←  Высокое Средневековье

Исторический форум: история России, всемирная история

»

Возрождение и расцвет инквизиции в Европе

Фотография Стефан Стефан 23.05 2017

ИНКВИЗИ́ЦИЯ (от лат. inquisitio – расследование, следствие), в 13–19 вв. в практике католич. церкви система судебного преследования тяжких преступлений против веры, в первую очередь ереси и ведовства (см. также Ведовские процессы).

 

Предпосылкой появления И. стало активное распространение манихейских ересей в Зап. Европе в 10–12 вв. В основе И. лежит судебный инквизиционный процесс, воспринятый каноническим правом на рубеже 12–13 вв. В период Альбигойских войн инквизиционный процесс начал применяться для преследования еретиков папскими делегированными судьями, которые назначались в помощь местным церковным властям. Во 2-й четв. 13–14 вв. в церковном и светском праве была создана законодат. база для преследования ереси и сформирована судебная система преследования еретиков. Ересь, а в 14 в. и ведовство были приравнены к гос. измене. Судьи-инквизиторы (ими были преим. доминиканцы и францисканцы) назначались папой Римским в церковные провинции и не подчинялись в своей деятельности местным церковным и светским властям, но должны были сотрудничать с ними. Дела о ереси и др. тяжких преступлениях против веры и Церкви перешли из епископских судов в их ведение.

 

Практика И. подробно описана в трактатах инквизиторов классич. и позднего Средневековья: Бернара Ги (1314–16), Николая Эймерика (1376) и др. Дознание начиналось на основе слухов или доноса, часто носило тайный характер. Целью было раскаяние обвиняемого и спасение его души, т. е. признание им своих преступлений, для получения признания использовались пытки, возможности защиты для обвиняемого были очень ограниченны. После вынесения приговора подсудимый передавался светским властям и подвергался наказанию в соответствии со светскими законами страны проживания (сожжение, повешение, четвертование, пожизненное заключение и др.), его имущество конфисковывалось. Казни еретиков и обвинённых в ведовстве носили публичный характер, часто сопровождались пышными церемониями (см. Аутодафе). Расцвет деятельности И. в Зап. Европе приходится на 13–16 вв.; особенное развитие этот институт приобрёл на Пиренейском п-ове в кон. 15–18 вв. (окончательно упразднён лишь в 1834), где стал инструментом гос. политики. Протестантскими полемистами позднего Средневековья был создан негативный образ И., широко распространившийся в историографии, обществ. сознании и в худож. лит-ре; выражение «испанская И.» стало нарицательным.

 

В период Контрреформации при Рим. курии была учреждена Римская И. – «Святая конгрегация» (или «Святой трибунал»), регламентировавшая деятельность И. католической церкви (в 1542–1908 – Sacra Congregatio Romanae et universalis Inquisitionis seu sancti officii). Заменившая её Конгрегация святого оффиция (Священная канцелярия) в 1965 была преобразована в Конгрегацию вероучения. В 2000 папа Римский Иоанн Павел II (1978–2005) и префект Конгрегации вероучения принесли покаяние за грехи, совершённые во время деятельности И. в средние века и в Новое время.

 

 

Лит.: Ли Г. Ч. История инквизиции в средние века. СПб., 1911–1912. Т. 1–2. Смоленск, 2001; Лозинский С. Г. История инквизиции в Испании. СПб., 1914; Trusen W. Vom Inquisitionsverfahren zum Ketzer- und Hexenprozeß // Staat, Kirche, Wissenschaft in einer pluralistischen Gesellschaft: Festschrift zum 65. Geburtstag von P. Mikat / Hrsg. von D. Schwab u. a. B., 1989; Фокчиньский И. Инквизиция // Католическая энциклопедия. М., 2005. Т. 2 (библ.).

 

Казбекова Е.В. Инквизиция // Большая российская энциклопедия

 

http://bigenc.ru/rel...es/text/2011934

Ответить

Фотография Ученый Ученый 23.05 2017

начиналось на основе слухов или доноса, часто носило тайный характер.

Испанская инквизиция не имела большого следственного аппарата. Время от времени (кажется раз в полгода) инквизиция обращалась с призывом к явке с повинной "еретиков". Такие добровольцы получали помилование или легкое наказание. Недостатка в таких раскаявшихся еретиках не было, причем самооговоры были очень подробные и фантастические, их можно сравнить с современными рассказами людей, якобы вступивших в контакт с космическими пришельцами".

Ответить

Фотография Стефан Стефан 23.05 2017

ИНКВИЗИ́ЦИЯ (на латинском inquisitio; полное название Inquisitio haereticae pravitatis – `расследование извращающей ереси`), особый следственный и судебный орган при католической церкви для преследования еретиков. Название «инквизиция» этот орган получил на IV Латеранском соборе, созванном папой Иннокентием III в 1215 г.

 

В 1231–35 гг. папа Григорий IX рядом постановлений изъял выявление еретиков и расследование их дел из ведения епископских судов и передал эти функции специальным уполномоченным-инквизиторам, назначавшимся из доминиканских и францисканских монахов, и к 1232 г. ввел постоянные суды инквизиции в ряде стран. В 1252 г. папа Иннокентий IV санкционировал применение пытки при следствии. Смертные приговоры приводились в исполнение светскими властями, которым передавалась и часть конфискованного имущества осужденных. К 1255 г. инквизиция действовала во многих странах Западной и Центральной Европы.

 

В исследовании истории возникновения и деятельности инквизиции следует различать между папской и государственной инквизицией в Испании и Португалии. Папская инквизиция возникла как инструмент борьбы с вероотступничеством и не распространялась на евреев как таковых. Однако, когда крестившиеся евреи возвращались в иудаизм (как, например, в Арагоне, куда бежали евреи после изгнания из Франции в 15 в.), они рассматривались как вероотступники и преследовались папской инквизицией наравне с еретиками-христианами.

 

Папская инквизиция выискивала антихристианские выпады и пренебрежительные отзывы о христианстве в раввинистической литературе; отсюда – сожжение папской инквизицией философских и некоторых галахических трудов Маймонида (1232) и Талмуда (1242) в Париже. Вскоре после своего возникновения папская инквизиция появилась в Провансе, Арагоне, Италии и в Священной Римской империи.

 

Судебная процедура папской инквизиции была строго регламентирована. С момента ареста обвиняемый содержался в строжайшей изоляции. В центре процесса стояли свидетельские показания; в отсутствие свидетелей процесс не мог состояться. Свидетельские показания слушались на закрытом заседании, и обвиняемый никогда не знал, кто свидетельствует против него.

 

Испанская государственная инквизиция возникла как попытка разрешить проблему анусим, стремившихся втайне вернуться к иудаизму (см. Марраны). Установлению инквизиции в Испании предшествовали такие события, как антиеврейские гонения 1391 г. и диспут в Тортосе (см. Диспуты). Инициатором основания испанской инквизиции был Алонсо д’Эспина, францисканский монах, по-видимому, еврейского происхождения, сочинение которого «Крепость веры против евреев» (1458/9) призывало к изгнанию из Испании евреев и мавров.

 

Во время посещения Фердинандом и Изабеллой Севильи в 1477 г. монах Альфонсо де Охеда изложил перед ними проблему севильских анусим и просил принять соответствующие меры. Королевская пара обратилась к папе Сиксту IV с просьбой разрешить установление в Испании института инквизиции. Разрешение было дано в 1478 г., и в 1480 г. были назначены два главных инквизитора – Мигель де Морилло и Хуан де Сан-Мартин, приступившие к активным действиям 1 января 1481 г. в Севилье. В 1483 г. главой испанской инквизиции был назначен Томас де Торквемада, деятельность которого определила лицо и цели испанской инквизиции на многих годы.

 

Правовой основой деятельности испанской государственной инквизиции являлась власть папы. Католическая вера рассматривалась как критерий гражданской лояльности. Процедура следствия была гражданской и соответствовала законодательству своего времени – церковь лишь предоставляла свой следственный аппарат в распоряжение светских властей. Всякий новоучрежденный трибунал инквизиции издавал «эдикт милости», дававший еретикам возможность явиться с добровольным покаянием – обычно в течение 30–40 дней; тех, кто не принес такого раскаяния, арестовывали.

 

Каждому подсудимому назначался адвокат, и если ему удавалось показать, что свидетели обвинения лично заинтересованы в осуждении обвиняемого, последний подлежал оправданию. Обвиняемый имел также право вызывать свидетелей защиты, которые могли бы показать, что он верен католической церкви. Если обвиняемый отказывался признаться в своих грехах, его подвергали пытке. В случае раскаяния подсудимого следовало «примирение», и он возвращался в лоно церкви. «Примирение» неизбежно влекло за собой тяжелое наказание.

 

Учреждение и первые шаги испанской инквизиции вызвали сопротивление в определенных придворных и церковных кругах, считавших, что методы инквизиции не только не приведут к решению проблемы марранов в Испании, но, напротив, жестокость, не различающая между малым и большим преступлением, не учитывающая условий, приведших к прегрешению (как, например, закрытое домашнее воспитание девушек, которые, естественно, впадают в те же грехи, что и родители, или отвержение марранов христианской средой, что неизбежно толкает их назад к еврейским общинам), лишь усугубит проблему, вызвав бегство марранов в места, где они не будут под опекой и руководством церкви. С точки зрения противников инквизиции, наказания должны быть избирательными, и основным методом интеграции марранов должно быть их терпеливое воспитание в духе католичества.

 

Противники инквизиции оказались в меньшинстве, и институт инквизиции интенсивно развивался. В течение нескольких лет вся Испания покрылась сетью инквизиционных трибуналов (Севилья – 1481 г.; Кордова – 1482 г.; Сьюдад-Реаль – 1483 г.; Сарагоса – 1484 г.; Толедо – 1485 г.; Куэнка и Вальядолид – 1488 г.; Валенсия – 1507 г., и другие).

