, где был принят эрцгерцогом Матиасом, братом императора. Михай составил меморандумы для императора и тосканского герцога Козимо, в которых изложил принципы своей политики и обосновал их полезность для Священной лиги. Он добился приема у императора, с которым встретился в Праге 1 и 5 марта 1601 г. Тем временем венгерская знать Трансильвании восстала против Габсбургов, арестовала и выдворила за пределы княжества их представителя Басту, провозгласив князем Жигмонда Батори. Для императора княжество оказалось потерянным, и Михай был единственным, кто мог бы его вернуть. Именно поэтому Михай получил от императора необходимые денежные средства и вернулся в Трансильванию. По дороге он встретил генерала Басту, с которым теперь был вынужден сотрудничать. В июле 1601 г. Михай узнал, что валашские бояре во главе с братьями Бузеску изгнали Симеона {304} Могилу. В битве под Гурэслэу 24 июля (3 августа) 1601 г. (недалеко от города Залэу) объединенные силы Михая и Басты нанесли поражение войскам Жигмонда, которым помогали Иеремия Могила и турки. После этого Михай с войсками направился к Клужу (11–15 августа), где встретил представителей валашских бояр, которые вновь обратились к нему с просьбой занять престол страны. Следуя в направлении Алба-Юлии, Михай 17 августа 1601 г. достиг Турду, но к этому времени углубились разногласия между ним и Бастой. Было ясно, что итальянец завидует успехам румына и сам стремится стать правителем Трансильвании. В угоду отдельным кругам из руководства империи Баста 19 августа 1601 г. при помощи немецких и валлонских наемников убил Михая. Кантакузинская летопись так пишет об этом: «Его красивое, как дерево, тело упало, ибо он не знал [о нападении] и не успел своей храброй рукой схватить острую саблю». Убийцы отрубили господарю голову и надругались над телом, которое лишь спустя несколько дней было предано земле сербами. Пахарник Туртуря сумел тайно вынести голову Михая в монастырь Дялу, где она была с почестями погребена.

 

Как справедливо отмечал историк Н. Йорга, впоследствии «ни один румын не мог задумываться об объединении страны, не вспомнив об этой великой личности, о поднятых во имя высшей справедливости мече и секире, о его чистом взгляде, исполненном совершенной трагической поэзии…». И действительно, на протяжении XVIIIXX вв. личность Михая Храброго приобрела масштабы национального символа. Его достижения, зачастую преувеличенные, использовались в качестве примера создания единого и независимого румынского государства. Как бы то ни было, Михай Храбрый остается важнейшей фигурой своей эпохи – рубежа средневековья и нового времени. После блестящих успехов в борьбе с Портой господаря по праву считали крупным военачальником Восточной Европы, способным добиться освобождения Константинополя от османов. Характер его отношений с Османской империей позволял Михаю и некоторым его современникам рассматривать Валахию как щит христианского мира. Благодаря проводимой Михаем Храбрым политике в первые десятилетия XVII в. значительно ослабел османский натиск на румынские княжества и Трансильванию. Хотя объединение трех государств было осуществлено не по национальным, а по военно-политическим соображениям, румыны впервые в своей истории оказались под властью одного {305} правителя. Уже тогда, особенно в Трансильвании, его действия вызывали проявления чувства национальной гордости. Некоторые его современники, изъясняясь в стиле позднего гуманизма, расценили объединение 1600 г. как restitutio Daciae, т.е. восстановление единства древней Дакии. Эта недолго просуществовавшая Дакия Михая Храброго территориально в общих чертах соответствовала современной Румынии. Правление Михая положило начало переходу от инстинктивной к осознанной общерумынской солидарности, от средневековой народности к новоевропейской нации.

 

 

12 Hurmuzaki. III/1. P. 175. {306}

 

История Румынии / И. Болован, И.-А. Поп (координаторы) и др. / Пер. с рум. М.: Весь мир, 2005. С. 297–306.

Ответить

Фотография Стефан Стефан 24.11 2018

Трансильвания: реставрация и террор. Начавшийся с 1597 г. кризис политической власти в Трансильвании, вызванный противоречивой политикой Жигмонда Батори, обусловил трудное положение княжества. Впервые со времени создания самостоятельного княжества начался рост влияния сторонников Габсбургов, что оказало заметное влияние на политику Трансильвании. Частые смены правителей, связанные с возвращением Жигмонда Батори (третий раз в 1601 г., четвертый раз в 1601 – феврале 1602 г.), а также генерала Басты и эмиссаров императора Рудольфа II (1602–1603, 1603–1604), нарушили политическую стабильность и вызвали серьезный кризис. Попытки Басты, ставшего губернатором, высшим комиссаром и главнокомандующим страны, создать наемную армию, а также грабежи, налоговое бремя, чума, голод, насильственная католизация и попытки Рудольфа II превратить Трансильванию в австрийскую провинцию вызвали недовольство во всех сословиях. Туркофильская часть знати объединилась вокруг Мозеша Секея, который добился поддержки Порты в обмен на обещание уступить османам крепости Липова и Инеу. В мае – июне 1603 г., опираясь на военную поддержку турок, Мозеш Секей восстал против власти Габсбургов в {315} Трансильвании. Для восстановления статус-кво валашский господарь Раду Шербан по просьбе Вены ввел в Трансильванию войска и 17 июля 1603 г. одержал победу в бою под Брашовом. Мозеш Секей пал на поле битвы, а румынский господарь с июля по сентябрь 1603 г. стоял во главе Трансильвании. Спустя некоторое время генерал Баста и императорские эмиссары восстановили контроль императора над провинцией (1603 – апрель 1604 г.).

 

Часть сословий Трансильвании, недовольная сложившейся обстановкой, сделала ставку на Иштвана Бочкаи, бывшего сторонника Габсбургов, перешедшего на сторону проосманских сил. Хороший военачальник и умелый дипломат, он сумел добиться поддержки гайдуков и секеев обещаниями восстановить прежние свободы. Постепенно он приблизил к себе и остальные сословия. Особенно ярко это проявилось после того, как Порта признала его князем Трансильвании и послала ему в ноябре 1604 г. символы власти. Для полного успеха ему оставалось добиться поддержки саксов и города Сибиу, хранивших верность Габсбургам и питавших надежду на их возвращение при поддержке валашского господаря Раду Водэ.

 

Военные успехи Бочкаи в борьбе против Габсбургов (захват крепостей Сату-Маре, Уйвар, Токай и прилегающих к ним территорий) укрепили его внутреннее положение и внешнеполитический престиж. Собравшиеся на общем собрании в Медиаше 14 сентября 1605 г. трансильванские сословия присягнули на верность князю Иштвану Бочкаи, явившемуся с многочисленной свитой на торжество, в котором участвовали также послы румынских господарей и султана. Пятого августа 1605 г. в Тырговиште было заключено соглашение о союзе между Трансильванией и Валахией. В ноябре 1605 г. Порта утвердила за Бочкаи титул короля Средней Венгрии и на десять лет освободила Трансильванию от выплаты дани. По возвращении в Трансильванию Бочкаи был вынужден уступить туркам крепости Липова и Инеу. Созванное в Клуже в апреле 1606 г. общее собрание обсудило ситуацию, сложившуюся после назначения Бочкаи королем Венгрии, и приняло решение сохранить свободу провинции и право свободного избрания князя.

 

После переговоров с представителями Рудольфа II в июне 1606 г. в Вене был подписан мирный договор, на основании которого Бочкаи сохранил титул князя Трансильвании и контроль над крепостями Сату-Маре и Токай, а также округами Берег и Угоча. {316} Князь Трансильвании внес свой вклад в заключение мира в Житватороке (ноябрь 1606 г.)г которым был положен конец войне, начатой в 1593 г. Восстановленный статус-кво между двумя империями сохранялся до 1663 г. Трансильвания оставалась автономным княжеством под сюзеренитетом Порты. Таким образом на время был положен конец вооруженному вмешательству Габсбургов в трансильванские дела.

