←  Позднее Средневековье, или эпоха Возрождения

Исторический форум: история России, всемирная история

»

Протестантизм во Франции

Фотография Ученый Ученый 01.04 2021

К началу XVI века ни одна другая западноевропейская страна не достигла такого уровня национально-государственного единства и централизации власти, как Франция. Тем не менее на всем протяжении этого столетия мало найдется стран, где нация была бы до такой степени расколота. К этому привели непрекращавшиеся конфликты между протестантами и католиками, вылившиеся во Франции в долгую междоусобную войну.

 

Непостоянство королевской политики

 

В начале Реформации во Франции правил Франциск I, последний выдающийся король династии Валуа. Его религиозная политика всегда была двойственной и непостоянной. С одной стороны, он не хотел, чтобы протестантизм проникал на его территории, способствуя расколу, а с другой – поощрял его распространение в Германии, где для его соперника Карла V это оборачивалось болезненной проблемой. Таким образом, хотя Франциск никогда не оказывал поддержки французским протестантам, его отношение к ним менялось в зависимости от требований политической целесообразности. Когда с целью ослабления позиций Карла V он стремился установить более тесные связи с немецкими протестантами, ему приходилось предоставлять определенную свободу тем, кто в его собственной стране исповедовал ту же веру. В иные же времена французские протестанты подвергались гонениям, как это было и в прочих католических странах. Несмотря на такие колебания, протестантизм приобрел во Франции множество приверженцев, особенно среди образованных людей и дворян. Такое чередование периодов затишья и суровых гонений вынудило многих французских протестантов, среди прочих – Жана Кальвина, эмигрировать из страны. Из расположенных неподалеку городов, таких как Женева и Страсбург, эмигранты наблюдали за событиями, происходившими на родине, и вмешивались в них, когда предоставлялась возможность.

 

Тем временем в расположенном по соседству (между Францией и Испанией) Наваррском королевстве сестра Франциска Маргарита Ангулемская, вышедшая замуж за короля Генриха Наваррского, поощряла распространение реформаторского движения. Она была образованной женщиной и, когда еще жила во Франции, поддерживала французских реформаторов-гуманистов. Теперь же она предоставила церковь при своем дворе французским протестантам, бежавшим с территорий ее брата. Из Наварры и из городов, расположенных неподалеку от французской границы, таких как Страсбург и Женева, во Францию тайными путями постоянно переправлялись протестантские книги. Но несмотря на все это, до 1555 года никаких сведений о существовании протестантских церквей нет.

 

Франциск I умер в 1547 году, и его сменил сын Генрих II, продолживший политику отца, хотя с протестантизмом он боролся тверже и с большей жестокостью. Но несмотря на преследования, именно при Генрихе была создана первая протестантская церковь по образцу, установленному находившимся в изгнании Кальвином. Четыре года спустя, когда собрался первый национальный синод, церкви существовали уже по всей стране. Это собрание, тайно организованное близ Парижа, приняло "Исповедание веры" и "Дисциплинарный устав" новой церкви.

 

Вскоре после этого Генрих II умер от раны, полученной во время рыцарского турнира. Он оставил четырех сыновей, трое из которых будут поочередно занимать престол – Франциск II, Карл IX и Генрих III, – и трех дочерей, в том числе Маргариту Валуа. Матерью их была Екатерина Медичи, честолюбивая женщина, стремившаяся через своих детей управлять страной.

 

Но исполнению планов Екатерины препятствовали предводители рода Гизов. Это семейство из Лотарингии заняло видное положение при Франциске I. Позднее военачальник Франсуа де Гиз и его брат Карл, кардинал Лотарингии, были основными советниками Генриха П. Теперь же эти два брата фактически правили страной от имени молодого Франциска II, не интересовавшегося государственными делами. Но полученная ими власть вызывала недовольство у представителей более древних родов, в особенности у "принцев крови", то есть ближайших родственников короля.