 

Наряду с постоянными судами действовали выездные судебные комиссии (1485 г. – Гуадалупе; 1486 г. – Медина-дель-Кампо; 1490 г. – Сеговия, Лерида и Авила; 1495 г. – Херес-де-ла-Фронтера; 1501 г. – Леон; 1512 г. – Памплона; 1515 г. – Тудела и т. д.). Расследования, которые провела испанская инквизиция в течение первого десятилетия своей деятельности, показали, что многие крещеные евреи остались верны иудаизму и сохранили прочные связи с еврейскими общинами (согласно различным источникам, в 1480–92 гг. было выявлено около 13 тысяч марранов, сохранивших верность иудаизму).

 

В 1481–88 гг. было предано сожжению более 700 марранов и более 5 тысяч возвращено в лоно церкви. Раскаявшийся, приняв установленное судом инквизиции наказание, приносил клятву в верности церкви; уличенные в нарушении клятвы приговаривались к сожжению. Среди наказаний, практиковавшихся инквизицией, были каторжные работы, ссылка на галеры, пожизненное заключение или домашний арест; выходя на улицу, приговоренный был обязан надевать особое облачение (санбенито).

 

Результаты расследований инквизиции были одной из основных причин, побудивших католических монархов Испании, которые стремились интегрировать население королевства на основе религиозного единства, изгнать из страны в 1492 г. всех евреев. Причина изгнания – твердая уверенность монархов Испании в том, что до тех пор, пока на испанской земле остаются евреи, нет надежды, что марраны будут окончательно интегрированы в христианской среде, – прямо указана в эдикте об изгнании.

 

После изгнания евреев из Испании инквизиция фактически превратилась в полицию нравов: помимо борьбы с вероотступничеством, ересью и черной магией в компетенцию инквизиции были включены также случаи соблазнения женщин на исповеди, гомосексуализм и т. п. С течением времени преследование марранов перестает быть центральной проблемой инквизиции: в 1525 г. инквизиция начинает преследовать оставшихся верными исламу мавров, а к середине 16 в. вступает в борьбу с протестантским движением в христианстве.

 

Инквизиция в Португалии была учреждена под давлением испанцев, понимавших, что отсутствие там инквизиции делает эту страну идеальным убежищем для испанских марранов. Вопрос об учреждении инквизиции в Португалии получил особую остроту в 1497 г., когда эдикт об изгнании евреев (среди которых было множество бежавших из Испании марранов, в том числе из знатных семей) был заменен указом об их крещении насильственном. Король Мануэл I, стремясь искоренить в стране иудаизм, не нанося при этом ущерба экономике Португалии, даровал новообращенным двадцатилетний период (позднее продленный до 1534 г.) иммунитета против преследований за «упущения» в соблюдении новой веры, причем сами «упущения» подлежали юрисдикции светского, а не инквизиционного трибунала.

 

Предполагалось, что за эти годы новообращенные успеют привыкнуть к новой религии. По истечении дарованного королевским эдиктом периода иммунитета в Португалии была учреждена инквизиция (в 1536 г. трибуналы инквизиции были учреждены в Лиссабоне, Коимбре и Эворе), приступившая к активной деятельности в 1539 г. и в сентябре 1540 г. проведшая в Лиссабоне первое в Португалии аутодафе. В архивах Португалии сохранилось более 40 тысяч протоколов судебных разбирательств местной инквизиции, период высшей активности которой приходится на середину следующего столетия.

 

Число жертв аутодафе стало столь велико, а злоупотребления столь очевидны, что папа Иннокентий XI наложил запрет на деятельность инквизиции в Португалии (декабрь 1678 г. – август 1681 г.). Но уже в январе 1682 г., почти через полгода после возобновления деятельности инквизиции, последовало аутодафе в Коимбре, а в мае того же года – числом и общественным положением сожженных самое известное в истории Португалии аутодафе в Лиссабоне. Особые эмиссары португальской инквизиции следили за религиозным поведением португальских марранов за границей; уличенных в соблюдении иудаизма арестовывали и доставляли в страну, чтобы предать суду инквизиции.

 

С восшествием на престол Испании династии Бурбонов (начало 18 в.) положение «тайных евреев» несколько улучшилось, однако, когда в 1720 г. в Мадриде была обнаружена подпольная синагога, деятельность инквизиции возобновилась. Во второй половине 18 в. активность инквизиции на Пиренейском полуострове значительно сократилась – частично благодаря либерализации общественного сознания, частично – из-за почти полного отсутствия объекта преследования.

 

В Португалии последнее аутодафе вообще и последнее, в котором фигурировали «тайные евреи» в частности, имело место в октябре 1765 г.; формально инквизиция в Португалии была упразднена в марте 1821 г. В Испании упразднение инквизиции относится к 1808 г. – времени правления Жозефа Бонапарта; в июле 1814 г., однако, инквизиция была вновь восстановлена Фердинандом VII. Во время конституционной революции 1820 г. инквизиция была упразднена королевским декретом, но вновь восстановлена во время контрреволюции 1823 г. Окончательно испанская инквизиция была упразднена в 1834 г.

 

Деятельность испанской и португальской инквизиции распространялась и на их заморские владения. С 1502 г. по 1802 г. испанская корона и папа издали ряд указов, воспрещающих евреям и маврам въезд в Новый Свет. Каждый прибывающий в испанские колонии на континенте Америки должен был доказать, что он – правоверный христианин в пятом поколении. Тем не менее многим марранам удалось поселиться в Новом Свете, и уже в 1528 г. в Мехико состоялось аутодафе, на котором были сожжены три «тайных еврея» – в том числе сподвижник Э. Кортеса Эрнандо Алонсо (1460–1528).

 

Деятельность инквизиции в Мексике была спорадической до 1571 г., когда Филипп II распорядился об учреждении суда инквизиции в колонии. С этих пор деятельность инквизиции в Мексике значительно активизировалась; так, в 1596 г. был сожжен вместе с матерью и пятью сестрами племянник вице-короля Мексики, губернатора провинции Нуэво-Леон, вернувшийся к иудаизму новый христианин Луис де Карвахаль (1566–96). До ее отмены в 1820 г. мексиканская инквизиция осуществила 60 аутодафе. Трибуналу в Мехико была соподчинена инквизиция на завоеванных Испанией в 1560-х гг. Филиппинских островах.

 

В Перу инквизиция была учреждена в 1570 г., хотя епископский суд активно действовал уже с 1539 г. С 1570 г. по 1805 г. в Лиме было осуществлено 34 аутодафе, и «тайные евреи» всегда составляли значительную часть обвиненных. Особой интенсивностью отличалась деятельность инквизиции в 1635 г., когда было случайно обнаружено крупное сообщество тайно исповедующих иудаизм среди португальских купцов в Лиме. Был арестован 81 человек, а конфискация имущества была столь значительна, что привела к коммерческому кризису в колонии. Семеро арестованных были сожжены, остальные получили различные наказания.

 

Как и в Мексике, к середине 17 в. из-за жестокости инквизиции число «тайных евреев» сократилось, вследствие чего деятельность инквизиции значительно уменьшилась. Последнее аутодафе состоялось в 1736 г., однако спорадическая активность продолжалась до 1806 г. Юрисдикции суда инквизиции в Лиме подлежала также огромная провинция Новая Гранада, куда лимский трибунал направлял специальных эмиссаров. Неэффективность такой системы повлекла за собой учреждение отдельного суда инквизиции в Картахене (на Карибском побережье современной Колумбии) в 1610 г.

 

Юрисдикция нового трибунала распространялась не только на материковую часть Новой Гранады, но и на принадлежавшие Испании Карибские острова. Первое аутодафе произошло в 1614 г., последнее – в 1762 г. Инквизиция была отменена Боливаром в 1819 г. За два столетия своего существования суд в Картахене провел 54 аутодафе, осудил 767 человек, из которых пятеро были приговорены к сожжению; среди осужденных было значительное число «тайных евреев».

 

В португальском Гоа (на западном побережье Индии) суд инквизиции был учрежден в 1561 г., однако уже до этого там действовали инквизиторы. Первое аутодафе было произведено в 1563 г.; из четырех приговоренных к сожжению двое были «тайными евреями». В аутодафе 1575 г. и 1578 г. были сожжены 17 «тайных евреев». К 1773 г. инквизиция в Гоа совершила 82 аутодафе, однако число «тайных евреев» среди осужденных с годами непрерывно уменьшалось, – по всей очевидности, из-за устрашающего эффекта энергичной деятельности местной инквизиции.

 

Бразилия долгое время служила убежищем для португальских марранов. В 1579 г. епископ Сальвадора (современная Баия) получил прерогативы инквизитора, хотя все арестованные должны были транспортироваться в метрополию. Между 1591 г. и 1618 г. Бразилию посетили несколько инквизиционных комиссий, и десятки людей предстали перед ними с покаяниями или доносами. Особой активности инквизиция в Бразилии достигла в середине 17 в. после отвоевания страны у голландцев, под властью которых многие «тайные евреи» смогли открыто исповедовать свою веру. Многие из них фигурировали в великом аутодафе в Лиссабоне в 1647 г.

 

В 1713 г. 38 новых христиан были отправлены из Рио-де-Жанейро в Португалию, где получили различные наказания, некоторые были сожжены. К концу 18 в. бразильская инквизиция переключилась в основном на преследование франкмасонов и последователей Просвещения. С провозглашением независимости (1822) преследования инквизиции в Бразилии прекратились. Условия в португальских колониях в Африке не отличались от существовавших в Бразилии.