 

 

Князь добрососедства. Неожиданная смерть князя Штефана Бочкаи вновь привела к политической дестабилизации. В своем завещании Бочкаи назначил наследником Валентина Другета из Хомонни, правителя комитатов Замплен и Марамуреш, пользовавшегося поддержкой Порты. Однако сословия избрали энергичного Сигизмунда Ракоци (1607–1608), прежнего заместителя князя, сняв таким образом кандидатуры Валентина Другета и Габриеля Батори. Настаивая на своем праве определять властителя провинции, сословия требовали, чтобы им становился представитель трансильванской знати. В условиях продолжения борьбы за власть сословия пытались лавировать между двумя великими державами. Под давлением двух сторон Жигмонд Ракоци отказался от престола в пользу молодого Габриеля Батори.

 

При этом сословия еще более энергично отстаивали свое право на свободный выбор князя, стремясь сохранить мир с обеими великими державами и хорошие отношения с обоими румынскими княжествами, требовали использовать гайдуков исключительно для защиты страны, отстаивали свободы секеев и т.д. Демарши перед Портой в пользу князя Габриеля Батори, осуществленные при содействии господаря Валахии и крымского хана, закончились успешно. Новый князь в ноябре 1608 г. был признан Портой, получив символы власти и освобождение страны от выплаты дани на три года. Переговоры с Габсбургами оказались сложнее, так как проходили под давлением выступлений гайдуков. Подписанием договоров с Валахией и Молдовой в 1608 г. князь добился возвышения над соседними господарями. Его попытка завоевать признание посредством авторитарной внутренней политики при поддержке прибывшей из Венгрии знати вызвала недовольство сословий, так как были затронуты привилегии секеев и саксов, а многие представители местной знати стали жертвами террора. В конце 1610 г. Габриель Батори вторгся в Валахию и на короткое время принял титул господаря этого {317} княжества. Потерпев поражение от Раду Шербана в битве под Брашовом (1611), Габриель Батори впал в немилость как Порты, так и Габсбургов. В лице его соперника Габриеля Бетлена турки нашли самого подходящего кандидата на престол князя Трансильвании. В результате османского похода, совершенного осенью 1613 г. при участии войск валашского господаря Раду Михни и молдавского господаря Штефана II Томши, правлению Габриеля Батори был положен конец.

 

 

Габриель Бетлен и его эпоха

 

Начало правления. Собранные 22 октября 1613 г. на общем собрании в Клуже сословия учли пожелание Порты и согласились с избранием Габриеля Бетлена на престол Трансильвании. Его торжественная инаугурация проходила в присутствии турецких и румынских войск во главе с румынскими господарями. При этом трое соседей, находившихся под сюзеренитетом Османской империи, присягнули друг другу в вечной дружбе и обязались при необходимости оказывать взаимную помощь. Условия, выдвинутые собранием новому князю, которые тому следовало отстаивать перед Портой, свидетельствовали о настойчивом стремлении сословий добиться точного соблюдения в будущем принципа libera electio* князя и исключения возможности применения положения qui поп est patriota vel ех sangvine hungarico**, а также обеспечения дружественных отношений с румынскими княжествами. В результате изданный в июле 1614 г. султаном Ахмедом I фирман учитывал эти требования сословий и устанавливал дань Трансильвании в пользу Порты в размере 10 тыс. червонцев.

 

Пришедший к власти при поддержке османов Габриель Бетлен был хорошо знаком с политической реальностью своей эпохи. Обладая качествами дипломата, он убедился, что только хорошие связи с Портой и румынскими княжествами могут обеспечить ему спокойное и стабильное правление. Под угрозой возможной поддержки Габсбургами других претендентов на престол, признаваемый ими лишь в качестве «воеводы» или «губернатора», Габриель Бетлен уступил давлению турок и в 1616 г. отдал им крепость {318} Липова, однако сумел сохранить Инеу и добиться новой отсрочки выплаты дани, выставив на стороне Порты в войне против Польши войско численностью в 12 тыс. человек. При этом послам князя удалось сыграть роль посредников между воюющими сторонами и способствовать заключению ими в сентябре 1617 г. мира в Яруче. Согласно этому договору Польша обязывалась не вмешиваться в дела Молдовы, Валахии и Трансильвании. Личное участие князя в кампании против поляков в 1617 г. вместе с господарем Валахии Александром Илиашем и господарем Молдовы Раду Михней имело следствием подписание 26 сентября 1617 г. в Сороке договора о союзе и добрососедстве между Габриелем Бетленом и молдавским господарем. Позже князь подписал аналогичный документ в форме «конфедерации» (1619) с новым господарем Валахии Гаврилом Могилой, возведенным на престол при его личной поддержке.

 

Политика подчеркнутой лояльности Габриеля Бетлена по отношению к Порте привела к ухудшению его отношений с перешедшим на сторону поляков и Габсбургов господарем Молдовы Гаспаром Грациани, так как князь добивался у турок его замены (1620). В это время в Валахии вновь пришел к власти Раду Михня, с которым Габриель Бетлен в 1622 г. обновил в Клуже заключенный ранее договор о дружбе. Дипломатическая борьба против Александра Илиаша, Гаспара Грациани, Раду Михни и Мирона Барновского свидетельствует о стремлении Габриеля Бетлена стать покровителем румынских господарей. Перед лицом подобной политики авторитарного князя, опиравшегося на сильную армию, румынским господарям пришлось прибегнуть к помощи Порты. После неоднократных жалоб валашского господаря в 1628 г. турки категорически запретили Габриелю Бетлену вмешиваться в дела господарей Валахии и Молдовы.

 

 

Княжеская власть. Политика реформ. Для укрепления своей власти и авторитета новому князю необходимо было заручиться поддержкой сословий, недовольных произволом его предшественника. В феврале 1614 г. Габриель Бетлен возвратил саксам город Сибиу, изменил состав и принципы деятельности сословного собрания, уменьшив число избираемых делегатов на две трети, тогда как остальных князь теперь назначал сам из числа доверенных ему лиц. Таким образом Бетлен исключил возможность любой действенной оппозиции со стороны собрания, превратив учреждение {319} представительной власти в свой послушный инструмент. К этому дополнилось введение в княжеский совет новых людей, отличавшихся не знатным происхождением, а опытом и личными достоинствами. Поскольку авторитет князя прежде всего имел в основе финансовую независимость от сословий, Габриель Бетлен настойчиво преследовал цель увеличения собственных доходов. Отсюда и проводимая им налоговая, торговая, денежная, военная и социальная политика.

 

Реформы начались с изменения условий изданных после 1585 г. актов дарения и причисления к знати, что было необходимо для увеличения княжеских владений и доходов казны. В 1616 г. князь в соответствии с решениями общего собрания 1608 г. приказал провести инвентаризацию списков (connumeratio) налогоплательщиков, что означало возвращение к прежней системе обложения налогом каждого хозяйства. Сохраняя в целом традиционную налоговую систему, Габриель Бетлен попытался укрепить свою власть, оказывая влияние на торговлю, горное дело, чеканку монет и ремесленное производство. Все эти экономические меры позволили князю обеспечить реальную независимость от сословий и принять ряд мер, направленных на централизацию княжества.

 

С той же целью Габриель Бетлен приступил и к расширению социальной основы своей власти. Он считал необходимым ограничить влияние представительного собрания и провести военную реформу, создав хорошо подготовленную, отлично вооруженную и мобильную постоянную армию из наемников. Значение наемников и увеличение роли пехоты наряду с появлением нового огнестрельного оружия изменили не только военную тактику (пехота сменила традиционную дворянскую конницу), но и подход князя к вопросам социальной политики. Этим объясняется пожалование дворянских титулов как выходцам из податных сословий, так и представителям категорий, освобожденных от налогов. С целью предотвращения вступления зависимых крестьян в наемные войска и их вхождения в ряды знати собрание сословий в 1620 г. потребовало от князя отказаться от этой практики и вернуть беглых крепостных, лишив румынских крестьян права на ношение оружия, а с 1623 г. и права ездить верхом.

