Назад| Оглавление| Вперёд

С началом контрнаступления Красной Армии под Сталинградом обстановка на всем южном крыле советско-германского фронта заметно изменилась. Войска Юго-Западного, Донского и Сталинградского фронтов 19 ноября прорвали оборону противника и 23 ноября завершили окружение крупнейшей вражеской группировки. В окружении оказались штаб немецкой 6-й полевой армии, 5 немецких корпусов в составе 20 дивизий, 2 румынские дивизии, приданные части резерва верховного командования, многочисленные тыловые части и учреждения - всего до 160 отдельных частей. Общая численность окруженных под Сталинградом войск противника превышала 280 тыс. чел.

В связи с успешным контрнаступлением советских войск под Сталинградом на повестке дня стали новые оперативные задачи. Командующий 40-й армией Воронежского фронта генерал-майор К.С. Москаленко по собственной инициативе разработал план наступления, целью которого было отбить у противника участок рокадной железной дорога Воронеж - Ростов от ст. Свобода (Лиски) до Миллерово, для чего планировалось нанести удар на Острогожск, Россошь, Кантемировку. 23 ноября 1942 г. Москаленко по телефону изложил свою идею лично Верховному Главнокомандующему (командующий фронтом генерал-лейтенант Ф.И. Голиков в это время находился на другом участке фронта). Сталин одобрил и поддержал инициативу командующего 40-й армией; Ставка должна была выделить значительные силы и средства на усиление армии. Через несколько дней по поручению Сталина на командный пункт армии прибыл заместитель Верховного Главнокомандующего генерал армии Г.К. Жуков, который вместе с командармом лично обследовал оборону противника.

КС. Москаленко позднее вспоминал: «Начали мы со Сторожевского плацдарма, откуда, по моему предположению, следовало нанести главный удар. Здесь к нам присоединился генерал-майор П.М. Шафаренко, командир занимавшей часть плацдарма 25-й гвардейской стрелковой дивизии. По ходу сообщения вышли на передний край.

Было тихо. Лишь изредка застрочит пулемет или прогремит артиллерийский выстрел...

Прошли по траншеям по всему переднему краю на плацдарме. Отсюда до укреплений противника было 150 - 200 м. Кое-где мы подползали и поближе. Лежа за бугорком или кустиком в 80 - 100 м от неприятеля, присматривались к заграждениям, изучали подходы к переднему краю и систему огня.

Пояснения давал генерал Шафаренко, хорошо знавший не только секторы обстрела огневых точек, но и пункты отдыха личного состава, места ночных и круглосуточных постов, расположение складов противника. На обратном пути Г.К. Жуков обстоятельно беседовал с солдатами и офицерами. Расспрашивал о мельчайших подробностях в поведении неприятельских войск: режиме огня, времени приема пищи, смены часовых...

Такое же обследование произвел Георгий Константинович и несколько левее - в полосе соседней 107-й стрелковой дивизии полковника П.М. Бежко. Затем переправились обратно на левый берег Дона и побывали в правофланговой 141-й стрелковой дивизии, которой командовал полковник Н.И. Шпилев».

Изучив оборону противника, выслушав доклады и мнения начальника разведки 40-й армии полковника СИ. Черных и командиров дивизий, Г.К. Жуков, который сначала отнесся к предложенному Москаленко плану наступления довольно скептически, изменил свое отношение и лично определил направление главного удара. Уезжая в штаб фронта, Жуков на прощание сказал: «Обо всем увиденном и услышанном во время пребывания в 40-й армии доложу Верховному Главнокомандующему. Предложение о проведении наступательной операции поддержу. Желаю вам успеха в предстоящих боях, товарищи!».

Однако начало подготовки к наступлению пришлось отложить в силу того, что в декабре внимание командования было приковано к организации срыва немецкой попытки деблокировать окруженную под Сталинградом группировку своих войск. Только 21 декабря Ставка издала директиву о подготовке Острогожско-Россошанской наступательной операции, назначив ее начало на 12 января 1943 г. Операции придавалось большое значение, о чем говорит тот факт, что для общего руководства ее подготовкой и проведением на Воронежский фронт были командированы начальник Генерального штаба генерал-полковник A.M. Василевский и заместитель наркома обороны генерал армии Г.К. Жуков (Г.К. Жуков по окончании подготовки операции уехал, a A.M. Василевский находился в войсках Воронежского фронта в течение всего периода ее проведения). Начальник Генерального штаба так же, как и ранее Г.К. Жуков, побывал на переднем крае, изучил систему обороны противника. Командующий 40-й армией К.С. Москаленко позднее вспоминал: «И вот мы - A.M. Василевский, сопровождавший его командующий Воронежским фронтом Ф.И. Голиков и я - на переднем крае Сторожевского плацдарма. Александр Михайлович всматривается в оборонительные сооружения противника, задает множество вопросов, внимательно слушает объяснения». A.M. Василевским и Г.К. Жуковым вместе с командованием фронта был разработан новый план наступательной операции.

Это была уже не армейская, а фронтовая операция, целью которой являлось освобождение железной дороги Лиски -Кантемировка и разгром войск противника на Верхнем Дону между Воронежем и Кантемировкой. Это было необходимо для последующего базирования войск Воронежского и Юго-Западного фронтов, которые должны были в дальнейшем развивать наступление на Курск и Харьков. Таким образом, Острогожско-Россошан-ская наступательная операция становилась первым этапом Воронежско-Харьков-ской стратегической наступательной операции, которая, в свою очередь, выступала составной частью задуманного на начало 1943 г. общего наступления Красной Армии. В докладе командующего Воронежским фронтом генерал-полковника Ф.И. Голикова «О наступательных операциях Воронежского фронта в период с 12 января по 20 марта 1943 г.» об этом говорится так: «В последней неделе декабря 1943 г. ...тов. Сталиным перед Воронежским фронтом была поставлена боевая задача освободить от противника участок железной дороги Лиски - Кантемировка.

Подчеркивалась исключительная важность ее выполнения для Юго-Западного фронта, наступление которого сильно осложнялось и страдало из-за большого отрыва железнодорожных коммуникаций. А между тем Юго-Западный фронт в тот период зимнего наступления представлял собой главную движущую силу.

Для надежного обеспечения эксплуатации подлежащего освобождению ж.д. участка Лиски - Кантемировка тов. Сталиным признавалось необходимым в результате наступления Воронежского фронта выйти на рубеж Репьевка - Алексеевка - Валуйки, где и закрепиться. С выполнением задачи было приказано спешить».

Основное содержание плана наступательной операции сводилось к следующему. Создавались три ударные группировки, которые должны были одновременными согласованными действиями прорвать оборону противника и, развивая наступление по сходящимся направлениям, окружить, расчленить и уничтожить острогож-ско-россошанскую группировку противника. Северная группировка в составе 40-й армии с приданными частями усиления наносила удар со Сторожевского плацдарма по дуге в направлении на Болдыревку, Красное, Алексеевку, где должна была соединиться с войсками южной группировки и завершить окружение противника. Частью сил северной группировки наносился удар на Острогожск, где было намечено соединение с правофланговыми частями центральной группировки. С севера правый фланг 40-й армии должен был прикрывать наступательными действиями в направлении Болдыревки, Репьевки 4-й танковый корпус генерал-майора танковых войск А.Г. Кравченко.

Советский плакат. 1942 г. Авторы-В. Дени, Н. Долгоруков.

Южная группировка в составе 3-й танковой армии генерал-майора П.С. Рыбалко и 7-го кавалерийского корпуса генерал майора СВ. Соколова наносила удар от Кантемировки в общем направлении на Алексеевку, где должна была соединиться с северной группировкой. Частью сил наносился удар в направлении Россошь, Карпенково, где соединения 3-й танковой армии должны были соединиться с центральной группировкой; 7-й кавкорпус обеспечивал наступление 3-й танковой армии с юга, нанося удар в направлении на Ровеньки, Валуйки. Еще южнее в направлении на Покровское должна была нанести удар 6-я армия Юго-Западного фронта, обеспечивая тем самым наступление левого крыла Воронежского фронта.

Центральная группировка в составе 18-го отдельного стрелкового корпуса генерал-майора П.М. Зыкова, действуя со Щучьенско-го плацдарма, наносила расходящиеся удары на Острогожск и Карпенково, где должна была соединиться с частями 40-й и 3-й танковой армий, и в центре на Каменку.

Таким образом, планировалось не только создать внутренний и внешний фронты окружения, но и одновременно рассечь и расчленить группировку противника на несколько частей, создав внутренние котлы в районах Острогожска и Карпенково, что должно было привести к уничтожению противника по частям. Это свидетельствует о том, что командующий Воронежским фронтом Голиков, начальник Генштаба Василевский и зам. наркома обороны Жуков учли и творчески развили опыт контрнаступления и окружения немецких войск под Сталинградом, где также было создано два кольца окружения, однако окруженная группировка не была расчленена на части и за счет сокращения фронта смогла обороняться более двух месяцев. Острогожско-Россошанская операция должна была стать новым словом в развитии теории и практики ведения наступательных операций Красной Армии - не зря в ее разработке, подготовке и проведении участвовали шесть будущих Маршалов Советского Союза (И.В. Сталин, А.М. Василевский, Г.К. Жуков, Ф.И. Голиков, К.С. Москаленко, П.С. Рыбалко).

Началась подготовка операции, заключавшаяся, прежде всего, в переброске и сосредоточении выделенных из резерва Ставки войск и перегруппировке уже имеющихся. К наличным силам Воронежского фронта из резерва Ставки были даны 3-я танковая армия, 7-й кавкорпус, 111-я, 183-я и 322-я сд, 4-я дивизия PC, 10-я артиллерийская дивизия прорыва, 5-я артиллерийская дивизия ПВО и некоторые другие части, одновременно происходили перегруппировка, снятие войск с пассивных участков и переброска их к участкам, намеченным для прорыва. Передвижения крупных масс войск из тыла к линии фронта и вдоль фронта требовалось произвести максимально скрытно, чтобы обеспечить внезапность наступления. В то же время трудно было рассчитывать на то, что подготовка к наступлению останется полностью не замеченной противником, поэтому было необходимо дезинформировать его, создать впечатление о подготовке ударов не на тех участках фронта, где они действительно готовились.

Передислокация войск в условиях малоразвитой сети железных дорог и сложности эксплуатации шоссейных дорог в зимний период была связана с большими трудностями. Предусматривая это, командование фронта еще 6 декабря 1942 г. издало директива № 0372, которая была посвящена мерам по улучшению состояния дорог от армейских тылов до переднего края. От дорожно-строительных и дорож-но-эксплуатационных частей было потребовано в кратчайший срок навести образцовый порядок на трассах. Для расчистки дорог от снежных заносов, сооружения объездных дорог, путей и разъездов моби-лизовывалось местное население. К обслуживанию коммуникаций привлекались местные воинские гарнизоны, расположенные по трассам. Ситуация осложнялась тем, что в тыловых частях военнослужащие молодых возрастов заменялись ограниченно годными, женщинами и возрастами старше 26 лет, а годных и молодых отправляли в части, ведущие боевые действия. Поддержание прифронтовых армейских дорог в проезжем состоянии в многоснежную зиму 1942 -1943 гг. требовало значительных усилий, и в течение всего периода подготовки наступления дорожно-строительные и дорожно-эксплуатационные части работали в напряженном ритме: достаточно сказать, что только с 1 по 5 января 1943 г. было очищено от снега более 1000 км дорог, устроено более 500 км снежных валов и стенок, установлено 10 000 щитов и свыше 3500 указательных вех.

В состав 40-й армии были переданы 305-я стрелковая дивизия из 60-й армии, 340-я стрелковая дивизия из 38-й армии, и сюда же в качестве фронтового резерва была переброшена 322-я стрелковая дивизия.

305-я стрелковая дивизия была сформирована на базе 75-го укрепленного района на основании приказа войскам 60-й армии № 0046 от 3 октября 1942 г. Она формировалась с 5 октября по 27 декабря 1942 г. в 60-й армии Воронежского фронта, дислоцируясь в районе станции Рамонь Воронежской области. Формирование и обучение нового пополнения происходило в непосредственной близости от передовых позиций. Почти ежедневно противник обстреливал артиллерийским и минометным огнем места расположения частей дивизии, занимавших оборону на восточном берегу р. Дон в районе Куляшевка, Бори-совка, Задонское шоссе. 28 декабря 1942 г. началась передислокация, продолжавшаяся до 13 января 1943 г., когда 305-я сд прибыла в состав 40-й армии в составе 1000-го сп, 1002-го сп, 1004-го сп, 830-го АП, отдельного учебного батальона, 269-го отдельного пулеметного батальона, 358-го ОИПТД, 377-й ОРР, 374-й отдельной зенитной батареи, 573-го отдельного саперного батальона, 254-й отдельной роты связи. Командовал дивизией полковник Иван Антонович Данилович.

340-я стрелковая дивизия (позднее Сумско-Киевская ордена Красного Знамени дивизия) генерал-майора Саркиса Сого-моновича Мартиросяна имела более богатый боевой опыт. Эта дивизия, сформированная на основании постановления ГКО СССР от 10 августа 1941 г., директивы НКО за № ОРГ/2/539000 от 11 августа 1941 г. и приказа Военного Совета Приволжского военного округа № ОУ1/5 726 в сентябре -ноябре 1941 г. в Приволжском ВО и 26-й резервной армии (г. Канаш Чувашской АССР), была отправлена на Западный фронт в конце ноября 1941 г., когда немцы рвались к Москве. 4 декабря 1941 г. дивизия (в составе 50-й армии) получила свое боевое крещение под Тулой; в результате 6-дневных ожесточенных боев дивизия освободила свыше 50 населенных пунктов и во взаимодействии с другими соединениями разгромила танковые части группы Гудериана, отбросив ее остатки от Тулы. В ходе дальнейших зимних боев в составе Западного фронта и летних боев в составе Брянского и Воронежского фронтов 340-я стрелковая дивизия прошла с боями 320 км (за весь период боев дивизия не отступала ни на шаг), освободила более 310 населенных пунктов, уничтожила свыше 23 тыс. солдат и офицеров противника, захватила трофеи: танков - 21, автомашин - 795, орудий - 9, минометов - 97, радиостанций - 80, самолетов - З.

340-я сд передислоцировалась ночным маршем с 28 декабря в течение 4 дней. В установленных пунктах проводились дневки. При движении на марше соблюдался боевой порядок. В период марша с бойцами проводилась политработа - беседы о бдительности и сохранении военной тайны и др. В подразделениях 911-го ап, 1140-го сп, 410-й разведроты на марше выпускались боевые листки. Личный состав получал во время марша два раза в день горячую пищу. Марш был сопряжен с определенными трудностями: большое расстояние, движение в ночное время, личный состав вез на санках и на лыжах за собой матчасть - станковые пулеметы и др., часть боеприпасов и имущества. Лучшие результаты на марше показал 1140-й сп; в 1144-м сп за хорошее проведение марша командир дивизии объявил благодарность 2-му сб; в 1142-м сп организованнее всех на марше шел 3-й сб .

На период марша политотдел дивизии разработал тематику бесед:
  1. Соблюдать дисциплину марша и принимать меры боевого охранения.
  2. Быть бдительными, соблюдать государственную и военную тайну.
  3. Успехи наступления Красной Армии.
  4. Гитлеровская армия будет разгромлена.

Беседы проводились на привалах ротными замполитами и увязывались с конкретными проблемами, выявившимся в ходе марша. Так, на марше обнаружилось, что многие бойцы в целях облегчения держали винтовки привязанными на санках, лыжах и т.д. В своих беседах замполиты разъясняли, что это снижает боевую готовность и является нарушением дисциплины марша. Велась борьба с отставанием - разъяснялось, что это равносильно дезертирству. К пункту сосредоточения дивизия пришла в полном составе и подтянула всю свою материальную часть. На протяжении всего марша сводки Совинформбюро регулярно доставлялись в части. Они принимались по радио ночью, к утру печатались в типографии дивизионной газеты и во время марша доставлялись частям.

Перед выходом на исходное положение в районе Трясоруково дивизия была остановлена на 3 - 4 дня. Во всех частях были проведены митинги, посвященные итогам 6-недельного наступления Красной Армии. Были подготовлены выступления участников гражданской войны, уже освобождавших в прошлом эту территорию. Усиленно проходили тактические занятия, особенно по вопросу о доведении боевой задачи до каждого бойца. Упор был сделан на то, чтобы постановка задачи носила не общий характер, а была бы дифференцирована в соответствии с особенностями действия групп, в которые входили бойцы (пулеметные, фланговые группы и др.). Редакцией дивгазеты «Сталинская правда» был подготовлен специальный выпуск газеты, посвященный задаче прорыва вражеской обороны.

322-я стрелковая дивизия (командир -полковник Гурий Никитич Терентьев), как и 340-я сд, также участвовала в Московской битве. Она была сформирована по приказу Верховного Главнокомандующего от 20.08.41 в г. Горьком Московского военного округа. Личный состав был набран из уроженцев г. Горького и Горьковской области. 2.10.41 в Москве на Красной площади состоялся парад дивизии, на котором старый кадровый рабочий Сормовского завода вручил дивизии Красное Знамя и передал привет от рабочих завода.

29 декабря 1942 г. 322-я сд, находившаяся к тому времени в составе 16-й армии, получила распоряжение о передислокации. 30.12.42 - 1.01.43 была произведена погрузка на ст. Сухиничи и разъезде Живодовка; через Москву дивизия была перевезена на ст. Тресвятское в 20 км северо-восточнее Воронежа. Выгрузка была произведена 6.01.43. Боевым распоряжением штаба ВФ № 003 от 4.1.43 дивизия вошла в состав Воронежского фронта как резерв фронта, дислоцирующийся на территории 40-й армии. На основании боевого распоряжения штаба 40-й армии № 008 от 12.1.43 дивизии была поставлена задача: находиться в армейском резерве в районе Добрино, Трясоруково, Давыдов-ка. Артиллерия дивизии должна была действовать совместно с 25-й гв. сд.