 

В Испании и ее владениях с начала деятельности инквизиции и до ее упразднения к различным наказаниям было приговорено около 350 тысяч человек, из которых около 32 тысяч были приговорены к сожжению на костре (многие – заочно). В Португалии и ее владениях около 40 тысяч человек были привлечены к суду инквизиции, около 30 тысяч были приговорены к различным наказаниям, из них свыше 1,3 тысяч – к сожжению (многие – заочно). В различные периоды «тайные евреи» составляли различную часть обвиненных, однако в целом именно они были основной жертвой государственной инквизиции Испании и Португалии.

 

Инквизиция // Электронная еврейская энциклопедия

 

http://www.eleven.co.il/article/11792

Ответить

Фотография Ученый Ученый 23.05 2017

1.jpg

 

 

 

 

 

Инквизитор Сарагосы Арбуэс (сподвижник Торквемады) приговаривает семью еретиков к смерти. Арбуэс был убит родственниками жертв инквизиции, впоследствии признан святым.

Ответить

Фотография Ученый Ученый 23.05 2017

Мурильо. Убийство Арбуэса.

 

 

 

 

Bartolome_murillo-pedro_arbues.jpg

Ответить

Фотография Стефан Стефан 25.05 2017

ИНКВИЗИЦИЯ ‒ [лат. inquisitio – розыск, расследование], судебный институт Римско-католической Церкви, занимавшийся выявлением и искоренением ересей, расследованием деяний, к-рые с католич. т. зр. считались преступлениями против веры и нравственности, а также книжной цензурой. Особые инквизиционные трибуналы действовали в сер. XIII – 1-й пол. XIX в.

 

Инквизиционный процесс – один из видов средневек. церковного уголовного процесса, к-рый оформляется при папе Римском Иннокентии III (1198–1216) прежде всего для расследования преступлений прелатов, а не для преследования еретиков. Согласно исследованиям В. Трузена, некоторые элементы инквизиционного процесса можно проследить уже в раннем средневековье. Основным видом судопроизводства был известный из римского права обвинительный процесс (accusatio), когда дело возбуждалось только в результате открытого обвинения: истец должен был доказать вину подсудимого, после подачи исковой жалобы (inscriptio) представив доказательства вины. Аргументами в суде считались признание и очистительная клятва, произнесенные в присутствии тех, кто могли бы подтвердить их (т. е. показания свидетелей). К лицам несвободным или пользовавшимся плохой репутацией применялись ордалии («Божий суд»). Для рассмотрения преступлений, совершенных клириками, постепенно в раннее средневековье вошел в практику т. н. инфамационный процесс, т. е. расследование дела ординарным судьей, епископом, на основании не иска, а позорящих клирика и соответственно Церковь слухов (infamia). В XI-XII вв. как отдельная разновидность выделяются расследования по поданным в письменном виде жалобам и сообщениям о грехах и преступлениях клириков и прелатов (denunciatio evangelica; букв. – братское обличение). Аргументами в суде при инфамационном и денунционном процессах служили признание и очистительная клятва. Председатель суда, облеченный духовным саном (как правило, епископ или архиепископ), расследовал дело ex officio (в силу занимаемой должности), т. е. мог возбуждать и расследовать дело при отсутствии иска, и имел право запрещать служение ответчика, признанного виновным. Поскольку при таких процессах имели место злоупотребления прелатов, папа Иннокентий III в ходе реформ, направленных на рационализацию церковного законодательства, способствовал объединению разных типов судопроизводства в инквизиционном процессе: расследование могло начинаться как на основании слухов, так и по письменным жалобам, а суд получал возможность использовать материальные доказательства, собранные ex officio, т. е. возможность проводить расследование (contra quos (excessus) tribus modis procedi possit, per accusationem videlicet, denunciationem et inquisitionem – Liber Extra. V 3. 31). Очистительная клятва была отнесена ко второстепенным доказательствам, в отношении доказанных преступлений ее применение не требовалось (Liber Extra. V 34. 12–15), применение ордалий запрещалось (Liber Extra. V 31. 10).

 

Инквизиционный процесс, получивший развитие в ряде папских декреталий 1198–1213 гг. (Liber Extra. III 12. 1; V 1. 17; 3. 31–32; 34. 10) и утвержденный в 1215 г. 8-м каноном Латеранского IV Собора (Mansi. T. 22. Col. 994–995), рассматривался как дисциплинарный и был направлен против злоупотреблений прелатов, прежде всего против симонии (Иннокентий III настаивал на том, чтобы обвиняемым оставались открытыми все возможности для защиты, а наказания по суду носили в основном экономический или адм. характер, напр. перевод уличенного в злоупотреблении в монастырь с более строгим уставом, временный запрет на служение), и в этом смысле стал одним из инструментов в борьбе за укрепление папской власти в католической Церкви. Против еретиков его начали применять позже в сокращенном и измененном виде (суммарный процесс); для такого процесса были характерны смешение функций судьи, обвинения и защиты, презумпция виновности обвиняемого, тайный (в стенах судебных канцелярий) характер судопроизводства; дело решалось на основе письменных материалов предварительного следствия, часто даже в отсутствие обвиняемого, все действия судьи и показания также протоколировались ввиду возможности апелляции. Присущая этому типу судебного процесса система формальных доказательств, среди которых основным считалось признание обвиняемого, объясняла применение пыток (узаконены буллой «Ad extirpanda» (1252) папы Римского Иннокентия IV); иногда пытке подвергались и свидетели.

 

 Инквизиционный процесс стал использоваться и в светском судопроизводстве (прежде всего в уголовном – см., напр.: Тогоева О. И. «Истинная правда»: Языки средневек. правосудия. М., 2006). Влияние инквизиционного процесса проявилось в Мельфийских конституциях (1231) имп. Фридриха II Штауфена, а потом распространилось в североитал. коммунах, затем на Пиренеях и во Франции.

 

 

Лит.: Naz R. Inquisition // DDC. T. 5. Col. 1418–1426; Trusen W. Der Inquisitionprozess: Seine historischen Grundlagen und frühen Formen // ZSRG. K. 1988. Bd. 74. S. 168–230; idem. Vom Inquisitionsverfahren zum Ketzer- und Hexenprozess: Fragen der Abgrenzung und Beeinflussung // Staat, Kirche, Wissenschaft in einer pluralistichen Geselschaft: FS z. 65. Geburtstag v. P. Mikat. B., 1989. S. 435–489; idem. Inquisitionprozess // LexMA. Bd. 5. Sp. 441–442.

 

 

Учреждение И.

 

Активное использование в сер. XIII в. католич. Церковью инквизиционных трибуналов было связано с необходимостью поиска и уничтожения групп еретиков как во Франции, где они после разгрома катаров в ходе т. н. альбигойских войн (1208–1229; см. ст. Альбигойцы) существовали подпольно, так и в Италии. К этому времени католическая Церковь ужесточила отношение к еретикам: практиковавшееся с раннехристианской эпохи отлучение еретиков от Церкви (см., напр., постановления Реймсского Собора (1049): «...et quia novi haereticis in Gallicanis partibus emerserant, eos excomunicavit» – Mansi. T. 19. Col. 742) в нач. XII в. было дополнено требованием к светским властям взять на себя розыск еретиков (Тулузский Собор (1119) – Mansi. T. 21. Col. 226–227). На Реймсском Соборе 1157 г. было принято решение об изгнании и о клеймении еретиков и пожизненном заключении проповедников еретических учений (Mansi. T. 21. Col. 843). Собор в Туре (1163) объединил требования тюремного заключения и конфискации имущества (Mansi. T. 21. Col. 1177–1178), а в канонах Латеранского III Собора (1179) содержался призыв к светским властям вести военные действия против еретиков, за участие в борьбе с ересями обещалась 2-летняя индульгенция, а бездействовавшим угрожало быть приравненными к отступникам от католич. веры (Mansi. T. 22. Col. 231–233). Была предпринята попытка возложить на местных епископов розыск и преследование еретиков. После встречи в Вероне папы Римского Луция III и имп. Фридриха I Барбароссы (1184), когда был поднят вопрос об организации совместной борьбы светской власти и Церкви против массовых еретических выступлений, папа буллой «Ad abolendam» обязал архиепископов и епископов не только отлучать еретиков от Церкви, публично объявляя об этом во время определенных праздничных церемоний, но и производить розыск еретиков: 2–3 раза в год объезжать епископства и посещать там подозрительные места, опрашивать местных жителей, к-рые должны были под присягой сообщить все, что они знают о еретиках. Нарушители клятвы приравнивались к еретикам, а епископы за 3-летнее невыполнение этих предписаний лишались кафедры. Попытки Папского престола заставить епископов заниматься розыском еретиков продолжались и позднее: в посвященном борьбе с ересями 3-м каноне IV Латеранского Собора содержался призыв, обращенный к архиепископам и епископам, к «постоянной бдительности» в деле очищения еп-ств от «еретической скверны»; пренебрегающим этой задачей грозило каноническое наказание вплоть до снятия с должности (Mansi. T. 22. Col. 986–990).