 

Реформы Габриеля Бетлена коснулись и церкви. Он сохранил положение, существовавшее в отношениях между признанными религиями, и проявлял толерантность к православной церкви, {320} не отказываясь, однако, от намерения добиться перехода румын в кальвинизм, что следует из его переписки с патриархом Кириллом Лукарисом. Склонность князя к реформам проявилась и в области образования. Детям крепостных он дал право посещать сельские школы, наказывая владельцев деревень, сопротивлявшихся этому предписанию (1624). С целью обеспечить процесс формирования нового поколения хорошо подготовленных служащих, необходимых для проведения политики реформ, Габриель Бетлен основал в Алба-Юлии Академическую коллегию (1622), создав при ней богатую библиотеку и пригласив известных профессоров из-за границы.

 

 

Трансильвания и Тридцатилетняя война. Приход к власти Габриеля Бетлена, происходивший под нажимом султана и при поддержке господарей румынских княжеств, привел к обострению отношений Трансильвании с Габсбургами. Императорские войска вторглись в западные районы княжества, где им удалось на некоторое время захватить такие важные стратегические крепости, как Киоар, Тэшнад и Ексед. Наряду с военными действиями Габсбурги прибегли к дипломатическим шагам по дискредитации Бетлена на международной арене и по поддержке Дьёрдя Хомонни, выступавшего с притязаниями на княжеский престол. Успехи трансильванских войск и укрепление власти Габриеля Бетлена вынудили Вену заключить с ним 6 мая 1615 г. договор, в котором признавалась его власть и давались обещания возвратить захваченные крепости.

 

Начало Тридцатилетней войны дало Габриелю Бетлену повод выступить против Габсбургов под предлогом поддержки восставших чешских протестантов (1619–1622). Вторжение состоялось с согласия Порты, а переговоры с чехами прошли при посредничестве Марка Черчела, сына бывшего господаря Валахии. Стремительным броском Бетлену удалось захватить Братиславу (октябрь 1619 г.), Кошице, Нове-Замки, Трнаву и Нитру. Вскоре Вена оказалась в окружении и осаде (ноябрь 1619 г.), от продолжения которой Габриель Бетлен, однако, отказался, так как получил известие о подготовке вторжения в Трансильванию претендента на престол Дьёрдя Хомонни, поддерживаемого поляками. Чтобы продолжить военные действия, князь обратился к Порте с просьбой прислать 2 тыс. пехотинцев из Молдовы и тысячу конников из Валахии. {321}

 

Тем временем съехавшаяся на общее собрание в Банской Быстрице часть знати Северной Венгрии* предложила ему королевскую корону. Учитывая позицию Порты и выдвинутые ранее условия трансильванских сословий, князь подписал так называемые Diploma regis**, однако принять корону отказался, чем вызвал разочарование венгерской знати и ее окончательный переход на сторону Габсбургов. После того как Габриель Бетлен одержал ряд побед на поле боя, воюющие стороны 5 января 1622 г. подписали в Микулове мирный договор, согласно которому Габриель Бетлен отказался от титула короля Венгрии, переданного Фердинанду Габсбургу вместе с комитатами на западе Венгрии. Сам же Габриель Бетлен добился признания себя князем Трансильвании, к чему добавил титул избранного князя Священной Римской империи и герцога Опольского и Ратиборского***, а также права пожизненного владения комитатами Сату-Маре, Берег, Угоч, Борсод, Абауй, Земплен и Саболч в Северной Венгрии – и ежегодной выплаты 50 тыс. флоринов на содержание наемников и крепостей. Хотя положения мирного договора не вполне удовлетворили Габриеля Бетлена, подвластное ему княжество Трансильвании имело немалый международный вес.

 

Добившись установления союзных отношений с некоторыми протестантскими князьями и согласия Порты, Габриель Бетлен в августе 1623 г. в очередной раз начал военные действия против Габсбургов, на сей раз, однако, не столь успешные. Подписанный в Вене 8 мая 1624 г. новый мирный договор повторил с некоторыми изменениями условия мирного договора, заключенного в Микулове. Габриель Бетлен отказался от Опольского и Ратиборского герцогств, но сохранил за собой право пожизненного владения семью комитатами и права вечной собственности для Трансильвании на города Бая-Маре, Бая-Сприе и Ексед. Несмотря на это, князь продолжал создавать антигабсбургскую протестантскую коалицию, начав в сентябре 1626 г. новую военную кампанию против Вены. Она оказалась весьма короткой и закончилась подписанием 20 декабря 1626 г. мирного договора в Братиславе, в котором повторялись условия прежних договоров, что означало {322} окончательный отказ Бетлена от политики противостояния Габсбургам. Более того, к концу жизни князь предложил Вене свое участие в матримониальных планах императорской семьи. Это шло вразрез с его политикой, проводимой в течение всей жизни, и с его стремлением сохранить хорошие отношения с Османской Портой и соседними румынскими княжествами, что представлялось гарантией укрепления страны. Однако следует заметить, что этот поворот в политике Габриеля Бетлена, а также его попытки добиться со шведской и русской помощью польской короны остались лишь проектом, так как 15 ноября 1629 г. князь скончался.

 

Несмотря на ряд неудач, правление Габриеля Бетлена остается в истории Трансильвании периодом значительных успехов, достигнутых авторитарными методами правления. Князю удалось подавить сопротивление сословий, проводить активную внешнюю политику и добиться укрепления своего престижа в глазах Порты и европейских протестантских государств. Возведенный на престол вопреки воле сословий, он сумел укрепить свою власть, начать реформы, позволившие увеличить княжеские доходы и не только выступать послушным вассалом Порты и добрым соседом румынских княжеств, но и осуществлять захват территорий, находившихся под властью католиков Габсбургов. Участием в Тридцатилетней войне Габриелю Бетлену удалось интегрировать Трансильванию в систему европейских союзов и при турецкой и румынской поддержке добиться ряда побед, обеспечивших княжеству важную роль в системе европейского политического равновесия того времени.

 

Смерть Габриеля Бетлена вызвала немалую озабоченность Порты. Османам удалось посадить на престол супругу покойного князя Екатерину Бранденбургскую, которой предстояло править с помощью Иштвана Бетлена. Сословие знати воспользовалось этой ситуацией, чтобы ликвидировать результаты реформ Габриеля Бетлена и ограничить княжескую власть. Внутреннее положение осложнялось возобновлением религиозных конфликтов. Тайно принявшая католицизм и поддержанная Иштваном Чаки Екатерина Бранденбургская вступила в открытый конфликт с протестантской партией, возглавляемой Иштваном Бетленом. Борьба за власть между группировками знати привела к удовлетворению притязаний Дьёрдя Ракоци (1630–1648), а Екатерина Бранденбургская была вынуждена отказаться в сентябре 1630 г. от престола. {323}

 

 

* Свободного избрания (лат.).

 

** Кто не является патриотом или [человеком] венгерской крови (лат.). {318}

 

* Территория сегодняшней Словакии.

 

** Королевские грамоты (лат).

 

*** Ополе и Ратибор – города в Силезии, в то время принадлежавшей Габсбургам, центры старинных польских княжеств. {322}

 

История Румынии / И. Болован, И.-А. Поп (координаторы) и др. / Пер. с рум. М.: Весь мир, 2005. С. 315–323.