Из состава 38-й армии 40-я армия также получила 150-ю отдельную танковую бригаду, из 60-й армии - 253-ю стрелковую бригаду, из резерва фронта прибыла 10-я артдивизия прорыва (8 артиллерийских полков); однако 4-й танковый корпус к началу операции так и не прибыл.

18-й стрелковый корпус был сформирован в составе 219-й, 309-й и 270-й стрелковых дивизий. Из резерва фронта корпус получил 129-ю сбр и 192-ю отбр, из 38-й армии - 161-ю сд, 96-ю отбр, 1112-й пап, из 60-й армии - 262-й отп, из 40-й армии - 1147-й гап БМ, 6-ю и 10-ю ибр.

Здесь в ходе перегруппировки наиболее далекий путь пришлось совершить 161-й стрелковой дивизии. Эта дивизия, сформированная в апреле 1942 г. в Мичуринске на базе 13-й отдельной стрелковой бригады, и принимавшая затем участие в боях за Воронеж в составе 60-й армии, в конце сентября была включена в состав 38-й армии и занимала оборону севернее села Ольховатка на юг и в границах от р. Дон и до Ольховатки включительно. 28 декабря дивизия начала передислокацию, выступив по маршруту Горожанка, Черто-вицкое, Новая Усмань, Рогачевка, Верхний Икорец, и 9 января 1943 г. на основании приказа штаба 18-го отдельного стрелкового корпуса № И003 вошла в состав 18-го СК. Из центра боевого порядка 38-й армии до Щучьего дивизии пришлось пройти около 200 км, причем передвижение в целях скрытности осуществлялось в ночное время.

Но наиболее масштабным мероприятием стало сосредоточение южной ударной группировки, которая почти полностью создавалась за счет резервов Ставки. Ее главной ударной силой была 3-я танковая армия под командованием генерал-майора П.С. Рыбалко, который, по свидетельству Г. К. Жукова, как и К. С. Москаленко, пользовался особым вниманием Верховного Главнокомандующего (членом Военного совета 3-й танковой армии был бригадный комиссар В.Г. Савин, начальником штаба - генерал-майор Д.Д. Бахметьев). Армия была вновь сформирована на основании директивы НКО от 28.05.42. в составе Московского военного округа на базе управления 58-й армии с непосредственным подчинением Ставке ВГК; дислоцировалась в период формирования в районе Тулы. 22 августа 3-я танковая армия была включена в состав Западного фронта и в тот же день нанесла контрудар по 2-й немецкой танковой армии в районе Козельска, в результате чего противник понес большие потери и был вынужден перейти к обороне. С 20 сентября армия доукомплектовалась в Калуге, а с 25 октября дислоцировалась в районе г. Плавск Тульской области.

Армию специально готовили для участия в зимнем наступлении. Командованием была поставлена основная задача: подготовить войска для активных наступательных действий в зимних условиях, самостоятельно прорывать оборону противника и, развивая успех, уничтожать его в оперативно-тактической глубине, восстановить матчасть, доукомплектоваться до штата личным составом, техникой и вооружением.

В стрелковых дивизиях и мотострелковых бригадах подразделения отрабатывали специальные упражнения, изучали баллистические данные и материальную часть своего оружия. Танковые экипажи отработали по 3 - 4 упражнения стрельб. -Упражнения отрабатывались по специально разработанному штабом армии курсу стрельб, в котором предусматривалась стрельба из танка по ходу при скорости движения 15 - 20 км в час.

Мотопехота и пехота научились совершать 25-километровые марши за 3 часа с последующим выполнением боевой задачи, и совершать длительные марши до 50 км в любое время суток. Кроме того, пехота и мотострелки отработали броски на 5 - 6 км. Были отработаны новые боевые порядки по приказу НКО № 306, а также основные темы: встречный бой, наступательный бой с прорывом обороны противника и развитием успеха, закрепление захваченных рубежей, оборонительный бой, организация разведки и боевого охранения, борьба с танками противника. Все тактические темы отрабатывались в составе - взвод рота, батальон, и завершались тактическими учениями стрелковой дивизии во взаимодействии с танковой бригадой с отрывом от районов расположения на 50 км. Танковые части отрабатывали темы в составе - взвод рота, батальон и в составе танковой бригады на тактических учениях совместно со стрелковыми и мотострелковыми соединениями. На тактических учениях отрабатывались темы: ввод танковой армии в прорыв и ее действия в оперативно-тактической глубине, организация боя за крупный населенный пункт.

Было проведено несколько спецсборов по выучке спецподразделений и частей, проведены радиосборы по выучке радистов и сколачиванию радиосетей. В начале декабря 1942 г. был проведен слет механиков-водителей, на котором происходил обмен опытом вождения и эксплуатации танков в зимних условиях. Вслед за ним состоялся слет командиров боевых машин, обмен боевым опытом. С 12 по 20 декабря проводился смотр конского состава: обменивались опытом по уходу за лошадьми. Также были проведены две военных игры на картах штаба армии со штабами соединений и частей с привлечением штабов полков.

В частях изготовляли макеты танков -каждая часть по числу настоящих танков в ней: на каркас ставили тканевую или фанерную обшивку. Макеты были нужны для обмана противника.

На глушители танков ставили сирены: при работе мотора они пронзительно, ноюще выли. Танкисты говорили: «За фрицами будем гнаться, пугать будем, чтоб их побить, а грязные души до смерти напугать»; «Фрица убить мало, надо еще перед смертью перепугать его грязную душу»; «Сделали, чтобы все фрицы подыхали трусами».

Танки все еще слабо были прикрыты авиацией и зенитной артиллерией от ударов с воздуха, поэтому вырабатывались способы борьбы с вражеской авиацией. Экипажи тренировались в стрельбе по воздушным целям; в каждом батальоне выделялись три машины, которые снабжались специальными подмостками, становясь на которые, танк увеличивал на 45° угол возвышения пушки и мог бить по самолетам. Эти же танки готовились как снайперы для разрушения огневых точек, дзотов врага с закрытых позиций.

Усиленной подготовкой занимались не только танкисты и мотострелки, но и пехотинцы: дело в том, что танковые армии в этот период войны имели смешанный состав, т.е. в них включались обычные стрелковые дивизии. В соответствии с этим в состав 3-й танковой армии входила 48-я гвардейская стрелковая дивизия. Это соединение имело достаточно богатый боевой опыт, причем история дивизии имела непосредственное отношение к Воронежу. Дело в том, что на основании приказа Военного Совета Орловского военного округа с 20.01.41 по 18.11.41 в г. Воронеже формировалась 17-я отдельная курсантская стрелковая бригада (из курсантов пехотных училищ). С 19.11.41 по 1.12.42 бригада действовала по уничтожению прорвавшихся групп противника в Рязанской области. С 20.11.41 по 24.04.42 17-я бригада освободила 67 населенных пунктов, в том числе Волоколамск. Затем директивой Московского военного округа № 9975 от 28.04.42 бригада была переформирована в 264-ю стрелковую дивизию. Формирование проходило с 1.05.42 по 24.07.42 в Звенигороде. 26.07.42 дивизия поступила в распоряжение 3-й танковой армии и принимала участие в Козельской операции. Наконец, приказом НКО № 322 от 20 октября 1942 г. 264-я сд была преобразована в 48-ю гв. сд, а ее полки в 138-й, 143-й, 146-й гв. сп и 98-й АЛ. Дивизия получила пополнение, а личный состав прошел трехмесячную боевую подготовку.

О том, насколько интенсивным был этот трехмесячный курс, свидетельствует распорядок дня частей: 9.10 - завтрак; 10.00 - 12.00 - изучение материальной части оружия или политзанятие; 12.00 - 14.00 - изучение БУП, часть 1 и 2; 14.00 -15.00 - чистка оружия или изучение баллистики; 15.00 - 16.00 - обед; 16.00 - 17.00 - строевая подготовка; 17.00 - 20.00 - отдых и подготовка к занятиям; 20.00 - 21.00 - ужин; 21.00 - 1.00 - тактические занятия.

Боевая подготовка подразделялась на тактическую, огневую, строевую, саперную, химическую и санитарную. По тактической подготовке стрелковые полки и отдельный пулеметный батальон отрабатывали темы: рота на марше, рота в обороне, рота в наступлении, рота в головной походной заставе, батальон на марше. Кроме того, темами тактических занятий были: наступление усиленной стрелковой роты ночью в полевых условиях; оборона населенного пункта усиленным стрелковым батальоном ночью; наступление и атака усиленным стрелковым батальоном населенного пункта, обороняемого батальоном противника; штурм населенного пункта усиленным стрелковым батальоном ночью; стрелковый батальон в авангарде при подходе к оборонительной полосе противника.

В артиллерийских частях отрабатывали темы: привязка боевого порядка батареи и дивизиона, батарея и дивизион в наступательном бою, действия огневого взвода батареи в составе стрелкового батальона в бою. В период с 20 по 30 ноября 1942 г. в 7-й и 8-й батареях 98-го ГАП и в частях дивизии подводились итоги тактических учений. Гв. младший лейтенант Яков Кузьмич Гончаров, начальник связи дивизиона 98-го ГАП, привел в пример красноармейца Букина, который за 1 час 10 минут протянул телефонную линию на 6 км и отлично ее замаскировал. В качестве недостатка на собрании говорилось о не налаженном до конца взаимодействии арт-подразделений с пехотой.

В спецподразделениях тактическая подготовка проводилась в разрезе отделения и взвода. По огневой подготовке во всех частях дивизии, кроме артиллерийских, отрабатывались темы по изучению материальной части винтовки, ручного и станкового пулеметов, миномета, ПТР. Во всех частях проводились тренировки по метанию ручных и противотанковых гранат. В часы огневой подготовки изучался рукопашный бой, отрабатывались темы: подготовка к бою, уколы штыком, отбивы и удары прикладом, отбивы малой лопатой. Большое внимание уделялось практической стрельбе из всех видов оружия.

В артиллерийских частях по огневой подготовке отрабатывались темы по изучению матчасти артиллерии, ведение огня по заранее известным целям, оборудование ОП.

По строевой подготовке во всех частях и подразделениях дивизии отрабатывались темы: расчлененные походные строи отделения, взвода, роты. По химической подготовке изучали устройство противогаза, его сбережение и пользование им, боевые отравляющие вещества и способы их применения. По саперной подготовке проходили темы: самоокапывание, маскировка, отрывка ячеек полного профиля и их маскировка, приспособление местных предметов к обороне.

В спецчастях, кроме того, шла подготовка по специальностям.

С 1 октября по 20 ноября 1942 г. были проведены 12-дневные сборы разведчиков и 15-дневные сборы снайперов, ручных пулеметчиков, станковых пулеметчиков, минометчиков и расчетов ПТР.

В частях дивизии проводилась специальная командирская учеба, начиная с группы командира дивизии, и подготовка штабов.

Таким образом, 3-я танковая армия в составе: 12-й, 15-й ТК, 179-я ОТБР, 48-я гв. СД, 1172-й ИПЛАП, 1245-й ИПТАП, 62-го гв. МП, 71-го, 319-го, 470-го полков ПВО получила хорошую боевую выучку и была способна к выполнению самых сложных задач в предстоящей операции, действуя в любых условиях. Командный состав и штабы в итоге проведенных учений и военных игр пришли к единому взгляду в использовании танковой армии в наступательной операции. Штабы и средства управления были вполне удовлетворительно подготовлены для управления войсками. Моральное состояние войск было исключительно здоровое, что подтвердилось дальнейшими упорством и стремительностью всех частей и соединений в ходе наступательных боев.

В то же время армия имела на вооружении танки, уже бывшие в эксплуатации. 52-я МСБР прибыла в состав армии 9.12.42 и, войдя в состав 15-го ТК, не смогла пройти боевой выучки и вышла на поле сражения только с подготовкой, полученной в период своего формирования, но укомплектованная бойцами морской пехоты на 60%.

На основании директивы Ставки № 991172 от 22.12.42 и личного указания Верховного Главнокомандующего 3-я танковая армия была направлена на Воронежский фронт. 3-я танковая армия в составе: 12-го и 15-го ТК, 179-й ОТБР, 48-й гв. сд, 1172-го ИПЛАП, 1245-шл ИПТАП, 62-го гв. мп, 71-го, 319-го, 417-го полков ПВО, 39-го отд. бронеавтобатальона, 182-го инженерного батальона, 4-го запасного батальона, штаба и управления армии, а также складов и тыловых учреждений, начала переход по ж.д. в р-н сосредоточения - Канте-мировка. Погрузка войск производилась одновременно на 7 ж.д. станциях: Скура-тово, Выползово, Горбачево, Паточная, Пономареве, Самозвановка, Теплая, а отдельных эшелонов на станциях Щекино, Сумарокове, Лазареве.


Таблица 2.2.1. Результаты стрельб в 264-й сд (48-й гв. сд) за период с 1.10.42. по 20.11.42
Вид оружия № упраж-ия Кол-во стрелявших Выполнили Общий процент выполнения
Отлично Хорошо Посред-но
Винтовка 1 5 377 1 135 657 1 689 86
2 2 190 329 609 668 77,5
Ст. пулемет 1 544 117 191 118 89
ППШ 1 437 63 159 172 90,3
2 287 55 126 43 88,1
ПТР 1 240 118 31 34 88
2 68 23 32 10 95,7

Подход войск к станциям погрузки совершался, как правило, в ночное время, что дало возможность войскам армии скрытно выйти из района расположения. Передислокация армии проводилась с полным сохранением военной тайны. Личный состав до командиров соединений нового района сосредоточения войск армии не знали.

Погрузка войск армии из-за несвоевременной подачи эшелонов растянулась на 15 дней и проводилась с 22 декабря по 5 января 1943 года. Расстояние по ж.д. между районами дислокации армии (Чернь), Гобачево, Леонтьево, (Плавск) и новым районом сосредоточения - 750 км. Это расстояние части армии, следующие в ж.д. эшелонах, находились в пути в течение 8-15 дней.

Основными причинами медленного продвижения войск армии по железной дороге явились: отсутствие развитой сети железных дорог в районах передвижения армии и их чрезмерная загруженность перевозкой войск и грузов. Из-за отсутствия железной дороги, подходящей к району сосредоточения, войска армии разгружались на расстоянии 150 - 200 км от района сосредоточения.

12-й ТК, 179-я Отбр и артиллерийские части разгружались в основном на ст. Бу-турлиновка, после чего ночным маршем на расстоянии 170 км переходили в равйон сосредоточения - Кантемировка.

15-й ТК разгружался на ст. Калач в удалении от района сосредоточения - 130 км, после чего ночным маршем переходил в свой район. Стрелковые части в своем большинстве разгружались на ст. Таловая в удалении от районов сосредоточения 210 км и переходили в них форсированными ночными маршами, совершая переходы по 40 - 50 км. Такое большое удаление станций выгрузки отрицательно отразилось на состоянии матчасти, в результате чего к началу операции часть танков имела незначительное наличие моторесурсов, а часть танков требовала ремонта. Из-за поломок по пути от места выгрузки к фронту в назначенный район прибыло только 306 танков из 428.

Сосредоточение соединений и частей армии по железной дороге по причинам, не зависящим от армии, крайне затянулось и длилось до первого дня операции -14.01.43 г., а часть войск (113-я тбр, 195-я тбр, 111-я сд и ряд тыловых армейских учреждений) прибыли только в начале операции.

Несвоевременное прибытие тылов и недостаточное количество армейского автотранспорта (три автобата) при удалении баз снабжения до 200 км, поставило армию в затруднительное положение и грозило срыву своевременного начала данной операции.

В целях выхода из создавшегося затруднительного положения в обеспечении войск необходимым количеством боеприпасов, ГСМ и продовольствием, весь автотранспорт моточастей совместно с армейским автотранспортом, по мере его прибытия, был мобилизован для материально-технического обеспечения частей, что и дало возможность выйти из данного положения.

В период сосредоточения армии в р-н Кантемировка, кроме ранее входящих частей, в ее состав были включены: 180-я и 184-я сд, 37-я ОСБр, 173-я отбр, 8-я АД в составе: 2-х ПАЦ, 3-х ГАП и 2-х ИПТАП, 97-й гв. МП, 15-я гв. МБр, 46-й и 47-й отдельные инженерные батальоны. 111-я стрелковая дивизия задержалась в пути и начала прибывать в состав армии только на третий день операции; эта дивизия была оставлена в резерве фронта.

184-я стрелковая дивизия была включена в состав 3-й танковой армии из резерва Ставки. Эта дивизия была сформирована на основании приказа НКО от 23.02.42 на базе 21-й саперной бригады. Пунктом формирования было село Чапурники Сталинградской области. Личный состав дивизии комплектовался в основном из граждан Сталинградской, Саратовской и Воронежской областей, а также из ряда областей Украины.

17 июля 1942 г. дивизия вошла в состав 62-й армии Сталинградского фронта. Выйдя в конце июля 1942 г. на оборонительный рубеж в районе Верхняя Бузиновка (Сталинградская обл.), полки дивизии попали в окружение. Благодаря мужеству и отваге бойцов и офицеров дивизия 1 августа 1942 г. прорвала вражеское кольцо, вышла из окружения и заняла оборону на левом берегу Дона. Приказом Ставки 184-я сд 24.12.42 была переброшена на Воронежский фронт.

180-я стрелковая дивизия была включена в состав 3-й танковой армии из резерва Воронежского фронта. Дивизия формировалась по директиве Московского военного округа от 3.06.42 в г. Владимир на базе 41-й отдельной стрелковой бригады, которая действовала в составе 1-й ударной армии с 18.12.41 по 19.01.42 на Западном фронте и участвовала в прорыве Волоколамского узла сопротивления противника. Бригада была выведена из боев 4 мая 1942 г., и на ее базе до 9 августа 1942 г. была сформирована 184-я стрелковая дивизия. 10 августа 1942 г. дивизия получила боевой приказ и была отправлена на Западный фронт в состав 31-й армии, сражалась на подступах к Ржеву. С 21.09.42 по 25.11.42 дивизия вновь была на формировании в г. Череповец в составе 2-й резервной армии. Части дивизии были пополнены командным, младшим и рядовым составом из частей Северного фронта (сухопутных и морских сил). В начале декабря 1942 г. дивизия вошла в резерв Воронежского фронта, занималась боевой подготовкой в зимних условиях.