 

Дело выявления и искоренения ересей, возложенное на прелатов, оказалось неэффективным как по причине занятости епископов пастырскими обязанностями, так и ввиду их связи с местным населением и светскими правителями и соответственно невозможности беспристрастного искоренения ересей. С кон. XII в. предпринимались попытки поручить розыск еретиков папским легатам, независимым от местных связей и интересов. В письмах папского легата кард. Петра, расследовавшего дела еретиков в Лангедоке в 1178 г., рассказывается о том, как он разоблачил неск. альбигойцев, отлучил их от Церкви, проклял и призвал графа Тулузского изгнать их из своих владений (Petrus, card. Epistolae // PL. 199. Col. 1120–1124). Особую известность получила деятельность папских инквизиторов премонстранта Конрада Марбургского в Германии (назначен в 1227) и доминиканца Роберта Бугра (Болгарина) в Лангедоке (назначен в 1233), впосл. в Шампани, в Пикардии и во Фландрии. Оба были раскаявшимися катарами и стали известны своей жестокостью в борьбе с бывшими единоверцами (в 1239 по приговору Роберта Бугра в замке Монт-Эме (Шампань) за один раз было сожжено 183 чел.). Папские инквизиторы действовали в тесном союзе со светскими и с местными церковными властями: Конрада Марбургского поддерживал епископ Хильдесхаймский, Роберта Бугра – франц. кор. Людовик IX Святой (хотя, вероятно, именно по настоянию короля в 1239 папа Григорий IX отстранил инквизитора от должности и приговорил к тюремному заключению).

 

В 1233 г. папа Григорий IX поручил расследование дел, связанных с ересями и преследованием вероотступников, доминиканцам, в 1254 г. папа Иннокентий IV буллой «Licet ex omnibus» от 30 мая разделил И. на доминиканскую и францисканскую. Эти монашеские ордены представлялись идеальными кандидатами в деле разыскания еретиков в силу независимости от местных церковных иерархов и растущей – благодаря исповедуемым этими орденами принципам бедности, бескорыстия и аскезы – популярности в народе, к-рая могла соперничать с популярностью еретических проповедников и должна была обеспечить содействие населения в разыскании еретиков. Хотя в делах о ересях доминиканцы и францисканцы получили юрисдикцию, аналогичную юрисдикции епископских судов, местные епископы также сохраняли ответственность за искоренение ересей: они должны были сотрудничать с инквизиторами и ратифицировать инквизиционные приговоры, прежде всего те, согласно к-рым еретики приговаривались к тюремному заключению и к смертной казни. Инквизиторы наделялись обширными полномочиями: отвечавшие непосредственно перед папой Римским, они не подчинялись ни местным церковным властям, ни папским легатам; руководство ордена могло воздействовать на них только как на монахов, но не как на инквизиторов. Инквизиторские полномочия давались пожизненно, и к кон. XIII в. сместить инквизиторов с должности или отлучить их от Церкви стало практически невозможно. И. были подсудны все; однако в случае осуждения монархов, епископов и папских нунциев решение могло быть принято только Римским папой.

 

К сер. XIII в. в каноническом праве окончательно оформилось положение о том, что для приведения приговора о смертной казни в исполнение осужденные еретики должны передаваться светским властям, а последние обязаны прилагать все усилия для истребления еретиков, выявленных Церковью. В случае отказа от исполнения этих обязанностей светский правитель отлучался от Церкви, на его владения налагался интердикт, его вассалы освобождались от присяги, а земли передавались тем, кто были готовы преследовать еретиков (3-й канон IV Латеранского Собора; булла папы Григория IX «Excommunicamus» от февр. 1231).

 

В светском законодательстве санкции против еретиков, содержавшиеся уже в Кодексе Феодосия (V в.) (CTh. XVI 5) и сохранившиеся в составе законов варварских королей, основанных на этом Кодексе, в XII в. также получили развитие. В «Кларендонских постановлениях» (1166) англ. кор. Генриха II ереси объявлялись вне закона, укрывателям еретиков грозило разрушение домов. В 80–90-х гг. XII в. появились антиеретические законы в испан. королевстве Арагон, предписывавшие изгнание, конфискацию собственности и казнь для еретиков, а также штрафы для тех, кто сочувствуют им. В 1199 г. папа Иннокентий III декретом «Vergentis in senium» приравнял ересь к измене и оскорблению величия государя (crimen laesae maiestatis), что во мн. странах каралось смертной казнью. Так, согласно Падуанскому эдикту (1224) и Мельфийским конституциям имп. Фридриха II Штауфена, действовавшим в Сев. Италии и на Сицилии, еретики приговаривались к сожжению на костре. Решением судьи это наказание могло быть заменено вырыванием языка. В 1238 г. эта норма (без возможности замены более мягким наказанием) была распространена на германские земли, а затем вошла в Саксонское и Швабское зерцала. В 1226 г. французский кор. Людовик VIII предписал карать еретиков лишением прав и конфискацией имущества, а к 1270 г. в качестве основной меры наказания утвердилось сожжение (Etablissements de St. Louis, 1269).

 

Булла папы Римского Иннокентия IV «Ad extirpanda» от 15 мая 1252 г., адресованная городам Ломбардии, Тревизской марки и Романьи, предусматривала организацию в городах советов для борьбы с ересью из 12 «честных мужей» (boni viri), которых назначали епископ и приоры нищенствующих орденов в этой местности. Согласно постановлению, подеста и правители городов, отказывавшиеся бороться с еретиками, не имели права оставаться на своей должности. В булле содержалось требование вписать законы против еретиков в статуты итал. городов-коммун (требование будет повторено папой Климентом IV в 1266). Т. о., согласно документу, в еп-ствах создавались постоянные инквизиционные трибуналы.

 

Инквизиционный трибунал состоял из 1 или 2 инквизиторов, назначаемых папой Римским или уполномоченным для этого папским легатом из числа монахов-пресвитеров, достигших 40 лет, благочестивого образа жизни и с богословским или юридическим образованием, местного епископа или его представителя, а также 12 чел., известных добропорядочным поведением (boni viri). Решения принимались коллегиально, но правом решающего голоса обладали инквизиторы. В помощь им назначались комиссары, которых направляли в отдаленные районы, 2 нотария и писцы, они вели документацию. Инквизиционное судопроизводство отличалось скрупулезностью и обширностью документации: материалы, собранные в ходе инквизиционного процесса, спустя годы можно было использовать против тех же или др. обвиняемых.

 

Инквизиционное разбирательство в новом месте начиналось с приезда инквизитора и набора штата трибунала. При необходимости строились здания для заседаний судей и тюрьмы. Тогда же объявлялся т. н. срок милосердия (tempus gratiae), т. е. период от 15 до 40 дней, когда еретики могли добровольно раскаяться в своих грехах, выдать сообщников и получить за это смягчение приговора, а «добрые христиане» под страхом отлучения от Церкви должны были донести инквизитору обо всем, что им известно о местных еретиках. Для открытия процесса было достаточно одинаковых показаний 2 свидетелей, имена к-рых не оглашались, чтобы избежать мести (в то же время анонимность свидетелей создавала условия для злоупотреблений). Получив достаточно информации, трибунал начинал допрос подозреваемых, которые должны были, не зная, в чем именно их обвиняют, доказать свою невиновность; неявка по вызову инквизитора приравнивалась к признанию вины. Минимальный возраст обвиняемого И. составлял 14 лет для мальчиков и 12 – для девочек. Кроме того, И. судила умерших (эксгумируя и сжигая их останки) и беглых еретиков (in effigie, в изображении).

 

В ходе расследования дела допрос обвиняемого мог проводиться с применением пыток. Буллой «Ad extirpanda» папа Иннокентий IV узаконил пытки при расследовании дел по обвинению в ереси, приравняв еретиков, «убийц своих душ и осквернителей Господних таинств и веры Христовой», к разбойникам и грабителям, которых подвергали пыткам в светских судах. Однако при применении пытки запрещались нанесение тяжких увечий (лишение к.-л. конечности), убийство человека и пролитие крови, поэтому применялись такие пытки, как растяжение тела и разрыв мускулов (дыба), зажимание тех или иных органов (колодки, гаррота (железный ошейник), тиски для пальцев, «испанский сапожок»), раздробление суставов, а также пытки водой, огнем и каленым железом. Пытку разрешалось применять лишь единожды, но это указание, как правило, обходили, объявляя каждую новую пытку продолжением предыдущей. Иногда практиковались пытки свидетелей.

 

Одной из особенностей инквизиционного судопроизводства было привлечение неограниченного числа свидетелей обвинения. Если в светских и церковных судах нек-рые категории населения (слуги и иные зависимые люди, проститутки, дети, соучастники преступления) не имели права выступать свидетелями, то инквизиторы принимали показания всех, кроме «смертельных врагов» обвиняемого. Поскольку обвиняемому не сообщались не только обвинения, но и имена тех, кто дали против него показания, единственным эффективным способом защиты оставался отвод наибольшего числа возможных свидетелей обвинения путем доказательства их «смертельной вражды» к обвиняемому. Подозреваемый имел право взять адвоката, но последний мог быть сочтен сочувствующим ереси и мог сам оказаться под следствием. Кроме того, инквизиторы могли затребовать у адвоката всю информацию, полученную от клиента, и даже заставить его выступить свидетелем обвинения. Существовала также возможность апелляции к папе, но фактически к этому могли прибегнуть лишь состоятельные и высокопоставленные обвиняемые.

 

Оправдание подозреваемого в ереси без рассмотрения дела Римским папой было невозможно. В случае сомнительного обвинения (suspicio levis), если обвиняемый не признавал за собой никакой вины и публично исповедовал католич. веру, выносился вердикт «обвинение не доказано». Абсолютное большинство привлеченных И. к суду, признав свою вину и раскаявшись, были возвращены в лоно католич. Церкви. Во искупление грехов на них налагались различные епитимии (посты, дополнительные молитвы, паломничества к св. местам); применялись позорящие наказания (ношение особой одежды, публичное бичевание), но со временем телесные наказания стали заменяться штрафами. Самым суровым наказанием, налагаемым И., было тюремное заключение, которое сопровождалось конфискацией имущества (из него брались средства на содержание еретика в тюрьме). Смертных приговоров И. не выносила, поскольку, согласно канонической традиции, Церковь не должна проливать кровь. В случае тяжелых обвинений с представлением доказательств вины (suspicio violens) от обвиняемого требовали отречения от заблуждений (abjuratio). Тех, за кем трибунал признавал доказанность совершенного преступления особой тяжести, а также еретиков, упорствующих в своих заблуждениях или вторично впавших в ересь (relapsi), «отпускали» из лона католич. Церкви, т. е. передавали светской власти, к-рая должна была привести приговор в исполнение (чаще всего это была казнь через сожжение).