 

Ответить

Фотография Стефан Стефан 10.12 2018

Трансильвания: князья семейства Ракоци. Дьёрдь Ракоци I начал свое правление в условиях заметного падения авторитета княжеской власти. По этой причине он активно занялся ее укреплением и устранением соперников в борьбе за престол. Результатом стало возобновление авторитарной политики, сходной с политикой его предшественника Габриеля Бетлена. Первые шаги в этом направлении были сделаны еще в начале правления нового князя: в июне ‒ июле 1631 г. ему удалось добиться от собрания восстановления княжеской монополии на торговлю воском, медом и скотом и пересмотра дарственных актов, совершенных после смерти Бетлена. При Дьёрде Ракоци I княжеский совет начал вновь играть роль, подобную той, которую играл при Бетлене. В 1634‒1644 гг. князь никого не назначал на должность канцлера, но при этом канцелярия работала весьма эффективно. Достаточно сказать, что в ее штате числилось около двадцати хорошо подготовленных писарей. Большое внимание уделялось службе передачи информации и почте, которая становилась все более быстрым и эффективным учреждением.

 

Укрепление княжеского авторитета отражалось и на деятельности общих собраний, созываемых князем. Если в 1630 г. сословия созывались шесть раз, то после восхождения на престол Дьёрдя Ракоци собрания стали собираться значительно реже. Дьёрдь Ракоци I правил семнадцать лет. В течение десяти из них собрание созывалось раз в год, в течение семи лет ‒ два раза в год. Исключением из правила стал 1636 г., когда в связи со сражением под Салонтой (с турками, поддерживавшими бывшего губернатора Иштвана Бетлена) состоялись пять общих и частичных собраний сословий.

 

Рост княжеского авторитета определялся прежде всего экономическим могуществом самого князя. Придя к власти, он первым делом восстановил налог с имений, при этом увеличив его. {329} Для этого он прибегал ко всем известным средствам, в том числе насильственным. Аресты, суды, заканчивавшиеся смертными приговорами, конфискации имущества соперников стали для князя обычными способами увеличения числа имений, подлежавших налоговому обложению, а главное, средством расширения княжеских владений. Ракоци считал, что фундаментом княжеской власти должно быть финансовое могущество, поэтому боролся не столько за деньги, как его предшественник Габриель Бетлен, сколько за увеличение семейных владений, обеспечивающих укрепление его власти. Дьёрдю Ракоци I удалось увеличить число собственных имений с десяти до тридцати двух; в 1648 г. ему принадлежало почти 27 тыс. семей крепостных, что составляло более 100 тыс. душ. Это огромное богатство приносило князю доходы, позволявшие ему не зависеть от сословий.

 

 

Военные и дипломатические успехи. Участию Трансильвании в Тридцатилетней войне на стороне антигабсбургской коалиции (германские протестантские князья, Франция, Швеция и другие страны) предшествовал ряд подготовительных мероприятий: установление добрососедских отношений с румынскими княжествами, получение одобрения Порты (1643), обязательства сословий избрать Дьёрдя Ракоци II (1642) на престол страны. Военные приготовления включали восстановление и укрепление пограничных крепостей (Орадя, Инеу, Мункач, Сэкуйени, Лугож), назначение их комендантами доверенных лиц князя и вооружение армии, состоявшей преимущественно из наемников. В сражениях наряду с трансильванской армией приняли участие тысяча солдат из Валахии и около семисот ‒ из Молдовы; к ним должны были присоединиться и турецкие войска. За первыми успехами последовали неудачи, обусловленные нарушением союзных договоров: турецкая военная помощь не соответствовала ожиданиям, союзники не дали обещанных денег, координация военных действий с союзными войсками осуществлялась с трудом. Более того, католическая знать Венгрии весьма неприязненно отнеслась к насаждению на захваченных территориях протестантизма. Сепаратный мирный договор между Дьёрдем Ракоци I и Фердинандом Габсбургом был заключен в Линце 16 сентября 1645 г. В соответствии с ним к Трансильвании на правах вечного владения отходили пять из семи комитатов, полученных Габриелем Бетленом в 1622 г. Участие Дьёрдя Ракоци I в Тридцатилетней войне привело к росту {330} притязаний Порты, увеличившей объем дани до 15 тыс. червонцев для Трансильвании, к которым добавились 7 тыс. червонцев от полученных во владение графств. Окончательные условия Вестфальского мирного договора (1648), в котором официально признавалось участие Трансильвании в Тридцатилетней войне, привели к дальнейшему росту престижа страны.

 

 

Политика создания конфедерации трех государств. Дьёрдь Ракоци I пытался восстановить традиционные отношения дружбы и взаимопонимания с соседними румынскими государствами. Более того, весной 1631 г. князь обнародовал фирман, в котором обязался поддерживать дружеские отношения с обоими румынскими господарями и оказывать им при необходимости помощь, в том числе и лично. Дружеские отношения с Матеем Басарабом основывались на том, что последний оказал Дьёрдю поддержку в борьбе за престол. Подобные обязательства носили взаимный характер.

 

Первый договор о сотрудничестве между Матеем Басарабом и Дьёрдем Ракоци I был подписан в июле 1631 г. Осенью 1636 г., перед битвой под Салонтой, когда Ракоци узнал о своем низложении и ожидал нападения со стороны турок, посол Матея добился у трансильванских сословий документа (assecuratoria), в соответствии с которым те обязывались оказывать господарю и боярам «всякую поддержку и помощь», «в любой ситуации» и «в любом случае». При этом боярам предоставлялось убежище в Трансильвании, а Валахию следовало включить в будущий мирный договор с турками. Отношения добрососедства между Дьёрдем Ракоци I и Матеем Басарабом развивались в духе союзнических соглашений. Подписанный в 1635 г. договор был подтвержден в 1638, 1640 и 1647 гг. Правда, семья Ракоци пыталась обходить положения договора о помощи против турок и выступать в роли покровителя господаря, пользуясь его трудностями. Дьёрдь Ракоци сделал этот подход явным при заключении договора о сотрудничестве с господарем Молдовы в сентябре 1638 г. В этом договоре князь и Василий Лупу присягали друг другу на верность и брали на себя обязательства хранить верность Османской Порте и оказывать взаимную поддержку, в случае если одна из сторон подвергнется нападению. Матею Басарабу не столько предписывалось отказаться от выступления против господаря Молдовы, сколько запрещалось участвовать в любых военных кампаниях без согласия на то Ракоци. {331}

 

За присоединением Валахии и Молдовы в 1647 г. к антиосманской коалиции последовало вовлечение в этот альянс Трансильвании. Вследствие изменения ее внешней политики Матей Басараб обновил договор о сотрудничестве с Дьёрдем Ракоци I (1647). Теперь уже в нем говорилось об обязательствах взаимной помощи против турок. Антиосманский «крестовый поход» не состоялся из-за смерти польского короля, враждебного отношения польских правящих кругов и украинского восстания против Польши под руководством Богдана Хмельницкого. В сложившейся ситуации Дьёрдь Ракоци I обратился к традициям семейства Батори, решив обеспечить путь своей семьи к польской короне, ‒ добился с помощью казаков польского престола для своего сына Жигмонда. Он также пытался устроить брак Жигмонда Ракоци и Руксандры, дочери Василия Лупу. Неожиданная смерть трансильванского князя и решение вопроса о наследовании польского престола коронацией брата покойного короля привели к провалу этого предприятия. Более того, вторжение казаков в Молдову и брак Руксандры и Тимоша Хмельницкого превратили Василия Лупу в опасного соседа для Дьёрдя Ракоци II.