180-й стрелковой дивизии пришлось из своего места дислокации в Красном Лимане до района сосредоточения - Кантеми-ровки, пройти около 320 км: более трехсот километров зимой, по занесенным снегом дорогам, и по большей части ночными маршами. Правда, 173-я и 201-я тбр, также переданные в состав 3-й танковой армии из фронтового резерва, передислоцировались из района ст. Трехсвят-ское в район Кантемировки на расстояние около 350 км, но здесь передвижение все-таки осуществлялось на гусеницах и колесах, а пехотинцы шли «на своих двоих»; в 40-50-километровых ночных маршах выходили из строя грузовики и танки, но не люди - люди были сильней. Передвижения частей и соединений маршевым порядком на сотни километров были скорее нормой, чем исключением - так, 7-й кавалерийский корпус от станции выгрузки Анна до Кантемировки прошел около 300 км, 160-я стрелковая дивизия из района Урыво-Покровское до района южнее Новая Калитва - около 250 км.

В Острогожско-Россошанской наступательной операции должна была принимать участие и 6-я армия Юго-Западного фронта. Буквально перед этим она получила богатый опыт наступательных действий (до этого с июля по декабрь 1942 г. 6-я армия вела оборонительные бои на донском рубеже и в наступлении еще не бывала). В середине декабря 1942 г. перед войсками Юго-Западного фронта стояла задача: прорвать оборону противника на фронте Новая Калитва, Монастырщина, выйти в тыл группировки противника, действующей в большой излучине Дона, тем самым не дать возможности окруженным в районе Сталинграда войскам противника вырваться или оказать им помощь извне. Находясь в составе Воронежского фронта, 6-я армия получила задачу прикрыть справа действия ударной группировки Юго-Западного фронта.

Наступление 6-й армии продолжалось с 16 по 28 декабря 1942 г. Нашим войскам противостояли немецкие и итальянские дивизии, опиравшиеся на мощную оборонительную полосу, строившуюся противником в течение почти полугода. Инженерные работы продолжали производиться и перед самым наступлением наших войск: так, 11 декабря противник продолжал укреплять свою оборону на участке Дерезовка, вые. 158.1; для освещения р. Дон в районе Новой Калитвы противник в течение ночи сжигал 2-3 дома. Противник занимал позиции по высокому берегу Дона, откуда просматривалась и простреливалась территория на 12 - 15 км в глубину; оборонительная полоса была насыщена окопами, дзотами, траншеями, проволочными заграждениями, минными полями. Несмотря на это, войска 6-й армии сумели в течение всего двух дней прорвать оборону противника на фронте Новая Калитва, Дерезовка и продолжали развивать наступление в южном и юго-западном направлении. За два дня боев противник понес большие потери в живой силе и технике, был деморализован и с трудом удерживался на отдельных рубежах. В то же время боевые порядки наступающих стрелковых и танковых частей армии подвергались непрерывным штурмовым и бомбардировочным ударам вражеской авиации. Так, 17-й танковый корпус 18 декабря, вступив в бой за Талы, где был укрепленный опорный пункт противника (до 2-х батальонов пехоты и до 30 зарытых в землю танков), подвергся непрерывным бомбежкам. Беспрерывные бомбардировочные и штурмовые удары авиации противника по боевым порядкам 17-го ТК продолжались и в течение двух следующих дней. Но, несмотря на это, 19 декабря передовые отряды 66-й и 174-й ТБр сумели ворваться в Кантемировку, а к вечеру город, где противник сосредоточил большое количество продовольственных и других складов, был полностью занят частями 17-го ТК.

В тот же день на основании директивы Ставки № 167711 6-я армия была передана из состава Воронежского в состав Юго-Западного фронта. Продолжая развивать наступление, к 28 декабря части армии вышли на поставленный рубеж. Армия проводила наступательную операцию почти полностью в обновленном составе, прибывшие в состав армии 15-й СК, 8-я АД РГК были вновь сформированными, слабо сколоченными, впервые участвующими в боях в составе армии. Декабрьское наступление было серьезным испытанием для командования, личного состава, различных подразделений и служб, и 6-я армия это испытание прошла с честью. Взятый в плен командир 539-го пп 385-й пд полковник Рудольф Эрлер показывал: «Наступательная операция русских была проведена блестяще. В течение нескольких дней русские проводили разведку боем, прощупывая нашу оборону и отыскивая ее слабые места. Русские не пошли прямо в лоб моего полка, а обходом с правого фланга. На второй день наступления русских командиры батальонов донесли мне, что успешно сдерживают натиск русских, а в это же время русские танки и пехота атаковали мой КП в Оро-бинский. Попав в угрозу окружения, наши части стали отходить, причем по дороге на Цапково попали в засаду русских и снова понесли тяжелые потери. Русская пехота хорошо применяется к местности, упорна в наступлении».

Декабрьское наступление выявило как положительные, так и отрицательные стороны подготовки войск и их применения в бою. При прорыве оборонительной полосы противника очень хорошо показала себя артиллерия: за время полуторачасовой артиллерийской обработки переднего края и тактической глубины противник был ошеломлен, из обнаруженных 400 огневых точек в результате артподготовки было подавлено и уничтожено 325. В то же время в ходе наступления выявились недостатки во взаимодействии артиллерии и минометных подразделений с пехотой, отсутствие истребителей не позволило использовать 45-ю авиаэскадрилью корректировщиков, а неполная техническая подготовка личного состава привела к бездействию 5-го воздухоплавательного отряда обслуживания стрельб АДД.

Успешно действовали танковые части -17-й ТК с поставленными задачами справился отлично, за что корпусу было присвоено звание «Гвардейский». Однако опыт боев показал, что не все части еще научились успешно применять тактику фланговых ударов и танковых рейдов по тылам противника, некоторые командиры бросали свои машины в лобовые атаки, теряя значительную часть танков и не имея при этом успеха. Еще слабо танкистами применялась радиосвязь, радисты были плохо обучены и недостаточно владели работой на рациях в ходе боя. Наступательные бои показали, что танковый корпус обладает большой ударной силой, маневренностью и способен самостоятельно решать оперативные задачи, однако ему необходимо придавать авиацию, которая сопровождала бы его на всю глубину действия, иначе бомбардировочные и штурмовые удары авиации противника могут нанести тяжелый урон наступающим танковым частям.

Свои сильные и слабые стороны выявились в работе инженерных частей, различных тыловых служб; однако главное -армия справилась с поставленной задачей, и в этом первом своем большом наступлении приобрела богатый боевой опыт - опыт наступления, умение бить врага, освобождая свою территорию. За время боев с 20 по 30 декабря 1942 г. частями 6-й армии было взято в плен 7966 солдат и офицеров противника, захвачено 1172 ручных пулемета, 62 станковых пулемета, 22 зенитных пулемета, 25 182 винтовки, 348 пушек, 222 миномета, 199 мотоциклов, 2981 автомашина, 100 легковых автомашин, 10 ПТР, 5 биноклей, 67 транспортеров, 977 км кабеля, 1523 лошади, 135 танков, 4 бронемашины, 89 повозок, 20 тонн проволоки, 39 складов, 1050 тыс. патронов. Первый опыт наступления 6-й армии, таким образом, оказался успешным; через несколько дней ей снова предстояло наступать.

В обеспечении скрытности подготовки к наступлению немалую роль сыграла политработа, проводившаяся в частях и соединениях фронта в соответствии с приказом ГлавПУРККА от 17 ноября 1942 г. № 0464 «О сохранении военной тайны». Так, в исполнение этого приказа в частях 48-й гв. сд были проведены мероприятия, направленные на повышение бдительности и сохранение военной тайны. Для командиров штаба дивизии и штабов частей были проведены доклады и беседы на темы:
  1. О некоторых приемах немецко-фашистской разведки в СССР и методы борьбы с ней.
  2. Строго хранить военную тайну.
  3. Закон военного времени и применение его к нарушителям.

В 340-й сд сразу после получения приказа ГлавПУРККА по заданию командования дивизии была проведена проверка отделений штаба дивизии и штабов частей по вопросу сохранения военной тайны. Выявленные недостатки немедленно устранялись на месте. 15 декабря на партсобрании управления дивизии был обсужден вопрос: «О бдительности и сохранении военной тайны». Партсобрание приняло конкретные решения по этому вопросу. По линии агитмассовой работы в подразделениях проводились беседы с личным составом по вопросу о бдительности и сохранении военной тайны. В январе была проведена повторная проверка вопроса о сохранении военной тайны по линии штаба дивизии.

Аналогичная работа проводилась и в других частях. Однако противника нельзя было недооценивать: вражеская разведка могла обнаружить перегруппировку соединений фронта, и противник мог попытаться сыграть на опережение и нанести удар по ослабленным участкам обороны, с которых снимались сосредоточивавшиеся в исходных районах для наступления части. Опасность была большой, так как пассивные участки Воронежского фронта действительно были резко ослаблены. В 38-й армии на фронте в 62 км остались три стрелковых дивизии и одна бригада, все в первой линии, т.е. на соединение приходился участок обороны в 18 км. В 60-й армии на фронте 112 км командование оставило 5 стрелковых дивизий, одну стрелковую бригаду, т.е. 20 км на соединение. В 40-й армии на 30-километровом фронте Кременчуг -Духовское стояли один стрелковый полк и учебный батальон 141-й дивизии, т.е. 7,5 км на стрелковый батальон. 53-километровый участок Донище, Лиски, Нижний Икорец занимали 6 батальонов (учебные батальоны от четырех стрелковых дивизий, учебный батальон запасного стрелкового полка, курсы младших лейтенантов 40-й армии), т.е. 9 км на батальон. На 60-километровом участке Николаевка, Бол. Бабка стояли тоже 6 батальонов (стрелковый полк и учебный батальон 219-й сд и учбаты 309-й и 161-й дивизий), т.е. 10 км на батальон. Участок искл. Бол. Бабка, искл. Новая Калитва (65 км) занимала 270-я сд, имевшая активную наступательную задачу с третьего дня общего наступления, и учбаты трех дивизий 3-й танковой армии против четырех дивизий противника.

Кроме сосредоточения сил в районах, намеченных для прорыва обороны противника, вследствие чего ослаблялись пассивные участки фронта, необходимо было заранее позаботиться о флангах. Контрудары по основаниям клиньев прорыва были излюбленным методом немцев, с успехом применявшимся в 1941 - 1942 гг. на разных фронтах для срыва наступлений советских войск, которые в результате этого нередко оказывались в окружении. Чтобы предупредить такую возможность, командованием Воронежского фронта был предпринят ряд мер, о которых в отчетном докладе генерала Голикова говорится следующее:
  «а) для обеспечения наступления наших частей из района Урыво-Покровское в западном направлении против возможного контрудара противника из района Сторожевое 1-е мы поставили перед всем фронтом этого большого села целую истребительную бригаду, армейский батальон противотанковых ружей и учебный батальон стрелковой дивизии. Ближайшая задача всех этих средств заключалась в одном - находиться на месте в полной готовности к отражению возможной танковой и пехотной атаки врага;
  б) для обеспечения фронтовой операции справа было назначено сильное правое крыло 40-й армии в составе: 141-я сд, 25-я гв. сд, 253-я сбр со средствами усиления. Ближе к правому флангу 40-й армии придерживался ее резерв в лице 322-й сд.
  Кроме того, за Доном в районе Давы-довка сосредоточивалась 183-я сд на случай диверсии противника через Дон из района Александровка, Борщево, Архангельское через наше слабое прикрытие на участке Краснопогоново, Каменка - Вер-ховское - Аношкино;
  в) для обеспечения всей нашей операции слева был назначен 7-й кав. корпус в составе 2 кав. дивизий, танковой бригады и одного истребительного противотанкового артиллерийского полка, одного минометного полка, артполка ПВО и дивизиона PC.
  Для выполнения задачи корпусу было приказано стремительным ударом захватить железнодорожный узел Валуйки, что он блестяще и осуществил;
  г) при 260-километровом фронте наступления в этой первой операции большие силы противника располагались на участках, находившихся вне воздействия стрелковых группировок. Например, против фронта обороны 270-й сд подполковника Поляткова от Бол. Бабка до Новая Калитва находилось 4 дивизии противника (23-я венгерская пд, 2-я, 156-я и 4-я итальянские дивизии). Он мог серьезно воспользоваться этими силами для маневра против наших войск, осуществляющих прорыв.
  Для того чтобы сковать и связать эти силы, мы применяли демонстрацию наступательных действий сковывающими частями, главным образом из района несколько южнее Павловск, откуда по расположению итальянского альпийского корпуса нанесли удар главными силами 270-й сд, которая занимала 65-километровый фронт.
  Эта дивизия потерпела неудачу в первом своем наступлении и понесла значительные потери, но через двое суток, вновь перейдя в наступление, добилась успеха, захватила западный берег реки Дон и перешла в общее наступление на Подгорное».

Все многочисленные передвижения войск, ослабление одних участков и сосредоточение сил на других полностью скрыть было невозможно, поэтому важнейшей задачей стала активная дезинформация противника. С этой целью, говорится в докладе командующего Воронежским фронтом, был применен целый ряд специально разработанных мероприятий:
  «1. Ложный подвоз и подвод новых войск по ж.д. и своим ходом. Для этого нашим запасным полкам, вторым эшелонам дивизий и армейским резервам пришлось совершить много маршей днем к фронту, а ночью обратно. Потом снова к фронту. И так по несколько раз.
  2. Подвоз и выгрузку ремонтных танков и макетов на ж.д. станциях.
  3. Массовые демонстрации по единому плану командования фронта подхода к передней линии лыжных частей и проведение массовых лыжных тактических учений.
  4. Единовременные наступательные действия усиленных разведывательных отрядов ночью, в сумерки или на рассвете, сопровождавшиеся внушительным артиллерийским наступлением и направленные к захвату чувствительных для противника пунктов на переднем крае его обороны.
  5. Показ усиления артиллерии путем широкого применения кочующих орудий, в том числе калибра 152 мм и 203 мм, минометов калибра 82 мм и 120 мм, РС-ов, особенно М-13 и М-20.

Но кочевание производилось не только отдельными орудиями или минометами, а на избранных участках, например в районе Павловск, в районе Новая Калитва, в районе Лиски, против Коротояк, в стыке 38-й с 60-й армией и в стыке 40-й армии с 60-й мы широко применяли кочевание целыми дивизионами PC, тяжелыми батареями артиллерии и целыми полками 120-мм минометов.

Газеты и журналы для солдат и офицеров 8-й итальянской армии. 1942 г.

6. Расчистку дорог от железнодорожных выгрузочных станций к пассивным участкам фронта.
  7. Очень широко и с большим эффектом мы использовали действительное передвижение войск в ходе общей перегруппировки. Так как многие соединения, прежде чем пойти в назначенные им районы, должны были миновать пассивные участки, то подход частей к этим пассивным участкам и временные остановки там на отдых нами не скрывались и наверняка становились известны противнику. Уход же из этих районов производился только ночью.
  8. Проведение полных планов рекогносцировки и отработки наступательных действий на пассивных участках. Военные советы 38-й и 60-й армий получили от командования фронта «настоящие» письменные директивы о подготовке армий к наступлению и развернули со всей серьезностью подготовительную работу как оперативного характера, так и в области материального обеспечения и связи.
  На их же участках были «потеряны» политруками разведывательных отрядов директивы и листовки о задачах подготовки войск к наступлению на Воронеж.
  9. Также планомерно и детально осуществлялись планы дезинформации посредством радио. Для этого в соответствии с ложными оперативными планами развертывались ложные сети штаба фронта, штабов армий и танковых соединений; вводились радиостанции ложных соединений (танковых корпусов и кав. корпусов); изменялись в ложном направлении радиосети взаимодействия и подчинения; радиостанции ушедших соединений деятельно продолжали работу на старых местах.

Немецкие газеты и журналы для солдат вермахта на Дону. 1942 г.

Благодаря всем этим мерам внимание противника было крепко привязано к пассивным для нас участкам. Плотность его артиллерии и пехоты против этих участков оказалась несколько даже более высокой, чем против наших ударных группировок.

Противник ожидал более сильного удара из района Лиски и из района Павловск.

Вновь созданный немецкий корпус генерала Крамера в составе 26-й пд, главных сил 168-й пд и 1-й танковой бригады венгров был поставлен в резерве в районе Каменка, Карпенково, Ольхов Лог, Сагуны, т.е. примерно посредине, если наступать из района Лиски к югу и из района Павловск к западу».

Предпринятые командованием меры по оперативной маскировке и дезинформации противника дали положительный эффект. По словам взятого в плен в ходе операции командира 3-го венгерского армейского корпуса генерала Штомма, командование видело наращивание сил на Сторожевском плацдарме, но оценивало численность советских войск в две стрелковых дивизии, одну стрелковую и одну танковую бригады. В действительности, в составе 40-й армии, наступавшей со Сторожевского плацдарма, было семь стрелковых дивизий, одна стрелковая бригада и 132 танка, т.е. в 2,5 - 3 раза больше, чем оценивалось противником. Начальник штаба 2-й венгерской армии генерал Ковач накануне советского наступления утверждал: «В создавшейся обстановке я не считаю возможным, что на данном этапе боевых действий противник начнет крупные операции против венгерской армии»262. На участке главного удара 3-й танковой армии в районе Кантемировки командование 24-го немецкого танкового корпуса предполагало наличие шести стрелковых дивизий и двух танковых бригад, а в действительности, в составе 3-й танковой армии находилось шесть стрелковых дивизий, одна стрелковая бригада, три танковых бригады, два танковых корпуса и один кавалерийский корпус. Не ждали удара и итальянцы: командир 156-й итальянской пехотной дивизии «Виченца» генерал-майор Пасколини позднее утверждал, что «о русских частях, находившихся на Дону против альпийского корпуса, мне было от пленных и перебежчиков известно, что они были малочисленными. Очень плохо, вернее совершенно не были мы осведомлены о планах русского командования. Во всяком случае, мы не ждали серьезного русского наступления». Командир 3-й итальянской альпийской дивизии бригадный генерал Реканьо признавал: «О состоянии русских войск, о боевом составе, о качестве их обороны мы были очень плохо осведомлены, вернее - ничего мы не знали. Мы не предполагали о подготовляемом русском наступлении и поэтому не обращали серьезного внимания на эти важные вопросы».