 

Поскольку решение по делу принималось коллегиально, то из-за необходимости собирать совещания, а также из пропагандистских соображений приговоры выносились, оглашались и приводились в исполнение не по одному, по мере рассмотрения дел, а группой, в ходе специальной торжественной церемонии, получившей название «sermo generalis» (общая проповедь – основным элементом этой церемонии была речь инквизитора перед обвиняемыми и всеми присутствующими) или «actus fidei» (дело веры; более известно в португ. пер. – auto da fe (см. Аутодафе)). Церемония проводилась в воскресенье на одной из центральных площадей города и состояла из покаянного шествия еретиков, проповеди инквизитора, отречения еретиков от заблуждений и их «примирения» (reconciliatio) с католич. Церковью или «отпущения» нераскаявшихся еретиков, т. е. передачи светской власти. Присутствие на подобной церемонии вознаграждалось 40-дневной индульгенцией.

 

Инквизиционными трибуналами рассматривались также дела по обвинению в магии, колдовстве, астрологии, сатанизме и т. п. Отдельные процессы против чародейства регулярно проходили в разных странах, но систематическая т. н. охота на ведьм началась после буллы папы Римского Иннокентия VIII «Summis desiderantes affectibus» (1484), признававшей существование ведьм и возлагавшей их преследование на И. На герм. землях в охоте на ведьм отличились инквизиторы Генрих Инститорис и Якоб Шпренгер, написавшие в 1486 г. систематический труд о ведьмах, об их связях с диаволом, о способах их обнаружения и уничтожения – «Молот ведьм» (Malleus Maleficarum. Speyer, 1487). Этот трактат стал учебником для инквизиторов в этой области и впосл. неоднократно переиздавался.

 

И. в странах Европы

Франция

 

Доминиканская И. была создана и наделена обширными полномочиями для борьбы с северофранц. ересью вальденсов и широко распространившейся в Юж. Франции ересью альбигойцев. После крестовых походов против альбигойцев, расправы над ересиархами и их покровителями и захвата основных оплотов еретиков в 1209–1244 гг. количество еретиков значительно уменьшилось, но ересь не исчезла полностью. В Лангедоке была создана сеть трибуналов; центральный из них, в Тулузе, в 1307–1323 гг. возглавлял доминиканец Бернар Ги, автор руководства для инквизиторов «Ведение розыска еретической скверны» (Practica inquisitionis heretice pravitatis), где описывались основные ереси того времени и давались указания, как преследовать еретиков, обнаруживать их, допрашивать и т. д. Сохранились собрания записи допросов, к-рые могут служить историческим источником сведений как об инквизиционном судопроизводстве, так и о мировоззрении еретиков (напр., «Регистр Жака Фурнье», 3 тома документов инквизиционных слушаний в графстве Фуа – Le Registre de lʼInquisition de Jacques Fournier, évêque de Pamier (1318–1325) / Ed. J. Duvernoy. Toulouse, 1965. 3 vol.).

 

В Сев. Франции инквизиторская активность доминиканцев началась с 1233 г. и была связана с именем Роберта Бугра. И. встречала пассивное сопротивление епископов, но пользовалась поддержкой, в т. ч. финансовой, французский кор. Людовика IX Святого, прежде всего на территории королевского домена. В сер. XIII в. рядом папских постановлений была проведена реорганизация доминиканской И. в Юж. и Сев. Франции. Так, к 1266 г. все инквизиторы, включая членов трибуналов в Лангедоке, были подчинены парижскому провинциалу доминиканского ордена. Помимо вальденсов и катаров франц. И. преследовала отступников в иудаизме, с 20-х гг. XIV в. – бегардов и бегинок, свободного духа братьев, спиритуалов, составлявших радикальное крыло францисканцев, и др. Со 2-й четв. XIV в. деятельность франц. И. стала менее активной, чем в предыдущие годы, из-за сокращения числа еретиков в связи с уничтожением основных очагов альбигойской ереси, из-за финансовой убыточности (конфискация имущества осужденных перестала покрывать затраты), а также из-за тягот Столетней войны (1337–1453). Кроме того, слабость папства в период «Авиньонского пленения пап» (1309–1378) и последовавшая за ним схизма в католической Церкви (1378–1417) способствовали подчинению доминиканской И. франц. короне: из-за конфликтов с местной королевской администрацией (сенешалями) инквизиторы обращались за помощью к королю и со временем стали нуждаться в постоянном покровительстве монарха и Парижского парламента. Имели место назначения инквизиторов королем, а не Римским папой.

 

Франц. И. участвовала в крупных средневек. политических процессах: против ордена тамплиеров, обвиненного в ереси (в 1307–1314) и уничтоженного по политическим и финансовым причинам, и против Жанны дʼАрк (в 1431), обвиненной в ереси по заказу англичан.

 

Италия

 

В Сев. Италии (Ломбардии), в частности в Милане, находился один из центров катарской ереси; здесь также получила распространение ересь вальденсов, а в кон. XIII – нач. XIV в. под влиянием францисканцев-спиритуалов возникли многочисленные еретические движения: фратичелли и т. н. апостольских братьев, сторонников Дольчино. Политическая раздробленность итал. гос-в и постоянные конфликты между гвельфами и гибеллинами, сторонниками Римского папы и герм. императора, осложняли организацию регулярного преследования еретиков в Италии. В нач. 30-х гг. XIII в. папа Григорий IX поручил розыск еретиков представителям нищенствующих орденов, и нек-рые инквизиторы проявили чрезвычайную активность, работая с продуктивностью трибуналов (напр., мученически погибший в 1252 инквизитор Ломбардии Петр Веронский (впосл. канонизирован Римско-католической Церковью)). В 1231 г. имп. Фридрих II ввел И. на Сицилии. В 1252 г. Иннокентий IV обязал всех светских правителей в Италии включить в законодательные своды положения о преследовании еретиков (булла «Ad extirpanda»). Действия светских властей в борьбе с еретиками должны были контролироваться нищенствующими орденами. Полуостров был поделен между 2 орденами: в Ломбардии и Генуе делами И. ведали доминиканцы, а в Центр. и Юж. Италии – францисканцы. В 1268 г., при кор. Карле Анжуйском, И. была учреждена в Неаполитанском королевстве, в 1288 г. – в Венеции. В XIV–XV вв. размах деятельности И. в Италии, как и во Франции уменьшается. В статутах Миланского герц-ства с 1343 по 1495 г. об И. не упоминается ни разу; в нек-рых др. итал. гос-вах она была полностью подчинена светской власти (в Венеции, в Королевстве обеих Сицилий).

 

Испания

 

В Арагонском королевстве, где существовали очаги катарской и вальденской ересей, по инициативе доминиканца, канониста и королевского духовника Раймунда Пеньяфортского в нач. 30-х гг. XIII в. началось регулярное преследование еретиков силами представителей католич. Церкви и светских чиновников, к-рых назначали соответственно епископы и королевские наместники. В 1238 г. в Арагоне и Наварре была введена постоянная И. по южнофранц. модели, порученная доминиканцам и францисканцам. Наваррская И. вскоре была подчинена арагонской. В XIV в. И. занялась преследованием спиритуалов, что стало причиной затяжных конфликтов между доминиканцами и францисканцами. Со 2-й пол. XIV в. в арагонской И. наблюдается организационная нестабильность трибуналов, частые конфликты с королем и аристократией. Верховный инквизитор Арагонского королевства Николай Эймерик в трактате «Путь инквизиторов» (Directorium Inquisitorum, 1376) систематизировал процедуру инквизиционного сыска; эта систематизация легла в основу всех позднейших компиляций.

 

Германия

 

Необходимость преследования еретиков возникла в нач. XIII в., когда в Страсбурге была обнаружена община вальденсов, помимо них в XIII–XV вв. в Германии преследованию подвергались бегарды и бегинки, братья свободного духа, люцифериане, флагелланты и др. Регулярная доминиканская И. в Германии не вводилась, что объясняется как отсутствием поддержки со стороны центральной власти в связи с постоянным конфликтом пап и императоров, так и противодействием имперского епископата, не желавшего уступать часть своих полномочий доминиканцам, а также раздробленностью империи, когда любая инициатива со стороны папы и даже императора должна была получить поддержку всех крупных светских и церковных князей империи. Наиболее удачными для нем. И. были 1369–1378 годы, когда имп. Карл IV обязал все светские и церковные власти содействовать доминиканским инквизиторам, однако и в этот период постоянные трибуналы и тюрьмы учреждены не были. Отсутствие в Германии к нач. XVI в. оформившегося института И. традиционно считается одним из факторов, обусловивших успех Реформации на герм. землях.

 

В Чехии

 

И. введена по королевскому запросу с целью противостоять распространившейся ереси вальденсов. В 1257 г. в Чехию были направлены 2 инквизитора-францисканца. В XIV в. папы Иоанн XXII и Бенедикт XII неоднократно направляли туда доминиканцев и францисканцев с инквизиторскими полномочиями, однако И. там не утвердилась, и преследование еретиков осуществлялось силами епископата. Когда в кон. XIV в. в Чехии возникло движение последователей Джона Уиклифа, при Пражском ун-те сформировался кружок гуманистов и получило широкое распространение движение гуситов, епископская И. оказалась неэффективной. Инквизиционные процессы над Яном Гусом и Иеронимом Пражским были проведены на Констанцском Соборе (1414–1418), затем бороться с гуситами и моравскими братьями, учение к-рых распространилось по Чехии, Моравии, Венгрии и Польше, приезжали инквизиторы из Италии (напр., Иаков из Марки в 1435–1439).