 

Новый князь возобновил прежние договоры о союзе между Трансильванией и Валахией (1651), а Матей Басараб согласился на выплату 5 тыс. флоринов и присылку двух турецких коней в обмен на военную помощь против турок. Но главным общим интересом двух государей была борьба против Василия Лупу, настойчиво добивавшегося у Порты престола Трансильвании для брата и трона Валахии для сына. Дело дошло до вторжения трансильванцев и валахов в Молдову, в результате которого Василий Лупу был изгнан, а на престол возведен Георгий Штефан (1653). Возвращение Василия Лупу с помощью казаков и победы, одержанные им в борьбе против Георгия Штефана и его сторонников, стали причиной молдавско-казацкого выступления против Валахии и кровавой битвы под Финтой (1653), победителем в которой стал Матей Басараб, поддержанный отрядом из Трансильвании. С помощью трансильванцев и валахов Георгий Штефан в июле 1653 г. был вновь возведен на престол и в том же году добился утверждения Портой. Это означало укрепление союза трех государств, союза, пережившего Матея Басараба, ибо новый господарь продолжил внешнюю политику своего предшественника. Авторитет Дьёрдя Ракоци II в глазах новых господарей вырос, ибо они были обязаны ему за помощь, оказанную при их возведении на {332} престол. Однако участие Георгия Штефана и Константина Шербана в военных действиях, развязанных князем Трансильвании вопреки воле и согласию турок, привело к их низложению.

 

 

Противоречия между князьями. После смерти Дьёрдя Ракоци I на престол в 1648 г. вступил его сын Дьёрдь Ракоци II, признанный сословиями преемником умершего князя. Он добился официального утверждения Портой в обмен на увеличение дани и выплату долгов за два комитата, оставшихся под его властью. Попытка князя править страной авторитарно, по примеру своего отца, сначала натолкнулась на сопротивление сословий, пытавшихся восстановить свои утраченные позиции. С целью систематизации законов и решений, принятых сословиями, было отдано распоряжение собрать их в один кодекс, под названием Approbatae constitutiones* (1653). По отношению к Молдове и Валахии Дьёрдь Ракоци II продолжал политику добрососедства, однако не проявил политической мудрости своего отца. Возникший в 1656 г. вопрос о наследовании польского престола привел к вторжению князя в Польшу с войском в 40 тыс. своих воинов, при поддержке 2 тыс. молдаван, 2 тыс. валахов и 2 тыс. казаков. После первых успехов (захват Кракова и Варшавы в марте ‒ мае 1657 г.) Порта, согласия которой князь предварительно не запросил, распорядилась о его скорейшем возвращении в страну. На помощь полякам пришли татары, а шведы ‒ союзники Дьёрдя Ракоци II под натиском датчан были вынуждены возвратиться домой. В битве против татар и поляков под Черным Островом, 22 июля 1657 г., войско князя потерпело сокрушительное поражение. Многие воины оказались в плену. Подписанный в июле 1657 г. мирный договор с поляками стал капитуляцией Дьёрдя Ракоци II, принявшего на себя обязательство выплатить значительные репарации. За этим последовало официальное низложение Портой как трансильванского князя, так и румынских господарей, сотрудничавших с ним, ‒ Константина Шербана и Георгия Штефана. Вторжение в Польшу открыло путь вмешательству турок в дела Трансильвании, нанеся удар не только по ее статусу в системе отношений с Портой, но и по стабильности господарской власти Молдовы и Валахии. Под давлением Порты и с согласия части знати князем был избран Франциск (Ференц) Редеи. {333}

 

Вновь заняв, вопреки Порте, престол в январе 1658 г., Дьёрдь Ракоци II попытался восстановить связи с румынскими господарями-союзниками, также находившимися в трудном положении. Вмешательство оказалось неудачным: Константин Шербан, господарь Валахии, и Георгий Штефан, господарь Молдовы, были вынуждены в конечном итоге искать убежища в Трансильвании. Под османским давлением, под угрозой превращения страны в турецкую провинцию во главе с пашой, на общем собрании сословий 23 августа 1658 г. князем «был избран» бывший бан Лугожа и Карансебеша, представитель знати кальвинистского вероисповедания и румынского происхождения Акош Барчаи. Пользуясь этим, Порта увеличила дань Трансильвании до 40 тыс. червонцев, обязав ее к тому же выплатить 500 тыс. червонцев в счет военных репараций, и захватила крепости Инеу, Лугож, Карансебеш, а позже Орадя (1660), а также ликвидировала оборонительную систему из приграничных крепостей. С другой стороны, сословия укрепили свою власть в ущерб позициям нового князя. Лишившись содействия части сословий, продолжавших поддерживать Дьёрдя Ракоци II, тот заключил договор о союзе и военном сотрудничестве с господарем Молдовы Георгием Гикой. С той же целью он вел переговоры с валашским господарем Раду Михней III, однако они не привели к ожидаемому результату. В ходе переговоров с Веной Акош Барчаи пытался добиться ее отказа от помощи Дьёрдю Ракоци II, который, однако, в августе 1659 г. силой вернул себе княжеский престол и вступил в антиосманский союз с господарем Валахии Раду Михней III. Его попытка возвести на престол Молдовы Константина Шербана преследовала цель создать общий антиосманский фронт. Хрупкий союз был разрушен вмешательством турок, вернувших на престол Акоша Барчаи. В битве под Клужем в мае 1660 г., в которой вместе с турками принимали участие татары и войска новых господарей Молдовы и Валахии, Дьёрдь Ракоци II потерпел поражение. Получив тяжелое ранение, он в июне 1660 г. скончался в Орадя.

 

Бывшие сторонники покойного князя объединились вокруг Яноша Кемени, только что освобожденного из татарского плена, в который он попал в ходе кампании в Польше. Порта не признала Яноша Кемени князем, и ему пришлось обратиться за поддержкой в Вену в обмен на значительные территориальные уступки. Он также безуспешно пытался восстановить союз с господарями Молдовы и Валахии. Акош Барчаи тем временем {334} совершил роковую ошибку, доверившись новому избраннику сословий с надеждой на мирное решение, ‒ по приказу Яноша Кемени он был убит. Призванные им на помощь габсбургские войска сумели захватить основные крепости страны. Вмешательство турок и гибель Яноша Кемени в битве под Селеушу-Маре (около Сигишоары) 23 января 1662 г. стали решающими факторами. Собравшиеся по приказу Порты сословия 14 сентября 1661 г. избрали князем Михаила Апафи (1661‒1690). Так завершился крайне трудный для Трансильвании период (1657‒1661). На карте появилось небольшое княжество, с сильно урезанной в пользу османов территорией. {335}

 

 

* Принятие постановления (лат.). {333}

 

История Румынии / И. Болован, И.-А. Поп (координаторы) и др. / Пер. с рум. М.: Весь мир, 2005. С. 329–335.

 

Ответить

Фотография Стефан Стефан 15.12 2018

Трансильвания между анархией и твердой властью: правление Михая Апафи. Начало правления Апафи вплоть до заключения мирного договора в Вашваре (1664) было в высшей степени трудным. Он был поддержан Портой, но не имел достаточной финансовой и материальной опоры, поэтому столкнулся с растущим влиянием сословий и княжеского совета. Годы спокойствия и мира, последовавшие за заключением Вашварского мирного договора, дали Михаю Апафи возможность укрепить свою власть. Постепенно сословные собрания вновь начали созываться ежегодно или раз в два года, а мнения советников, хотя и учитывались, перестали быть обязательными. Важная роль в восстановлении политического равновесия принадлежала канцлеру и княжескому советнику Яношу Бетлену. Дионисию Банфи, великому капитану Клужа и главнокомандующему трансильванской армии, удалось посредством дипломатических переговоров и применения военной силы ограничить притязания турок, желавших расширить границы пашалыка Орадя. Однако после 1674 г., когда Дионисий Банфи был казнен по обвинению в превышении своих полномочий, территория Джилэу все же была включена в состав этой {350} турецкой провинции. Вокруг князя сложилась небольшая группировка знати, частично поддерживавшая политику Апафи, но со временем начавшая подменять собой князя. Лидером этой группы объявил себя княжеский советник Михай Телеки, сила которого возросла после казни Дионисия Банфи и отстранения Паула Белди. После прихода в Трансильванию австрийских войск (1685) власть Апафи была сведена к минимуму. Княжеством практически руководил Михай Телеки, возглавивший делегацию на переговорах, в ходе которых был определен статус Трансильвании под властью Габсбургов.