 

В число этих принцев крови входили Антуан де Бурбон и его брат Луи де Конде. Первый был женат на Жанне д'Альбре, дочери Маргариты Наваррской, следовавшей религиозным убеждениям матери и ставшей кальвинисткой. Ее муж Антуан и деверь Луи приняли ее религиозные взгляды, и таким образом протестантские идеи проникли в сферу высшей аристократии королевства. Поскольку Гизы были убежденными католиками и стремились искоренить протестантизм, их борьба с Бурбонами вскоре приняла религиозную окраску. Затем был раскрыт амбуазский заговор, имевший целью устранить Гизов из окружения короля. Нельзя сказать, что заговорщики руководствовались исключительно религиозными мотивами, но большинство из них были "гугенотами" – этим словом неясного происхождения называли французских протестантов. Среди участников заговора, брошенных Гизами в тюрьму, был Луи де Конде. Это вызвало большие волнения среди знати, как протестантской, так и католической, опасавшейся, что суд над принцем крови и его осуждение станут тяжелым ударом по ее древним привилегиям.

 

В этот момент Франциск II неожиданно умер. Екатерина Медичи быстро вмешалась в события и приняла титул регентши своего десятилетнего сына Карла IX. Гизы неоднократно расстраивали ее планы и унижали ее, поэтому она фазу же освободила Конде и присоединилась к гугенотам в их борьбе за ограничение влияния лотарингского семейства, как называли Гизов. К этому времени гугенотов во Франции было уже много, о чем свидетельствовало количество протестантских церквей, приближавшееся к двум тысячам. Поэтому Екатерина, будучи католичкой, из политических соображений поддерживала протестантов. Тех из них, кто томился в заключении, освобождали, мягко увещевая отказаться от ереси. Затем она устроила в Пу-асси встречу протестантских и католических богословов для достижения соглашения между ними. Как и следовало ожидать, из этого ничего не вышло. Тогда в 1562 году регентша издала Сен-Жерменский эдикт, предоставлявший гугенотам свободу вероисповедания, но запрещавший им владеть местами для богослужений, проводить синоды без предварительного разрешения, собирать денежные средства, содержать вооруженные силы и так далее. Таким образом, гугеноты получили всего лишь право собираться на службы, если они происходят вне городов, в дневное время и без оружия. Тем самым Екатерина надеялась завоевать расположение протестантов, одновременно ограничив их возможное политическое или военное влияние. Она хотела, чтобы гугеноты стали опасны для лотарингского семейства, не угрожая при этом единству страны или королевской власти.

 

Гизы отказались подчиниться эдикту в надежде подорвать тем самым власть Екатерины. Спустя два с небольшим месяца после провозглашения эдикта братья Гизы с отрядом из двухсот вооруженных дворян окружили конюшню в деревушке Васси, где гугеноты собрались на службу, и перебили всех, кого могли.

 

Убийства в Васси привели к первой из долгой серии религиозных войн, прокатившихся по Франции. После нескольких мелких столкновений обе стороны собрали войска и выступили на поле боя – католики под командованием герцога де Гиза, а протестанты – адмирала Гаспара де Колиньи. В большинстве битв победу одержали католики, но их командующий был убит дворянином-протестантом, и ровно через год после убийств в Васси стороны согласились на перемирие, предоставлявшее гугенотам определенную свободу. Но мир продолжался недолго – в период между 1567 и 1570 годами вспыхнули еще две религиозные войны.