 

 «Новая» И. в Испании и Португалии

 

После искоренения южнофранц. и итал. ересей наблюдался нек-рый спад активности И.: мн. трибуналы были закрыты, другие почти бездействовали. Активизация деятельности И. была связана с введением «новой» И. в пиренейских королевствах в кон. XV в., главным отличием к-рой был ярко выраженный гос. характер. Во время евр. погромов в Кастилии и Арагоне в 1391 г. в результате насильственных массовых крещений образовалась многочисленная группа крещеных евреев (конверсо, или маранов), к-рых небезосновательно подозревали в тайном следовании иудаизму (в криптоиудаизме, «Моисеевой ереси»). На основании обвинений в том, что конверсо лишь внешне приняли христианство и тайно соблюдали предписания своей религии, на Толедском Соборе 1499 г. было принято постановление, согласно к-рому им запрещалось занимать гос. посты и выступать в суде обвинителями «старых» христиан. Однако папа Римский Николай V буллой «Humani generis inimicus» (1449) подтвердил равенство в правах «старых» и «новых» христиан. В ответ на буллу папы Николая V кор. Кастилии Энрике IV своей властью назначил первых инквизиторов. С согласия папы Римского Сикста IV, в 1478 г. установившего И. в Кастилии и Арагоне, право назначения инквизиторов перешло в ведение испан. правителей Фердинанда V и Изабеллы I (в 1496 они получили от папы Римского Александра VI титул «католические короли» (Reyes Católicos)). В 1481 г. в Севилье состоялось 1-е аутодафе.

 

«Новая» И. в Испании по специфике управления отличалась от «старой», доминиканской И. В распределении доходов и назначении инквизиторов испан. монархи доминировали над Папским престолом, поэтому «новая» И. иногда называется также «королевская». Руководящим органом, учрежденным в 1483 г., стал Совет верховной и генеральной И. (Consejo de la Suprema y General Inquisición), состоявший из 6–10 членов, назначаемых короной. Совет возглавлял генеральный (или великий) инквизитор, к-рого назначал король и утверждал в должности Римский папа. Первым генеральным инквизитором стал доминиканец Томас Торквемада (1483–1498). С 1507 по 1518 г. было 2 генеральных инквизитора – для Кастилии и для Арагона. Функции Совета заключались в том, чтобы контролировать работу инквизиционных трибуналов, ограждать их от вмешательства местных властей, издавать общие правила и распоряжаться финансовыми средствами, которые пополнялись за счет конфискованного имущества осужденных еретиков, штрафов и выплат за смягчение наказания; эти средства распределялись между И. и королевской казной. Первые трибуналы открылись в 1481 г. в Андалусии (в Севилье и Кордове); в кон. XV – нач. XVI в. были созданы еще 9 трибуналов в Кастильском королевстве (в Толедо, Льерене, Мурсии, Вальядолиде, Куэнке, Лас-Пальмасе, Логроньо, Гранаде, Сантьяго-де-Компостела), 4 в королевстве Арагон (в Сарагосе, Валенсии, Барселоне и на Мальорке), а также на Сицилии и Сардинии. В кон. XVI – нач. XVII в., с оформлением обширных колониальных владений, открылись трибуналы в Новом Свете: в Лиме и Мехико (1569) и в Картахене (в совр. Колумбии, 1609).

 

Деятельность испанской И. имела целью прежде всего искоренение криптоиудаизма. До сер. XVI в. конверсо составляли ок. 90% всех жертв трибуналов. В выявлении ереси трибуналы использовали специальное руководство, где были перечислены 37 признаков «Моисеевой ереси» (омовение рук перед едой и молитвой, смена одежды в субботу, отказ от мяса, отказ от исповеди, зажигание субботних свечей, отказ от разжигания огня в субботу и в дни евр. праздников и др.). Изгнание евреев из Испании в 1492 г., мотивированное вредным влиянием, которое они оказывали на конверсо, привело к сокращению криптоиудейских практик (в частности, к отказу от обрезания и обязательного потребления кошерных продуктов): конверсо были лишены поддержки евр. общин, доступа к евр. книгам, консультаций с раввинами, языковой практики и т. д. В условиях преследований королевской властью и И. криптоиудаизм постепенно сходит на нет: к кон. XVI в. процент дел против конверсо сократился. Однако в 1580 г., после вхождения Португалии в состав Испании, испан. И. стала активно заниматься португ. криптоиудеями, которые бежали в Испанию от более жестоких гонений португ. И. Сокращение процессов против криптоиудеев, вызванное тем, что последние были уничтожены, эмигрировали или ассимилировались, происходило уже в XVIII в. одновременно со спадом деятельности И.

 

 Др. крупной группой, преследуемой испан. И., были мориски – крещеные мусульмане, чья численность возросла после насильственного обращения в христианство всех мавров Кастилии (1502) и Арагона (1526). И. стала особенно активно заниматься морисками с 1568 г., когда те подняли восстание в Андалусии, подавленное лишь через 2 года, и до 1609 г., когда они были изгнаны из Испании.

 

 Кроме «новых» христиан евр. и мусульм. происхождения испан. И. в XVI–XVII вв. занималась преследованием немногочисленных в Испании протестантов, концентрировавшихся в основном в Севилье и Вальядолиде, сторонников мистического движения алюмбрадов («просвещенных»), гуманистов, в т. ч. последователей Эразма Роттердамского, а также тех, кто подозревались в приверженности народным суевериям, магическим практикам и сатанизму (ведовству и колдовству). В XVIII в. деятельность И. была направлена против просветителей и масонов. За время существования И., по данным имевшего доступ к ее архивам историка Х. А. Льоренте, были «отпущены», т. е. переданы светской власти и казнены через сожжение, ок. 30 тыс. чел., сожжены «в изображении» ок. 17 тыс. чел., получили «примирение» с католич. Церковью (т. е. приговорены к тюремному заключению, галерам, работе на рудниках, проживанию в определенных городах, епитимиям и штрафам) ок. 300 тыс. чел. Кроме преследования еретиков испан. И. занималась регулярным изданием списков запрещенных книг (в 1551, 1559, 1583 и т. д.; об офиц. рим. списках см. Индекс запрещенных книг), куда попадали сочинения гуманистов, переводная протестантская лит-ра, художественная лит-ра (напр., сочинения Лопе де Веги), переводы Библии на народные языки (в частности, перевод Песни Песней, сделанный гуманистом Луисом де Леоном с древнеевр. яз.).

 

В XVIII в. с критикой И. выступали сторонники рациональной философии и Просвещения, а испан. монархи стали демонстрировать пренебрежение к ней: кор. Филипп V отказался присутствовать на аутодафе, по традиции приуроченном к его восшествию на престол, и впосл. испан. Бурбоны не посещали подобных церемоний. К кон. XVIII в. инквизиторы потеряли право преследовать вольнодумцев и вообще кого-либо, за исключением еретиков, а также подвергать аресту подозреваемых до того, как их вина будет доказана. Деятельность И. свелась к книжной цензуре. Испан. И. была отменена Жозефом Бонапартом в 1808 г., восстановлена кор. Фердинандом VII в 1814 г., а затем окончательно упразднена в 1834 г. декретом регентши Марии Кристины. Последнее аутодафе, завершившееся передачей осужденного светской власти, прошло в Валенсии 29 сент. 1826 г.

 

Негативная оценка деятельности И. в Испании раннего Нового времени стала важнейшим компонентом «черной легенды» (leyenda negra), к-рая сложилась под влиянием евреев и конверсо, эмигрировавших из страны и способствовавших почитанию своих единоверцев как мучеников И., а также испан. протестантов-эмигрантов, жителей неиспан. владений испан. короны (Сицилии, Неаполя, Нидерландов, Англии при Марии Тюдор, к-рая была супругой кор. Филиппа II Испанского), возмущавшихся введением в своих странах И. или опасавшихся такового. Просветители XVIII в. выступали с критикой в адрес И., видя в ней воплощение средневек. предрассудков, обскурантизма, диктата католич. Церкви. Сами испанцы в кон. XIX в. были склонны объяснять экономический и политический упадок своей страны грехами И., которая якобы уничтожила городскую буржуазию в лице конверсо и морисков, испортила отношения с протестант. странами и т. д. Совр. исследователи (напр., Г. Камен) опровергают распространенные мифы об И.: о ее насилии над испан. народом, о ее всесилии, о том, что инквизиционная цензура душила испан. культуру.

 

Португ. И. была учреждена по примеру испанской. С 1515 г. португ. монархи пытались добиться от Папского престола буллы на введение И. в стране, мотивируя запрос присутствием в католич. стране многочисленной общины конверсо, очевидно сохранивших приверженность своей прежней религии. Эта община образовалась в результате насильственного крещения в 1497 г. всех евреев, оставшихся в стране после изгнания евреев из Португалии в 1496 г., в т. ч. эмигрантов из Испании. Посланцы этой общины информировали Римский престол о факте насильственного крещения. Получив эти сведения и обнаружив активное сопротивление конверсо введению И., папы медлили с изданием соответствующей буллы. Хотя 1-е аутодафе в Лиссабоне прошло в 1540 г., только в 1547 г. была обнародована папская булла, согласно к-рой в Португалии создавался инквизиционный трибунал по испан. модели с определенной независимостью от Рима: генеральный инквизитор, назначающий инквизиторов на местах и являющийся высшей апелляционной инстанцией по приговорам локальных трибуналов, был ограничен в своих полномочиях Верховным советом св. службы (Conselho Geral do Santo Oficio), члены которого назначались королем. Время от времени португ. конверсо удавалось с помощью крупных взяток смягчать инквизиционную политику: в 1605 г. община купила всеобщую амнистию за все прошлые прегрешения. Португ. И. имела 4 трибунала: в Лиссабоне, Эворе, Коимбре и с 1561 г. в Гоа (Индия).