 

 

Между Габсбургами и османами. По приказу Порты князь во главе армии лично участвовал в турецких кампаниях 1663 и 1664 гг. Мирный договор, заключенный в Вашваре, положил конец борьбе между Османской и Габсбургской империями, узаконив положение, сложившееся в Трансильвании после волнений 1657‒1661 гг. В целом Михай Апафи оставался верным Порте, предпочитая во время польско-турецкой войны 1672‒1674 гг. не выступать открыто в качестве сторонника антиосманского союза. Столь же осторожную политику он проводил и по отношению к Габсбургам, благодаря чему ему удалось избежать конфликта с ними. После 1670 г. в Трансильвании нашли убежище венгры, восставшие против Вены. Определенную роль здесь играла и Франция, которая по соглашению от 31 мая 1677 г., подписанному между Михаем Апафи и лидером восставших протестантов на севере Венгрии Имре Текели, брала на себя обязательство оказывать финансовую и военную поддержку их движению. Однако заключив мир в Нимвегене (1679), Людовик XIV перестал финансировать движение, направленное против Габсбургов, и Михай Апафи утратил роль руководителя восстания реформатов. Убежденная настойчивыми уговорами Имре Текели, Порта в 1681 г. нарушила условия Вашварского договора, вновь развязав войну против Габсбургов, в которой принял участие и Михай Апафи. Кампания 1683 г., закончившаяся поражением турок у стен Вены, означала конец османского владычества в Венгрии и стала началом конца Михая Апафи.

 

 

Политика добрососедства. Сразу же после прихода к власти Михай Апафи попытался восстановить добрососедские отношения с румынскими княжествами, используя с этой целью {351} румынских дипломатов (или лиц, говорящих на румынском языке). В договорах, заключенных под покровительством Порты с Григорием Гикой, господарем Валахии, или с Евстратием Дабижей, господарем Молдовы, учитывалось реальное положение Трансильвании, политический статус в ее отношениях с султаном, которой существенно изменился. Частые смены господарей в Молдове и Валахии постоянно приводили к пересмотру условий договоров. После 1683 г., в момент военных успехов Священной лиги, Михаил Апафи заключил с Шербаном Кантакузино тайное соглашение о союзе под покровительством Вены (июнь 1685 г.), за которым последовали переговоры с Константином Кантемиром, господарем Молдовы, имевшие целью заключить аналогичное соглашение.

 

Отношения Трансильвании с Польшей при Апафи имели изменчивый характер. После неудачных попыток создания антиосманского союза при посредничестве господаря Молдовы Штефана Петричейку, что совпало по времени с выступлением Яна Собеского под стены Вены, вновь встал вопрос о военном сотрудничестве с польским королем. Скорее всего, трансильванцы вели двойную дипломатическую игру. В результате Михай Апафи добился расположения Порты и утверждения в 1684 г. на княжеском престоле своего несовершеннолетнего сына Михая Апафи II. Дальнейшие успехи императорских войск нейтрализовали Польшу как главного участника антиосманской борьбы и имели прямым следствием изменение внешнеполитического курса Трансильвании, которая отныне ориентировалась на Вену. {352}

 

История Румынии / И. Болован, И.-А. Поп (координаторы) и др. / Пер. с рум. М.: Весь мир, 2005. С. 350–352.

 

Ответить

Фотография Стефан Стефан 04.01 2019

Культура Трансильвании

 

Образование. На развитие образования большое влияние оказал протестантизм, идеологи которого считали воспитательную деятельность одной из основных целей общества. В Трансильвании особой популярностью пользовались идеи Яна Амоса Коменского, сторонника обучения детей на родном языке.

 

Для православных учеников открылись школы при монастырях в Алба-Юлии и Сымбэта-де-Жос, при церквах в Шкеий-Брашовулуй, в Марамуреше и т.д. Эти школы в основном готовили будущих священников и церковных певцов. Пользовавшиеся поддержкой центральной власти румыны, обращенные в кальвинизм, имели гораздо больше учебных заведений, преподавание в которых велось на румынском языке. Это были школы в Лугоже, Карансебеше, Хацеге и Сигету-Мармацией, а также в Фэгэраше. Развитие начального образования было поддержано решениями собрания страны 1624 и 1635 гг., согласно которым сыновьям крепостных предоставлялось право посещать школу даже без согласия владельца. Церковный собор 1657 г. потребовал от священников заниматься после церковной службы обучением детей письму. Часть румынской молодежи обучалась в коллегиях и лицеях {358} Алба-Юлии, Аюда, Клужа, Бая-Маре, Тыргу-Муреша, Орэштии и других городов. В определенные периоды действовали и католические начальные школы. Особым признанием пользовались школы с преподаванием на румынском языке в городе Карансебеше, основанные Георгием Буитулом. Благодаря школам, особенно кальвинистским, в Трансильвании со временем появились румынские культурные и политические деятели, хотя их по сравнению с численностью румынского населения княжества было очень мало. Среди них можно назвать Михаила Халича-отца. Уровень подготовки выпускников этих школ позволил некоторым из них работать в качестве дьяков в княжеских и господарских канцеляриях Молдовы и Валахии. Это уроженцы Фэгэрашского края Петру Боер де Реча, Иоан де Дридиф, Матей Литтератус Венецкий, Штефан Боер де Реча, Иоан де Мындра, а также Петру Будай из Хацега и многие другие. Георге Бранкович, дьяк, знавший венгерский язык, приходившийся братом митрополиту Савве Бранковичу, состоял на службе у князя Михая Апафи, ставшего впоследствии и господарем Валахии.

 

 

Книгопечатание и библиотеки. Румынское книгопечатание пользовалось некоторой поддержкой трансильванских князей, особенно семьи Ракоци и Михая Апафи, а также господарей и церковных иерархов румынских княжеств. Приехавшие в Трансильванию по приглашению господарей и митрополитов печатники работали в румынской типографии в Алба-Юлии, где издавали книги религиозного содержания, такие, как «Кальвинистский Катехизис» (1640), Псалтырь, или Новый Завет (1648). Во второй половине XVII в. книгоиздание продолжили автор притч Иоан Зоба из Винцы и Михаил Иштванович, посланник господаря Константина Брынковяну. Им был в 1699 г. напечатан «Кириакодромион», по сути ставший ответом трансильванцев на «Казания» Варлаама. Доказательством распространенности книг и понимания их ценности были личные библиотеки, такие, как библиотеки Михаила Халича или Саввы Бранковича, а также Акация Барчаи, князя румынского происхождения, обладавшего, между прочим, сочинением Никколо Макиавелли «Государь».

 

 

Научная литература и историография. Наряду с религиозной литературой издается много переводов, а также ведется активная работа по составлению словарей. Инициатива в этой области {359} принадлежала Теодору Корбе, автору «Латинско-румынского лексикона», составленного по образцу труда Альберта Молнара «Латинско-венгерский лексикон». Габриел Ивул, интересовавшийся философией и теологией, под влиянием иезуитов написал несколько работ, напечатанных в Кошице, Загребе и Вене. Появились и первые исторические произведения на румынском языке, такие, как «Хроника» протопопа Василе из Шкеий-Брашовулуй или «Хроника» Георгия Бранковича, а также написанная на венгерском языке католическим аббатом румынского происхождения Иоанном Кайони «Хроника в стихах». К жанру хроник, по существу, относятся и дневники Франциска Себеша, Теодора Корби и др. Лирический жанр представлен поэзией Габриела Ивула, Михаила Халича-младшего, Теодора Корби, а также «Стихотворной псалтырью». {360}

 

История Румынии / И. Болован, И.-А. Поп (координаторы) и др. / Пер. с рум. М.: Весь мир, 2005. С. 358‒360.