 

https://litresp.ru/c...hego-vremeni/15

 

Ответить

Фотография Ученый Ученый 05.04 2021

Преследования протестантов 

 

Первым мучеником французского протестантизма стал Жан Шастелен, францисканский монах из Дорника, сожженный 12 января 1525 года. Следующим был чесальщик шерсти Леклерк из Mo. В своем городе он был заклеймен в присутствии матери, восклицавшей при виде мучений сына: «Да живет Бог и знак Божий!» Вскоре Леклерк бежал в Лотарингию, видимо спасаясь от еще более сурового наказания. В Меце, где должен был состояться церковный праздник в прославленной капелле, он разбил икону Богоматери, был схвачен и во всем сознался. Перед казнью его подвергли ужасным пыткам: отрубили кисти рук, вырвали ноздри, раскаленными щипцами рвали тело… Леклерк все это время выкрикивал насмешки, приводя в содрогание своих палачей. После пыток его сожгли на медленном огне (это случилось в июле 1525 года).

 

Франциск I долгое время проявлял терпимость к новому учению, что объяснялось его полным равнодушием к теологии. Современник, Феликс Пиа, отзывался о нем так: «Язычник, римлянин времен Империи, с безмозглой головой, существо совсем плотское, с грубыми инстинктами, со сладострастием козла и с волчьим зверством; ему непонятны ни грация, ни изящество, он ищет одну наготу форм и бесстыдство позы; он открывает книгу Рабле затем только, чтобы высмаковать оттуда весь сок цинизма и отбросить философию, как несъедобную корку». В этом портрете чувствуется гротеск (король, к примеру, был знаком с «грацией и изяществом»: одно время он покровительствовал Бенвенуто Челлини, Леонардо да Винчи и искренне восхищался их искусством), но главные черты схвачены верно. Король благосклонно принял посвященную ему книгу церковного реформатора Цвингли «Истинная и ложная религии» и пытался остудить горячие головы, призывавшие к расправе над еретиками. В протестантизме он видел только свод нравственных правил, неприятных зажиревшим прелатам. Впрочем, дело обстояло во многом именно так: до появления мрачных откровений Кальвина французские протестанты в массе своей были, скорее, восторженными религиозными мечтателями, нежели ниспровергателями церковных канонов.

 

Отношение Франциска I к протестантизму начало меняться с 1528 года, когда в Париже на улице Розьер была найдена разломанная икона Богоматери. Король был встревожен возможными волнениями, которыми его пугали служители церкви. Правда, на сей раз он ограничился искупительными процессиями и водружением на место разбитой иконы новой – в серебряном окладе. Но вслед за тем Сорбонна возбудила дело против дворянина Луи Беркена, опубликовавшего книгу против отца Беды, настоятеля церкви в Монтегю, ревностного поборника набожной нищеты. Беркен, опираясь на памфлет Эразма Роттердамского, доказывал, что Беда не христианин, поскольку в его сочинениях содержится 80 неправд, 300 клевет и 47 богохульств. Франциск I пытался спасти подсудимого от смерти, но был вынужден согласиться с приговором Сорбонны. Беркена удавили, а тело сожгли вместе с книгой.

 

Справедливости ради следует заметить, что многие протестанты сами подавали повод к репрессиям против них. Оскорбления и надругательства над католическими святынями стали обычным явлением (уже имелся и печальный опыт Мюнстерской коммуны: анабаптисты, захватившие город, ввели уравнительный коммунизм, отобрали у церкви ее земли и разрешили многоженство). Дело дошло до того, что в 1534 году король обнаружил памфлет против мессы на дверях своего дворца в Блуа. Это вывело его из себя.

Желая доказать итальянским государям свою ревность в делах веры[9], Франциск приехал в Париж посреди зимы и устроил торжественную процессию, в которой принял участие сам вместе со всем двором. Король шел в рубище, с факелом в руке, как простой кающийся грешник; при каждой остановке он падал на колени, вымаливая Божье благоволение и милосердие себе и своим подданным и призывая кару на головы еретиков. Глашатаи зачитали народу жестокий закон против гугенотов, предусматривавший, в частности, что четверть имущества уличенного еретика причиталась доносчику. В заключение спектакля король пожелал увидеть казнь шестерых еретиков. Вместо обычного сожжения их приковали железными цепями к шестам, которые можно было опускать и поднимать, увеличивая тем самым муки осужденных.