 

К кон. XVII в. деятельность португ. трибуналов ужесточилась: был принят закон, согласно к-рому у осужденных еретиков отнимали детей для воспитания их в католич. вере. Как и в Испании, португ. конверсо либо эмигрировали, либо постепенно ассимилировались. За отсутствием объекта преследования, а также под воздействием идей Просвещения инквизиционная деятельность в Португалии стала сокращаться. Последнее аутодафе прошло в 1765 г., а в 1821 г. португ. И. была упразднена.

 

Римская И.

 

В 1542 г. в рамках реорганизации и централизации институтов Римско-католической Церкви папа Римский Павел III буллой «Licet ab inicio» создал рим. И. В 1588 г. ее статус был поднят до ранга Конгрегации римской и вселенской И. (Congregatio Romanae et universalis Inquisitionis). Конгрегация состояла из 6 кардиналов, главный из к-рых носил титул великого инквизитора, и подчинялась непосредственно Римскому папе как префекту Конгрегации. При папах Римских Павле IV (бывш. кардинал-инквизитор Джованни Пьетро Караффа), Пии IV, Пии V и Сиксте V состав Конгрегации был расширен (до 8, затем до 13 кардиналов; в XVIII в. было решено, что численный состав членов Конгрегации будет зависеть от решений папы) и более четко определены ее полномочия. Конгрегация И. получила неограниченную юрисдикцию в делах веры над всеми католиками, включая кардиналов; с 1566 г. приговоры инквизиционного трибунала не могли быть смягчены даже по решению папы. Конгрегация должна была руководить деятельностью всех инквизиционных трибуналов и служить высшей апелляционной инстанцией для них (исключение составляли трибуналы Пиренейского п-ова, Сицилии и Сардинии, находившиеся в юрисдикции испанской И.). Рим. И. действовала в основном в Италии, а также в Авиньоне и в графстве Конта-Венессен (ныне деп. Воклюз, Франция). Попытки распространить ее деятельность на другие французские земли не увенчались успехом; И. там продолжала существовать номинально, фактически же борьба с еретиками находилась в ведении королевских судов и парламентов. При кор. Людовике XIV (1643–1715) сохранялся последний инквизиционный трибунал в Тулузе, но и тот не функционировал.

 

До 1571 г., когда была создана Конгрегация индекса, Конгрегация И. занималась цензурой книг. Первый общий рим. Индекс запрещенных книг был опубликован в 1559 г., в 1564 г. издан немного сокращенный Тридентский индекс, который лег в основу всех последующих индексов вплоть до кон. XIX в. В 1908 г. Конгрегация И. была упразднена, вместо нее создана Конгрегация Sanctum Officium, которую 7 дек. 1965 г. папа Римский Павел VI motu proprio «Integrae servandae» преобразовал в Конгрегацию вероучения (Congregatio pro Doctrina Fidei), в компетенции к-рой находится наблюдение за ортодоксальностью учения, проповедуемого в Римско-католической Церкви (см. Римская курия).

 

Изучение И.

 

Историческое изучение И. началось в XVI в. в рамках католич. компендиумов по истории Церкви. Первым посвященным И. историческим трудом стало соч. сицилийского инквизитора Луиса де Парамо «О происхождении и развитии святой инквизиции, ее достоинстве и полезности» (Paramo L., de. De origine et progressu officii S. Inquisitionis, eiusque, dignitate et utilitate. Matriti, 1598). В XVII в. стали выходить др. исследования по истории И., а также издания источников (напр., «Пути инквизитора» Н. Эймерика или документов венецианской И.). Новый этап в изучении И. начался в 1808–1809 гг., когда после наполеоновских войн исследователям стали доступны архивы испан. и рим. И. На основе архивных материалов бывш. секретарь мадридского инквизиционного трибунала Х. А. Льоренте написал многотомную «Критическую историю инквизиции в Испании» (1817–1818), переведенную на мн. европ. языки и послужившую стимулом для дальнейших исследований в разных странах (см. работы М. Менендеса-и-Пелайо, Т. Маккрая, А. Эркулано, У. Прескотта и Г. Ч. Ли). С расширением базы источников и общим развитием исторической науки в ХХ в. исследователи в основном перестали заниматься подтверждением протестант. «черной» или католич. «белой» легенды об И. и перешли к ее изучению в русле институциональной и правовой истории. Во 2-й пол. ХХ в. документы инквизиционных трибуналов широко использовались в работах по социальной истории, истории повседневности, микроистории (П. Шоню, К. Гинзбург, Э. Леруа Ладюри и др.).

 

12 марта 2000 г., в 1-е воскресенье Великого поста, папа Римский Иоанн Павел II и префект Конгрегации вероучения кард. Йозеф Ратцингер (ныне папа Бенедикт XVI) совершили акт покаяния за грехи отдельных представителей Римско-католической Церкви в период деятельности И.

 

 

Ист.: Institoris H., Sprenger J. Malleus maleficarum. Speyer, 1487 (рус. пер.: Шпренгер Я., Инститорис Г. Молот ведьм. СПб., 2001); Eymeric N. Directorium Inquisitorum Comment. F. Pegnae. R., 1578; idem. (Eymerich N.) Le manuel des inquisiteurs / Trad. L. Sala-Molins. P.; La Haye, 1973; Compilación de las instrucciones del oficio de la S. Inquisición hechas por... fray Tomás de Torquemada... primero Inquisidor general. Madrid, 1667; Documents pour servir à lʼhistoire de lʼinquisition dans le Languedoc / Éd. C. Douais. P., 1900. 2 vol.; Bullaire de lʼinquisition française au XIVe siècle et jusquʼà la fin du Grand Schisme. P., 1913; Gui B. Manuel de lʼinquisiteur / Ed., transl. G. Mollat, G. Drioux. P., 1926–1927. 2 vol.; The Spanish Inquisition: A Collection of Contemporary Documents / Ed. J. Langdon-Davies. L., 1967; Records of the Trials of the Spanish Inquisition in Ciudad Real / Ed. H. Beinart. Jerusalem, 1974–1985. 4 vol.; The Spanish Inquisition, 1478–1614: An Anthology of Sources / Ed. L. A. Homza. Indianapolis, 2006.

 

Лит.: Lea H. C. History of the Inquisition of Spain. N. Y.; L., 1906–1907. 4 vol. (рус. пер.: Ли Г. Ч. История инквизиции в Средние века. СПб., 1999); Herculano A. História da origem e estabelecimento da inquisição em Portugal. Lisboa, 19077. 3 t.; Лозинский С. Г. История инквизиции в Испании. СПб., 1914; Арну А. История инквизиции. Л., 1926; Guiraud J. Histoire de lʼInquisition au Moyen Âge. P., 1935–1938. 2 vol.; Roth C. The Spanish Inquisition. L., 1937; Vacandard E.-F. Inquisition // DTC. Vol. 7. Col. 2016–2068; Paschini P. Venezia e lʼinquisizione romana da Giulio II a Pio IV. Padova, 1959; Caro Baroja J. Inquisición, brujería y criptojudaísmo. Barcelona, 1970; Wakefield W. Heresy, Crusade, and Inquisition in Southern France, 1100–1250. Berkeley, 1974; Bennassar B. LʼInquisition espagnole XVe–XIXe siècle. P., 1979; Григулевич И. Р. История инквизиции. М., 1980; он же. Инквизиция. М., 2002; Llorente J. A. Historia crítica de la Inquisición en España. Madrid, 1980. 4 vol. (рус. пер.: Льоренте Х. А. История испанской инквизиции: В 2 т. М., 1999); Beinart H. Conversos on Trial: The Inquisition in Ciudad Real. Jerusalem, 1981; Hamilton B. The Medieval Inquisition. N. Y., 1981; Alvarez de Morales A. Inquisición e ilustración, 1700–1834. Madrid, 1982; Greenleaf R. E. Inquisición y sociedad en el México colonial. Madrid, 1985; Kamen H. Inquisition and Society in Spain in the 16th and 17th Cent. Bloomington (Ind.), 1985; idem. Inquisition // TRE. Bd. 16. S. 189–196; idem. The Spanish Inquisition: An Hist. Revision. L., 1997; Gutiérrez Nieto J. I. Inquisición y culturas marginadas: Conversos, moriscos y gitanos. Madrid, 1986; Inquisition and Society in Early Modern Europe / Ed., transl. S. Haliczer. L., 1987; Tavares M. J. P. F. Judaísmo e Inquisição: Estudos. Lisboa, 1987; The Spanish Inquisition and the Inquisitorial Mind / Ed. A. Alcalá. N. Y., 1987; Alatri M., dʼ. Eretici e inquisitori in Italia. R., 1986–1987. 2 vol.; Peters E. Inquisition. Berkeley; Los Ang., 1988; idem. Inquisition // NCE. 2003. Vol. 7. P. 485–492; Sánchez Ortega M. H. La Inquisición y los gitanos. Madrid, 1988; Romeo G. Inquisitori, esorcisti e streghe nellʼItalia della Controriforma. Firenze, 1990; Tedeschi J. A. The Prosecution of Heresy: Collected Studies on the Inquisition in Early Modern Italy. Binghampton (N. Y.), 1991; Contreras J. Historia de la Inquisición Española (1478–1834): Herejías, delitos y representación. Madrid, 1997 (рус. пер.: Контрерас Х. Инквизиторы и тайные иудеи: Власть, культура и религия в Испании Золотого века. СПб., 2006); Women in the Inquisition: Spain and the New World / Ed. M. E. Giles. Baltimore, 1999; Netanyahu B. The Origins of the Inquisition in 15th Century Spain. N. Y., 2001; Lʼinquisizione: Atti del Simposio Intern., Città del Vaticano, 29–31.10.1996 / A cura da A. Borromeo. Vat., 2003; Moreno Martínez D. La invención de la Inquisición. Madrid, 2004; Escudero J. A. Estudios sobre la Inquisición. Madrid, 2005; Biget J.-L. Hérésie et inquisition dans le Midi de la France. P., 2007.