 

Ответить

Фотография Стефан Стефан 07.01 2019

Искусство Трансильвании

 

В культовой архитектуре Трансильвании сохранялись традиции прошлых эпох. В православных селах строились в основном деревянные церкви (большая часть из них не сохранилась). В более крупных и богатых местностях, пользовавшихся финансовой поддержкой влиятельных людей, сооружались каменные церкви. Так, бывший господарь Молдовы Георгий Штефан, находясь в изгнании в Трансильвании, способствовал возведению церкви в Тинэуде (уезд Вихор), Матей Басараб помогал строить церковь в Турну-Рошу (1653), а Константин Брынковяну ‒ церкви в Фэгэраше и монастырь в Сымбэте. Протестантские (лютеранские и кальвинистские) общины возводили главным образом каменные церкви.

 

Гражданская архитектура носила печать итальянского Возрождения. В Трансильвании работало немало итальянских мастеров. В XVII в. был построен ряд крупных зданий, выполнявших не только роль жилищ, но и оборонительных сооружений. К ним относится замок в Фэгэраше ‒ княжеская резиденция, в которой в случае опасности укрывалась княжеская семья. Замок имел толстые стены с бастионами на углах, наполненный водой ров и подъемный мост. В том же стиле был построен и замок в {363} Ракошу-де-Жос (1625) ‒ с угловыми бастионами, в которых находились и жилые помещения. Те же архитектурные принципы были использованы при строительстве замков в Медиешу-Аурит и Лэзаре. Последний был возведен из камня и кирпича, а фасад его был покрыт росписью. Он также был окружен стеной с бастионами, амбразурами и переходами для стражи. К сооружениям подобного типа относится и замок в Ернуте, воздвигнутый Дьёрдем Ракоци II по проекту итальянца Агостино Серены и ставший во второй половине XVII в. княжеской резиденцией.

 

Кроме таких замков, были и дворцы, более похожие на обычное жилище, но все же сохранявшие черты военных сооружений. К этой категории относятся построенный в начале XVII в. дворец в Четатя-де-Балтэ и Магна-Курия в Деве (1621), а также дворцы Бонцида и Криш. Особняком на этом фоне стоит дворец, построенный в 1668‒1675 гг. по французским образцам Миклошем Бетленом в своем имении в Сынмиклэуше. Сооруженный на открытом месте, этот дворец воспринимался современниками как нечто совершенно необычное. Дворцы-крепости, как правило, имели сводчатые подвалы, служившие складами или убежищами, а также два этажа: первый для прислуги, второй для хозяина. {364}

 

История Румынии / И. Болован, И.-А. Поп (координаторы) и др. / Пер. с рум. М.: Весь мир, 2005. С. 363‒364.

 

Ответить

Фотография Стефан Стефан 05.02 2019

Новые политические режимы: габсбургский и фанариотский. Становление габсбургского режима в Трансильвании совпало по времени с военными и политическими событиями, предшествовавшими Карловицкому миру. Четвертого декабря 1691 г. Трансильвании была пожалована грамота Леопольда, регламентировавшая жизнь страны в течение последующих ста пятидесяти лет. В этом документе было выражено стремление к полной интеграции княжества в Габсбургскую монархию, но с учетом тогдашних реалий (в том числе международной обстановки) предполагалось сохранение им определенной автономии. После отделения Трансильвании от Венгрии грамота служила австрийской администрации юридическим обоснованием при подчинении местных учреждений, что вполне соответствовало централистским и абсолютистским тенденциям. В то же время в период нестабильности грамота обеспечила сохранение княжеской власти (в лице Апафи II), признала официальные конфессии и политические «нации», сословные привилегии, конституцию, законы княжества (Approbatae et Compilatae) и положение Трипартитум Вербеци, за исключением права на сопротивление. В сущности, гарантировалось преимущество трех политических «наций» ‒ привилегированных сословий, которые наряду с представителями официально признанных конфессий имели право занимать государственные должности. Монарх назначал немецкого генерала-коменданта своим представителем, осуществлявшим связь с местной властью. Таким образом, военная власть подчинялась непосредственно Придворному военному совету (Hofkriegsrat). Права императора были еще более {365} расширены так называемой резолюцией Алвинци (1693) и грамотой, касающейся религии (1693). Все это сделало императорскую власть неоспоримой. После образования в 1693 г. новой административной единицы ‒ губернии ‒ в Вене была создана Придворная канцелярия Трансильвании (1694), представлявшая собой верховное ведомство во главе с придворным канцлером и шестью советниками, фактически выполнявшими функции трансильванского правительства.

 

Наряду с губернией появилось казначейство, в свою очередь также приспособленное к новым централистским требованиям. Это учреждение было подчинено императорско-королевской палате и находилось вне влияния местного общества. Через своих чиновников и министерства казначейство проводило экономическую политику в духе тогдашней придворной науки. В сфере юриспруденции действовала Tabula Regia in Magno Transilvaniae Principatu judiciaria*, заседавшая в Тыргу-Муреше. Правосудие осуществлялось в двух судах. Первым была Tabula continua** для графств, округов и саксонских престолов; вторым судом являлся Forum Revisorium***, который пересматривал дела первой инстанции.

 

Военные силы составляли четыре полка конницы и два пехотных полка, постоянно находившиеся в княжестве и содержавшиеся на государственные средства. К религиозным институтам относились официально признанные в конце XVI в. конфессии, к которым присоединились греко-католические епископства в Блаже и Ораде, а с 1762 г. ‒ восстановленное православное епископство. В XVIII в. было официально признано и иудейское исповедание, также имевшее свои учреждения.

 

Империя в Трансильвании использовала старые институты в своих централизаторских целях и создавала новые, становившиеся инструментом абсолютной монархии. Интеграционные процессы вели к ослаблению местной автономии и к созданию учреждений, способствовавших унификации форм правления. Сходную цель преследовала католическая церковь, стремившаяся добиться религиозного равновесия после ста лет господства кальвинизма. Так, в истории Трансильвании открылась новая глава, когда церковные и политические структуры сумели изменить {366} расстановку сил, прежде благоприятную для реформации, особенно в дворянской среде, где ранее преобладали кальвинисты. {367}

 

 

* Королевский суд в великом княжестве Трансильвании (лат.).

 

** Постоянный суд (лат.).

 

*** Наблюдательный совет (лат.). {366}

 

История Румынии / И. Болован, И.-А. Поп (координаторы) и др. / Пер. с рум. М.: Весь мир, 2005. С. 365‒367.

 

Ответить

Фотография Стефан Стефан Сегодня, 18:50 PM

Объединение русинов и румын с римской церковью. Присоединение русинской и румынской церквей к римско-католической стало одной из составных частей контрреформации, отвечающей как долгосрочным интересам католицизма, так и политике Габсбургов. В католической церкви жила идея объединения церквей, начало ему было положено на Ферраро-Флорентийском соборе, продолжением стали Брестская уния в Речи Посполитой и провозглашенная в середине XVII в. (1646) уния в русинском регионе Верхней Венгрии. По мере того как развивалось наступление на реформацию, императорский двор пытался изменить структуру вероисповеданий в Трансильвании путем распространения католицизма. Объединение румынской православной церкви с католической предусматривалось в меморандуме, известном под названием Einrichtungswerk. Он был издан в 1686 г. комиссией под руководством Леопольда Коллониха: укрепление римской церкви следовало осуществить присоединением «раскольников». Заявление епископа Дьера соответствовало политике империи, которая считала католическую церковь главной опорой в государстве, население которого принадлежало к разным конфессиям.