Таким образом, одно из важнейших условий успешности наступления - его внезапность, в период подготовки к Острогож-ско-Россошанской наступательной операции было полностью соблюдено; однако это условие не было единственным. Для уверенности в успехе операции требовалось всестороннее ее обеспечение - материальное, оперативно-тактическое, инженерное, авиационное, артиллерийское и т.д. Командование всех уровней придавало этим вопросам большое значение, так что даже утвержденный Ставкой фок начала операции из-за сложностей с сосредоточением войск и подачей снабженческих транспортов был перенесен с 12 на 14 января.

С материальным обеспечением операции, действительно, не все было в порядке. Лучшим было положение в 40-й армии, однако и здесь не все соединения были обеспечены всем необходимым: так, 141-я стрелковая дивизия не была полностью обеспечена боеприпасами, в особенности снарядами 76 и 122 мм и минами 120 мм (имелось только 0,2 - 0,4 боекомплекта), а весь автотранспорт стоял из-за отсутствия бензина.

На противоположном фланге, в 6-й армии Юго-Западного фронта, положение было в целом удовлетворительным, хотя отдельных видов боеприпасов тоже не хватало. Тылы армии базировались на ж.д. Таловая - Калач с выгрузочными станциями Ширинкино, Воробьевка. Армейская база и полевые армейские склады базировались на ст. Ширинкино и Воробьевка в общем удалении от передовой линии наших войск 250 - 270 км.


Таблица 2.2.2. Обеспеченность 6-й А боеприпасами к началу Острогожско-Россошанской наступательной операции
Боеприпасы Всего В т.ч. в войсках
Винт, патроны 2,1 БК 1 БК
ПТ гранаты 2,5 БК 1,2 БК
14,5 мм ПТР 1,2 БК 0,9 БК
45 мм выстрелы 2,7 БК 1,5 БК
76 мм выстрелы ДА 1,6 БК 1,1 БК
Мины 82 мм 2,4 БК 0,9 БК
По основным соединениям обеспеченность боеприпасами:
Винт, патроны от 0,6 БК (267 сд) до 1,2 БК(172сд).
ПТ гранаты от 0,3 БК (350 сд) до 3,1 БК (267 СД).
45 мм выстрелы от 0,5 БК (350 сд) до 1,6 БК (267 сд).
76 мм выстрелы ДА от 0,7 БК (350 сд) до 1,3 БК (267 сд).
Мины 82 мм от 0,4 БК (172 сд) до 0,7 БК (267 сд).


Таблица 2.2.3. Обеспеченность 6-й А ГСМ к началу Острогожско-Россошанской наступательной операции
ГСМ Всего В т.ч. в войсках
Автобензин 2,8 зап. 1,4 зап.
Б-70 и КП-70 3,3 зап. 2,5 зап.
Дизтопливо 10,5 зап. 1,5 зап.


Таблица 2.2.4. Обеспеченность 6-й А продовольствием к началу Острогожско-Россошанской наступательной операции
Продукты Всего В т.ч. в войсках
Мука и сухари 30 сутдач 5 сутдач
Крупа 49 сутдач 4 сутдач
Мясо 24 сутдач 7 сутдач
Соль 30 сутдач 7 сутдач
Махоркаа 27 сутдач 4 сутдач

Хуже обстояло дело с 3-й танковой армией: к началу операции не удалось полностью сосредоточить все входящие в ее состав соединения, и тем более это касалось подвоза боеприпасов и горючего. A.M. Василевский и Г.К. Жуков в своей телеграмме в Ставку 6 января 1943 г. констатировали: «По армии Рыбалко и кавгруп-пе плохо дело обстоит с подходом по железной дороге транспортов с боеприпасами, горючим, а также и с подходом войск»267. Дело, действительно, обстояло плохо - станции погрузки 3-й танковой армии находились в прифронтовой полосе, не так давно отвоеванной у противника. Станционное хозяйство было разрушено, кроме того, станции постоянно подвергались налетам бомбардировочной авиации противника. Части располагались в 15 - 25 км от станций погрузки. Грузились в основном ночью. Погрузка с земли производилась долго. Вся армия была погружена в 89 эшелонов, что составляло в среднем по 6 эшелонов в сутки. Расстояние между станциями погрузки и выгрузки преодолевалось эшелонами 7 -15 суток, со средней скоростью 50 - 107 км в сутки. Станции выгрузки находились в таком же состоянии, как и станции погрузки. Эшелоны бомбили. При одной из бомбежек погиб командир 12-го ТК полковник Чесноков.

Следует отметить, что соединения 2-й воздушной армии осуществляли прикрытие с воздуха станции Бутурлиновка, на которой выгружался 12-й танковый корпус. В частности, истребители 205-й ИАД произвели 10 самолето-вылетов в район Бутурлиновки. Задачу по прикрытию железнодорожных станций и аэроузла Бутурлиновка вьшолнял и 19-й КИАП (269-я ИАД), который одновременно должен был прикрывать сосредоточение наземных войск 40-й армии в районе Хворо-стань, Урыво-Покровское. Прикрытие железнодорожных станций и сосредоточения своих войск сопровождалось воздушными боями с бомбардировщиками противника: всего было произведено 7 групповых воздушных боев, в результате которых отражено 3 налета бомбардировщиков противника на станцию Бутурлиновка и подбито 2 самолета «Ю-88». В воздушном бою в районе Урыво-Покровское был сбит 1 самолет «Макки-220». Потерь прикрывающие истребители 19-го КИАП не имели.

Таким образом, прикрытие с воздуха осуществлялось, однако война есть война, и гибель под бомбежкой командира 12-го танкового корпуса стала одним из ее эпизодов. Понятно, что авианалеты противника отрицательно сказывались на темпах перевозки войск, техники, горючего и боеприпасов, и без того замедленных по ряду объективных причин, при этом тыловые службы делали все, что могли. Во время войны и в тылу есть место подвигу - в качестве примера можно привести следующий эпизод: эшелон с боеприпасами под командованием лейтенанта Ященко под непрерывной бомбежкой с воздуха был доставлен на 8 часов раньше срока. Но в целом ситуация складывалась тяжелая, и если в телеграмме от 6 января Василевский и Жуков предупредили Ставку - «Боимся, что железная дорога может подвести», то в телеграмме от 7 января, отправленной за подписью «Константинова» и «Михайлова» (тогдашние псевдонимы Жукова и Василевского) в Москву «лично товарищу Васильеву» (т.е. Сталину), заместитель Верховного Главнокомандующего и начальник Генерального штаба заявили: «Сосредоточение войск, несмотря на заверения тов. Хрулева, идет исключительно плохо... Подача снабженческих транспортов (боеприпасы, горючее) идет и еще хуже. Учитывая срыв жд перевозок мы вынуждены были к известному Вам сроку прибавить плюс два. Просим Вашего воздействия на тов. Хрулева».

Иными словами, Сталину было доложено, что из-за недостаточно эффективной работы интендантской службы срок начала наступления необходимо перенести на два дня, т.е. с 12 на 14 января. Нарком обороны эту просьбу выполнил, как, следует думать, и другую - о «воздействии» на одного из своих заместителей генерала А.В. Хрулева, который в это время совмещал должность начальника Главного управления тыла РККА с обязанностями наркома путей сообщения. По словам командующего 40-й армией К.С. Москаленко, «так как высказанная в донесении тревога, видимо, оказала немедленное воздействие, то железнодорожные перевозки в последующие несколько дней резко улучшились». A.M. Василевский в новой телеграмме Верховному от 9 января отмечал, что «подход войск во фронт из резерва Ставки по жел-дороге за последние дни значительно улучшился», и что «подготовка 3-й армии Рыбалко проходит нормально», но вместе с тем сообщал, что «затруднения вызывает подвоз огнеприпасов и горючего». Полностью преодолеть эти затруднения к началу операции так и не удалось, что было отражено в официальном армейском отчете под названием «Итоги наступательных и оборонительных действий 3-й танковой армии на участке Воронежского фронта», где говорилось:
  «В материальном отношении части армии были обеспечены явно недостаточно:
  а) Боеприпасы: к началу операции части армии имели в среднем 1,5 б/к, в то время как для выполнения поставленной задачи потребность в боеприпасах определялась 2,5 б/к.
  б) Горючим части армии к началу операции были обеспечены в среднем 1,5 заправки для боевых и вспомогательных машин, кроме чего имелось до 2-х заправок на армейских складах.
  в) Продовольствием и зерно-фуражом части армии были обеспечены тремя сут-дачами, кроме того имелось в армейских складах до пяти сутдач, из которых большинство к этому времени находилось в пути по ж.д.

Общая растяжка тыла и растяжка путей подвоза составляла в исходном положении 185 км, по занятии Россошь - 250 км, по занятии Алексеевка - 340 км, по выходу на рубеж р. Сев. Донец - 420 км».

Другим негативным моментом было то, что привлекавшиеся для наступления силы авиации (в состав 2-й воздушной армии входили 2 истребительные, 2 штурмовые авиадивизии, дивизия ночных бомбардировщиков и корректировочно-разведывательный авиаполк) были весьма ограниченными. «Очень мала была авиация фронта: всего лишь 52 истребителя, 55 штурмовиков, 92 ночника всех типов, 12 разведчиков и ни одного бомбардировщика», - писал в своем отчете о наступлении командующий Воронежским фронтом генерал Голиков. (Несколько иная ситуация была в 6-й армии Юго-Западного фронта, наступление которой должен был поддерживать 3-й смешанный авиакорпус в составе 207-й ИАД, 290-й ШАД и 202-й БАД. Корпус располагал самолетами: Пе-2 - 34; Ил-2 - 18; Ла-5 - 10; Як-3 - 31). Эти ограниченные силы надо было использовать с наибольшим эффектом, и в период подготовки к наступлению эта цель была в достаточной мере достигнута. Хорошо действовал 50-й корректировочно-разведывательный авиаполк, задачей которого была разведка оборонительной полосы и подготовка командованию фронта материала путем фотографирования оборонительных сооружений противника на участках прорыва. Для этого 50-й КО ДРАП в начале января произвел 27 самолето-вылетов и заснял площадь в 1280 кв. км на участках: Юдино - Старая Калитва, Большая Ка-зинка - Лебяжье, Хвощеватка, Верхняя Ольховатка, Старая Калитва, Высочинов. Также велась систематическая разведка железных дорог и автоперевозок противника на основных направлениях: Воронеж -Курск, Валуйки - Касторное, Валуйки -Острогожск. С этой целью 50-й КОДРАП произвел на разведку 21 самолето-вылет. Истребительные авиадивизии, как мы уже говорили, прикрывали с воздуха выгрузку и сосредоточение войск, а 208-я НАД, ввиду неблагоприятных метеоусловий, выполняла задачу только по разбрасыванию листовок в районе Коротояк, Острогожск, Колыбелька и бомбардировала скопление войск противника в гарнизоне Острогожска; за этот период было произведено 56 самолето-вылетов.

Весьма ограниченными были и силы ПВО, тем более, что выделенная из резерва Ставки зенитная артиллерийская дивизия не успела прибыть к началу операции. Зенитных средств не хватало даже для того, чтобы обеспечить плотное прикрытие боевых порядков только войск ударных группировок. Имеющиеся в наличии средства давали возможность создать следующую плотность огня: 40-я армия - около 2 орудий на квадратный километр, 18-й стрелковый корпус - 0,5, 3-я танковая армия (в ее составе было лишь три полка ПВО) - 0,3.

Относительная слабость авиации делала тем более важным артиллерийское наступление. Необходимо было создать высокую плотность артиллерии, в том числе реактивной и минометов, на участках прорыва. В ходе подготовки к Острогож-ско-Россошанской наступательной операции задача массирования артиллерийских средств на участках прорыва была успешно решена. К наступлению было привлечено 70% всей артиллерии Воронежского фронта, а на трех участках прорыва общим протяжением 34 км было сосредоточено 84% от этого количества.

Плотность артиллерийского насыщения (включая 82-мм минометы и ПА-27) по участкам прорыва выражалась:
  на Сторожевском плацдарме противник имел 120 орудий, на наших 905 орудий и минометов;
  на участке главной атаки противник имел на 1 км фронта 10 орудий, мы имели 102 орудия и миномета;
  на Щучьенском плацдарме противник имел 107 орудий, мы - 812 орудий и минометов;
  на участке главной атаки противник имел на 1 км фронта 14 - 15 орудий, мы -108 орудий и минометов;
  на участке Кантемировка противник имел 119 орудий, мы - 770 орудий и минометов;
  на участке главной атаки на один километр фронта противник имел 14 орудий, мы - 96,2 орудий и минометов.

Для того чтобы создать такое превосходство в артиллерийских средствах на участках прорыва, пришлось снять почти все орудия и минометы с пассивных участков фронта: так, в 40-й армии на 10-км участке прорыва была достигнута плотность 108 стволов на 1 км фронта, в то время как на остальном фронте армии протяженностью 75 км осталось только 57 орудий и минометов. Понятно, какую опасность это представляло в случае, если бы противник попытался нанести упреждающий удар на каком-либо из пассивных участков, однако риск был целесообразным и оправданным - артподготовка при сотне стволов на километр фронта должна была сокрушить вражескую оборону. Правда, крупнокалиберной артиллерии имелось немного: из общего количества артиллерийских средств, привлеченных к прорыву, 203-мм орудия составляли 0,5%, 122-мм и 152-мм орудия -12,5%, 76-мм орудия - 23%, противотанковая артиллерия - 12,5%, а минометы -Sl^o. При этом 120-мм минометов тоже было немного, - вот, например, как выглядела ситуация в 3-й танковой армии. К 14.01.43 г. на участке армии было сосредоточено 1588 арт. миноединиц (без зенитных средств и установок PC), из них: 50-мм минометов - 355 шт. 82-мм минометов - 468 шт.
120-мм минометов - 88 шт. Всего - 911 шт.
45-мм орудий ПТО - 248 шт.
76-мм ПА - 48 шт.
Всего ПА и ПТО - 296 шт.
76-мм ДА - 246 шт. 122-мм ДА - 104 шт. Всего ДА - 350 шт.
122-мм пушек - 18 шт. 152-мм гаубиц - 18 шт. Всего - 36 шт.
PC M-8 - 40 шт. PC C-13 - 7 шт. PC M-30 - 240 шт. Всего - 287 установок.

Данное количество арт. миноединиц создавало плотность на 1 км фронта, при его ширине 16 км - 99 единиц.
Из них по калибрам:
50-мм минометов на 1 км фронта - 22,2.
82-мм минометов - 29,2.
122-мм минометов - 5,5.
45-мм орудий ПТО - 15,5.
76-мм ПА - 3,0.
76-мм ДА -15,4.
120-мм ДА - 6,5.
122-мм пушек -1,1.
152-мм гаубиц -1,1.
Всего - 99,5 единиц.

По группам и видам артиллерии средняя плотность составляла: Минометов всех калибров (без PC) - 56,6. Орудий ПА и ПТО - 18,5. Орудий ДА - 21,8. Орудий АРГК-2,2.

В этих условиях большое значение приобретало массирование минометов крупного калибра, что при прорьше обороны противника полностью оправдало себя и дало большой эффект. Командующий 40-й армией К.С. Москаленко в своих воспоминаниях писал: «Артиллеристы нашли возможности еще больше усилить мощь огневого удара по врагу путем применения различных новшеств. Так, 120-мм минометы, которых у нас было 50, обычно действовали отдельными дивизионами (по 12 -18 минометов в каждом). В этот же день все они были объединены в одну группу. Ее огонь производил ошеломляющее впечатление. Он сметал проволочные заграждения вместе с кольями, взрьюал целиком минные поля, разрушал перекрытия землянок, блиндажей, траншей, буквально выметая из них противника».

В подготовке артиллерийского прорыва большую роль играло создание артгрупп поддержки пехоты, которые должны были вести огонь прямой наводкой. «На первом плане был вопрос организации огня артиллерии прямой наводкой, - говорится в докладе командующего Воронежским фронтом генерала Голикова о январском наступлении. - Мы стремились на прямую наводку поставить максимальное количество орудий всех калибров.

Для обеспечения их расположения на своем переднем крае и в ближайшей глубине нашей обороны проводилась кропот-ливейшая работа по инженерному оборудованию позиций, по маскировке, по организации связи и управления огнем этой артиллерии, по распределению целей противника между этими орудиями.

И на основании целого ряда проведенных операций необходимо твердо заявить, что такое отношение к огню прямой наводкой полностью себя оправдало. Этот способ явился самым эффективным использованием артиллерийского огня.

Другим, очень важным вопросом была организация борьбы с артиллерией противника, стоящей на закрытых позициях. Неоценимую услугу оказали нам дивизионы ОРАД. Они с исключительной точностью определяли местоположение вражеских батарей, а с последними отлично расправлялись наши тяжелые полки 122 и 152-мм орудий.

Я могу твердо заявить, что ни на одном участке прорыва наши наступающие войска не попали под тяжелый массированный и сосредоточенный артиллерийский удар противника».

Другим важнейшим средством прорыва обороны противника и быстрого наступления с целью его окружения и уничтожения были танковые части. Для проведения Острогожско-Россошанской наступательной операции было привлечено подавляющее большинство всех имевшихся на Воронежском фронте танков. В танковых частях фронта к началу операции насчитывалось 896 машин, в т.ч. тяжелых танков KB - 112, средних танков Т-34 -405, средних танков МЗС - 87, легких танков Т-60 и Т-70 - 263, легких танков МЗЛ -29. Для проведения операции привлекалось 797 танков, т.е. 89%. Если в 38-й армии имелось только два отдельных танковых батальона и одна отдельная танковая рота (всего 29 танков), а в 60-й армии две отдельных танковых бригады (всего 70 танков), то в 40-й армии было три танковых бригады (133 танка), в 18-м стрелковом корпусе - две танковых бригады и отдельный танковый полк (120 танков), в 3-й танковой армии - два танковых корпуса и две отдельных танковых бригады (479 танков), в 7-м кавкорпусе - одна танковая бригада (65 танков).