 

Зеленина Г.С. Инквизиция // Православная энциклопедия

 

http://www.pravenc.r...xt/1788153.html

Ответить

Фотография ieqoved ieqoved 25.05 2017

Эту веру, наиболее точно определит название - ментальная оккупация.

Ответить

Фотография Стефан Стефан 25.05 2017

АУТОДАФЕ ‒ [португ. аutodafé ‒ дело веры, испан. auto de fe, лат. actus fidei], термин испано-португ. происхождения, обозначавший церемонию публичного оглашения приговора трибунала инквизиции католич. Церкви. А. включало торжественные процессию, молебен и оглашение приговора в присутствии королевского двора или местных властей. Понимание этого термина как исполнения приговора инквизиции путем публичного сожжения осужденных на костре (см., напр., ст. в Иллюстрированном энциклопедическом словаре. М., 1995. С. 55‒56) является ошибочным. Инквизиция не приговаривала к смерти, поскольку как церковному институту ей было запрещено проливать кровь; она передавала упорствующих еретиков, не пожелавших раскаяться и отречься от своих заблуждений, в руки светских властей, к-рые выносили приговор в соответствии с существовавшими тогда светскими законами против еретиков и приводили его в исполнение.

 

Церемония оглашения приговора специальных церковных судов против еретиков появилась в XIII в. вместе с возникновением инквизиции. В XIII‒XV вв. основным элементом этой церемонии была речь инквизитора перед обвиняемыми и всеми присутствующими ‒ sermo generalis. Такое же название получила в нек-рых странах и вся церемония; оно употреблялось наряду с actus fidei. Собственно же термин «А.» связан с деятельностью инквизиционных судов в Испании и Португалии в 1480‒1826 гг., к-рые принадлежат к особо выделяемому в историографии этапу «новой» инквизиции.

 

Сначала в инквизиционных процессах против катаров, вальденсов, богомилов и др. церемония оглашения приговора не была строго формализованной, однако уже к кон. XIII в. она приобретает определенный порядок, зафиксированный, напр., в «Manuel de lʼinquisiteur» (Руководство для инквизитора) Бернарда Ги, к-рый в 1308‒1322 гг. был инквизитором в Тулузе (Юж. Франция). Церемония проводилась после окончания одного или неск. судебных процессов против еретиков и всегда носила торжественный характер. Еретиков приводили в церковь, возводили на специальный помост, инквизитор публично оглашал пункты обвинения и показания свидетелей, а затем поочередно обращался к обвиняемым с предложением отречься от своих еретических заблуждений (или сознаться в них). С тех, кто отрекался от ереси, церковное отлучение снималось, и их принимали обратно в лоно Церкви (reconciliatio), налагая, впрочем, наказание (покаяние, порка плетьми, штраф, конфискация имущества, исправительные работы, тюремное заключение). Те же, кто не отрекался и упорствовал в своем заблуждении, объявлялись инквизицией «освобожденными» (relaxatos) и передавались как изобличенные еретики в руки светских властей, что фактически означало вынесение смертного приговора. Процедуры вынесения приговора светскими властями и его исполнения определялись законами и обычаями конкретных стран; общим, однако, являлось то, что эти процедуры всегда отделялись от А. тем или иным временным промежутком и устраивались в др. месте, чтобы соблюсти строгие правила неучастия Церкви в пролитии крови. Принцип наказания за вероотступничество, святотатство и ересь, к-рые в средневек. светском законодательстве рассматривались как гос. преступления (crimen laesae majestatis), направленные против всего об-ва, был заимствован из рим. права. Одними из первых законы против еретиков были разработаны и активно проводились в жизнь в Италии и Германии, при имп. Фридрихе II Штауфене (1215‒1250). В его постановлении «Inconsutilem» (1231; MGH. Leges. T. 2. № 85) для еретиков предусматривалась публичная смертная казнь через сожжение (in conspectus populi comburantur). Схожие нормы вошли и в законодательство др. европ. гос-в, в т. ч. Папского гос-ва (в Англии такой закон был принят парламентом в 1401 г. (Status of the Realm. L., 18202. P. 128)): обычным наказанием за ересь была смертная казнь через сожжение (в Венеции через утопление). Однако решение о смертной казни выносилось нечасто, напр., Б. Ги за 14 лет пребывания в должности инквизитора председательствовал на 18 церемониях А., где из 636 осужденных только 40 были переданы светским судебным органам (Lambert A. Col. 816).

 

С кон. XV в. инквизиция стала постоянным трибуналом не только и не столько против еретиков, сколько против вероотступников (христиан, исповедующих иудаизм, вернувшихся к своей вере крещеных иудеев, крещеных мусульман-морисков). В нек-рых случаях, когда широкая огласка вследствие особого ранга обвиняемого лица была нежелательна (в частности, по делам католич. священников), приговор выносился на закрытых А. (т. н. auto privado или autillo). Как правило, такие А. проводились в закрытом помещении (в церкви, в здании трибунала, в мон-ре) в присутствии узкого круга лиц. Напротив, передача подсудимого (relaxacion a la justicia y brazo seglar) требовала организации публичного, открытого А. (auto publico). Время и место проведения церемонии, за присутствие на к-рой давалось 40-дневное отпущение грехов, заблаговременно объявлялось священниками в церквах. Обычно А. устраивались по воскресеньям (за исключением воскресений Рождественского поста и больших праздников) и могли длиться неск. дней. Церемония начиналась с шествия, в к-ром участвовало духовенство, представители светской власти, члены инквизиционного трибунала, местные жители и сами осужденные, к-рые держали в руках незажженные свечи. Обычно осужденные были облачены в сан-бенито, рубаху желтого цвета с красными диагональными крестами на груди и на спине, и остроконечный колпак, на к-ром иногда изображали языки пламени (т. н. coroza). Тем, кто совершил особо тяжкие с т. зр. Церкви злодеяния, вставляли в рот кляп, обычно кусок железа, и вешали на шею веревку. Шествие замыкал глава инквизиционного трибунала. Первоначально местом проведения А. был собор, иногда городская ратуша, позже церемония была перенесена на соборную площадь, где воздвигали помост (quemadero или brasero), на к-ром помещались скамьи для участников шествия, под балдахином ставили стол и кресла для членов трибунала. Осужденным отводилось особое место в стороне от остальных участников. После того как инквизитор произносил проповедь, представители светской власти присягали повиноваться решениям трибунала. Затем каждому осужденному зачитывались протоколы следствия (частично или целиком) и приговор суда. Если осужденный раскаивался в совершенных грехах, ему читали отречение, к-рое он должен был повторить слово в слово и тем самым примириться с Церковью. После этого с раскаявшегося снимали отлучение и, как правило, смягчали наказание. Нераскаявшиеся же передавались в руки светской власти. Фактом передачи инквизиция провозглашала, что душу грешника спасти невозможно, остается покарать его тело, что входило в компетенцию светской власти. Такие приговоры обычно оканчивались пожеланием избегать кровопролития. На этом церемония собственно А. завершалась. Приговоренных к казни принимал гражданский чиновник, к-рый приказывал связать их и заключить в темницу. Неск. часов спустя (иногда на следующий день) их вели на место казни. Те, кто перед смертью все-таки просили о таинствах Покаяния и Причащения, сжигались предварительно умерщвленными, прочих же сжигали заживо, сожжению по приговору также подлежали изображения скрывшихся (т. н. казнь в изображении) и останки уже умерших еретиков.

 

Самое большое число А. приходится на XVI‒XVII вв., в т. ч. А. против протестантов на территории испан. Нидерландов при имп. Карле V, со 2-й пол. XVIII в. в связи с упразднением инквизиции их количество сокращается. Последнее А., завершившееся передачей осужденного в руки светской власти, прошло в Валенсии 29 сент. 1826 г.

 

 

Ист.: Gui B. Manuel de lʼinquisiteur / Éd. G. Mollat. P., 1927. T. 2. P. 55, 123‒140; Sermões impressos dos autos da fé. Río de Janeiro, 1969.

 

 

Лит.: Tanon L. Histoire des tribunaux de lʼInquisition en France. P., 1893. P. 423‒431; Lea H. Ch. History of the Inquisition of the Spain. N. Y., 1907. T. 3. P. 209‒227; Moeller Ch. Les bûchers et les autodafés de lʼInquisition depuis le Moyen Âge // RHE. 1913. Vol. 14. P. 720‒751; Лозинский С. Г. История инквизиции в Испании. СПб., 1914; Lambert A. Autodafé // DHGE. T. 5. Col. 815‒823; Cassuto A. Bibliografia dos sermões de autos-da-fé impressos. Coimbra, 1955; Maisonneuve H. Études sur les origines de lʼinquisition: LʼÉglise et lʼÉtat au moyen âge. P., 1960; Guiraud J. LʼInquisition médievale. P., 1978; Llorente J. A. Hitoria crítica de la Inquisición en España. Madrid, 1980n; Hamilton B. The Medieval Inquisition. L., 1981; Maqueda Abreu C. El auto da fe. Madrid, 1992; см. также лит-ру в ст. Инквизиция.

 

Попова Г.А. Аутодафе // Православная энциклопедия

 

http://www.pravenc.ru/text/76820.html

Ответить