 

В Трансильвании религиозное объединение встретило как неприятие, так и понимание, связанное со стремлением румынской церковной элиты к интеграции в политическую систему империи. Особенно священников привлекали выгоды, предоставляемые грамотой 1692 г., хотя грамота Леопольда (1691) игнорировала православную церковь, утвердив систему трех «наций» и четырех официальных конфессий. Румынское духовенство было недовольно давлением со стороны кальвинизма, протестантскими попытками извращения учения и обрядности (притом что статус румынского духовенства оставался неизменным).

 

Подготовленная иезуитами первая попытка объединения церквей при митрополите Теофиле (1697) закончилась принятием четырех пунктов Ферраро-Флорентийского собора и оформлением требований румынского духовенства предоставить ему те же привилегии, льготы и право неприкосновенности, какими обладало латинское духовенство. Более важным было требование поддержавшего унию светского населения предоставить ему доступ к высшим должностям, которые могли занимать представители {367} политических «наций» и официальных конфессий, право на получение образования в латинских школах для сыновей священников. Суммируя решения собора, декларация объединения, подписанная Теофилом, подтверждала четыре пункта Флорентийской унии и формулировала три требования, обращенные к императору, в которых были подытожены стремления румынского народа: равные права с представителями официальных конфессий, передача церквам приходских домов, подчинение румынского духовенства епископу, а не политической власти. Эти требования свидетельствовали об осознании народом собственных нужд, противоречивших положениям императорской конституционной грамоты. Таким образом, даже если объединительный собор был недостаточно представительным, а некоторые его документы были составлены иезуитами, требования светского характера четко выражали устремления румын, которые могли сформулировать лишь их представители.

 

По неясным причинам акт об объединении церквей, принятый при Теофиле, не обрел силы, так что новый владыка Афанасий Ангел был избран с одобрения кальвинистского суперинтенданта. Рукоположенный согласно традиции в Бухаресте новый митрополит сыграл первостепенную роль в объединении с римской церковью.

 

Императорская резолюция от 14 апреля 1689 г. даровала православным униатам привилегии, какими обладали католики и не только католики. На основе энциклики Коллониха от 2 июня исключалась возможность объединения с другими конфессиями, помимо католической. Энциклика, изданная уполномоченным Святого Престола в лице примаса Венгрии и архиепископа Стригоньского, обусловливала предоставление привилегий румынскому духовенству и защиту светских и церковных румынских учреждений принятием пунктов Флорентийского собора. Таким образом, императорская грамота 1692 г., резолюция 14 апреля 1698 г. и энциклика 2 июня того же года образовали своего рода триптих, ставший основой перехода православного духовенства в унию. Религиозное объединение дало румынам возможность эмансипации в будущем, вопреки оппозиции сословий и протестантских конфессий. Высшее сословие увидело в унии удар по своим привилегиям, связанный с отменой старинных повинностей духовенства, что вело к существенным моральным потерям для дворянства и создавало угрозу традиционной политической системе. По этим причинам {368} сословия независимо от религиозной принадлежности решительно высказались против унии, нарушившей, на их взгляд, предусмотренное грамотой Леопольда устройство княжества.

 

В этой обстановке Афанасий Ангел созвал 7 октября 1698 г. собор, которому предшествовал созыв законодательного собрания Трансильвании. В присутствии епископов и протопопов было провозглашено объединение с католической церковью. Акт был подписан 38 иерархами, представлявшими лишь часть епархий. Хотя в ходе собора на участников оказывалось давление, уния стала реальностью и новой точкой отсчета в политике Трансильванской губернии и сословии.

 

Собор принял решение об унии при участии протопопов и большого количества других священников вместе с двумя-тремя главами епархий. Но его не одобрили трансильванские сословия, выступавшие против предоставления льгот румынскому духовенству и расширения привилегий латинского духовенства. Наиболее решительным было сопротивление кальвинистов, преобладавших в дворянской среде.

 

В этой обстановке венский двор, колебавшийся из-за оппозиции, в момент подписания Карловицкого мира 16 февраля 1699 г. выпустил грамоту, в которой, признав унию, гарантировал униатам привилегии и официальную защиту. Грамота Леопольда непосредственно касалась признавшего унию с Римом румынского духовенства, которое освобождалось от многих повинностей в пользу дворян и обеспечивалось приходами и имуществом.

 

Издание грамоты натолкнулось на сопротивление католического духовенства и сословий, выразившееся в ходатайствах перед двором. Специальные комиссии проводили расследования, в ходе которых верующие должны были отвечать на вопросы о своем вероисповедании. Хотя ответы были двусмысленными или неточными, румынское духовенство в целом выполняло решения владыки, так что перед епископом Афанасием и его церковью открылся путь переговоров и возможность выдвижения требований, обращенных к императорскому двору.

 

В этих условиях в сентябре 1700 г. был созван собор с участием протопопов, присяжных, сельских священников и троих представителей от крестьянства. Собор составил манифест, призывавший к объединению с римской церковью согласно императорскому указу и энциклике католической епархии при условии предоставления обещанных привилегий. Собор представлял румынскую {369} униатскую церковь, к которой теперь принадлежала большая часть румынского населения Трансильвании. В его решениях упоминались меры, направленные на изменение церковного порядка в духе католической реформы, что повлияло в будущем на деятельность униатской церкви в сфере культуры и образования.

 

Переговоры в Вене, проведенные Афанасием в 1701 г., занимают важное место как в истории унии, так и в истории Трансильвании в целом. Протокол признания униатской церкви и достижение ее иерархией политического равенства с духовенством латинского обряда, защита со стороны местных властей, основание школ, отмена повинностей духовенства ‒ все это свидетельствует о преемственности и значительном сходстве провозглашенной унии с решениями первого собора. Румыны получили вторую грамоту Леопольда об объединении с католической церковью (1701), в которой было выполнено главное пожелание румынского духовенства: предоставление привилегий, льгот и полномочий, которыми пользовались епископы и духовенство католической церкви. Священнослужители были освобождены от повинностей, налогов, пошлин, податей и оброков и тем самым уравнены с дворянством, а принявшему унию населению была обеспечена интеграция в сословное общество Трансильвании, что означало признание его равноправия.

 

Однако грамота предусматривала назначение латинского богослова из иезуитов на должность auditor causarum generalium*. Он должен был наблюдать за действиями епископа и обеспечивать соблюдение чистоты вероучения. В духе контрреформации и католической реформы предусматривались меры против влияния кальвинизма, изъятие кальвинистских катехизисов, цензура изданий, основание школ в городах Алба-Юлия, Хацег и Фэгэраш. Грамота обязывала протопопов и священников признать символ веры согласно formula tridentina**, исключить из литургии поминание константинопольского патриарха и заменить его именем папы. Епископа обязали точно воспроизвести католический катехизис, изданный в Тирнавии, и затем представить книгу на обсуждение католическим богословам. Что касается положения прочего духовенства, то ему следовало показать свои знания на особом экзамене. {370}

 

Значение второй унионной грамоты Леопольда состоит в том, что она реализовала основные требования, выраженные в ходе соборов и переговоров. В сущности, она повторяла тридентские принципы католической реформы. Таким образом, эта грамота сводила воедино устремления румын, дух контрреформации, интересы империи и принципы католической реформы. Она явилась успехом высшего католического клира, которому в ходе переговоров удалось разработать программу освобождения румын в рамках церкви. При этом в грамоте были выражены сформулированные Афанасием Ангелом требования, отражавшие позицию трансильванского румынского духовенства. {371}

 

 

* Следователь по общим делам (лат.).

 

** Тридентской формуле (т.е. формуле, принятой на Тридентском соборе католической церкви, положившем начало контрреформации). {370}

 

История Румынии / И. Болован, И.-А. Поп (координаторы) и др. / Пер. с рум. М.: Весь мир, 2005. С. 367‒371.

 

Ответить