В состав 6-й армии Юго-Западного фронта к началу операции входили одна танковая бригада и один танковый полк, располагавшие следующими силами. 115-я тбр: Т-34 - 15, Т-60 - 8; 212-й ТП: Т-34 - 8, Т-70 -8. Всего, таким образом, имелось 39 машин (по другим данным, на 8 января 1943 г. в 115-й танковой бригаде на ходу были 4 танка Т-34 и 22 танка Т-60, а в ремонте или в ожидании ремонта стояли 15 Т-34, 9 Т-60 и 1 Т-40). Уже в ходе операции 21-го января в бой был введен 3-й танковый корпус, имевший: Т-34 - 38, Т-70 - 7, Т-60 - г).

Большую часть имевшихся машин было решено использовать в качестве танков НПП - непосредственной поддержки пехоты; на фронте 3-й танковой армии, кроме того, к концу первого дня наступления после обороны противника на тактическую глубину должны были вводиться в прорыв два танковых корпуса. Путем массирования средств была достигнута достаточно высокая плотность танков НПП: на 10-км участке прорыва 40-й армии задействовались 133 танка, т.е. 13,3 танка на 1 км фронта; на 8-км участке прорыва 18-го стрелкового корпуса задействовались 120 танков, т.е. 15 танков на 1 км фронта; на 16-км участке прорыва 3-й танковой армии в качестве танков НПП задействовалось 162 машины, т.е. 10,1 танков на 1 км фронта. Во втором эшелоне 3-й танковой армии должны были быть задействованы еще 382 танка, но так как 113-я и 195-я танковые бригады 15-го танкового корпуса начали прибывать в исходный район только на третий день операции, и до ее конца было введено в бой только по 6 танков от каждой, общая плотность оказалась не 34 танка на 1 км фронта, а меньше, порядка 26.

Введение в бой танковых частей и их эффективное использование требовали немалой подготовительной работы, о которой рассказывается в докладе командующего фронтом: «Самому тщательному изучению подвергались условия подвода наших танков на дистанцию атаки, условия ввода в прорыв и характер местности в глубине главной оборонительной позиции противника, изучались скрытые участки противотанковых федств противника и способы их подавления; проводилась разведка минных полей и надежная организация прохода танков через минные поля.

Как примеры, можно указать, что для обеспечения быстрого и надежного прохода танков от моста через Дон на Сторожев-ском плацдарме на исходное положение для атаки были проделаны большие земляные работы по крутому обрыву правого берега Дона; из-за глубокого и разветвленного оврага, проходившего в ближайшей глубине обороны противника между Уры-во-Покровское и Сторожевое Первое, было изменено первоначальное намерение нанести главный удар пехотой и танками между этими селами, и главный удар был нанесен из Урыво-Покровское в направлении высоты 160».

Инженерное обеспечение операции, кроме создания наилучших условий для боя танков, имело и другие задачи. Для переброски танков и тяжелой артиллерии на плацдармы были возведены свайные мосты: два грузоподъемностью до 40 т и семь грузоподъемностью до 60 т (из них три - на Сторожеском плацдарме и четыре - на Щучьенском). Также было наведено три ледяных переправы для пропуска грузов весом до 6 т. Инженерными частями Воронежского фронта (60-я инженерно-саперная бригада, 4-я инженерно-минная бригада и другие подразделения) в ходе подготовки к Осгрогожско-Россо-шанской наступательной операции было отрыто 29 700 погонных метров ходов сообщений и 15 850 погонных метров «усов» (так назывались ходы сообщения из траншей первой линии к переднему краю противника), построено 338 блиндажей и землянок, 67 командных пунктов/ оборудовано 195 артиллерийских позиций, 768 пулеметных площадок. Была проведена большая работа по проделыванию проходов в минных полях: об объемах этих работ некоторое представление дает тот факт, что только на Сторожев-ском плацдарме насчитывалось 150 минных полей, на которых было установлено около 34 тыс. мин.

В то же время саперы должны были не только снимать мины, но и готовиться быстро их ставить: дело в том, что для отражения танковых атак противника применялись подвижные резервы противотанковых мин, что играло важную роль во всем комплексе противотанковой обороны. К борьбе с танками противника готовились очень серьезно: «В ходе обучения войск, - пишет К.С. Москаленко, - была проведена целая серия занятий, имитировавших на местности отражение танковой атаки врага. Весь личный состав стрелковых частей к началу операции был снабжен противотанковыми гранатами и обучен их применению в бою». Ввиду того, что западнее Марковки была замечена группировка танков противника (до 250) и не исключалась возможность контрудара их во фланг главного удара 3-й танковой армии, командующий 6-й армией генерал-лейтенант Ф.М. Харитонов дал свои соображения на этот случай командующему 3-й танковой армией генерал-майору П.С. Рыбалко: на случай контрудара противника 6-я армия всей массой артиллерийского огня обрушивается на танки противника. Огнем пехоты отсекает пехоту противника. Подвижными резервами противотанковых мин преграждает путь танкам, пехотой и танками ломает оборону противника в Марковка (Ново-Марковка), наносит удар в тыл контрударной группировке противника. Желательно 3-й ТА предусмотреть артиллерийский огонь в сторону контрудара танков противника (полков ГАП и ПАП), иметь крепкую систему ПТО слева, танки развития прорыва в левой группе эшелонировать по глубине и уступом влево, кав. корпусу быть готовым для действий по тылам танковой группы противника и выхода в свою полосу с юга. Одновременно с этим инженерным войскам и артиллерии армии была поставлена задача прочно прикрыть инженерными заграждениями и огневыми средствами дороги в направлении Кантемировка с юга и юго-запада, иметь подвижной противотанковый резерв мин. Таким образом, противотанковой обороне командованием уделялось очень большое значение.

Одним из основных компонентов оперативного обеспечения была разведка всех видов, которая велась особенно активно перед наступлением. Разведданные показывали, что после разгрома 8-й итальянской армии в ходе операции «Малый Сатурн» немецкое командование начало стягивать части в район Верхнего Дона, снимая их с других участков Восточного фронта и перебрасывая из Западной Европы. Активная деятельность противника в этом направлении фиксировалась разведкой 6-й армии. Так, 5.01.43 в районе западнее Ивановки во второй половине дня был захвачен в плен полковник Рудольф Эрлер, командир 539-го пп 385-й пд с ординарцем, при нем документы и карты. Он показал, что выполнял задание командира 385-й пд генерала Эйбль по рекогносцировке второй оборонительной линии, которая должна была быть подготовлена на случай прорыва советскими частями главной оборонительной линии противника. К 15.12.42 539-й пп насчитывал до 800 чел. За время боев с 15 по 21.12.42 полк понес тяжелые потери (глвным образом, от огня минометов), в результате в полку осталось до 250 чел. 2-й батальон был совершенно расформирован, также была потеряна вся материальная часть артиллерии и минометов полка. Батальоны 539-го пп после этого были подчинены командиру 538-го пп.

7.01.43 в 7.00 северо-восточнее Марков-ки была задержана заблудившаяся автомашина противника, захвачен обер-ефрейтор, поляк, принадлежащий 31-му полку связи. По его показаниям, он входил в сборный батальон, наскоро сформированный из различных частей.

9.01.43 в районе Россоховатый был сбит самолет противника «Ю-88», захвачено в плен 2 чел. из экипажа. Пленные показали, что самолет принадлежал 8-му отряду, перебазировавшемуся в Россошь из Вязьмы.

10.01.43 в штаб б-й армии поступило донесение о том, что в район Россоши перебазирован 4-й авиакорпус противника.

В разведсводке № 212, поступившей в штаб 6-й армии к 21.00 12 января 1943 г., докладывалось о показаниях пленного, захваченного 10 января в районе высоты 225.0. Он показал, что 27-я легкая бронированная рота особого назначения 19 декабря 1942 г. убыла из Берлина и 30 декабря прибыла в Россошь и вошла в состав 27-й тд. Бронированная рота имела на вооружении 36 бронетранспортеров и 4 орудия ПТО.

Аналогичные сведения поступали и с других участков фронта. Так, в разведсводке штаба Воронежского фронта речь шла о 257-й немецкой пехотной дивизии, которая 25.12.42 из Франции была направлена на Восточный фронт. 10 января подразделения дивизии прибыли в Орел, откуда после санобработки направились в Харьков, где получили пополнение из украинцев. Затем дивизия пешим порядком была направлена в Воронеж. (Интересно то, что пока немцы совершали этот марш от Харькова, Воронеж уже был освобожден советскими войсками, и 257-я пехотная дивизия была возвращена обратно).

Разведданные показывали, что после разгрома под Сталинградом и на Среднем Дону командованию вермахта уже нечем было восполнить огромные потери, и немцы прибегали к мобилизации в свою армию населения оккупированных территорий. Так, было установлено, что 585-й пп 320-й пд немцев, прибывшей из Франции (эта дивизия вскоре была разгромлена в ходе наступления 6-й армии), на 20% был укомплектован поляками. Для пополнения редеющих дивизий вермахта немцы пытались использовать и украинцев: в декабре 1942 г. на Украине происходила мобилизация в немецкую армию возрастов от 15 до 35 лет (мобилизация украинцев производилась и ранее). 5000 мобилизованных украинцев прибыли в Острогожск, где проходили военное обучение.

Также велась разведка переднего края обороны противника, работа по созданию необходимых условий для наблюдения. «Мы особенно считали необходимым обеспечить для себя такие условия, которые бы давали нам возможность видеть и поражать огнем глубину оборонительной полосы противника, начиная с переднего края, -рассказывается в докладе об операции командующего Воронежским фронтом генерала Ф.И. Голикова. - В силу весьма пересеченного характера местности на всех трех участках во многих пунктах передний края и ближайшая глубина нами не просматривались. А это означало, что система огня обороняющегося противника не будет нарушена, а атака против этих участков захлебнется. Пришлось прибегнуть к целому ряду дополнительных мероприятий. Например, к организации вспомогательных пунктов наблюдения - боковых, к постройке вышек, а главным образом, к захвату у противника точек наблюдения с помощью силы. Так например, на плацдарме Щучье мы проводили специальную частную операцию, чтобы захватить почти незаметный курганчик на южной части вые. 177, что западнее Переезжее. Целый ряд высот был захвачен с той же целью на участке 3-й танковой армии».

На участке 3-й танковой армии разведка боем была особенно необходимой, так как система обороны противника здесь продолжала создаваться и усовершенствоваться, а части армии и командование всех уровней не успели в достаточной мере с ней ознакомиться, так как только что прибыли на место. 6 января 1943 г. командованием армии в присутствии зам. наркома обороны генерала Г.К. Жукова и начальника Генштаба Красной Армии генерала A.M. Василевского было проведено совещание с командирами соединений и частей по предстоящей наступательной операции 3-й танковой армии.

На совещании были заслушаны доклады командиров соединений и начальников родов войск о боевой готовности армии к наступлению. Даны указания командирам соединений о смене частей 6-й армии частями стрелковых дивизий первого эшелона и ведении боевой разведки по уточнению переднего края обороны, организации системы огня и группировки противника.

Здесь же были даны распоряжения о занятии войсками исходных районов для наступления, проведении рекогносцировки местности предстоящих боевых действий и организации взаимодействия пехоты, артиллерии и танков.

В ночь с 7.01. на 8.01.43 г. частями 37-й ОСБР, 180-й сд, 48-й гв. сд и 184-й сд была проведена смена обороняющихся частей 6-й армии. С 8.01.43 г. стрелковые части первого эшелона приступили к ведению разведки боем, на что было выделено по одному стрелковому батальону от 180-й сд, 48-й гв. сд, 184-й сд и 37-й ОСБР.

В целях обеспечения скрытности сосредоточения войск и их подготовки к переходу в наступление, стрелковым батальонам, ведущим разведку боем, были присвоены номера тех частей, которые ранее оборонялись на этих участках. В период проведения разведки боем стрелковыми батальонами весь командный состав, до командира взвода включительно, занимался непосредственно на местности увязкой вопросов взаимодействия и рекогносцировкой местности в полосах предстоящих действий своих частей и подразделений.

В результате этих действий была вскрыта система обороны противника и захвачены несколько важных высот, необходимых для наблюдения. Так, 42-й стрелковый полк 180-й сд, сменивший в ночь с 7 на 8 января 1943 г. одним батальоном 1126-й сп 48-й гв. сд на участке Новая Кочевань, высота 188,8, уже на следующий день предпринял разведку боем. 8 января 1943 г. 1-й сб 42-го сп 180-й сд, проведя разведку боем, после двухчасового боя потеснил противника и занял высоту 188,8, господствующую над местностью. Готовясь к удару совместно с частями 37-й ОСБР и 48-й гв. сд, 180-я сд все время наносила противнику удары, изматывая его силы активными действиями. В этих боях перед началом наступления бойцы и командиры дивизии действовали смело и мужественно. Так, младший сержант Прокопий Лаврентьевич Кошутин, командир пулеметного расчета 2-й пульроты 2-го батальона 42-го сп, в ходе боев 9 и 10 января 1943 г. в районе деревни Пасюковка при контратаке противника обрушил всю силу огня пулемета на врага, в результате чего его атака захлебнулась и противник был отброшен на свои позиции. Будучи дважды раненным, истекая кровью, он не ушел с поля боя, а продолжал вести огонь до тех пор, пока третье ранение не вывело его из строя. В этом бою он уничтожил более 30 фашистов; П.Л. Кошутин был награжден орденом Красной Звезды.

Так же мужественно действовали бойцы и командиры других частей. Младший сержант Василий Константинович Гусев, командир отделения роты автоматчиков 146-го гв. сп 48-й гвардейской стрелковой дивизии, в бою 12 января 1943 г. за высоту 223,0 уничтожил 3 немцев. Позднее в ходе наступления он 19 января вместе с красноармейцем Николаем Ивановичем Кондратьевым, номером ПТР 146-го гв. сп, взял в плен 51 немца и итальянца. Гусев был награжден медалью «За боевые заслуги», Кондратьев - медалью «За отвагу».

Рядовой отдельной роты разведки 37-й ОСБр Дмитрий Михайлович Барабанов, выполняя боевое задание командования бригады по выявлению огневой системы и линии обороны противника в районах высота 208 и 3 севернее ст. Пасеково, проявил мужество и отвагу. С риском для своей жизни под ураганным минометным и пулеметным огнем противника приносил ценные и точные сведения о расположении обороны противника. Участвуя в силовых разведках 10 и 11 января, он с сержантом Латыповым Салихом Альлиеви-чем (татарином, участником советско-финляндской войны, в Красной Армии с 1935 г., воевал на СЗФ и ЮЗФ, защищал Лениград), помкомвзвода отд. разведроты, забросали гранатами немецкий дзот, уничтожили при этом 7 гитлеровцев, сами вернулись невредимыми. Барабанов был награжден медалью «За отвагу», Латы-пов тоже. В этой же группе шел рядовой Василий Александрович Гаврилин, в свои 19 лет имевший 3 ранения; награжден медалью «За отвагу».

Красноармеец Александр Федотович Свиридов, уроженец г. Боброва Воронежской области, наводчик ружья ПТР 3-го сб 262-го сп 184-й стрелковой дивизии, проявил храбрость и стойкость в отражении танковой атаки противника. В боях за населенный пункт Ясиноватый 8.01.43 он из ПТР уничтожил 2 огневые точки противника и подбил легкий танк. В последующих боях подбил еще 3 танка. Награжден орденом Отечественной войны I степени.

Младший лейтенант Никита Михайлович Щербинин, уроженец г. Воронежа, командир взвода ПТР 1-го сб 262-й сп, 10.01.43 в бою за Ясиноватый, когда 1-й сб был контратакован и противник, имея до 18 бронетранспортеров, теснил наши подразделения, проявил геройство и мужество, тем самым воодушевил бойцов подразделения, которые, не отходя с занимаемого рубежа, вели огонь по наступающим танкам противника. В этом бою он лично из ПТР подбил 1 немецкий бронетранспортер. Награжден орденом Красной Звезды.

Красноармеец Иван Васильевич Чиж-ков, уроженец Воронежской области (село Дрокино близ Давыдовки), наводчик 3-й пульроты 262-го гв. сп, в бою 13.1.43 в районе хуторов Ясиноватый и Крутень-кий показал себя замечательным пулеметчиком-наводчиком, в совершенстве владеющим станковым пулеметом. Наступавшая на вражеские позиции 8-я ср встретила сильный пулеметный огонь противника, что грозило задержать ее наступление. Получив задачу подавить огневые точки противника, Чижков блестяще ее выполнил, уничтожив расчеты 3 ручных и 1 станкового пулеметов противника, чем обеспечил усиленное продвижение вперед 8-й ср. За время боя он истребил пулеметным огнем до 40 фашистов. Награжден орденом Красной Звезды.

Красноармеец Иван Афанасьевич Латышев, командир пулеметного отделения 216-го отдельного пульбата 184-й сд, 13.01.43 в бою по прорыву линии немецкой обороны под хутором Высочанов проявил себя как отважный и смелый пулеметчик. Несмотря на глубокий снег, он быстро продвигал свой пулемет и мощным огнем поддерживал наступление нашей пехоты. Лично в этом бою уничтожил расчет станкового пулемета против ника, обеспечив беспрепятственное продвижение пехоты, а также уничтожил 20 солдат противника. Позднее, уже в ходе наступления, в бою под хутором Поповка 20.01.43 Латышев огнем своего пулемета уничтожил 26 чел. противника, мощным огнем отрезал врагу путь отхода и тем вынудил к сдаче в плен 108 гитлеровцев. Награжден орденом Красной Звезды.