 

Не довольствуясь отдельными казнями, король устроил целые избиения протестантов в некоторых городах. В Провансе, по свидетельству очевидца, «в одной церкви было убито 400 или 500 несчастных – женщин и детей»; двадцать пять женщин, спрятавшихся в пещерах, удушили дымом. Всего было убито не менее двух тысяч человек, семьсот протестантов уведены в качестве пленников. На обратном пути солдаты продавали в рабство захваченных детей. Из мемуаров Жака де Клерка явствует, что причиной преследования была алчность: имущество казненных переходило в королевскую казну, изрядно истощенную войнами.

После смерти Франциска I около двух тысяч протестантов, предвидя впереди еще более мрачные времена, бежали в Женеву.

 

 

https://history.wikireading.ru/234312

Ответить

Фотография Ученый Ученый 05.04 2021

Ф.Клуэ. Портрет Франциска 1.

 

833602_original.jpg

Ответить

Фотография Ученый Ученый Вчера, 21:24 PM

Кальвинизм во Франции

 

Со времени своего начала в 1540х годах кальвинизм во Франции оставался точкой зрения меньшинства и ко времени отмены Нантского Эдикта в 1685 г., который предоставлял протестантам официальную защиту, в значительной степени был подавлен. Однако протестантское или гугенотское меньшинство развили четко сформулированную теорию о религиозной и политической свободе (по крайней мере, в тех областях мышления и практики, которые их беспокоили) в свете своих трудных отношений с католическим французским государством. Их точка зрения укоренила и в некоторых областях систематизировала идеи более сдержанного Жана Кальвина. Иронично, но более широкое влияние она оказала за пределами Франции (в Нидерландах, Англии и американских колониях), чем в родной стране. Возможно, самое сильное ее влияние маскировалось под другими именами, а не как кальвинизм. Учение об установленной верховной власти народа и их неотъемлемом праве на сопротивление прямо и в сочетании с идеями о самом различном происхождении перешло в английские политические теории о человеческих правах конца XVII века. Еще оно стало частью подобных американских споров о законе и правительстве в XVIII веке, которые к тому времени были отделены от кальвинистского теологического контекста.

 

Оценки численности гугенотов в конце XVI века сильно расходятся, от 5% до 25% французского населения. В одних областях их было больше, чем в других, особой многочисленностью отличались Нормандия, Пойто и части Лангедока. Гугеноты имели значительную поддержку среди некоторых представителей высшей знати и пользовались особым расположением интеллигенции и поднимающегося среднего класса. Однако французское правительство считало протестантство серьезной угрозой для власти короны и единства государства, которое основывалось на традиционном католичестве. Последующие события показали, что этот страх не был необоснованным.

 

Сначала, особенно до начала религиозных войн во Франции в 1562 г., гугенотские теоретики, подобно своему учителю Кальвину в Женеве, стремились показать преданность французскому правительству и антиреволюционные настроения. Даже в начале религиозных войн лидер гугенотов принц де Конде утверждал, что его войска вошли в Париж, чтобы защитить королеву-регента и ее сына, короля, которые, как утверждалось, находились в плену у сильной католической группировки Гиз (членом семьи которого была регент-королева Шотландии, мать Марии Стюарт).

 