Командованием Воронежского фронта огромное внимание уделялось руководству тактической подготовкой наступления. Оперативное решение на прорыв, само по себе бесспорно заблаговременно принятое, утвержденное Ставкой Верховного Главного Командования и достаточно обеспеченное сосредоточением сил и средств, в случае допущения недосмотров и ошибок тактического порядка могло быть полностью сорвано. А по замыслу намеченной операции и в условиях имевшегося соотношения сил с противником, неудача прорыва хотя бы на одном из трех намеченных участков, а не в меньшей мере и замедленность темпов осуществления наступления на одном из них, безусловно привела бы к неудаче всей операции. Прорыв надлежало осуществить безотказно и наверняка. Особой тщательности требовал участок 40-й армии, где условия местности для прорыва были весьма трудными.

В практических вопросах организации боя командование фронта доходило до стрелкового батальона включительно, до танковых рот, до поштучного подсчета и определения на местности порядка развертывания орудий для стрельбы прямой наводкой, до деятельной разработки организации артиллерийского и командирского наблюдения. Сам командующий фронтом и члены Военного Совета многократно побывали на наблюдательных пунктах командиров полков, командиров батальонов, дивизионов, командиров рот и батарей, в траншеях переднего края, а на плацдарме Щучье Военному Совету фронта удалось быть даже на позиции боевого охранения.

В первые дни января 1943 г. во всех частях шла напряженная работа. По указаниям члена Военного Совета фронта генерал-майора Кузнецова и начальника ПУВФ генерал-майора Шатилова перед наступлением во всех стрелковых батальонах были созданы специальные штурмовые отряды, отбор в которые осуществлялся лично командирами частей и их замполитами, а также работниками политотдела дивизий. Но готовились не только штурмовые отряды - весь личный состав отрабатывал навыки ведения наступательного боя.

Так, в занимавших позиции во втором эшелоне обороны 141-й сд 796-м и 745-м сп были проведены занятия по новому БУП, отработаны темы: «Стрелковое отделение в наступательном бою», «Отделение автоматчиков в наступательном бою», «Пулеметное отделение в наступательном бою». Также были проведены занятия по огневой, лыжной и строевой подготовке.

В частях и подразделениях 161-й сд в начале января 1943 г. проводилась усиленная учеба по тактической и огневой подготовке из расчета 12 часов в сутки. Проводились как дневные, так и ночные занятия. Также были организованы краткосрочные сборы снайперов, истребителей танков, пулеметчиков.

219-я стрелковая дивизия, сосредоточившись 6 января 1943 г. для наступления в районе Николаевки и получив полосу прорыва протяженностью по фронту 3 км, в течение 7 дней тщательнейшим образом готовилась к штурму. Недалеко от нашего переднего края была имитирована оборонительная полоса противника, которую бойцы штурмовали в течение нескольких дней, постигая искусство взаимодействия с танками.

В 309-й стрелковой дивизии 5-го января 2-й и 3-й батальоны 957-го сп, а 7-го января 1-й батальон были выведены из обороны в тыл специально для подготовки к предстоящему наступлению. С ними была организована боевая учеба. Так, во 2-м и 3-м батальонах с комначсоставом и младшими командирами были отработаны темы: «Взвод и рота в наступательном бою», «Стрелковое отделение в наступлении», «Обязанности младшего командира в наступлении». С бойцами были отработаны темы: «Стрелковое отделение в наступлении, действия бойца в составе отделения», «Стрелковый взвод в наступлении ночью». Личный состав изучал материальную часть оружия. Занятия все время проводились только в полевых условиях совместно с минометчиками и пулеметчиками, т.е. одновременно отрабатывалось взаимодействие родов оружия.

Одновременно готовились к наступлению переданной 18-му стрелковому корпусу 192-й отдельной танковой бригады. Комсостав изучал передний край обороны противника, отрабатывали взаимодействие различных родов войск. Например, 12 января командир 192-й тбр полковник Петров проводил занятия с комначсоста-вом бригады по вопросу «Изучение маршрута боевых действий бригады, взаимодействие в бою с другими родами войск». В этот же день командир танковой роты старший лейтенант Семенов, командиры взводов и машин этой роты изучали на местности путь движения танков, знакомились с расположением минных полей, договорились о взаимодействии с пехотными подразделениями, которые они поддерживали.

Конечно, не все недостатки и пробелы в подготовке можно было ликвидировать за несколько дней перед наступлением, особенно что касалось нового пополнения; также невозможно было компенсировать отсутствие у личного состава многих частей опыта наступательных боев. Например, 141-я стрелковая дивизия перед началом январского наступления 1943 г. была хорошо сколоченной и вполне подготовленной к выполнению боевой задачи. Однако в подготовке дивизии были и существенные недостатки. 141-я сд не имела богатых боевых традиций, с момента своего формирования она в основном стояла в обороне на одном и том же участке. Дивизия была не полностью укомплектована рядовым составом (на 11 января 1943 г. для полного укомплектования по штату требовалось 2500 бойцов и младших командиров), а новое пополнение, полученное в декабре - январе, не имело необходимой военной подготовки. Большинство бойцов пополнения не участвовали в боевых действиях (около 1 тыс. чел.), имели возраст свыше 40 лет и были слабы физически.


Таблица 2.2.5. Характеристика личного состава 141-й сд по возрасту накануне Острогожско-Россошанской наступательной операции
1923 - 22 и моложе 21 %
1921-17 9,4 %
1926-12 16,5 %
1911-07 15,8 %
1906-02 12,8 %
1901-1897 11,3 %
1896 и старше 13,9 %

По сравнению со штатом, дивизия была вооружена ручными пулеметами на 40%, станковыми пулеметами на 50%, винтовками, карабинами и ППШ на 80%. Конским составом 141-я сд была укомплектована на 70%, автотранспортом на 50%.

Неполная укомплектованность характеризовала и другие часта 40-й армии. На 4 января 1943 г. ситуация выглядела следующим образом. 340-я сд: рядового состава - 4057 (положено по штату - 7023); младшего комначсостава - 1325 (положено по штату 2497); комначсостава - 1010 (положено по штату -1062). Минометов - 128, станковых пулеметов - 30, ручных пулеметов -107, 111P - 92.

253-я сбр: рядового состава - 2831 (положено по штату - 3654); младшего начсостава - 765 (положено по штату 1059); комначсостава - 451 (положено по штату 454). Минометов - 67, станковых пулеметов - 21, ручных пулеметов - 50, ПТР - 40, автоматов - 357.

107-я сд: рядового состава - 5791 (положено по штату - 7045); младшего начсостава - 1396 (положено по штату - 2505); комначсостава -1028 (положено по штату - 1068). Минометов - 165, станковых пулеметов - 43, ручных пулеметов - 158, ПТР - 116, автоматов - 709.

25-я гв. сд: рядового состава - 6533 (положено по штату - 9763); младшего комначсостава - 2088 (положено по штату -2911); комначсостава- 1188 (положено по штату - 1174). Минометов - 184, станковых пулеметов - 58, ручных пулеметов -94, ПТР - 146, автоматов - 893.

Неполную укомплектованность, нехватку боеприпасов и горючего, недостаточный уровень подготовки пополнения и отсутствие опыта ведения наступательных боев в сложившихся условиях можно было компенсировать только высоким боевым духом войск, и в этом отношении большую роль в последние дни перед началом наступления играли различные формы политической работы. Некоторое представление о масштабах и содержании этой работы может дать план политотдела 141-й стрелковой дивизии на период наступления. Этот подробный план не был каким-то бюрократическим детищем политотдела - его положения максимально проводились в жизнь. Накануне наступления всем частям и подразделениям были разосланы листовки с обращением Военного Совета Воронежского фронта, газеты «За честь Родины» и «За победу», полученные от политотдела армии 12 января. В 16.00 13 января был издан и разослан частям номер дивизионной газеты «Родина зовет», посвященный предстоящему наступлению. В частях прошли митинги; обращение Военного Совета было встречено с воодушевлением. В 796-м сп на митингах выступило свыше 80 бойцов, командиров и политработников, а в 745-м сп - более 100. Они заявили о своей готовности в любую минуту с честью выполнить приказ и нанести сокрушительный удар по фашистским захватчикам.

Перед наступлением в 1140-м, 1142-м, 1144-м сп и 911-м ап 340-й сд с огромным подъемом и воодушевлением прошли митинги, посвященные итогам шестинедельного наступления наших войск под Сталинградом. На митингах выступили многие бойцы, командиры и политработники. Старший лейтенант Герасимов сказал: «Воодушевленные славными подвигами защитников Сталинграда, мы в предстоящих боях покажем образцы истребления немецко-фашистских захватчиков. Мы знаем, что враг еще силен, мы сплотимся еще теснее и нанесем сокрушительный удар по врагу. Наш путь только вперед». Красноармеец Аверин сказал: «Я участвую в боях против немецко-фашистских захватчиков третий раз. Два сына мои борются с ненавистным врагом. По примеру наших братьев будем драться до полного уничтожения врага. Пойдем только вперед на освобождение нашей Родины». Зам. командира 8-й батареи по п/ч капитан Яковлев в своем выступлении заявил: «Стонет залитая кровью наша Украина и Белоруссия. Нас ждут как освободителей тысячи братьев и сестер. Мы сейчас накануне осуществления наших желаний -скорее вступить в бой. В предстоящих сражениях покажем образцы мужества и геройства».

В принятой на полковом митинге 1142-го сп резолюции говорилось: «Мы, бойцы, командиры и политработники, собравшись на митинг, посвященный успехам войск Красной Армии, выражаем восхищение боевыми действиями наших братьев, действующих на фронтах, ведущих наступление.

Наши братья на Дону и под Сталинградом, на Кавказе и в районе Великих Лук уже начали справедливую расплату с озверевшими немецкими бандами.

Час всеобщего возмездия близок. Давайте же по-нашему, по-русски готовить страшный удар по врагу и когда товарищ Сталин скажет: «Вперед!», мы бесстрашно, с неукротимой злобой к врагу будем наносить страшные сокрушительные удары. Вперед, друзья! Нас ждет желанная победа! Да здравствует Красная Армия и ее боевые знамена!».

Митинги прошли и в других подразделениях дивизии. Личный состав линейных взводов роты связи заверил командование в своей готовности к наступательным действиям, к решению самых сложных боевых задач. «В любой обстановке, -заявили они, - не щадя своих сил и своей жизни для полной победы над врагом, мы обеспечим связью управление боем».

В подразделениях были проведены беседа с личным составом на темы: «Красное знамя - символ воинской чести, доблести и славы», «О воинской присяге», «Строжайший порядок, железная дисциплина и бдительность - необходимое условие для победы над врагом».

Советский плакат. 1942 г. Автор -Д. Шмаринов.

К вечеру 12 января было роздано обращение Военного Совета, специальные выпуски фронтовой, армейской и дивизионной газет. В результате всей этой работы политотдел мог с удовлетворением отметить, что наступательный порыв бойцов был очень высок.

В 48-й гвардейской стрелковой дивизии 3-й танковой армии перед боями политотдел организовал беседы с личным составом по темам: 1) Как советский закон карает изменников Родины. 2) Потеря оружия на поле боя - преступление перед Родиной. 3) Взаимопомощь в бою и сохранение жизни своего командира. 4) О зверствах немецко-фашистских оккупантов. 5) О текущем моменте и задачах. Беседы проводили работники политотдела, замполиты полков, батальонов, рот и батарей, полковые агитаторы. В проводимых беседах широко использовались материалы и факты боевого опыта частей дивизии, примеры героических подвигов отдельных бойцов и командиров. Регулярно выпускались дивгазета и боевые листки в ротах, батальонах, посвященные задачам предстоящего наступления. Ежедневно выпускались спецбюллетени со сводками Совинформбюро. С 1 по 14 января 1943 г. в ротах и батальонах было выпущено до 500 боевых листков. Вся эта многообразная политработа способствовала повышению морального духа войск, укреплению воинской дисциплины, сплачиванию подразделений, повышению боеспособности частей.

Перед самым штурмом переднего края обороны противника во всех подразделениях были проведены короткие красноармейские митинги, на которых было зачитано обращение Военного Совета фронта. На ряде митингов выступили представители политотдела армии и политуправления Воронежского фронта. На красноармейском митинге в 138-м гв. сп выступил зам. нач. ПО армии подполковник Шагулин; на митинге в 98-м АП выступил представитель ПУВФ капитан Ермилов. На одном из таких митингов в 1-м сб 138-го гв. сп весь личный состав батальона дал клятву Родине, в которой говорилось: «Идя в бой с немецко-фашистскими захватчиками, клянемся тебе, любимая Родина, что будем высоко нести почетное звание советских гвардейцев, будем беспощадно истреблять подлых поработителей советской земли -гитлеровских мерзавцев. От нашей пули и штыка не уйдет ни один вооруженный бандит. Закон гвардейцев - только вперед - будет выполнен, несмотря ни на что! В предстоящем бою мы покроем новой славой наше гвардейское знамя, врученное нам Родиной и т. Сталиным. Презрение и смерть немецким оккупантам! Вперед на врага!». Этот патриотический призыв молнией облетел всю дивизию, и на митингах в других подразделениях также были приняты клятвы аналогичного содержания.

Главным результатом политработы было повышение боевого духа солдат и командиров перед наступлением. Свидетельством того, что бойцы действительно рвались в бой, может послужить следующий пример: красноармеец 7-й ср 959-го сп 309-й сд Смирнов, будучи больным, ушел из санчасти и три раза приходил к командиру роты и со слезами на глазах просил разрешения идти в наступление. Получив отказ, он был крайне расстроен и не хотел уходить с исходного рубежа.

Наряду с митингами и другими формами политработы, в частях реализовыва-лись и культурно-массовые мероприятия.

В это время дивизионным клубом 161-й стрелковой дивизии было продемонстрировано 19 киносеансов общим охватом 3200 чел. В 106-й танковой бригаде 12-го танкового корпуса 3-й танковой армии

9 января были проведены митинги, политинформации, а по окончании - постановка силами артистов Московского театра им. Вахтангова.

Политработа велась не только с личным составом фронтовых частей, но и с гражданским населением, в том числе и с населением оккупированных территорий. Во время подготовки и проведения зимнего наступления Воронежского фронта было издано и распространено большое количество листовок. Листовки «К советским гражданам», «К советским женщинам», «Боевые друзья наши, партизаны» были изданы тиражом 50 тыс. экземпляров; тем же тиражом были напечатаны листовки «К молодежи временно оккупированных районов», «К томящимся в фашистском плену» и ряд других. Листовка «К советскому населению временно оккупированных территорий» была издана тиражом 200 тыс. экз. Вот что в ней говорилось:
  «Смерть немецким оккупантам! Советскому населению временно оккупированных немцами областей. КТО УЙДЕТ С НЕМЦАМИ - ТОТ ПОГИБНЕТ.
  Дорогие товарищи! Наши отцы и матери, братья и сестры! Для фашистских гадов наступил час расплаты. Красная Армия бьет и гонит немцев на Дону, на Северном Кавказе и на центральном фронте. Бандитская армия Гитлера трещит по всем швам.
  Спасаясь от ударов Красной Армии, немецко-фашистские мерзавцы пытаются обмануть вас. Они говорят, чтобы вы уходили вместе с ними. Они заявляют, что Советская власть будет наказывать тех, кто остался в селах и городах, занятых немцами.
  Не верьте подлому вранью немцев! У Советской власти, у Красной Армии одна цель - очистить нашу землю от гитлеровской нечисти, поскорее освободить вас от ненавистной фашистской неволи и вернуть вам ту спокойную, радостную жизнь, какой вы жили до войны.
  А чего хотят злодеи немцы? Они заманивают вас в ловушку. Немцы угонят вас с родной земли в Германию, там заставят вас по 18 часов в сутки гнуть спину на немецких помещиков и фабрикантов. Молодых и здоровых мужчин немцы пошлют воевать в Африку или другие страны.
  Всякого, кто уйдет с немцами, ждет неминуемая гибель, одни умрут с голода, другие - от фашистских пыток, третьи - от пули. Ведь тысячи советских людей, насильно угнанных немцами в Германию, уже погибли в фашистской неволе от голода и мучений. Поэтому не поддавайтесь на фашистскую провокацию, сделайте все, чтобы немцы не угнали вас насильно.
  Помните, товарищи! Дело немцев безнадежно проиграно, Красная Армия успешно очищает советскую землю от фашистских захватчиков. На юге наши войска подходят к Харькову, Донбассу, Ростову. 18 января части Красной Армии прорвали блокаду Ленинграда. Наши союзники англичане и американцы бьют гитлеровцев в Северной Африке и готовят открытие второго фронта в Европе.
  Товарищи! Ни в коем случае не уходите с немцами. Если уйдете - пропадете. Все оставайтесь на своих местах. Вам нечего и некого бояться. Советская власть - это ваша родная власть! Никто и не подумает наказывать вас за то, что вы остались в тех районах, в которые пришли немцы. Мы знаем, что вы не смогли уйти с Красной Армией. Мы знаем, какие страдания и муки вынесли вы под немецким сапогом. Теперь час вашего освобождения близок. Ждите прихода вашей родной Красной Армии и всеми средствами помогайте ей в борьбе против гитлеровцев. Не давайте немцам увозить хлеб и угонять скот. Разрушайте мосты и дороги, по которым будут удирать немцы. Поджигайте немецкие склады с боеприпасами и продовольствием. Помогайте партизанам громить фашистских разбойников!
  Красная Армия наступает. Она несет вам освобождение от тяжелой фашистской неволи. Она несет вам радостную, счастливую жизнь на родимой земле».