В сложившейся обстановке (конец 1550х - начало 1560х) Жан Кальвин открыто выразил неодобрение любых революционных действий своих братьев протестантов. Особенно он отделял себя от «Первого удара трубы чудовищного правления женщин» своего шотландского ученика Джона Нокса. Помощник Кальвина в Женеве (а позднее его преемник) Теодор Беза также отделял себя от «Амбозийского заговора» (неудачной и глупой попытки протестантов похитить короля Франциска II в 1560 г.). В Письме от 16 апреля 1561 г. Жан Кальвин рассказывал великому лидеру гугенотов Франции адмиралу Колиньи, что его часто спрашивали, законно ли для детей Божьих сопротивление гнетущей тирании. Ответом Кальвина было то, что если верующие прольют одну каплю крови, то целые реки наводнят Европу. «Следовательно», - рассуждал Кальвин, - «для всех нас будет лучше сразу же погибнуть, нежели подвергнуть имя христианства и Евангелие такому позору». Гугеноты, очевидно, надеялись успокоить более умеренных католиков и особенно королевскую семью, не относящихся к неистовой антипротестантской группировке «Святая Лига», во главе которой стояла стремящаяся к власти семья Гиз. Следует добавить, что на протяжении меняющихся событий XVI века большинство гугенотов, вероятно,  оставались искренними роялистами и по сути противниками революции, согласно исповеданиям, которым они верили (как, например, статья 39 Галликанского Исповедания Веры; статья 36 Бельгийского Исповедания и статья 30 Второго Гельветического Исповедания).

 

 

Французские протестанты взялись за оружие после избиения собрания гугенотов по время богослужения в Васси в марте 1562 г. Реформатская церковь уже официально сформировалась (тайно) в Париже в 1559 г. во время проходившего там собрания протестантского национального синода. Была установлена пресвитерианская форма правления (которую вскоре взяли за пример в Шотландии), начиная с самой низшей юрисдикции консисторий местных церквей (или собраний в Шотландии), состоящих из представителей старейшин, далее к средним или региональным органам юрисдикции (называемым в Шотландии пресвитериями), состоящим из старейшин, присланных из консисторий церквей данной области, и, наконец, к высшей юрисдикции, национальному синоду (генеральная ассамблея в Шотландии), состоящему из старейшин, присланных из региональных пресвитерий. Функции старейшины включали и духовное руководство (служители) и обязанности представителя мирян.

 

Первый национальный синод состоял из представителей “более шестидесяти из ста церквей, которые можно было сосчитать в то время во Франции”. Синод принял исповедание веры, источником которого послужил проект из тридцати пяти статей, подготовленных Кальвином, и правило порядка, выведенное из “Наставлений” Кальвина и из опыта церквей, попавших под влияние Буцера в Страсбурге.

 

Галликанское исповедание, в соответствии с идеями Кальвина, учило о высшей власти Писания, которая является единственной от Бога. Это убеждение позднее сильно подкрепило сопротивление гугенотов против прокатолической французской монархии. В 1571 г. седьмой национальный синод в Ла-Рошели принял это исповедание. Утверждая необыкновенную власть написанного Слова Божьего над всеми человеческими устройствами, оно стало для них важным основополагающим документом. Оно давало успокоение и силу гугенотскому меньшинству в утверждении доктрины о вечном выборе особых людей для спасения, независимо от человеческих обстоятельств и суждений, а также доктрины о полном Божьем управлении всем происходящим. Даже нехорошие события и кажущиеся бедствия следует рассматривать как великодушно используемые Богом ради окончательного блага своего избранного народа. Такое исповедальное учение придавало уверенность меньшинству, столкнувшемуся с почти непреодолимым неравенством.

 

 

После 1567 г. гугеноты должны были встретиться не только с католическими силами Гиз, но и с более умеренными католиками. В тот год правящая королева-регент Екатерина Медичи предприняла вооруженные действия против протестантских сил Принца де Конде, который ранее провозглашал себя ее “защитником”. Становилось все труднее и труднее предполагать антиреволюционные и промонархические настроения. Это было уже невозможно после одобрения Екатериной убийства десятков тысяч протестантов в Париже и других местах накануне дня св. Варфоломея в августе 1572 г. Такая кровавая резня снова ввергла Францию в гражданскую войну, в которой целые области, такие как Лангудок, и портовые города типа Ля Рошеля требовали независимости от монархического правления Парижа.

 

https://www.reformed...a/2/605/4/Kelly

Ответить