Командующий Воронежским фронтом генерал-полковник Голиков обратился с изданной тиражом 100 тыс. экз. специальной листовкой «К старостам, русским полицейским, служащим городских управлений и комендатур, ко всем тем, кто обманут немецкими захватчиками, кто из-за страха служит врагу», рекомендуя им загладить свою вину перед Родиной, приняв участие в истреблении захватчиков. Это касалось и мобилизованных в немецкую армию украинцев, и так называемых «хиви» (сокращение от немецкого «хильфсвиллиге» - желающие помогать), т.е. гражданских лиц и военнопленных, служивших в частях вермахта, выполняя вспомогательные работы на кухнях, в мастерских, работая в качестве возниц и т.п. Об этом рассказывали попавшие в плен солдаты противника: например, военнопленный Иоганн Дречлер, солдат 6-й батареи 305-го артполка 305-й пехотной дивизии, прибывший в свою часть 7 августа 1942 г., а уже 9 августа попавший в плен на подступах к Дону, на вопрос: «Имеется ли в вашей части обслуживающий персонал из числа русских?», отвечал: «Да, русские - их было 8 человек - использовались в качестве возниц, а также на кухне. Оружия они не имели». Взятый в плен южнее Сталинграда солдат 7-й роты 670-го пехотного полка 371-й пехотной дивизии Вольдемар Зоммер на допросе 10 ноября 1942 г. показал: «Попавшие в плен красноармейцы или отправляются в тыл, в полк, или остаются в ротах и батальонах при обозе. В частности, в обозе нашей роты очень много русских - они заменили солдат, переведенных в строевые части». Все увеличивавшиеся невосполнимые потери вынуждали немцев переводить солдат из тыловых и вспомогательных служб в строй, а на их место ставить «хиви», количество которых к январю 1943 г. достигло 400 тыс. чел.

Советский плакат. 1941 г. Автор-П. Горелый

В свою очередь, примеры использования военнопленных на разного рода вспомогательных работах встречались и в практике Красной Армии, в том числе и во время зимних боев на Дону. Эудженио Корти в своей книге, посвященной разгрому 8-й итальянской армии на Среднем Дону, рассказывает об одном эпизоде, когда выходившие из окружения немцы и итальянцы наткнулись на советскую военную автоколонну и разгромили ее. «Ни один русский солдат не уцелел в этой бойне. Спаслись лишь два водителя-итальянца, на которых была русская форма. Те, кто смог с ними поговорить, впоследствии рассказывали, что эти ребята незадолго до случившегося попали в плен и немедленно были зачислены в ряды вражеской армии. Такая судьба постигла многих водителей и других специалистов. С ними неплохо обращались, им даже пообещали, что отправят на родину сразу после окончания войны. Большевистская армия большей частью состояла из совершенно невежественных людей, поэтому ей были остро необходимы мастера». Что касается «невежества» солдат Красной Армии, то здесь автор несколько преувеличивает; следует заметить, что этот итальянский лейтенант с университетским образованием высказывает примерно такие же оценки в адрес итальянских же солдат - выходцев с юга Италии и Сицилии и, используя выражения типа «русские варвары», нередко пишет и о варварстве немцев, высказывая свое понимание положения итальянской армии на советско-германском фронте так: «Нам было очень больно. Но именно боль - удел цивилизованных народов, попавших в кровавую мясорубку войны двух варваров». В целом же Корти достаточно объективно оценивает боевые качества и умения советских солдат и офицеров: «Я не хочу создать впечатление, что русские -плохие солдаты, - пишет он. - Как раз наоборот. Они являлись отличными бойцами, в любой момент готовыми к самопожертвованию. Я считаю их самыми лучшими из всех «союзнических» солдат. Они во многом превосходят немцев, особенно когда дело касается владения техникой» . Итак, к началу второй декады января 1943 г. войска Воронежского и правого крыла Юго-Западного фронта подготовились к переходу в наступление. С каким противником им предстояло вступить в схватку?

Советский плакат «Мщение и смерть фашистским людоедам!» 1941 -1942 гг.

Перед фронтом 40-й армии занимала оборону 2-я венгерская армия в составе 7-го (12-я, 19-я и 20-я пехотные дивизии), 3-го (9-я, 6-я и 20-я пехотные дивизии) и 4-го (7-я, 13-я и 10-я пехотные дивизии) армейских корпусов, а также 1-й венгерской танковой дивизии; в резерве находилась 700-я отдельная танковая бригада, насчитывавшая в своем составе 60 танков и до 40 самоходных орудий. Для усиления обороны в полосе 2-й венгерской армии сосредоточивалась 168-я немецкая пехотная дивизия. Венгерские части имели следующую группировку: 9-я пд в составе: 17-й, 47-й, 34-й пп обороняла рубеж Гремячье, Александ-ровка, имея ближайшие резервы в районе Хрущев, Ивановка. 6-я пд в составе: 52-й, 46-й, 22-й пп обороняла рубеж Борщево, Архангельское, имея ближайшие резервы в районе Яблочное - Оськино. На участке 2 дивизий отмечалось: артиллерийские батареи 150-мм орудий - 2,105-мм - 12, 75-мм - 10, минометные батареи - 25. 20-я пд в составе: 23-й, 14-й, 53-й пп обороняла рубеж: 1-е Сторожевое (иск.) Урыво-Покровское. 7-я пд в составе: 34-й, 35-й пп обороняла рубеж: Урыво-Покровское, Девица, имея ближайшие резервы в районе Болдыревка, Песковатка. На участке 20-й и 7-й пд отмечалось: артиллерийских батарей 210-мм - 3, 150-мм - 9, 105-мм - 6, 75-мм -12, минометных батарей - до 24. 13-я пд в составе: 7-й, 31-й, 37-й пп обороняла рубеж Мостищи (иск.) Копанище. Занимаемый венгерскими частями рубеж был сильно укреплен в инженерном отношении, имея сплошные окопы с ходами сообщения, проволочным заграждением и минными полями. Большинство огневых средств находилось в дзотах.

В осенне-зимний период 1942 г. разведка 40-й армии практически полностью вскрыла передний край обороны противника. «Мы знали организационную структуру каждой пехотной дивизии, ее вооружение, боевой и численный состав, места расположения командных и наблюдательных пунктов дивизий, полков и батальонов, расположение огневых позиций артиллерии и минометов, - вспоминал командующий 40-й армией генерал Москаленко. - Нам были известны даже фамилии командиров частей и соединений»

В оперативно-тактическом описании январской наступательной операции 40-й армии Воронежского фронта приведена ориентировочная ведомость численно-боевого состава частей противника перед фронтом 40-й армии перед наступлением (таблица 2.2.6.).

Здесь же указана численность войск 40-й армии первой линии и 2-го эшелона (таблица 2.2.7.).


Таблица 2.2.6. Численно-боевой состав частей противника перед фронтом 40-й А накануне наступления (январь 1943 г.)
Части противника Полки Бат-ны Арт. батареи Мин. батареи Люди (акт. штыки) Арт. орудия Минометы Пул-ты ст. и ручн.
9 2 6 15 12 3500 60 48 50/150
6 3 9 - - 6500 - - 100/300
20 2 6 - - 4100 - - 55/100
7 2 6 22 25 4300 88 100 65/180
13 3 9 - - 5700 2 - 90/270
10 1 2 6 9 1500 24 36 20/65
Итого 13 38 43 46 25600 172 184 380/1125


Таблица 2.2.7. Численно-боевой состав 40-й А накануне наступления (январь 1943 г.)
Наименование дивизии Всего людей Пулеметы Минометы Полев. орудия Орудия ПТО Ружья ПТР Танки
Войска 1-го эшелона
141 сд 7521 167 165 42 28 - -
25 гв. сд 9165 183 191 42 24 - -
340 сд 6519 136 138 41 23 - -
107 сд 7191 241 176 44 21 - -
305 сд 6606 241 188 39 23 - -
322 сд 6539 113 126 24 20 - -
253 СБр 4127 18 67 11 10 - -
Итого 47 668 1159 1051 243 119 - -
Войска усиления
  17 557 300 134 229 148 - 66
Всего
  65 225 1459 1185 472 261 1539 66

Из этого следует, что 40-я армия имела серьезное превосходство над противником, однако в действительности оно не было столь подавляющим, так как непосредственно перед наступлением советских войск венгерские дивизии получили маршевое пополнение и, по некоторым сведениям, были доведены до штатных норм. В докладе генерал-полковника Ф.И. Голикова о зимнем наступлении Воронежского фронта признается следующий факт: «Недостаточно определенно и правильно нам был известен численный состав пехотных дивизий противника (считали меньше, чем было в действительности)».

Тем не менее, превосходство 40-й армии над своим противником в разных аспектах - от вооружения до боевого духа, представляется очевидным. Венгерские легкие дивизии (двухполкового состава, в некоторых полках по два и даже по одному батальону) должны были оборонять слишком протяженный участок фронта (по норме немецкой пехотной дивизии). Так, 20-я пехотная дивизия венгров, насчитывавшая 3700 солдат и офицеров, обороняла участок фронта шириной 12 км, 2100 солдат и офицеров 7-й пехотной дивизии - 14 км, 6100 солдат и офицеров 10-й пехотной дивизии - 25 км, 7500 человек 19-й пехотной дивизии -26 км и т.д. Все силы и все тяжелое вооружение венгров были сосредоточены в главной полосе обороны, а оперативные резервы отсутствовали. Немецкие дивизии, которые сначала вводились в венгерскую армию в качестве «прутьев корсета», в ноябре - декабре 1942 г. были отведены на другие участки фронта.

Дело в том, что в ходе тяжелых сражений предшествующего периода войны и особенно в результате окружения крупной группировки немецких войск под Сталинградом вермахт понес огромные невосполнимые потери. Положение нацистской Германии стало настолько серьезным, что 13 января 1943 г. Гитлер подписал приказ «О всеобщем использовании мужчин и женщин для обороны империи»: тотальная мобилизация распространялась на всех мужчин от 16 до 65 лет и женщин от 17 до 45 лет, способных носить оружие отправляли на фронт, остальных - на работу в промышленность, на транспорт, в сельское хозяйство. В такой ситуации немецкое командование было вынуждено снимать с пассивных участков фронта максимально возможное количество своих войск, и в первую очередь выводить дивизии, служившие для усиления союзных армий.

Как пишет историк П. Гостони, когда в декабре 1942 г. с главной линии обороны была снята последняя немецкая дивизия, командующий 2-й венгерской армией генерал-полковник Яни заявил представителю немецкого командования генерал-майору Вицлебену, что он не намерен терпеть дальше такое обращение: «оставив в стороне всю дипломатию, венгерский главнокомандующий сказал, что теперь он знает, как обстоит дело с его армией: она уже безвозвратно продана; он серьезно обдумывает, не должен ли он, как сознательный солдат, вывести свои дивизии с фронта и направить маршем на родину!». Немцы в ответ на это пообещали помочь с артиллерией, передав 2-й венгерской армии 250 противотанковых орудий и 180 зенитных 88-мм орудий (эти пушки немцы активно применяли и для стрельбы по наземным целям), однако это обещание, как и многие другие, не было выполнено. В этой связи П. Гостони замечает: «...Верховное командование группы армий "Б" вынесло приговор 2-й венгерской армии. Еще в сентябре 1942 г. генерал инфантерии Георг фон Зоденшерн сказал немецкому генералу при верховном командовании 2-й венгерской армии генерал-майору Вицлебену, что венгерская армия ненадежный товарищ по союзу. Ее нерасположенность нести ответственность на Дону за немецкие интересы еще более усилилась из-за того, что они не доросли до серьезного столкновения с советскими войсками. Позиции на Дону заняты слишком редко и к тому же зимой Дон перестает быть препятствием для Красной Армии! Имеющиеся резервы недостаточны и прежде всего само руководство не доросло до серьезного столкновения с русскими».

Заключение того же характера о венграх и других союзниках Германии на Восточном фронте делает и Курт Тигшельскирх, который в 1942 г. находился в качестве «немецкого генерала» при итальянской 8-й армии, так что знал ситуацию не понаслышке: «Дивизии союзников были оснащены слабее немецких, особенно им недоставало противотанкового оружия. Их артиллерия не имела современных тяжелых систем, как немецкая или русская, а недостаточное количество средств связи и плохая подготовка не позволяли им осуществлять внезапное массирование огня... Румыны, итальянцы и венгры вели бой главным образом живой силой, и в борьбе против русских их людские резервы быстро таяли. Они нередко воевали самоотверженно, но ввиду недостатка в технике, небольшого боевого опыта и невысокой выучке уступали в тактике русским, которые умели щадить собственные силы. В большинстве случаев в первый же день наступления противника резервы иссякали, потому что русским всегда удавалось сразу вклиниться в оборону, и командование, оставшись с пустыми руками, уже не могло влиять на дальнейший ход борьбы. Немногочисленные немецкие резервы, располагавшиеся позади румынских, итальянских и венгерских войск, были большей частью оттянуты к Сталинграду».

Артиллерии у венгров действительно было недостаточно: упоминавшаяся ранее 20-я венгерская пехотная дивизия имела на вооружении всего 28 орудий разных калибров, 7-я пехотная дивизия - 23 орудия, 12-я пехотная дивизия - 27, в то время как 141-я стрелковая дивизия Воронежского фронта имела 42 полевых и 28 противотанковых орудий, 25-я гвардейская стрелковая дивизия - 66 орудий (полевых и ПТО вместе), 340-я сд - 64 орудия, 107-я сд - 65 орудий. Что касается резервов, то единственным резервом венгров была 1-я танковая дивизия (при этом венгерская танковая дивизия была передана в состав вновь созданного немецкого корпуса Крамера, который номинально был подчинен командующему 2-й венгерской армии, а реально, как оказалось, ввести его в бой мог только сам Гитлер, ибо, по словам П. Гос-тони, «за венгерским участком фронта к югу от Воронежа до Кавказа танковый корпус особого назначения был единственным резервом верховного командования группы армий - настолько плохо обстояло дело на южном участке восточного фронта немцев в январе 1943-го!»).

1-я венгерская танковая дивизия имела 107 танков, в том числе 83 чехословацких танка «Шкода» Т-38, 2 венгерских танка «Тодди» и 22 немецких Т-ШФ. Эти танки качественно уступали советским Т-34 и «KB». Венгерский «Толди», выпускавшийся по шведской лицензии, относился к классу легких танков: он не имел пушки и был оснащен только тяжелым 20-мм пулеметом и еще одним пулеметом калибра 8 мм. Легким танком был и находившийся на вооружении вермахта чехословацкий танк Т-38, основные тактико-технические характеристики которого выглядели следующим образом: вес - 10,5 т, мощность двигателя - 125 л/с, вооружение - 37-мм пушка и 2 пулемета калибра 7,92 мм, бронирование корпуса - 25 мм лобовая броня и 17,5 мм бортовая броня, башня не бронированная. Немецкий Т-Ш относился к классу средних танков, при этом на вооружении венгерской танковой дивизии стояла модернизированная модель образца 1940 г.: при весе 20,3 т и двигателе мощностью 265 л/с (в другой модификации - 300 л/с) этот танк имел бронирование башни и корпуса 30 мм, 50-мм пушку и 2 пулемета калибра 7,92 мм).

Все эти танки, включая последний, не могли сравниться с советским Т-34, который недаром был признан лучшим средним танком второй мировой войны: вес 26,5 т, двигатель мощностью 500 л/с, бронирование башни и корпуса 45 мм, 76-мм пушка и два пулемета калибра 7,62 мм, - эти тактико-технические характеристики делали танк Т-34 грозной боевой машиной. Качества этого танка были столь высоки, что уже первые встречи с Т-34 в начале Великой Отечественной войны приводили немецких артиллеристов в ужас -вот как описывает одну из этих первых встреч немецкий автор Пауль Карель в своей книге «Восточный фронт».

«Но самым грозным противником стал советский Т-34 - бронированный гигант длиной 5,92 м, шириной 3 м и высотой 2,44 м, обладавший высокой скоростью и маневренностью. Весил он 26 тонн, вооружен 76-мм пушкой, имел большую башню, широкие траки гусениц и наклонную броню. Именно недалеко от реки Стырь стрелковая бригада 16-й танковой дивизии впервые столкнулась с ним.

Истребительно-противотанковая часть 16-й танковой дивизии быстро выдвинула на позиции свои 37-мм противотанковые пушки. По танку противника! Дальность 100 метров. Русский танк продолжал приближаться. Огонь! Попадание. Еще одно и еще одно попадание. Прислуга продолжала отсчет: 21, 22, 23-й 37-мм снаряд ударил в броню стального колосса, отскочив от нее, как горох от стенки. Артиллеристы громко ругались. Их командир побелел от напряжения. Дистанция сократилась до 20 метров.
- Целиться в опору башни, - приказал лейтенант.

Наконец-то они достали его. Танк развернулся и начал откатываться. Шариковая опора башни была поражена, башню заклинило, но в остальном танк оставался неповрежденным. Расчет противотанкового орудия вздохнул с облегчением.
- Ты это видел? - спрашивали артиллеристы один другого.

С того момента Т-34 стал для них жупелом, а 37-мм пушка, так хорошо зарекомендовавшая себя в прежних кампаниях, получила презрительное прозвище «армейского дверного молоточка».

Что касается танков KB, то они вплоть до весны 1943 г., когда на вооружении немецких «панцерваффе» появились тяжелые «тигры» и «пантеры», вообще были вне конкуренции. Танк КВ-1 весил 47,5 тонн, имел 600-сильный двигатель, 76-мм пушку и сильнейшее бронирование: лобовая броня корпуса -100 мм, бортовая - 75 мм, башня -95 мм. Еще более мощной машиной был КВ-2, весивший 52 тонны, на вооружении которого стояла шестидюймовая, т.е. 152,4-мм короткоствольная гаубица (во время Первой мировой войны это был основной крейсерский калибр). По сравнению с этими гигантами немецкие Т-Ш выглядели просто танкетками: броня KB выдерживала десятки прямых попаданий снарядов 50-мм и даже 75-мм танковых орудий, не говоря уже о 37-мм противотанковых пушках; по немецкому свидетельству, после одного из первых боев на танке КВ-2 насчитали более семидесяти следов от попаданий, но ни одному снаряду не удалось пробить его броню Пауль Карель приводит отчет об одном бое немецкой 1-й танковой дивизии с советскими танками КВ.

«КВ-1 и КВ-2, с которыми мы повстречались здесь впервые, представляли собой нечто невиданное! Наши роты открыли огонь примерно с 800 метров, но безрезультатно. Расстояние сокращалось, при этом противник приближался к нам, не проявляя никакого беспокойства. Скоро нас разделяло от 50 до 100 метров. Ожесточенная артиллерийская дуэль не принесла немцам никакого успеха. Русские танки продолжали наступать как ни в чем не бывало, а бронебойные снаряды просто отскакивали от них. Таким образом, сложилась тревожная ситуация, когда русские танки шли прямо через позиции 1-го танкового полка на нашу пехоту и в наш тыл. Наш танковый полк, сделав полный разворот, поспешил за КВ-1 и КВ-2, следуя едва ли не в одном строю с ними. В процессе боя, применив специальные боеприпасы, нам удалось лишить хода некоторые из них с очень короткой дистанции - от 30 до 60 метров».

С такими танками и предстояло теперь встретиться венгерским солдатам; правда, следует заметить, что наряду с Т-34 и тяжелыми «KB» в составе всех остальных танковых частей 40-й и 3-й танковой армий было довольно значительное количество легких танков Т-60 и Т-70 (эти машины составляли почти 1/3 от всех танков, имевшихся в составе Воронежского фронта). Танк Т-60 представлял собой машину весом 6,5 т с автомобильным двигателем, противопульным бронированием и 20-мм пушкой, экипаж состоял из 2-х человек; фактически это был сверхлегкий танк, т.е. танкетка. Т-70 был танком более тяжелого класса: он имел бронирование 35 -45 мм и 45-мм пушку366. Если бы в составе трех танковых бригад 40-й армии были только такие танки, то прорыв венгерской обороны являлся значительно более сложной задачей; но в реальности дело обстояло иначе, и один вид Т-34 порождал в венгерских солдатах (как, впрочем, и в солдатах армий других стран - сателлитов нацистской Германии) сильнейший страх, получивший даже специальное название - «танкобоязнь».

Что касается боевого духа венгров, то здесь точнее говорить о его отсутствии: «О Боже, останови эту ужасную войну. Если мы и дальше будем в ней участвовать, наши нервы сломаются... Будем ли мы когда-нибудь дома? Откроем ли когда-нибудь его двери? Будут ли нас помнить родные?», - писал в своем дневнике уже упоминавшийся венгерский ефрейтор Иштван Балои. Его же перу принадлежали стихи, которые были напечатаны в газете Воронежского фронта «За честь Родины» (1943, № 25):
  Венгерские солдаты Над Доном лежат, Их черепа пробитые От ветра свистят.
  Последнее пристанище -Могилы просты, Что ни овраг, то кладбище, Кресты, кресты!
  Напрасно ждете женщины Отцов и сыновей. Нигде нет столько плачущих, Как в Венгрии моей.
  Венгерские солдаты
  Над Доном лежат.
  В бессмысленной их гибели
  Кто виноват?

«Эти стихи явно напоминают заупокойную молитву. В них ефрейтор Иштван Балои прочитал отходную и по себе и по тысячам подобных ему», - говорилось в материале Якова Шведова. Так были настроены венгерские солдаты еще летом 1942 г., когда немецкие войска рвались к Сталинграду и Кавказу и когда могло показаться, что до полной победы Гитлера и его союзников остается совсем немного. Естественно, что в морозные дни и ночи января 1943 года, когда не имеющие теплого обмундирования и достаточного питания, не знающие, за что они воюют (это признавал полковник генерального штаба Дьюла Ковач: «Вести войну, не понимая цели войны, невозможно») венгерские солдаты и офицеры томились страхом перед русским наступлением, говорить об их боевом духе, воле к победе и так далее практически не имело смысла.

Все вышесказанное относится и к тем венгерским дивизиям, оборону которых должны были прорывать части 18-го стрелкового корпуса. Если на участке прорыва 40-й армии превосходство советских войск по числу батальонов равнялось 2,7:1, по количеству орудий и минометов - 5:1, по количеству танков - 1,3:1, то на участке прорыва 18-го стрелкового корпуса было сосредоточено в 3,7 раза больше батальонов, в 2,4 раза больше танков и в 8 раз больше орудий и минометов, чем у противника. Таким образом, превосходство сил на 8-километровом участке, безусловно, было на стороне советских войск, однако не стоит упускать из виду, что на остальной 156-километровой полосе обороны 18-го стрелкового корпуса на 1 км приходилось в среднем 50 чел., 2 пулемета, 1,5 миномета, 0,6 орудия, а противник имел против этих пассивных участков четыре дивизии.

Дальше к югу на фронте от Верхнего Ка-рабута до Новой Калитвы оборонялся итальянский альпийский корпус в составе трех дивизий и итальянская пехотная дивизия «Виченца» (156-я пехотная дивизия «Вичен-ца» была охранной, т.е. изначально предназначенной не для ведения боевых действий на фронте, а для несения тыловой и караульной службы: личный состав дивизии состоял в основном из резервистов и лиц пожилого возраста, на вооружении дивизии не было артиллерии и средств ПТО).

От населенного пункта Бабка вниз по течению Дона последовательно располагались участки обороны 2-й альпийской дивизии «Тридентина», 156-й пехотной дивизии «Виченца», 4-й альпийской дивизии «Кунеензе», южнее Новой Калитвы рубеж обороны занимали 3-я альпийская дивизия «Юлия», 385-я и 387-я немецкие пехотные дивизии, дивизионная группа «Фогеляйн», объединявшая отдельные полицейские и охранные части и 27-я танковая дивизия. Наступать здесь предстояло 3-й танковой армии Воронежского фронта и 6-й армии Юго-Западного фронта.

Перед фронтом 3-й танковой армии на рубеже: Новая Мельница, Кащеев общую группировку противника составляли: 387-я пд, 3-я апд, 385-я пд, 27-я тд, 14-й и 15-й полицейские полки, 3-й пп «СС» и полк «Великая Германия», имея резервы до пехотной дивизии в Россоши и до пехотной дивизии в Митрофановке. Противник вел оборонительные бои, перейдя к жесткой обороне в результате наступательных дейсгвий на этом рубеже частей 6-й армии. На отдельных участках противник предпринимал активные боевые действия по улучшению своих позиций, особенно в р-не Серобабин, Пасеково, и располагал достаточным количество средств усиления, особенно артиллерии и минометами. Только в районе Ново-Александровка, Евдокимов-ка, Валентиновка имелось до 7 арт. дивизионов, 16-18 минометных батарей и 3 батарей шестиствольных минометов.

Основу обороны противника составляла система полевых укреплений, оборудованные в инженерном отношении опорные пункты и узлы сопротивления в населенных пунктах, на высотах и на дорогах, особенно на их перекрестках. На переднем крае противник имел окопы полного профиля, соединенные между собой ходами сообщения, а на участке Лиман, Пасеков были выстроены дзоты. Минные поля и проволочные заграждения встречались редко.

3-я танковая армия занимала фронт протяжением 31 км; удар наносился на фронте 16 км, что составляло следующую плотность и соотношение сил (таблица 2.2.8.).

Это давало 3-й танковой армии превосходство на всем фронте в пехоте в 5 раз, в огне станковых пулеметов в 2,4 раза, превосходство в танках в 2,7 раза, в орудиях ПТО в 5,5 раз, в полевых орудиях в 8 раз, в минометах в 6 раз. На участке прорыва превосходство и плотность огня были выше указанной в 2 раза. Абсолютное превосходство в полосе действия армии в людях и технике, за исключением танков, было, однако, на стороне противника.

6-й армии предстояло атаковать вражескую группировку, состоявшую в основном из немецких частей, объединенных управлением 24-го немецкого танкового корпуса. Танковая дивизия в этом корпусе была только одна - 27-я тд; в справке о боевом составе 27-й танковой дивизии на 15 - 19 декабря 1942 г., составленной по материалам опроса пленных, сообщалось следующее: дивизия сформирована на базе 22-й тд (ранее действующей в Крыму). Командир дивизии полковник Трекке. Командир 140 МП полковник Мемпель, командир 2/140 МП майор Шульц.

В состав 27-й тд входит мотобригада из 140-го и 129-го МП, командует ею полковник Рот.
Танковый батальон состоял из 35 - 40 танков (средних).
Штурмовых орудий - 7.
127-й АП - из 1 и 2 дивизионов - 24 орудия.
Состав 140-го МП: 2 батальона, батальон 4 роты, из них 3 стрелковых и 1 тяжелого оружия.
Состав роты - 40 - 50 чел., 6 ручных пулеметов, 1 станковый пулемет, 1 миномет 81 мм. Рота тяжелого оружия вооружена двумя орудиями ПТР.


Таблица 2.2.8. Соотношение сил сторон в районе наступления 3-й ТА Воронежского фронта (январь 1943 г.)
Наименование оружия Советские войска Войска противника
Плотность огня на 1 км На 1 км фронта Всего Плотность огня на 1 км На 1 км фронта Всего
Стр. батальоны - 1,4 41 - 0,25 8
Станковые пулеметы 2,9 11,7 362 1,2 4-5 140
Ручные пулеметы 2,25 28,2 875 2,1 21 625
Автоматы 2,1 21,3 600
Винтовки 8,3 836 25 962 1,1 110 3000
Танки - 9,9 306 3-4 115
ПТО орудия - 8 248 - 2-3 80
Полевые орудия - 22 662 - 2-3 74
Минометы - 30 911 - 6 180

В боевом приказе по дивизии от 15.12 значится в подчинении 27-й тд дивизион ПВО. Состав его неизвестен.

К моменту наступления армии противник произвел укрепление отдельных населенных пунктов и высот. Высоты 176.2, 204.6, 153.3, 223.0, 225.0 были укреплены дзотами, окопами полной профили и проволочным заграждением. Одновременно вые. 176.2 и подступы к ней были минированы. В районе Гераськовка было построено до 8 дзотов и продолжалось строительство новых, подступы к ней были минированы; район Марковка (Ново-Марковка) противник сильно укрепил, было возведено проволочное заграждение, построены дзоты и установлены минные поля.

После проведенной тщательной разведки перед фронтом 6-й армии к исходу 14.01.43 была определена следующая группировка противника: на рубеже Новая Мельница оборонялся 8-й АПП - 3-я АПД; ОТФ (4 км юго-западнее Новая Ка-литва), вые. 176.2, МТФ (4 км севернее Ивановка) вые. 204.6, вые. 153.3 - 385-я пд и 387-я пд немцев; вые. 153.3, вые. 205.6 - 9-й АПП (3-я АПД); вые. 205.6, МТФ (6 км западнее Первомайск), Серо-бабин, вые. 201.8, Лиман - 318-й пп; Лиман, роща 2 км восточнее Пасеково, отделение совхоза «Красный Молот» - 15-й полицейский полк; совхоз «Красный Молот», Калинов - 3-й пп «СС»; Калинов, Высочанов, вые. 225.0, Кленовый - 14-й полицейский полк; Кленовый, Высоча-новка, Гераськовка - 619-й учебный полк, 127-й саперный батальон; Гераськовка, Менжинский, Марковка (Ново-Марков-ка) - 140-й МП, 27-я ТД, 27 ТВ.

На рубеже Новая Калитва, Ново-Марковка противник сосредоточил до 5 артиллерийских полков: 3-й АП, 385-й АП, 387-й АП, 127-й АП, и до полка неустановленной нумерации. Основными позиционными районами артиллерии противника были: Новая Мельница, МТФ, вые. 151.0 - 1 дивизион; ОТФ Кама-ров, вые. 182.9 - 1 дивизион; Ильюшевка, Новотроицкое, Криница - 1 дивизион; зап. окр. Зеленый Яр - 1 дивизион; вост. окр. Криничная - 1 дивизион; Сероба-бин, Валентиновка и лес восточнее - 1 дивизион; Нов. Кочевань, Дмитровка, Пасюково - до 2 дивизионов; Кленовый -до дивизиона. Помимо этого артиллерийской разведкой установлено наличие 37 - 47-мм батарей - 3; 20-мм ЗА - 1; минометов - 40.

Боевой состав противника к началу наступления выглядел следующим образом (таблица 2.2.9.):
Боевой состав 6-й армии, в свою очередь, был следующим (таблица 2.2.10).
Исходя из этого, устанавливалось соотношение сил сторон на участке Нов. Калитва, (иск.) вые. 204.4 на 1 км фронта (таблица 2.2.11).


Таблица 2.2.9. Численно-боевой состав противника перед фронтом 6-й А к началу наступления (январь 1943 г.)
Часта противника Батальоны Люди Полевые орудия Минометы ПТО Пулеметы Танки
385 пд 6 1500 24 27 15 95 -
387 пд 9 6000 36 45 30 300 -
8 и 9 АПП 6 7000 24 30 8 200 -
318 ПП 3 2000 4 15 8 95 -
619 уч. полк 3 1800 4 18 12 136 -
127 сап. бат. 1 500 - 6 2 20 -
140 МП 2 1000 2 12 4 66 -
ТБ-27 ТА - - - - - - 30
127 АП - - 16 - - - -
Итого 30 19 800 110 153 79 902 30


Таблица 2.2.10. Численно-боевой состав 6-й А к началу наступления (январь 1943 г.)
Часта противника Батальоны Люди Полевые орудия Минометы ПТО Пулеметы Танки
160 сд 9 6135 32 134 14 178 -
127 сд 9 4180 45 164 14 158 -
350 сд 9 6669 40 164 24 152 -
267 сд 9 5512 38 77 20 107 -
172 сд 9 5574 38 72 20 80 -
115 ТБР - 817 1 6 - 23 23
212 ТП - 277 - - - 2 16
462 ИПТАП - 373 19 - - 3 -
1176 ИПТАП - 472 19 - - 2 -
870 ИПТАП - 462 19 - - 7 -
1290 АП ПВО - 278 - - - 15 (зен.) -
241 АП ПВО - 318 - - - 20 (зен.) -
Итого 45 31 067 251 617 92 747 39


Таблица 2.2.11. Соотношение сил сторон накануне наступления на 1км фронта
Силы и средства Свои части Противник
На участке Нов. Калитва, (иск.) выс. 204.4
Стрелковые батальоны 0,75 0,87
Полевые орудия 3,75 3,1
Минометы 11,9 3,8
ПТО 1,1 2,1
Станковые и ручные пулеметы 13 21,6
На участке Высочановка, Марковка (Ново-Марковка):
Стрелковые батальоны 1,0 0,25
Полевые орудия 6,1 0,9
Минометы 12,3 1,5
ПТО 2,4 0,76
Станковые и ручные пулеметы 14,5 9,0
Танки 1,6 1,25

Таким образом, в направлении главного удара на рубеже Высочановка, Марковка (Ново-Марковка) было достигнуто превосходство в силах над противником (таблица 2.2.12).


Таблица 2.2.12. Соотношение сил сторон в направлении главного удара 6-й А на рубеже Высочановка, Марковка (Ново-Марковка)
Стрелковых батальонов в 4 раза
Полевых орудий
Минометов в 6 раз
ПТО в 3 раза
Станк. и ручн. пулеметов в 1,6 раз
Танки в 1,3 раза

Морально-политическое состояние войск противника - в основном немецких частей - на участке наступления 6-й армии был относительно более высоким, чем у итальянцев и венгров, однако советские войска занимали выгодное оперативное положение, а противник еще не успел значительно укрепить свою оборонительную полосу, которую он занял после декабрьского наступления 6-й армии. Достигнутое на участке прорыва превосходство в силах и средствах позволяло надеяться на успех наступления. Однако как будет развиваться ситуация на самом деле, не мог предсказать никто; до начала Острогожско-Россо-шанской наступательной операции оставались считанные часы...

Разгром немецко-фашистских войск под Сталинградом. 19 ноября 1942 г.-2 февраля 1943 г. (Великая Отечественная война. 1941 -1945. Острогожско-Россошанская наступательная операция войск Воронежского фронта 13 - 27 января 1943 г.
Советские маршалы, принимавшие участие в подготовке и проведении Острогожско-Россошанской наступательной операции
И.В. Сталин Г.К. Жуков А.М. Василевский
Ф.И. Голиков К.С. Москаленко П.С. Рыбалко
Герои Советского Союза, удостоенные этого звания за подвиг, совершенный в ходе Острогожско-Россошанской наступательной операции
И.Е. Алексеев П.А. Козлов Д.С Фоломеев


Командующий Воронежским фронтом Ф.И. Голиков (справа) и представитель ставки ВГК генерал-полковник A.M. Василевский. Воронежский фронт. 1943 г. Советская танковая часть на пути к фронту. Зима 1942-1943 г. Советская пехота на марше в районе г. Россошь. Январь 1943 г. Советские воины уничтожили местную полицию г. Россошь и их тюрьму. Январь 1943 г. Расстрелянные оккупантами советские граждане во дворе тюрьмы г. Россошь. Январь 1943 г. Советские танкисты в одном из освобожденных сел в Воронежской области. Январь 1943г. Советские солдаты снимают фашистские флаги с немецкой комендатуры в г. Россошь. Январь 1943 г. Разрушенная оккупантами районная аптека в г. Острогожске. Январь 1943 г. Замученные фашистами советские военнопленные, найденные в подвале бывшего промтоварного магазина после освобождения г. Острогожска. Январь 1943 г Разрушенный фашистами железнодорожный узел станции Россошь. Январь 1943 г. Бывшая военная столовая в г. Острогожске, превращенная оккупантами в конюшню и сожженная ими при отступлении. Январь 1943 г. Разрушенная картинная галерея им. Крамского в г. Острогожске. Январь 1943 г. Пленные солдаты 2-й венгерской армии. Январь 1943 г. Десятки тысяч пленных - итог наступательных операций советских войск под Россошью и Острогожском. Январь 1943 г. Десятки тысяч пленных - итог наступательных операций советских войск под Россошью и Острогожском. Январь 1943 г. Закономерный финал оккупантов. Между Доном и Волгой. Январь 1943 г. Закономерный финал оккупантов. Между Доном и Волгой. Январь 1943 г. Немецкие солдаты сдаются в плен. Воронежский фронт. Январь 1943 г. Так спасались оккупанты от русских морозов. Между Доном и Волгой. Январь 1943 г. Победитель и побежденный. Для этого немца война уже закончилась. Январь 1943 г.


Назад| Оглавление| Вперёд